Магия Гаити

Хотя все и наладилось, кажется, но что за сюрприз от Шуги и Тэ его ждет, Чонгуку пока так и не открыли. Однако макне не парился и больше не усматривал в тэшуканьях - а они все еще имели место - никакой сексуальной подоплеки. Старшие махнули рукой на терки макне-лайн, а тут и последний рывок перед отпуском свел на нет сексуальное напряжение. Сюрприз слегка откладывался, поскольку загруженность не позволяла куда-то махнуть на выходные, единственный день отдыха потратили на общение с родными. А по возвращении в общежитие, в преддверии законного бантанохолидэя... Гук не мог понять, как это цензурно назвать, то, что происходит. Безумие?.. Ну, не умие точно. Попытка испытать на себе танцевальные практики малоизвестных народностей мира?.. Этнический глум?.. Ему случилось пару раз заглянуть на огонек в танцкласс, где Тэхен что-то демонстрировал завороженному Хосоку, но долго Гуки не вытерпел, эстетическое чувство тупо выло на луну. С такими танцами, под такие-то ритмы Тэхену не хватало человеческой обглоданной кости в волосах и кольца в носу. Тут уж не о, йе-еее, а цельный о, йе-ееекарный бабай получается... А уж когда он увидел у Тэхена на столике что-то наподобие хенд-мэйд куклы, страх за неповрежденную психику Тэ окончательно и бесповоротно поселился в его душе. - Это что за поделки, Тэхена? - с дрожанием в голосе поинтересовался у младшего хена макне. - Кукла, - деловито ответствовал рукодельник. - Твоя, я полностью по схеме делал! - И торжествующе приподнял над головой свое... рукоблудие. - А... зачем? - заморгал глазками младший. - Это ты как картины, для инстаграма? - Нет, - зловеще ответил хен. - Это чтобы ты меня всегда любил! Тэхен вытащил суперклей и ножницы. - Гуки, подойди-ка, - елейным голоском пропел он, и ножницы в его руке угрожающе клацнули. - Мне нужно несколько твоих локонов... для дела. Чонгук, трясущийся над каждым волоском отросшей шевелюры, вылетел из комнаты, не дожидаясь продолжения. Однако тем же вечером наблюдал, как Тэ исследовал его щетку для волос на предмет случайно оставленного там чонгукова волосяного покрова. Нет, дурного приворота Гуки не боялся - там и приворачивать-то не нужно, весь тэхенов с потрохами.. но вдруг он как-нибудь обнаружит у той самой куклы в заднице конфету?.. Чупа-чупс, знаменующий надежды в обход обещаний. С Тэ станется! Странности Тэхена... Они как раз не странности, а закономерность. Чимин же, как ни удивительно, веселился от души, получив весомое подтверждение, что Юнги все еще принадлежит ему, и все чаще участвовал в безумствах Тэхена - этого-то на дурости долго и упрашивать не приходилось. Да что Чимин, тут и старшие хены присутствовать и даже участвовать иногда стремились... Дурное заразно, Чонгуки всегда говорил! - Представьте. Мы не азиаты, мы негры! - витийствовал Тэ. - Хё-оон! Чимина, мы негры. Выпяти губы! Во, один в один. Хосоки-хен будет на барабанах. Юнги-я будет костром. ...Да?.. Хорошо бы Юнги-хен лег на пол, чтоб нам было через него удобнее прыгать... Нет?.. ...Пф, ну и ладно... Юнги-хен, лежащий на диване лицом вниз, категорически накрыл голову подушкой, и, видимо, совсем сжился с ролью. Не костра, пепелища... Но не на полу предпочтя тлеть, а на диване - с комфортом. - А, тогда костром будет это ведро. Хен~а, давай! - торжественно провозгласил находчивый Тэ, накручивая на голову полотенце, и махнул длиннопалой дланью в сторону Хосока. - На картинках в инете жрицы не так, как в Корее, полотенце наматывают, - с сомнением почесал высокоайкьюшный лоб Намджун, а Хосок просто радостно вильнул плечом и потянулся за музыкальным инструментом. ...Стоя в дверях, пришедший с тренировки Чонгук с тревогой поглядел на тэхенов головной убор, перевел взгляд на крупнокалиберный оскал Хосока, уже начинавшего отбивать ритм на странного вида барабане, и высоко поднял брови, со всей очевидностью подмечая, насколько Чимину не стремно в этой ебанувшейся компании. А ведь совсем недавно кому-то нос стремился сломать... За малым до смертоубийства не дошло! Отбивая ритм башмаками на утолщенной подошве, коротышка-хен лебедем поплыл вокруг Тэхена и ведра - и.о. Юнги - волнующе подрагивая ягодицей в танце. Костер-Юнги загорелся чуть ярче, посверкивая белками глаз и сбросив остатки дремоты. Тэхен, взмахнув руками, взмыл над ведром и плавно опустился на пол - почти как мастера суперпуперединоборств в китайских дорамах. Чимин дотанцевал до него, и Тэхена резко подняло и заизвивало. Он затряс плечами и низко завздыхал. Чонгук вспомнил о чем-то похожем из прочитанной в детстве книжки про Карлсона. Там, кажется, привидение так охало. Хоооооо... дооооооо... Ну точь-в-точь Тэхен в образе. - Чего это они?.. Ролевые игры теперь такие? - прошептал Гуки Намджуну на ухо, согнувшись в три погибели к сидевшим на полу Джину и лидеру. - Бабалаво на свой лад изображает, - кратко ответил ему неизвестно как расслышавший его слова Сокджин и с неподдельным интересом опять уставился на странное действо. - А, - понятливо кивнул Чонгук, хотя нихрена не понял. Баба-лава. Дэ-э-эбак! Угу, агонь, блядь. ...Но уж если ребята так расслабляются, и им вместе хорошо... То кто такой Чонгук, чтобы быть против креативных замутов? Тэтэ всегда смотрел на проблему экстремально: что не Джокер, то Белоснежка. И если не хип-хоп, то... И тут лидер вверг его в настоящий шок! Внезапным зачитыванием рэпа невменяемого содержания. - Хэййй! Йо! Огонь пылает в душе моей, о! Барон посетил меня сегодня. Я телом жарок и слаб, эййй, о! Моя душа - моя преисподняя! Я хрупкий сосуд для большой любви, йоу! Мои глаза пылают пожаром! Барон, войди! Йоу!.. Барон, отрави Мое дыхание перегаром! ...И только Гук решил поинтересоваться, при чем тут перегар и с хера ли Намджун воспевает неизвестного барона-гея... как на высокой ноте взвыл Джин: - Я-ааа твой дух и твоя душа-аааа... Порази-ии меня, похоть, иглами... Хосок, на барабанах, ему вторил: - Сильными силами! Слабыми силами! Будем пить и парить над могилами! Юнги утвердительно дернул ногой - в довершение, будто ставя точку. Выглядело сие как... галимый пиздец. Тэхен и Чимин не пели - продолжали танцевать под барабанный перестук молча, но активно. Теперь притоптывая и взмахивая руками друг на друга. Вскидывая бедра, они изображали разнузданный половой акт с воздухом. ...Хосок, что ли, пьяным хореографию ставил? Наверное, здорово помогает расслабиться, если Тэтэ так увлекся. Так... увлекся. Чонгук поглядел на полузакрытые глаза Тэ... красивый искривленный рот... мучительно изломанные брови... лоб, покрытый капельками трудового пота. Вспомнил последний совместно просмотренный "Зови меня своим именем" - и шустро полез в штаны левой ладонью. Просто персик! Опомнился, когда поймал ехидный взгляд Юнги, который уже ни разу не спал. Да-да-да, этот-то хорошо устроился: сразу на живот лег, сообразительный какой... Хосок внезапно перестал лупить по барабану, и недовольно выдал обнажившему почти до соска грудь Тэхену: - Ну Тэ! Расслабься и не воспринимай это серьезно, мы же не в стрип-баре! Гуку такое, со вздохами, потом станцуешь и без нас! Мы тоже живые, не заражай нас своей... неправильной энергетикой! Чимин паскудненько захихикал и метнулся с танцпола на диван, в жаждущие объятия Юнги - и уже из-под хенова крылышка защебетал: - Тэхена, а я тут узнал, что ты даже настоящих служителей нашел, нам все нормально организуют! Прям по шею окунемся, так сказать. Чо, настолько будет развлекуха? - Ты о чем это, хен? - насторожился Чонгук. - Да это же сюрприз, они для нас готовят, сам подробностей не знаю, - отбился Чимин, правдиво моргая красивыми глазками, чем еще больше убедил Гука, что знает куда больше, чем готов рассказать. Тэхен укоризненно махнул по Чиму взглядом и надул губы, переведя тяжелый взгляд на наглую моську Юнги. - Да ладно, забей, он не все знает, - вильнул тот глазами. - Это же был сюрприз, хен! - Ви сорвал "тюрбан" с головы и пнул ногой барабан, тут же выхваченный из-под ног и любовно заныканный за спину Хосоком. - Еще каких-то три минуты назад! - Да прекрати, я тебя не сдавал, ты сам вчера схему расстановки у меня оставил! Чимин, нагло сунувший носик в чужие наработки, потупился и сыграл в невинность. - Ладно, там ничего особенного и не было, - кивнул сам себе Тэ. - Одно скажу: после личного времени, отпущенного агентством, у нас будут всего двое суток, море тепла и веселья для мемберов. Танцы до упаду и экзотика, совершенно чуждая Азии. Но будет незабываемо: тот, кто мне это устраивает - наша арми! - с этими словами он развязал свое тематическое полотенце, завязанное в корейском банном стиле, и метнул его в сторону, накрывая хосоков барабан. - Вы будете гордиться, но такие арми на наши концерты не ходят, они сами концерты устраивают! - Менеджеры, что ли? Ну ладно. Но вся эххх на вас с Юнги, Тэхена! Все риски - ну и штрафы, соответственно. На том и порешили. И каждый, планируя собственный отпуск, имел в виду два его последних дня, когда они под покровом тайны собрались вместе на частном аэродроме...

***

Хотя у бантанов отпуск - и даже личные в нем планы - были четко обговорены с агентством, о последних днях не сливал никто, клялись и божились - нах палить малину? Однако их волшебные сонбэ всегда умудрялись ловить на взлете перед любой авантюрой, потому никто не удивился, увидев прямо у трапа Седжин-нима с рюкзаком. Какими уж окольными путями тэюнова авантюра дошла до их менеджера, никто не знал, но спорить не рискнули - натужно заулыбались и проглотили. Седжин-ним был мрачен и молчалив - на приветствие не ответил, чем сумел сбить эйфорию всем, вызывая обычное сонное состояние ожидания. Расстроенные Чимин и Юнги расселись по разным местам, сам менеджер сел рядом с Гуком, заставив надувшего губы Тэ искать себе другое место, что, впрочем, даже помогло Чонгуку расслабиться. Несколько дней до самого самолета, скучая, бедняга старался эротически не думать, какой бабой-лавой может быть Тэхен, а уж от татуировки "Тэтэ" на животе его спасло только чудо! Гуки даже просыпался перед днем Х несколько раз за ночь от слишком реалистичных сновидений, потому в самом самолете рядом с Седжином просто отрубился. Прямо когда подловил Тэхена на вульгарном облизывании губ. Недосып и недо... кхм! ...сос в одном флаконе. Как там себя убеждала Скарлетт О'Хара?.. Вот и Чонгук, не будь дурак, пока поспит. И свое недоуменное где это мы и нас тут не съедят? выдал уже при пробуждении, спускаясь вниз по трапу. Когда оказался в каком-то тропическом раю и увидел визави каменнолицых аборигенов негроидной расы.

***

Встретили их у трапа частного самолетика, загрузили в громыхающую колымагу и повезли по кочкам, заставив засомневаться в своей мировой значимости и непробиваемости вестибулярного аппарата - после прыжков по пыльной дороге тошнило всех без исключения. Тошнота отступила, как только они увидели конечную цель. Встречающих лиц: экстравагантно одетую толпу взрослых негров обоих полов и невысокую пухленькую девчонку лет тринадцати с косичками, той же расы, - впереди всех. Процент курчавости зашкаливал. Все молчали, но сияли улыбками и белками глаз, что предполагало ожидаемый языковой барьер с этими... странно одетыми. Нет, иногда мемберов самих одевают - усраться-ебануться, но здешний стилист их переплюнул более чем на километр в длину. Глаза рябило от черного и фиолетового - Чонгук фиолетовый, конечно, заценил, как прогиб под вигуков - но цилиндры и множество зеркалец, нашитых на одежду, ломали весь кайф от любимой цветовой гаммы. Мужчины были в цилиндрах - Чонгук тут же представил это на короле странных головных уборов Тэхене и хмыкнул - а женщины - в чудно наверченных на головы полотнах со множеством бус и гремящих коробочек. Да и не только на голове - на всем теле. ...Да на них всех что-то шуршало и гремело! Некоторые оригиналы, щеголявшие булавками в ушах, держали колотушки и барабаны - сходные с тем, на котором в последнее время музицировал Хосок. Ну, когда аккомпанировал Тэхену. - Познакомьтесь, это Широту! - сияющий Тэхен уже стоял рядом с миловидной девочкой-негритянкой. - Она наша арми, но ни разу не была на концерте BTS! И у нее день рождения сегодня, мы приглашены! - сияние улыбки Тэхена не гасло, однако Юнги, в противовес, кривился, да и старшие мялись, переглядываясь друг с другом... Видимо, что-то пошло не так. Совсем не так. Гук оторопело обозревал панораму. За спинами встречающих отчетливо просматривались могильные кресты. Много столов для празднества - на большой, живописной поляне рядом с кладбищем! - Вот, - гордым королевским жестом Тэхен указал на поляну и приосанился. - Здесь и повеселимся, и потанцуем! Чонгук взял себя в руки и попытался понять. - Обещанная экзотика - днюха рядом с могилками?.. - Ну, так это здесь принято! Широту - будущая жрица вуду. Пока этим до ее вступления в возраст занимается ее мама, но сегодня что-то типа инициации, и мы с Шугой-хеном... - Я вот не знал, что день рождения будет на кладбище! - огрызнулся не сильно любезный и в более приятные времена Юнги. Чимин, пользуясь всеобщей растерянностью, прижался к нему сзади и изобразил крупную дрожь. - Мы исследуем похоронные ритуалы разных народов мира? - Чонгук действительно недоумевал. - Будем танцевать... На похоронах? - Не говори ерунды, Гуки, мы же на праздник приехали. Кудрявое дитя выступило вперед и на ломаном корейском пролепетало: - Аньо хасео ...Чон Чонгук имнида! Моя молил помощь папа Легба и изучал корейский язык. Папа Легба давал моя знание, моя говорил с Тэтэ-оппа и Юнги-оппа на скайп! И моя пригласил вы на моя инициация! Это был весело, вы все увидел! - девочка соорудила пальчиками о'кей и радостно запрыгала. - Ты хорошо! Так подарок! Моя никогда не забыл такое! Моя мечтал стал певица, даже перевел наш вуду песня на язык Корея! Показал вы? И она экстатически задергалась, вполне чистенько выпевая нечто малоразборчивое, из чего Гук запомнил только: - Жизнь доконал, и моя пел свой вуду-блюз... ...Зомби стонал под окно... Зузу-мамбо любил хунгана!.. Аа-а-а... Зузу знал, с Эрзули не шутил...* - Может, быстро вернемся в самолет? - одними губами прошептал стоявший полубоком Седжин-ним. Бледный как никогда, но настроенный весьма решительно. - Неудобно, - не разжимая губ, ответил Намджун. - Девочка, все-таки, наша фанатка! Нам дорог каждый арми. Нужно только убедиться, что не снимают... - Моя не разрешил никому! И тут интернет нет, только у моя! - бодро ответила маленькая именинница, как оказалось, обладавшая феноменальным слухом. - На моя день рождения нет телефон, сюда приходил боги! Божество по имени Сокджин оправило прическу, приосанилось и покусало губы, придавая им цвет. - Так и есть, милая, мы уже здесь. А план мероприятий тут какой предполагается? - План ме..? - девочка наморщила лобик, пытаясь преодолеть языковой барьер. - Широту не понимал... Моя быстро звал папа Легба, он помогал! - Местный Санта Клаус тут такой, что ли? - хмыкнул освоившийся Хосок, выходя вперед. Девочка зорко уставилась на него и вгляделась и уцепилась за руку. - Хосоки-оппа очень подходил для Папа! И пока Хосок пытался всосать неоднозначную инфу и осознать, для чей же папа он подходил, радушно улыбнулась гостям. - Да вы проходил, садился, - и указала она рукой на столы. И бантаны, рассаживаясь, с опаской оглядели предоставленное угощение. Негусто, от скромных трапез как-то поотвыкли. На всех столах стояли свечи - видимо, предполагалась гулянка допоздна... какие-то цветы... Лепешки, фрукты и копченое куриное мясо Гук узнал, остальное было не слишком знакомо, но выглядело вполне съедобным. Дешевенького пойла, от которого разило перекисшим мунбэджу**, было хоть залейся, но Гуки всегда путешествовал со своим, поэтому в дегустации хозяевам отказал. Вдруг они его из кладбищенских цветочков гонят, мало ли... Рядом, у ворот кладбища, было много фото и свечек, установленных рядом. Кладбищенская пати, ееее! Прям ноги в пляс просятся, хых... Гук глотнул соджу и решил своим ни с кем не делиться: вон, даже Хосоку негритянка кружку принесла. Широту, держа Хосока за руку, встала возле пышногрудой негритянки и тоненько затянула на непонятном языке что-то заунывное. Негритянка в ответ затрясла бусами, грудями, бедрами - и заговорила речитативом. Чонгук посмотрел на это дело, достал из кармана необъятной худи фляжку с соджу и отпил, чтоб не акцентироваться на творящемся безобразии. Кстати, парился он один, остальные вовсю жевали нехитрую закусь и полоскали язык в предложенной бормотухе. Намджун, Седжин и очаровательно порозовевший от возлияний Шуга уже причастились ощутимо. Тэхен и Чимин давно игриво перемигивались, и Сокджин, поглядев на раздухарившихся тонсенов, принял из рук бородатого мужчины какой-то кубок и залихватски отхлебнул. Хосок напряженно вслушивался в напевы взрослой негритянки и тоже осторожно, мелкими глотками, пил предложенное. - Воды! Хххххх... Быстрее! Сдохну! - захрипел вдруг Джин, и Намджун с Седжином заколотили его по спине. - Что, сильно крепкий? - недоуменно спросил Тэхен, щедро отхлебнул - в свою очередь задохнулся. Чимин выхватил у Юнги стакан воды и сунул младшему. - Сказали пить медленно, идиот! Оно ж на пряностях и с перцем! Горло хочешь сжечь нахер, вокалист долбаный?.. - и вдруг плавно повел бедрами, изумленно вслушиваясь в себя. - Танцевать... хочется, - сказал он низким голосом. - Очень. Сунув стакан Тэхену, Чимин-ши пластично скользнул из-за стола. - Сюда, малыш, - Хосок стоял, обнимая старшую негритянку за плечи и отхлебывая питье все более уверенно. - Я пришел, папа. Чимин остановился около Хосока, и тот ласково притянул его голову к груди, одарив макушку младшего смачным поцелуем. - Йоу, веселись, геде! И все будто сорвались с цепи. Загремели колотушки, барабаны, заизвивались женщины. Все стадом потянулись на импровизированный танцпол. Прямо-таки, в едином порыве! Бросая недопитое и недоеденное. Дурным табуном, практически, ломанули на поляну и затрясли разными частями тела. - Да ну... нннахер, - подумал Гук вслух, снова отхлебывая соджу. И поискал глазами Тэхена. И, конечно же, нашел того в самой гуще! По подаренному им самим ханбоку. - Выпей, сладенький, - о его плечо оперлась грудью какая-то черная сисястая мадам, облизывающая накрашенные фиолетом губы. - У меня есть, - Гук поднял фляжку и чокнулся с ней, привычно игнорируя восхищенный взгляд на свое тренированное тело. - Развлечемся? - негритянка многозначительно пососала указательный палец, не сводя восторженных глазок с накаченной груди. - Нет, я здесь с ...не один, - помотал Чонгук головой. - Как знаешь, - досадливо скривилась она и оставила Гука в покое. Мелькнула смутная мысль, что эта-то точно арми, раз так чешет по-корейски... но быстро исчезла, смытая очередным глотком соджу. Гук снова покосился на танцующих и захихикал: Шуга и Чимин, совершенно не стесняясь Седжина, танцевали что-то вроде ламбады, причем не только бедрами, а и языками во рту друг друга. Да, кстати, Седжин не скучал тоже - вообще не видя никого в упор, он зажигал с двумя неграми и квартеронкой в возрасте. Чонгук, пьяненько хихикая, взял со стола ножку копченой курицы, которую, похоже, смачно обваляли в перце, и, откусывая, стал запивать содержимым фляжки. Слегка ударило в голову. И общая картина рассыпалась на фрагменты. Держащий в ладонях обе ягодицы Юнги-хена возбужденный Пак Чимин. Смеющийся в танце Тэхен, на которого кто-то поверх ханбока напялил черный цилиндр и фрак с этими блестящими зеркальцами. Целующиеся взасос Намджун и Сокджин. ...Что, блядь?.. И Хосок, поющий что-то безумное, под стать творящемуся. - Папа Легба вам разрешает этим вечером веселиться! Выбирай же, в кого вселиться! И пусть жизнь эта ночь продлится! Чтоб со смертью в экстазе слиться! Чтобы смертью в экстазе слиться! Жареная курица, ром, зерно, орех! Здесь никто не хмурится, приглашаем всех! - зачитывая этот неправильный "чикен-нудл-суп", Чон Хосок махал рукой с какой-то изогнутой палкой и другой почему-то опирался на костыль. - Геде Нибо, помощник могильщиков, Геде Фуий, копальщик могил! Геде Лоражу - смерть от молнии. Веселые и жестокие, пришел ваш час! ...Низкий смех Тэхена. ... - Я не люблю красное, я бы розовое... Айщщщ... нужно красное? Ну ладно... Если нужно... - Сокджина. ... - Геде Нибо хочет барон ля Криминэль, - Чиминово, с придыханием, - и ответный стон Шуги. ... - Это кладбище нужно освятить! - решительное Намджуна. ...И радостное, Широту: - Как моя рад, что все барон навестил моя! Чонгук попытался разглядеть этого самого всебарона... Но соджу оказалось сильнее. - Недолго посплю, - сказал он себе, роняя голову на стол. И отключаясь. *Жизнь доконала, и я пою свой вуду-блюз. Петро лоа, оставьте мой дом. Зомби стонут всю ночь под окном. Жизнь доконала, и я пою свой вуду-блюз. Зузу-мамбо любила хунгана. Зузу знала: с Эрзули не шути. Зузу стала рабыней от заклятья тамтама. Теперь у ней на могиле пляшет Барон Самеди. Жизнь доконала, и я пою свой вуду-блюз… Уильям Хьёртсберг «Сердце Ангела» **Мунбэджу - традиционный выдержанный дистиллированный ликёр, изготавливаемый из пшена, сорго, пшеницы, риса и нурука (закваска) с крепостью в 40 градусов.