Минута за минутой.

Уже более десяти минут Гермиона стояла перед толпой в двадцать человек. Стояла и молчала, потому что не хватало еще кое-кого. И без него, разумеется, начинать было нельзя. С самого утра она была, как говорят, на нервах. Раз пять собирала волосы в хвост и распускала его; каждые тридцать минут наводила порядок на столе, продвигая книги с одного на другое место. И спрашивается, зачем нужно было просыпаться в пять утра, если ты занята сегодня только с одиннадцати? Но спать девушка не могла. Пыталась уснуть снова, но ей это не удавалось, и в итоге она смирилась. Вот на настенных часах стрелка уже достигла отметки 11:15, а они еще не начали. Просто сидели в кабинете и каждый переговаривался о своем. Гермиона же под столом изломала, кажется, уже все пальцы на руках и измяла всю юбку, постоянно поглядывая на часы и моляо том, чтобы никто больше не зашел в класс. - Хорошо. Начнем таким составом, - наконец произнесла Гермиона, когда почувствовала вкус металла во рту – до такой степени она нервничала, что до крови искусала свои губы. И конечно, как это бывает в тех романтических фильмах, которые по вечерам смотрит Грейнджер, в этот момент дверь медленно начала отворяться и перед ней встал Малфой собственной персоной. - Ты опоздал, - бросила девушка, стараясь не соприкасаться с ним взглядами. “Вот и первые слова почти две недели спустя,” – отметила про себя Гермиона и также мысленно горько усмехнулась. - Разве вы начали? – нахально вступил в диалог Драко. - Вообще-то мы все ждали, когда ты соизволишь присоединиться, - как можно спокойнее говорила гриффиндорка. - Тогда я не думаю, что это можно считать опозданием, - дерзко бросил он и прошел в класс к одной ученице из Слизерина. “3:5. Кажется, я победил. Продлим до 10?” – продолжал вести странную игру Малфой, почему-то надеясь, что девушка услышит его мысли. Все тихо усмехнулась и вновь обратили свой взор на старосту школы. - У тебя есть какие-нибудь идеи, Гермиона? – спросила за всех присутствующих Полумна. - Честно? Я надеялась, начать с этого вопроса к Вам, - пожала плечами девушка, ведь у нее не было ни малейшего представления, как организвать этот праздник. Да и праздником это было сложно назвать, по крайней мере, для самой Гермионы. Она была бы намного счастливее, проведя 31 октября с родителями за просмотром любимых ужастиков и поведением различных сладостей. И не нужно ей никаких костюмов, декораций, сюрпризов и шоу. - Как так, Грейнджер? Тебя попросил сам директор подготовить школу к празднованию самого страшного дня в учебном году! А у тебя нет никаких идей, - напомнил о своем присутствии Малфой, отвлекаясь от подруги, с которой успел уже мило пообщаться и договориться о чем-то. “О чем-то? Серьезно, Гермиона, не стоит врать самой себе. Ты все прекрасно знаешь.” – твердил внутренний голос, пока параллельно ему Гермиона пыталась придумать ответ на замечание своего соседа. - Малфой, как бы грустно не было то признавать, но тоже задание дали и тебе. Не хочешь высказаться по теме? – выпалила она, зло посмотрев на него. Прямо в глаза – пыталась что-то разглядеть – но ничего не было. Совсем. Даже свое маленькое отражение она не увидела. Малфой смотрела сквозь нее, как это было раньше. “А что ты хотела? Для него ты просто грязнокровка. Всегда была, есть и будешь грязной, противной и ничтожной.” – шептало все внутри нее. Девушка поспешила вернуться взглядом к толпе и не заметила, как опустилась грудь парня, который облегченно выдохнул.

***

В ночь с третьего на четвертое октября уснуть не могла ни только Гермиона. Ее сосед тоже волновался так, будто ему утром предстоит предстать передсвоим отцом, а не перед никчемной девкой. Он был грубо в своих мыслях, хотел чтобы каждое слово о ней говорило о его ненависти… хотел убедить себя, что это правильно. Но все было безрезультатно и возвращались к одному и тому же - он закрывал глаза, а перед ним стояла она. “Ты пытаешься казаться крутым, пытаешься соответствовать своей фамилии, но как только заходит солнце и мир окутывает мрак, ты перестаешь держать планку, становишься тем, кем являешься на самом деле. Никто. Вот лучшее слово, которое описывает тебя! – парень вел внутренний монолог, все еще пытается забыться в этой желчи гнева и злости, в потоке оскорблений не ее, так себя. – Вот тут, в глубине, откуда ты слышишь меня, ты знаешь, что она была права. Что ты напугал ее, потому что она задела то, что ты скрывает от самого себя. Детская обида? Да. Ты ненавидешь себя, поэтому ненавидешь окружающих. Да, в том виноват отец, но ведь последние несколько лет ты мог противостоять ему, просто не хотел. Чего ты боишься, Малфой? Одиночества? Гнева отца? Теперь все это ушло на второй план, не так ли? Боишься ее потерять. Идиот. – усмехался демон, которого выпустил сам Драко. Для него все было странно, но подобные дискуссии в ночи стали неотъемлемой частью его жизни, а это существо – частью его самого. – Идиот, - по слогам повторил грубый голос, а Драко перевернулся к окну на своей кровати. Как бы ему хотелось сейчас оказаться подальше от школы и проблем, наедине с самим собой, а не с этим противным демоном, который постоянно напоминал об отце и о Грейнджер. Но он снова закрыл глаза и начал прислушиваться к “себе". – Ты ее уже потерял. У тебя есть только я. Знаю, вспомним старину Забини… но где он сейчас? Почему же ты не можешь рассказать ему все, раз уж он такой хороший друг? Снова страх. Малфой, ты никогда не станешь достойным сыном.” - Заткнись, - прошипел Драко, сжимая кулаки и стискивая зубы. Каждый раз одни и те же фразы, одна и та же притворная, ехаидная интонация, один и тот же отцовский голос, а он все не мог привыкнуть к нему. Да, не представлял себя без него, но рад был бы избавиться. Через какое-то время проведенное в абсолютной тишине, но все так же без сна, парень заметил лучи восходящего солнца. “Ну вот. Осталось примерно пять часов до вашей встречи, а ты даже не подумал о том, как будешь действовать, – отметил сам Драко и посмеялся над собственными мыслями. – В кого ты превращаешься, Малфой? Нужно подготовиться ко встречи с девушкой, хотя это даже не свидаение, да и в постель ты тащить ее пока не собирался. Действительно, придурок. “

***

- Так что мы будем делать? - поинтересовалась у однокурссников Гермиона, а ее резкий голос вытянул Драко из воспоминаний. - Думаю, мы можем начать с привычных свечей, тыкв и призраков из белых простыней, - начал размышлять когтевранец Энтони Голдштейн. - Как обычно украсить ими потолок в Большом зале и подоконники, - подхватила идею Падма Патил. - А еще можно добавить букеты из красных и оранжевых цветов, с листьями тех же ярких оттенков, - вставила Полумна и все поддержали ее идею.

***

- Тааак. - спустя два часа протянула староста школы, что официально значило окончание собрания. - Думаю, в конце концов у нас что-то да выйдет, - она с улыбкой оглядела всех присутствющих и измотанных подростков. - Все обязательно получится! - заверила Полумна, которая предложила идеи для половины проекта - за это ее не устанут благодарить все старосты даже после праздника. "Вот кого надо было ставить на место главного организатора", - отметила про себя Гермиона. - Теперь мы можем отдохнуть. Встретимся во вторник после ужина? - девушка все также держала лицо - мило улыбалась и излучала теплые лучи счастья. "Так долго изображая счастье, ты и не заметила, как стала каменной статуей с глупой, противной улыбкой на лице. А они верят в твое притворство! Глупцы." - кричал Драко, но никто не слышал. Никто, кроме того демона, который приходит, когда солнце скрывается за горизонтом. - До следющей встречи, - прощались старосты и уже через минуту класс опустел, лишь букет различных ароматов духов, что развеялся в воздухе, напоминал о том, что она несколько часов провела не в одиночестве.

***

Грейнджер опустилась на стул, положила руки на стол и уткнулась в них лицом. - Это невозможно, - тихим нрлосрм произнесла девушка и тяжело вздохнула. Она не следила за временем. Она не знала, сколько времени сидела в этом кабинете, который успел уже потерять облик посещаемого помещения - из-за темноты за окном, темноты в классе он казался заброшенным, так картину дополняли еще и беспорядочно разбросанные по столу листы бумаги, тетради и письменные принадлежности. Девушка так хотела остаться тут - далеко от своей комнаты, за стенами которой слышно, что творит сосед с Пэнси Паркинсон. Но надо было возвращаться и вновь погружаться в тот кошмар, в который превратилась ее жизнь.

***

- Нет, Нет, Нет! Прошу, пожалуйста, не надо! А-а-а… Малфой проснулся от ужасного крика, доносящегося из соседней комнаты. Он не раздумывал ни минуты – быстро ринулся по лестнице вниз из своей спальни, а затем наверх, выбив плечом дверь. На кровати билась в конвульсиях и хрипло, с надрывом, дышала Грейнджер, продолжая выкрикивать нечленораздельные слова. Драко, сам еще не до конца проснувшийся, пытался разбудить девушку: кричал в ответ, аккуратно (насколько это было возможно) бил ее по лицу, но ничего не выходило. Уже через секунд 30, окончательно разобравшись в ситуации, парень взял Гермиону на руки и понес вниз. Он нервно укладывал ее тело, которое продолжало неестественно дергаться, в ванну и трясущимися руками открывал кран с холодной водой. - Эй! Эй, Грейнджер! – Драко одной рукой обливал её из какого-то стакана, а другой придерживал её голову. – Ты слышишь меня? Грейнджер, давай! Минут через пять девушка замерла и замолчала. Около минуты ничего не происходило. Парень закрыл кран. Сидел возле ванны, продолжая держать ее голову и убирать с лица мокрые запутанные волосы, и чего-то ждал. - Грейнджер, давай… - шептал Драко. – Просыпайся. Давай! – еще миг и он полностью погружают её тело в ледяную воду, убирая свои руки. Ей нужно было остыть и прежде всего жар должен был быть снят изнутри. – Давай, давай. Очнись, - продолжает шептать парень. Один. Два. Три. Четыре… Гермиона резко выныривает из воды, и, расплескав воду по всему полу, дрожа, садится, громко хватая воздух ртом, пытаясь восстановить дыхание и цепляясь за бортики ванны, по которым скользят руки из-за воды, открывать глаза она не спешит. - Грейнджер! – Малфой охватывает ее лицо двумя руками, большими пальцами стирая воду с глаз. Он тоже тяжело дышит, его руки предательски дрожат, а на лице сияет счастливая улыбка, ведь он смог. Он, кажется, смог спасти ее. - Что… Где Я? – тихо спрашивает Гермиона, осматривая помещение, в котором она очутилась. Дыхание ее все еще тяжелое и обрывистое, но уже тише. - В ванной, - усмехнулся Драко. - Что произошло? – парень только сейчас замечает, что губы девушки стали синими. «Ну конечно они будут синие, она ведь совсем в холодной воде сидит уже минут десять! Идиот,» - мысленно отругал себя Малфой и одними глазами нашел полотенце, в которое и поспешила укутать девушку. - Что тебе снилось? – спросил Драко, прижимая к себе Грейнджер. А она была не против потому, что слишком боялась снова остаться одна. - Ни… ничего, - коротко ответила Гермиона и немного грубо отстранилась от груди парня. – Ничего такого, о чем тебе бы следовало знать. - Конечно, - смиренно и как-то резко, будто только и ждал этих слов, сказал Драко и сделал шаг к выходу из ванной. - Малфой, - отозвалась девушка и он обернулся. – Спасибо. - Надеюсь, другого раза не будет, - кинул парень и скрылся в темноте гостиной. Девушка медленно опустилась на пол, облокотилась спиной к ванне, поджала к груди ноги и уткнулась в колени, давая волю эмоциям. «Кошмар. Это был просто кошмар, Гермиона, - мысленно успокаивает себя гриффиндорка. – Все будет хорошо. Это никогда не произойдёт, ведь они все мертвы и наказаны. Это был просто кошмар.»

***

Утром, когда все ученики сидели и завтракали, а Гермиона стояла у окна рядом со входом в Большой зал, мимо проходила Полумна Лавгуд и увидела старосту. - Мозгошмыга словила? – вполне серьезно спросила девушка. “Хоть кто-то не меняется,” – мысленно улыбнувшись, отметила Гермиона. - Здравствуй, Полумна, - уже вслух произнесла она. - Сегодня на удивление хорошая погода, - отдаленно говорила Лавгуд, наблюдая за происходящим на улице. - В отличии от этого дня, да. Погода замечательная, - будто напоминала о своем присутствии Гермиона. - А на закате будет радуга. Эта осень самая невероятная за последние семь лет, - Луна, наконец, посмотрела на свою собеседницу. - Это точно, - почти шепотом произнесла Гермиона, потому что сама так не считала. - У тебя что-то случилось. – констатировала факт Полумна. “Вот так всегда. Она видит всех насквозь,”- все же с удивлением говорила себе Грейнджер. - Ничего серьезного, - девушка попыталась удовлетворить своим ответом подругу. - Гермиона, я не лезу в твою личную жизнь, но просто… - блондинка замялась. – Просто, мне кажется, тебе нужен тот, кто выслушает и сохранит все в секрете. - Ты права, Полумна, - грустно улыбнулась Гермиона, продолжила смотреть в окно. - В таком случае, такой человек – Я, - Лавгуд теплым взглядом оглядела старосту, молчала, давая время подумать. “Однажды вот так ты доверилась Ему, и в каких отношениях вы теперь?”- твердил внутренний голос, но сердце Гермионы устало хранить все тайны в себе. - Я не думаю, что сейчас подходящее время, - все еще обдумывая свой окончательный ответ, произнесла Грейнджер. - Так и есть. Встретимся вечером, после собрания? – предложила Луна. - Тебе в это время не разрешено гулять по Хогвартсу, - напомнила гриффиндорка. - Я что-нибудь обязательно придумаю, - ответ Полумны подбодрил Грейнджер. “Возможно, в этот раз мне не сделают больно,” – успокоила она себя в голове. - До встречи, - ответила она вслух. - До вечера, - улыбнулась Полумна и направилась в Большой зал – все-таки завтрак не будет людлиться вечность и им надо поторопиться, если не хотят учиться с пустыми желудками, - Идешь?