Экзамен для надкушенного яблочка

Увидеть Хисоку на экзамене было неожиданно. Как удар в живот, резко и… привычно. Это же Хисока, он вечно, что-то сделает, а Гону чеши потом голову, как выкрутиться самому и этого чудика прихватить. Но всё равно, он же не терпит ограничений, а экзамен на Охотника, по сути, одно большое ограничение! Да ещё и без ничего достаточно ценного в награду (лицензия Охотника для Моро априори ценностью не является). В общем странно, непонятно и, наверное, всё же в стиле человека, ставшего когда-то для Гона всем миром. Временами страшным, изредка смешным, но своим собственным. Хисока, в скуке от ожидания экзаменатора, отрубил какому-то парню руку, а Гону хочется смеяться. Он, находясь в другом конце зала, чует пряный запах крови и видит (осязает) голодную улыбку фокусника. Тот всего лишь обновил свой естественный запах (он точно знает, даже после душа, запах железа в крови всё равно не выветривается из кожи того), а остальные уже истерику закатывают. Глупое мясо. Они бегут, события с Леорио и остальными несколько отвлекают от наблюдения за этим клоуном, но тот терпеть не может, когда всё внимание не принадлежит ему. Проводит картой по губам — соблазняет и отталкивает, он вновь создал ситуацию, когда все вокруг смотрят на него со страхом. Кроме того чудика с лицом-кирпичом и кучей иголок в теле. Слишком подозрительного чудика, присутствие которого поблизости никак не трогает Моро. Они явно хорошо знакомы, даже дружат (в понимании такого фрика-маньяка как фокусник, естественно), а значит… Кажется, у Гона появились подозрения по личности «любителя пирсинга». Он в своем репертуаре. Заметил, что у Гона новая компания и давай чудить, отгоняя «конкурентов». — Ты мой! — хриплым шепотом, так, что ниже пояса всё привычно поднимается и речь не про волосы. Хочется послать всех в далёкое эротичное, снять майку и провести ногтями у себя по груди, специально задевая соски и оставляя легкие красные полосы на смуглой коже. Хочется очутиться под таким знакомым телом, прикусить мочку и почувствовать его внутри. Глубоко. Так как надо. Но… Гон стоит, привычно растирая горло (что за привычка чуть-что придушивать, благо хоть точно знает как ему нормально, приятно). Навешал лапшу на уши окружающим и побежал себе довольный дальше, спасибо, хоть Леорио захватил, а то с таким грузом Гон и Курапика могли бы и не успеть. Кулинария. Волшебно, просто волшебно! Внутри Гон аж ухахатывается, ведь несмотря на многочисленные таланты, фокусник способен любое блюдо превратить в отраву. Даже банальный салат вызывает изжогу и прописывает на толчке где-то на сутки (после этого, готовит исключительно Гон; ну или заказывают где-то ещё). Своё яйцо Хисока незаметно меняет с чужим, не желая рисковать. Уловив данную уловку (опыт, опыт…) Гон лишь безразлично окидывает взглядом медленно зеленеющего парня под номером 203. Сам виноват, внимательней надо быть. Фамилия Киллуа — Золдик и теперь Гон стопроцентно уверен, кто же сопровождает повсюду его рыжика, пусть сейчас он и блондин. * * * «Он волновался», — и довольная улыбка до ушей. И пусть все думают, что это из-за того, что они всё же прошли, но правда… Не смотря на годы знакомства, получить такое доказательство привязанности от Хисоки как волнение — чертовски сложно. Тому легче душить, соблазнять или пугать, чем сказать (показать) напрямую своё отношение. * * * «Он меня спас», — лицо покрыл легкий румянец стыда. Вода всегда сильнее человека и без помощи Моро он бы утонул. — Ты так мило краснеешь… — Хисока провел языком по его щеке. — Спасибо, — пробурчал Гон, открывая глаза. Может он и хотел ещё что-то добавить, но последующий поцелуй полностью вынес все мысли из головы. Как же он соскучился по своему фокуснику, его губам, рукам… Члену. Но, к сожалению, корабль не то место, где они смогут предаться разврату. Его друзья так вообще не подозревают о его знакомстве с пугающим иллюзионистом, не стоит настолько рушить их психику. — Не пугай меня так, Яблочко, — наконец оторвавшись от вылизывания чужого рта сказал Хисока. — Убить тебя могу только я… А не какая-то стихия… — прикусил ухо. Точнее полноценно укусил, но так правильно. Сладко. — Все так заняты штормом… — с намёком протянул Гон, прикусывая уже распухшую губу, кидая томный взгляд и поворачивая голову так, чтобы было удобно метить шею. Оказывается, корабль во время шторма, весьма удобное место для разврата. * * * Итак. Сорок четвертый номер. Хисока. Просто идеальная цель для охоты… Мысленно Гон уже бился головой обо все подходящие поверхности и боялся представить, чем же придётся расплачиваться с ним за номер. В том, что просто не будет — сомнений нет. Первые сутки на острове Гон честно пытался придумать как получить номерок не контактируя напрямую с фокусником и старательно делая вид, что не замечает слежки. Второе в отличии от первого удалось на ура, в чём вскоре была прекрасная возможность убедиться. На вторые сутки, устав сомневаться и морщить мозг кучей планов с веером вероятностей (всё равно толку ноль, а мигрень уже на подходе), Гон отправился за бабочками на поиски своего чудовища. Последнее же сидело, медитировало и явно ждало новолуния, что должно было быть этой ночью. Только Гон собирался выйти, как появился сначала тот глупый мужик в красном, затем Иллуми решил закопаться… — Не знаю как ты, но я хочу спать, — и не обращая внимания на удивление своего сталкера, подстелил на землю куртку, а голову положил на колени Хисоки. — Гон-чик. Решил прекратить прятаться от меня?.. — Решил нормально поспать, — фыркнул он. Затем приподнял голову и легонько коснулся губами подбородка: — Разбудишь, как соберешься на охоту. Не смотря на не совсем удобную позу, выспался Гон просто восхитительно. Родные руки машинально перебирали волосы и от этого чувство полного довольствия жизни только усиливалось. — Новолуние… — как зачарованный. — Прекрасное время, — согласно кивнул Гон. — Тебе, кстати какой номер нужен? — Триста восемьдесят четыре, — ответил Хисока, не отрывая глаз от небесного светила. Прыжок и вот они уже мчатся по лесу, ощущая одну жажду крови на двоих, один восторг. Стоящий на их пути человек не успевает даже заметить, как умирает. В голове застряла карта, а сама голова находится отдельно от тела, отрезанная леской на такой смешной удочке. Оружие Гона только с виду смешное и незамысловатое. Крепчайшее древко — посох, удары которого запросто ломают хрупкие человеческие кости. Поплавок — сплав металлов, очень тяжёлый, при должной сноровке бьет не хуже пули (с поправкой на вес и размеры — дыры остаются совсем не как от пуль). И леска — самое опасное. На самом деле очень тонкая металлическая нить, способная разрезать крайне многое… Особенно если усилить её нен. — Сто пять… Не то, — вдруг оба партнёра насторожились и посмотрели дальше по тропе. — Леорио и Курапика! Меня нет! — Гон растворился в кустах, а Хисока лишь коротко хохотнул. Эта внезапная привязанность такая забавная. Особенно попытка Яблочка скрыть их отношения. — Сто шестнадцать… Опять мимо, — пожал он плечами. — Гон-кун, а тебе какой нужно? — Сорок четыре, — ответил Гон, вылезая из зарослей. — И да, я нашел твою потеряшку, — на майке (куртка осталась возле того пня, где Гон спал) был приколот номер триста восемьдесят четыре. — О! Так моему Яблочку нужен мой номер? Предлагаю обмен… — неуловимо быстро Хисока скользнул вперед, рукой приобнимая Гона за талию. — И что на что менять будем?.. — руки Гон закинул ему за шею, а носом потерся об щеку. Руки Хисоки спустились вниз, пробираясь сквозь шорты и нижнее белье. Сжали, а затем развели ягодицы в сторону, ногтем царапая звездочку ануса. Ему не надо было видеть, чтобы представить, как это выглядит. На поляне, укрытой лунным светом, в окружении деревьев и двух трупов «охотников» предавались страстной любви двое. Двое столь разных и в тоже время одинаковых. Созданных друг для друга. Следующие три дня они провели вместе. Чудесные три дня, полные неги и спокойствия. Ну насколько спокойствию может способствовать компания маньяка, в свободное время строящего карточные домики. Затем два дня на помощь Леорио и дирижабль. Конец уже близок, осталось последнее испытание. * * * Хисоку вызвали первым. И хоть забавно наблюдать, как все мнутся перед ним, пытаясь узнать, что же там было, но… Пожалуй, пора заканчивать. — Секрет, — приложив палец к губам, дразнится Хисока. Черт, какой же он соблазнительный в этот момент. — А всё же? Пожалуйста… — Гон тоже так умел! Чуть надуть губки, раскрыть пошире глаза, а главное одной рукой трепать волосы, а вторую засунуть в задний карман шорт. — Только тебе, Я-бло-чко, и только на ушко, — глаза Хисоки наполнились голодным блеском. Через минуту они уже были в ближайшей каюте. Вообще, изначально планировалось помочь ребятам и свалить… Но так однозначно лучше! * * * Первый бой: Курапика против Хисоки. Ну что сказать, ожидаемо. Клоун веселится и красуется, а Курапика ведется. Ещё и Леорио искоса на Гона смотрит, они ведь так и не поговорили после того случая в коридоре. — Что ты ему сказал? — Лишь намекнул на неких членистоногих… Слегка, — змеиная усмешка. — Я раньше не спрашивал… Но, чего именно хочет Иллуми? — Узнал значит? Он хочет обратно своего братишку… У них же отношения, почти как у нас с тобой, — хмыкнул. — Добром это не кончится, — покачал головой Гон. Если изначально он планировал побаловаться во время поединка, показать пример пафосного превозмогания, то теперь его цели изменились. Гон сам не заметил, как привязался, поэтому не может оставить друга (да, таки друга) в этом бою в одиночестве. Ниндзя был сильным рукопашником. Единственная его проблема, что он слишком обманулся юным возрастом и внешностью Гона, поэтому совсем не ожидал с первых секунд получить «поплавком» в голову. Затем, не давая даже опомниться, мощным ударом древка лишить равновесия и напоследок обмотать правую руку леской, предварительно заломив её назад. — Эта нить с легкостью режет камень, поэтому сдавайся, если хочешь остаться с рукой. — Сдаюсь. Ловким движением смотав удочку обратно, Гон вернулся в строй. Точнее попросту облокотился на Хисоку, решив-таки окончательно разрушить образ милого мальчика Гона. А ещё ему ужасно не нравился взгляд Иллуми, слишком тот пристально следил за собственным братом. И слишком подозрительно близко к иглам были его пальцы. — Ты всё равно вернешься домой, — ни единой эмоции в голосе, Иллуми такой… Иллуми. Истинный Золдик. А вот Киллуа живой и в этом его прелесть. А значит… — Он вернется домой. Точнее мы вместе с ним приедем к вам в гости и там решим все аспекты возможности и невозможности нашей с ним дружбы. — Гон Фрикс… Если я убью тебя, проблема исчезнет. Идеальное решение. — Попробуй. В прошлый раз не вышло, помнишь?.. — ухмылка и да, старший Золдик наконец оторвался от своего брата и узнал Гона. — В этой одежде ты совсем другой, — слегка кивнул головой. — Хорошая маскировка. В таком случае у тебя будет неделя, адрес узнаешь у Киллуа. Я сдаюсь. — Гон?.. — Киллуа выглядит совсем потерянным, друг открылся совершенно с неожиданной стороны. — Я три года живу вместе с Хисокой, сложно в таком обществе остаться нормальным. — Это мало, что объяснило… — Кроме той сцены в коридоре! — встрял Леорио. — Давайте после турнира, — Гон обезоруживающе поднял руки вверх. — Я всё-всё вам объясню, просто это долгая история, а у нас здесь всё же турнир… — Я запомнил! — на что Гон лишь засмеялся и повис у друга на шее. Конец?