Сладкая ложь

Сидеть Гарри в эту ночь не смог, лежал на животе, прикрываясь тонким пледом и тихо, так, чтобы соседи ничего не услышали, плакал. В чем-то Снейп был абсолютно прав, он не станет никому рассказывать о том, что произошло, но и спускать Снейпу это унижение не будет. Поттер он или кто? Снейп не имел права трогать его подобным образом! С каждой стекающей на подушку слезой Гарри придумывал всё новую и новую кару Снейпу. Тому в подземельях, наверное, до самого утра икалось. Кстати, утром стало ещё хуже, с кровати Гарри сползал, словно дряхлый старик, а то, как он пережил лекции, лучше вообще не вспоминать. Наверное, выдержал он лишь благодаря своему ослиному упрямству. И именно оно, а также желание возмездия привело его в кабинет Северуса Снейпа снова. Всё тот же взгляд и сухой приказ подойти ближе. — Садись. Гарри послушно опустился на колени. Ягодицы отозвались болью. — Вас ничему не научил первый раз? — Вы о чём? — О том, что всегда можно ответить «нет». — Разве для вас это имеет значение? — Имеет, — отозвался Северус, а потом прижал желающего подняться Гарри к себе. — Вы же сказали, что я могу уйти! — Поздно, — припечатал Снейп, толкая парня вновь на свой стол. Юбка также взлетела вверх на поясницу и Северусу открылся прекрасный вид на бордовые, немного припухшие ягодицы парня. Белье он в этот раз не надел. Гарри напрягся, ожидая дальнейшего удара, и охнул, почувствав на воспалённой, слишком чувствительной коже чужой язык. Это было сродни тому, чтобы сыпать солью на открытую рану. Иначе отчего Гарри тяжело задышал и закусил тыльную сторону ладони, сдерживая крик? — Можешь кричать, никто не услышит, — милостиво разрешил Северус и, приоткрыв анус, просунул внутрь кончик языка. Теперь сдерживаться Гарри не стал. Закричал, а потом забился в судорогах, понимая, что течка наступила в самый неподходящий момент. Между ног потекло, а тело из колодезной воды мгновенно кинули в кипяток, заставив кожу ко всему прочему вспотеть. — Вы садист, знаете? — Сам напросился, — отрезал Снейп, трахая его языком. Это, так же, как и порку, он делал неспешно и качественно, не пропуская ни одного миллиметра кожи. Целовал свои же отметины, будто извиняясь. А Гарри не понимал, как может один и тот же человек вчера его шлёпать, а сегодня вот так ласкать? Он вообще не верил в то, что это делает Северус Снейп. Что он там говорил насчёт его порядочности? Нет её и не было никогда. — Вам не кажется, что это несправедливо? — Что? — переспросил Снейп, скорее по привычке, нежели действительно желая узнать, что же имеет в виду Гарри. — Вам с кем попало спать можно, а мне, выходит, нет. — Хочешь отшлепать и меня? — Не против. — Я подумаю, — нашелся с ответом Северус, обдумав предложение, а Гарри, усмехнувшись, предложил: — Ну давай, чего тянешь? Понял же, что я не собираюсь никуда бежать и сам хочу секса. — Я же престарелый садист. — Плевать. Главное, что член есть. — Вы неразборчивы в связях, Поттер. — Вы тоже, профессор Снейп. Ждать дольше Снейп не стал, просто приспустил штаны вместе с плавками, высвобождая уже возбуждённый член из плена хлопка, и вошёл в гостиприимную дырочку. Охнули они оба. Гарри от желанного наполнения, а Северус от давления плотно обхватывающих стенок, сочащихся от смазки. Секунда на то, чтобы оценить весь спектр чувств, плавно двинуться наружу и вновь назад, вызывая ещё одну волну наслаждения. Гарри сладко застонал, утыкаясь носом в гладкий, лакированный стол. Руки Снейпа легли ему на талию и немного надавили, прижимая ближе, хоть ближе уже было некуда. Секс выдался намного короче, чем Гарри хотелось. Он только вошёл в раж, когда почувствовал, как Снейп тихо охнул и просто замер. — Ты что, в меня кончил? — заорал парень, отталкивая Северуса в сторону. — В презерватив, если ты об этом. Снейп отошёл на шаг в сторону, застегнул штаны и подумал, что неплохо было бы закурить, но он бросил уже пять лет назад и сигарет принципиально не держал в своих комнатах, чтобы не сорваться. Зато тут была выпивка. Пара бутылок стояла в качестве благодарности от родителей. Именно их сейчас Северус и достал. Поставил перед собой низкий бокал, плеснул желтоватую жидкость на дно и сразу же выпил. Гарри же, заметив, что на него не спешат обращать внимание, сам забрал бутылку, оценил марку и, хмыкнув, сделал большой глоток. И когда он там считал Снейпа добропорядочным и воспитанным? Вновь промах. — Теперь можете идти к Дамблдору и говорить, что я вас обесчестил. Теперь есть хоть за что. — И это называется обесчестил? Вы два раза охнули и кончили. Не секс, а черт знает что, — высказался Гарри, который до этого в своей фантазии успел сделать Снейпа секс-гигантом с огромным членом и неугасаемой выдержкой, а тут… тут его самого учить надо. Вот это разочарование. Самое жесткое во всей его жизни. Интересно то, что Снейп на обидное высказывание не обиделся, а просто пообещал: — В следующий раз будет подольше. — Следующий? — Вы на две недели в моем распоряжении. Что хочу, то и делаю. — Но секс? — Как вариант. Или у вас есть желание почистить котлы или пробирки? Я не против предоставить вам такую возможность. — Нет, спасибо, — ответил Гарри, вновь отбирая бутылку у Северуса, который сейчас тоже пил из горла. А потом, позабыв про свой пострадавший, зад сел Снейпу на руки. Само собой, ойкнул, ругнулся и жалобно попросил у Снейпа: — А вылечить никак? Я все средства утром перепробовал, ничего не помогает. — А где тогда воспитательная мера? — Да понял я уже все, лечи! — Что понял? — Не бесить тебя. — И? — Не устраивать групповушки без твоего участия. — ответил Гарри, посмеиваясь, и подскочил с рук Снейпа, так как тот захотел вновь его ударить. Не попал. Зато за руку ухватил, дёрнул на себя и, усадив на уже ставший талисманом стол, наконец-то поцеловал, в губы, по-взрослому. Целовался Снейп в разы лучше, чем занимался сексом. Поэтому к концу поцелуя Гарри поплыл, сделался таким добрым-добрым, согласным на всё и мягким, словно кисель. — Поздно уже, тебе спать пора. — А лекарство? — Дам, куда ж я денусь, — ответил Снейп, бурча. Гарри, не обращая внимания на его слова, встал на носки, чмокнул мужчину в щеку и довольно произнес: — Спасибо, папочка…