Сладкая ложь

Школьная форма призвана, помимо всех прочих преимуществ, бороться с классовым неравенством, внешне уравнивая детей из обычных среднестатистических и довольно обеспеченных семей, но это лишь в теории, а на практике как можно не отличить дорогие ткани и идеальную вышивку от второсортных? Хотя тут и мастером шитья быть не нужно, чтобы понять, кто из студентов богат, а кто беден. Это читалось по лицам — уверенный, прямо скажем, победоносный взгляд выдавал в этих личностях богачей, которым было плевать на всех окружающих. Гарри Поттер относился именно к таким студентам, ему было разрешено если не всё, то очень многое и столь же многое прощалось. До недавнего времени… — … Серьезно? — Драко Малфой округлил свои небесного цвета ангельские глаза, а секундой позже, заметив злющий взгляд друга, прикрыл рот рукой и заржал, будто стадо гиен. Аристократы, они как-никак люди и все человеческое им не чуждо. Правда, смеялся он, прижимая ко рту ладонь с парой золотых колец с бриллиантами, но от этого факта каркающий смех приятней не становился. — Отвали! — прошипел Гарри сквозь зубы и отвернулся, намереваясь уйти от своего уже бывшего друга. Сволочь белобрысая. — Да постой ты, прости, — легко выдал Драко, сдерживая очередной смешок, — Говоришь, Змеюкус был заляпан с головы до ног? И даже волосы? — Я сам не думал, что эта гадость такая въедливая! Её даже чары не берут, — довольно прыснул Гарри, вмиг прощая своего подельника. Спрашивается, а кто если не Драко Малфой сумел бы своровать недостающий ингридиент из-под носа у самого Змеюкуса? Гриффиндорцам, как известно, не было хода в крыло слизеринцев. — Обалдеть, всё-таки от твоего таланта варить ужасающие зелья есть толк. Их даже магия не берет. — Эта способность не поможет мне попасть в Аврорат, Снейп запретил мне посещать его занятия. — А что отец? — Поддержал и сказал выбирать другую профессию. — Ничё се, и что теперь? — охнул единственный наследник Малфоев. — Ничего, я все равно попаду в Аврорат и Снейп мне в этом не помешает… Драко Малфой неплохо знал своего друга, чтобы понять по его тону — не отступится, и был рад поучаствовать в очередной забаве. И какая светлая мысль посетила Гарри на этот раз?

***

Северус Снейп абсолютно не подозревал о надвигающейся на его голову беде в виде очень злого омеги, обладающего прекрасной фантазией и привитой еще с детства мыслью о своем превосходстве. «Весь в отца» — любил повторять Северус, когда отпрыск Поттера в очередной раз дерзил или вел себя недопустимо. Но мы-то знаем, что Гарри Поттер был хуже, хотя бы оттого, что родился омегой, притом довольно симпатичным. За зеленоглазым худеньким брюнетом увивалась половина парней школы, а всё потому, что вторую половину интересовал блондин — Драко Малфой, который внешними данными не уступал своему лучшему другу. Их боготворили и ненавидели, всеми силами хотели быть в их свите, равно как и мечтали заавадить этих зазнавшихся придурков в ближайшем тёмном переулке. Власть над другими развращала, а эти двое парней поняли эту истину слишком рано. Так вот, вернемся к декану Слизерина. Непривлекательный, хмурый мужчина, который даже став прекрасным специалистом в своей области, до сих считал свои достижения ничтожными, а жизнь бестолковой. Наверное, всё дело было в знакомых, коллегах, которые к тридцати шести годам давно успели найти свою пару и обзавестись детьми, некоторых из которых он в свою очередь был вынужден обучать. Хотелось ли ему иметь собственного ребенка и супруга? Сейчас он уже не мог твердо ответить на этот вопрос, теряясь в ворохе многочисленных несбыточных желаний, которые, к превеликому сожалению, так и не спешили сбываться до сих пор. Порой, смотря на эти светящиеся надеждой глаза детей, Северус завидовал их юности и слепой вере в то, что всё у них еще впереди. Увы, половина этих студентов будет вынуждена отбросить подобные глупые мысли спустя десяток лет, принимая как данность простое правило жизни: чудес не бывает, а надеждам, как правило, суждено разбиться о быт обычной жизни. Скажите, а когда можно заниматься любимым делом, будь то чтение или исследования, когда каждый день нужно пропадать на работе, зарабатывая необходимый минимум для своего существования? Хотя подобный подход относился к таким, как Северус — беднякам, а другим, вроде Поттера, даже в школу ходить было необязательно, они и так могли получить всё, о чем другие могли лишь мечтать. Тьфу ты. В дверь кабинета постучали, вырывая Северуса из неприятных мыслей. — Войдите, — крикнул он, гадая, кого же могло принести в столь поздний час. — Здравствуйте, профессор, нам нужно поговорить, — весело произнес Поттер, улыбаясь во все тридцать два зуба. Ожидаемо. Северус и не думал, что Поттер так легко отступится от идеи, которой бредил последние пять лет. И если кто-то усомнится в том, откуда простой учитель может знать о стремлениях своих студентов, то смею вас огорчить, учителя зачастую даже в курсе, в кого вы влюблены и как провели прошлую ночь. Профессия у них такая, и нет, преподавание — это лишь дополнение к основной деятельности, взращиванию человеческих душ. — Говорите, раз пришли. Гарри опустил взгляд в пол, быстро приблизился к письменному столу и задержался около кресла, наконец вспомнив о правилах этикета. Северуса так и подмывало заставить этого сорванца стоять, поэтому он проигнорировал намек, слегка улыбнулся и поинтересовался: — И что же вам от меня надо? Гарри поднял глаза, перевел их на одиноко стоящее кресло и снова воззрился на профессора, сделав вид, что стоять ему нравится намного больше, нежели сидеть. — Примите меня на курс снова, — выдал он на одном дыхании, а потом еле слышно добавил, — пожалуйста. — Не слышу. — Пожалуйста. — Сэр. — Пожалуйста, сэр, — проскрипел Гарри, стирая зубную эмаль в порошок, чем неимоверно повеселил самого Снейпа. Но тот считал, что этого было маловато, чтобы простить негодника. Его мантия до сих пор лежала в углу ванной, так как он понятия не имел, как её отстирать, а спалить любимую вещь было жалко. Так почему бы не дать исправить всё самому виновнику? Северус молча поднялся со своего места, обошел застывшего Поттера и скрылся за одной из неприметных дверей, которая вела в его покои. Гарри злился, нет, не так, он был в ярости от того, что приходилось отыгрывать весь этот спектакль и умолять. Чёрт возьми, Поттеры никогда ни о чем не просят, они приказывают! «Ненавижу, как же я тебя ненавижу» — крутилось у Гарри на языке, пока Снейп молча сидел и усмехался. Гад! А потом он просто встал и вышел, оставив Гарри одного со своими мыслями. Да, изначально он планировал договориться со Снейпом об уступке, подарить ему какую-нибудь дорогую книжку или очередной ингридиент, который невозможно было достать простым смертным, но потом, видя его довольное лицо, передумал, предвкушающе усмехнулся и пошел исполнять свой свежевыдуманный план. Северус Снейп замер у самого входа в свой кабинет, грязная мантия, шурша, опустилась на пол у его ног, выпадая из ослабевших пальцев. Мужчина пребывал в полнейшем шоке, но Северус не был бы самим собой, если бы не справился с эмоциями и не спросил: — Что тут происходит? — Вы меня насиловали, — выдал его студент, умастившись на его письменном столе абсолютно голым задом. Белье, а точнее чёрные кружевные трусики валялись на полу около стола, там же находилась и форменная юбка в клетку, а также скинутые документы, чернильницы и перья. Последнее больше всего расстроило Снейпа. Отчет за месяц был практически закончен, а сейчас придется переписывать заново. Гарри, заметив, что профессор не спешит стягивать его за шкирку и звереть, расстроился. Согласно его плану, Снейпу уже сейчас было положено мутузить его по всему кабинету, подтвержая сам факт насилия, а он стоял и рассматривал разбросанные по всему полу пергаменты. Ненормальный! Следом в комнате раздался треск разрываемой ткани и Гарри заорал во всё горло: — Помогите! Нет, профессор, не трогайте меня! Не приближайтесь! Северус, которого стала раздражать вся эта ситуация, успел только достать палочку, чтобы заткнуть обезумевшего подростка, но так и не произнес ни слова. Сзади, со стороны входной двери раздался грохот, а позже на него налетел сам директор, отпихивая в сторону. Крики, толпа студентов у него в кабинете, а так же рыдающий полуголый Поттер, натягивающий свою белую рубашку на обнаженные бедра. — Северус, что тут происходит? — строго спросил Дамблдор, закутывая хрупкого омегу в свою длинную светлую мантию. «Хотел бы я сам знать» — подумал Снейп, не зная, как ответить на казалось бы простой вопрос.