Mirror

Виктор щелкнул застежкой и стянул что-то темное с шеи. Тонкая полоска матовой бело-серой кожи повисла в фарфоровых руках Виктора безжизненной змеей. Виктор провёл ладонью по лиловым линиям на светлой шее — следам от ошейника, и Юри едва сдержал дрожь от столь сексуального жеста. Виктор поднял на него глаза, впервые замечая, что в прихожей кто-то есть. — Вот видишь. Не так уж и страшно носить его на улице. Юри не ответил, подавляя желание попятиться назад. Виктор обернул руку вокруг его талии и зарылся носом в шею, принюхиваясь к запаху Юри. Аккурат над над седьмым позвонком красовалась метка альфы. Горячий язык прошёлся по отметинам от зубов. Юри вздрогнул. Виктор кусал поверх метки нежно и почти не применяя силу, но страх чего-то первобытного и необузданного все равно преследовал Юри. В конце концов Виктор в первую очередь дикое чудовище. А уж затем человек. Ошейник выскользнул из пальцев Виктора и со звоном упал на пол. Юри дернулся и поспешно опустился на колени, почти поднимая его, но Виктор остановил его. — Не стоит. Я буду носить его до тех пор, пока ты своими руками не снимешь его с моей шеи и не повесишь на свою, как моя омега, Юри. Я хочу, чтобы ты видел, что это не стыдно и не унизительно. Таковы обычаи оборотней, принимающих в дом людей. Юри потупил взгляд и отвернулся, подавляя страх и ком вины. Виктор вздохнул. К облегчению Юри, он не стал вновь рассказывать долгую историю о том, как ошейник защищает людей в лесах оборотней. Юри и сам понимал, что должен носить на себе признак Виктора, его запах, его метку. Но он не мог ничего с собой поделать. Он чувствовал, что не заслужил этот символ принадлежности. Юри провинился перед Виктором. Пусть тот простил. Если бы Юри мог простить сам себя. По не знанию он обвинил супруга в деспотизме и швырнул этот ошейник ему под ноги в день, когда получил столь сомнительный подарок. Если бы только Юри знал всю подноготную. Ошарашенное бледное лицо Виктора всплывало перед глазами Юри всякий раз, когда поднималась эта тема. Юри винил себя. После того случая Виктор выглядел подавленным и больше не смеялся так беззаботно. В их мире оборотней почитали. Они хранили леса и заповедники, владели контрольными акциями всех производств и могли остановить добычу ископаемых, как только это начинало угрожать экосистеме. Когда-то Юри мечтал, что завоюет пять золотых медалей и пожмёт руки этим чудесным созданиям, хранящим их планету. Большинство спонсоров ФФК принадлежало именно к их виду. Юри даже не знал, насколько дикие законы властвуют среди самих оборотней. В день ссоры Виктор спрятал ошейник в карман. Он просто развернулся и ушёл, оставив рыдающего Юри на пороге пустого дома. А спустя несколько дней вернулся хмурым, посеревшим и смирившимся. На прекрасном лице было несколько царапин и Юри почти коснулся пальцами его скулы, как заметил нечто новое в образе Виктора. Его шею. И ошейник. С тех пор так и повелось. Виктор всегда носил ошейник при себе, и не позволял Юри выходить из дому одному. Позже Юри узнал от Пхичита, что эти ошейники оборотни делают из собственной кожи. Они перевоплощаются, сдирают когтями шерсть с правой лапы, а после облагораживают кусок шкуры у мастера. Регенерация альф-оборотней гораздо выше, чем у обычных альф-мужчин, и рана вскоре заживала. Пхичит узнал это у кого-то в чате инстаграмма и сразу же попросил у Юри подтверждения. У Юри же язык не повернулся спросить у Виктора после того, как он расплакался и швырнул этот ошейник ему под ноги, когда Виктор сказал ему, что он не может выходить без него на улицу. Но после того он то и дело задерживал взгляд на правой руке Виктора. Юри не знал, как вырваться из этого круга. Его ужасала сама мысль дотронуться до ошейника — символа рабства, в то время как Виктор носил его как драгоценность, терпеливо принимая решение Юри. Юри должен был стать сильнее. Но он не мог. Виктор вернул его в реальность, погладив по щеке и тихонько рыкнув. — Не надо, Юри. Не расстраивайся. Пошли обедать. Спустя секундное легкое объятие Виктор отстранился. Юри закусил губу, отчаянно желая вернуть время вспять и исправить все свои ошибки. А ещё лучше — умереть до того, как он встретил Виктора и любовь разбила их жизни вдребезги. Юри мечтал о столь многом. Но все, что происходило между ними, оборачивалось кошмаром. Он не понимал Виктора и его повадок хищника. Виктор не понимал протеста Юри в ответ на привычные для оборотней вещи. Они любили друг друга. Но иногда Юри ловил себя на мысли, что проклинает тот день, когда два разных мира столкнулись: человек и оборотень. Юри подумал о том, что из-за его бунта против оборотней Виктор никогда не перевоплощался при нем. Но Юри знал, что у Виктора вторая ипостась из рода кошачьих. Он откусил бы себе язык прежде, чем набрался дерзости и попросил Виктора показать ему вторую ипостась. Может быть, когда-нибудь перед смертью, он наберется храбрости для этого. Примерно тогда, когда ему уже нечего будет терять и боль от отказа Виктора ранит его сердце решающим посмертным ударом.