Да, я люблю её, но, похоже, не только я...

Как выяснилось потом, единственные, кто подходили Мишель как напарники, были Ацуши и Кёка, никто и не был против. Вместе ходили на задания и выполняли разные поручения. Единственный недовольный был Дазай, но скрывал это за своим ребячеством. По прошествию двух дней Мишель успела побывать аж на трех заданиях: два раза с Кекой и один с Ацуши. С последним вышло довольно забавно: они снова встретились с Акутагавой. Парни были готовы начать драку, но Миша, серой мышкой, которую он не заметил, со спины коснулась его, сказав заветные слова. В итоге, им удалось избежать стычки, отправив Рюносочку дрыхонить в своей квартирушке. Накаджима еще долго над этим смеялся. -Что-то я его сегодня вообще не видела. Ты не знаешь, где он может быть? -Что-то ты, Мишель-тян, не спрашивала меня, когда Дазай пропадал аж на 4 дня на заданиях с Куникидой. -Ну тогда-то он был на ЗАДАНИЯХ, а сейчас, мне кажется, он тихо затаился где-то и пытается себя убить -_- -Он же божился, что больше не будет этого делать. - Ага, я тоже сначала поверила, а вчера видела на его руках свежие порезы. -Ну...-светловолосый призадумался- Есть у меня один вариант, где он может находиться, если не занят самоубийствами.... |чуть позже| Полуденное осеннее солнце уже не так сильно припекало темную макушку молодого человека. Что-то тихо шепча губами, Дазай рассказывал своему другу о недавно произошедших событиях, внимал молчанию и шуму ветра, гуляющего по верхушкам нагробных плит; этот ветер местный житель: он никогда не выходил за прелелы кладбища, вбирая в себя всё больше и больше мертвецкого воздуха. И Дазай дышал этим воздухом. Вдыхал полные легкие и слышал, как в ответ ему внутри шепчет умиротворение. Конечно, он не перестанет думать о суициде, но он скажет всем, кого любит и ценит, что с ним всё впорядке. Он неустанно продолжает выжимать губкой тех людей, которые хоть как-то ему сопереживают. Тоже самое он делал и с Мишель. Однако, противоречивые чувства, осевшие на глубине души всё же требовали того, чтобы хозяин наконец раскрыл себя перед девушкой, но Осаму слишком много раз спотыкался на этом. И вставать с каждым разом ему всегда приходилось всё труднее и труднее. Если б тогда Ода не попросил его делать правильные вещи, то детектив без всякого угрызения совести перестал отыгрывать дурачка. - И как же я все-таки глуп, Одасаку....- почти прохрипел Дазай, откидываясь на надгробную плитку друга. -Нашла-послышалось по ту сторону плиты. Дазай медленно раскрыл глаза. Внутри всё замерло, но нельзя было раскрывать карты. -О, Мимишка,- спокойно повернув к ней голову, Дазай попытался скрыть свое удивление- гуляешь? -О.Да Са-ку-нос-ке- прищурилась девушка, выглядывая из-за спины парня инициалы немого собеседника Дазая- Твой друг? Детектив горько усмехнулся. - Значит, близкий друг- детектив слегка изумился Снова села на другую сторону плиты. Подул ветер. Мишель не нравилось его мертвецки-влажное дуновение. Потуже натянув толстовку, поёжилась. Они сидели в совершенной тишине, настолько совершенной, что могли слышать, как медленно тикают внутри их собственные часы. Тик Так Тик Так -Приятно познакомиться с тобой, Ода-кун. Тишина была разорвана. Губы Осаму поджались, а веки задрожали, начав учащенно моргать. -Меня зовут Мишель Булгакова, но я скрываюсь под псевдонимом мужского происхождения. Осень-чудная пора: пестрые листья колышутся, медленно опадая от прохладного ветерка. И даже лежа на земле, они, содрагаясь, продолжают бояться этот ветер. Сейчас Дазай и сам себя не мог отличить от этих перстрых, броских, но мертвых листев. - У меня тоже есть что-то, о чем я не говорю остальным. На этих словах Дазай невольно придвинулся ближе к плите спиной, догадываясь о том, что Мишель имела ввиду. - Но оно прекрасно тем, что теперь я могу считать это прошлым и гордиться собой. Аккуратно, длинными, изящными пальчиками, она коснулась холодной ладони Дазая. Оба сидели спинами друг к другу, не видя эмоций. Ну то и не было плохим. Ведь Мишель не хотела, чтобы Дазай видел ее смущенной, а он, в свою очередь, не желал, чтобы девушка видела его испуганным. - И поэтому, я могу понять твоего друга, Ода-кун. Довериться и понять. А ты доверься мне. Я обещаю,- Миша сильнее переплела руки с Дазаем-Я обещаю тебе, Ода-кун, что буду оберегать Осаму всеми силами, как только смогу. Губы парня содрогнулись. -А ты, в свою очередь, гордись своим другом! Гордись и оберегай его вместе со мной!- уже бодрее и напористее завершила Мишель. Минута тишины. Покрапал дождь. На ее касания ответили, сжав руку еще крепче. Дыхание участилось. -Тогда....- за спиной послышался хрипловатый, тихий, но....... Счастливый голос? -Тогда, Одасаку, я тоже дам тебе обещание- Миша почувствовала, как руку тянут на противоположную сторону плиты. Локти оказались на коленях молодого человека, сверху вниз смотревшего на смущенное лицо девушки. Капли с кончиков волос падали ей на разгоряченные щеки, мужчина бережно вытирал каждую капельку. - Когда вся эта панихида закончится, и я сам себе смогу доказать, что хочу жить- последняя капля попала прямо на губы Мишель, глаза Осаму умиротворённо прошлись по ним. - Я женюсь на этой девушке- без толики смущения почти промурчал детектив, склонившись к лицу Мишель. Аккуратно накрыв её горячие губы своими холодными, парень опускает одну руку к затылку, углубляя поцелуй. Сердце учащенно забилось, отдавая в барабанные перепонки. Подняла ладошки к скулам парня, притянув ближе к себе. Дождь постепенно всё усиливался, разъяренне топая каплями по несчастным осенним листьям, выбивая их с ослабленных ветвей. Но так ли на самом деле плохо мертвым лисьям, Если они осознают, что в следующий раз На месте сухих погромов Взрастут новые, молодые почки?