По дороге в легенду

168 4Э на трон сильно ослабленной империи приходит Тит Мид II. В 171 4Э в Имперский Город пребывает посол Алинора с повозкой, доверху набитой головами Клинков и ультиматумом от Доминиона. Император отказывается принять условия Доминиона Альдмери, разгорается Великая Война. 12 числа месяца Второго Зерна 174 4Э на город наступают войска Доминиона. Тит Мид II отходит на север, чтобы объединиться с войсками из Скайрима, оставив горстку людей оборонять город. Под натиском сил Генерала Наарифина Имперский Город пал. Столица разграблена, Башня Белого Золота осквернена, по неустановленным причинам Древние Свитки из хранилища Культа Шелкопряда оказываются разбросаны по всему Тамриэлю. Имперские легионы деморализованы, появляются отряды дезертиров. Не дойдя до северных союзников, Тит Мид II попадает в засаду. Император серьезно ранен и не может вести войска. Неизвестный герой облачается в доспехи императора, по просьбе самого Тита Мида II. При помощи рыцаря Клинков Тира и имперского легата Кассии он объединяется с подкреплениями из Скайрима и Хаммерфелла и врывается в Имперский Город. В городе этот же неизвестный герой убил даэдра Риива, вооруженного Золотой Маркой. Позже будут ходить слухи о том, что Император освобождал столицу, вооружившись артефактом даэдрического принца Мефалы. В ожесточенных боях силы Доминиона были разбиты, а их генерал Наарифин повешен на Башне Белого Золота. Стало известно, что Наарифин пытался исполнить некое пророчество "Жатвы". Кровь тысяч нападающих и оборонявшихся в Имперском Городе должна была зажечь огни Обливиона в Нирне. К счастью "Забытый герой" смог спасти город от культа Боэтии, приверженцем которого и являлся могущественный лорд Наарифин. Знал ли Талмор о планах Наарифина доподлинно не известно. В 175 4Э подписан Конкордат Белого Золота, по которому Империя обязана была выполнять все условия изначального выдвинутого ультиматума.(с) * Мне часто снится один и тот же сон. Место в нем похоже на перекресток…дорог? Путей? Чего-то другого? Я стою в окружении множества зеркал. Некоторые настолько потемнели от времени и пыли, что в них уже ничего не отражается, некоторые разбиты, а в других я могу разглядеть себя в полный рост. В одном из них я вижу смутный силуэт, который приближается ко мне в отражении. Я оглядываюсь, но сзади только каменные статуи и другие зеркала. Эта фигура есть только в том зеркале. Чем ближе она становится, тем явственнее я ощущаю пульсирующую боль в левой руке. Меня накрывает волна первобытного ужаса, и я просыпаюсь с беззвучным криком. Простыни скомканы и промокли от пота. Боль затихает уже наяву. Я открываю окно, вдыхаю до головокружения морозный воздух Скайрима, и наваждение отступает… Если в реальности поставить два зеркала друг напротив друга они создадут бесконечный коридор отражений. Зеркала из сна больше похожи на двери. Я боюсь, что однажды некто оттуда успеет добраться до меня прежде, чем я проснусь… * Мое имя Риэллин. Я эльф смешанных кровей. Мой отец был из высоких эльфов. Нет, нет! Не из тех талморских ублюдков. Прекрасный, талантливый маг и ученый. Он преподавал в гильдии магов до того, как ее упразднили, помогал в сдерживании угрозы во время кризиса Обливиона, а потом и в устранении последствий этого кошмара. Моя мать-босмер. Хорошая лучница и вор. Так они и познакомились, когда она пыталась обокрасть магическую башню моего отца. В нее я пошла средним для эльфов ростом, черными волосами, непривычными для альтмеров, тягой к авантюрам и легкой формой клептомании. У меров дети бывают не так часто, как у людей или зверорас. Поэтому я появилась спустя почти сто лет их совместной жизни. Отец был счастлив и горд, хоть и хотел сперва сына. Они всегда спорили с мамой, по чьим стопам я пойду. Что ж, я взяла таланты их обоих… К сожалению, заслуги отца не уберегли нас. Он был в оппозиции и, когда Великая Война закончилась, спустя год Империя выдала его Доминиону, как и многих других несогласных в качестве откупа. Ценой большой крови и многих жертв унизительный мир был подписан. Весомая часть того, что я знаю о нем из рассказов моей мамы и дядюшки. Я помню, как он брал меня на руки и его запах. Так пахнет воздух после грозы, так пахнет хрустящий на солнце снег высоко в горах. В памяти навсегда отпечаталось лицо мамы, когда приехал доверенный гонец и сообщил, что отец не вернется и искать его нет смысла. Имущество, естественно, было конфисковано. И у нас было только то, что мы могли унести на себе. Пару артефактов, драгоценности, припрятанное золото на черный день. У нее были связи с определенными людьми, поэтому, Бруму мы покинули тихо и быстро. Это стоило почти всех денег, которые у нее были. Мы осели в Рифтене почти на год, скрываясь у Гильдии Воров, но вскоре глава Галл Дезидений был убит, предположительно своей напарницей и возлюбленной Карлией. Данмерка была подругой мамы, поручившейся за нас, и после этого инцидента нам не стало ни доверия, ни защиты. Мать отправила меня в Фолкрит, на другой конец провинции. К старому другу моего отца, Рунилу. Я всегда называла его дядюшкой и искренне была привязана к нему. Он постарался сделать мою жизнь без родителей в этом суровом краю комфортной настолько, насколько возможно. Мама должна была приехать следом, но задержалась, т.к. некий связной сообщил, что отец может быть жив и находится в заключении в талморской тюрьме. Ведь официальной казни не состоялось. Возможно, она и правда в это верила, возможно, это был жест отчаяния. Это была ловушка. Она не вернулась. Для Рунила война тоже не прошла бесследно. Я читала его дневники. После пережитого он решил стать скромным жрецом Аркея при огромном кладбище города. Именно он учил меня грамоте, языку и азам магии- школам разрушения и колдовства. Он был уже очень пожилым альтмером. Порой, ворчливым, но снисходительным к проказам маленькой девочки. Думаю, седых волос я ему прибавила. Потому что я и так была занозой и сорвиголовой, а когда мы спелись с Ливием- стала оторви и выброси. Ливий- мой лучший друг и названный брат. Это потом он стал красавцем и мечтой всех окрестных девок, а также бардом, неплохим магом и охотником на нечисть. Как к нему последнее прилипло- до сих пор в голове не укладывается. В первую нашу встречу он был просто долговязым имперским мальчишкой, в протертых на коленках штанах. Сбежал из рифтенского приюта, когда еще молодой кузнец Лод приехал за мной, чтобы забрать в Фолрит. Так он и остался при нем до совершеннолетия. У Нордов все проще. По крайней мере, в маленьких городах. Все дети шатаются вместе и просто расходятся, когда родители позовут -крестьянские - на поля, знать-постигать науку. Сиддгейр, нынешний правитель, а тогда сопливый и заносчивый племянник старого Ярла обозвал меня ушастой эльфкой и талморской шпионкой. Я хотела ответить по-своему, но Ливий опередил меня, просто разбив тому нос. Досталось нам тогда сильно. Все же наследничек. Этим Ливий сразил меня раз и навсегда. Он был моей первой влюбленностью. Продлилась она до первой драки и дележа улова с озера Иллиналта. Тогда я решила, что никаких интрижек на службе или с друзьями. Громкое заявление для 11-летней девчонки. Дядя иногда брал нас собой в соседние владения, если в городе не было нужных ему товаров или людям требовались услуги жреца. Когда нам было по 17 лет, мы решили поступать в коллегию Винтерхолда. Норды магию не жаловали и не использовали направо и налево, предпочитая бить оппонента, чем найдут. Хочешь понравиться женщине-одолей ее в рукопашном поединке, а потом перепей. Или наоборот, кто как любит. В Вайтран я уже могла ездить одна. Дядя давал мне своего вороного мерина по кличке Паслен. Да и жители Фолкрита просили что-то привезти или наоборот передать. У ярла Балгруфа прижился молодой самонадеянный выпускник Коллегии Фаренгар. Он был не сильно старше нас, но держался очень высокомерно. С него пользы было мало. Это сейчас он официально придворный маг, а у ярла трое детей и седина в бороде. Да и сам Фаренгар пообтесался, хоть и остался занудным выскочкой. Еще стоит рассказать про Кодлака Белую Гриву. Предвестник Соратников Йоррваскра. Его голос имел не меньший вес, чем голос ярла. Мудрым словом он решал споры среди своих воспитанников, верным щитом прикрывал спины своих бойцов. Именно на него равнялись лучшие воины братства. Именно он отбил меня от шайки бандитов близ города. Я нарвалась на них случайно, не заметив их лагерь, укрытый за скалами. Кодлак же направлялся туда намеренно, так как они создавали проблемы на тракте путникам и торговцам. Просто я оказалась там на полчаса раньше него. Приключений я захотела… Мне было скучно жить рядом с могильными камнями, с размеренностью похоронных обрядов и суетой сует. Молодая кровь кипела и отдавала в голову. Я собиралась отомстить за родителей, стать грозой Талмора и героем всея Скайрима. Сейчас я понимаю, какова была насмешка богов на мое будущее. Тогда я впервые убила человека. Это был здоровенный орк, который чуть не снес мне голову своей секирой. Я смогла увернуться, и он напоролся на ледяной шип, который я успела наколдовать. Это была счастливая случайность - он упал на него и его вес просто проделал всю работу. Как же я орала…Меня трясло еще несколько часов, а Кодлаку приходилось меня успокаивать и вытирать мне слезы. В конце концов, он за шкирку притащил меня в «Гарцующую Кобылу» и напоил медом Хоннинга, а потом еще и Сиродильским бренди по самые уши. Это был первый раз, когда я напилась вдрызг. Позднее он несколько пожалел о своем решении, потому что ему пришлось держать меня за волосы над канавой, куда я извергала свои горести вместе с выпитым… -Девочка, если ты хочешь выжить в Скайриме, тебе нужно постоять за себя. Посмотри на нордок. Почти каждая любого из твоих остроухих братьев на лопатки уложит. Я уверен, что ты не хуже можешь. С тех пор я решила, что положу все силы на обучение магии и бою. Об этом случае не узнал ни дядя, ни Ливий. Мне понадобилось несколько месяцев, чтобы уговорить Рунила отпустить меня в Коллегию. Про Ливия Лод только рукой махнул. Мол, раз девок на сеновал водит, значит и с прочим справится. В кузнице все равно толку от него нет. Все бы на лютне тренькать, да магические фокусы показывать. Было только одно препятствие - деньги на путешествие, на обучение и отсутствие опыта. У Рунила было просить совестно, он все-таки жил на пожертвования, а денег за любительские выступления Ливия не хватало. Поэтому мы брались за любую подработку. Кому огород вскопать, кому за товарами съездить. В Вайтране я была на побегушках у Соратников, спасибо Кодлаку. То меч Йорлунду отнести, то броню почистить. Близнецы, которым было на пару лет больше, чем мне, часто подшучивали надо мной. Фаркас безобидно, а вот после некоторых заявлений Вилкаса у меня кончики ушей краснели. Звали меня не иначе как малявка-эльф. Попробовал бы кто так сказать данмеру Атису. С мерами я сходилась проще, чем с людьми. Кроме меня в городе не было высоких эльфов. Хоть я и была полукровкой, но золотистая кожа, осанка в отца и разрез глаз были достаточным основанием для не разбирающихся в вопросе. Босмеры из «Пьяного Охотника» были моими первыми учителями в стрельбе. А Атис время от времени показывал мне технику боя с двумя мечами. Но это случалось только, когда ему совсем было скучно. Алхимией со мной иногда занималась Аркадия- имперка, державшая лавку с травами и зельями в торговом районе города. Ей также удалось убедить Фаренгара обратить на меня внимание, мотивируя это поступлением в Коллегию. Хотя он всегда возводил глаза к небу, ворча, что малолетним девкам может быть известно о высоких науках. Так мы и шатались с Ливием между Вайтраном, Фолкритом и Ривервудом. Иногда просаживая заработанные деньги в «Гарцующей Кобыле» или «Спящем Великане», хотя хозяйка последнего, Дельфина не слишком нас жаловала. Я вообще не была уверена, что она та, за кого себя выдает. Оргнар был намного приветливее. Случалось доезжать и до Хелгена. Когда мы стали чувствовать себя увереннее, мы вызвались помочь жрецу Зала Мертвых Вайтрана упокоить расшалившуюся мелкую нежить. Скелеты меня пугали не так, как живые люди. Спасибо дяде, их я насмотрелась достаточно. Уже выходя из гробницы, я заприметила красивый драгоценный самоцвет под истлевшей рукой очередного почившего. Убедившись, что никто ничего не видел, я стянула его и припрятала дома в своем импровизированном сундуке с сокровищами, прикрыв ворохом одежды. Однажды, будучи в Ривервуде, я зашла в лавку к Лукану, где стала свидетелем ссоры с его сестрой Камиллой.. Она-то похоже и есть камень преткновения двух местных, Свена и Фендала. Оргнар что-то такое рассказывал. Ливий удрал в Рорикстед- там намечалась работенка. Что ж, посмотрим. Узнав суть спора, я решила - вот он мой звездный час! И пообещала нагнать воришек, укравших счастливый драконий коготь из лавки. Но все же одной соваться в курган Пика Ветров мне было боязно. Нужен был план. На улице я разговорилась со Свеном, который заливался соловьем, как он сразит Камиллу своими балладами. Я неопределенно хмыкнула и отправилась в сторону стрельбища близ лесопилки. Точку зрения Свена я поняла, тем более, после моих неопределенных мычаний, бедняга начал потеть, сомневаться хватит ли его дара обольстителя и сунул мне поддельное письмо якобы от Фендала. Этого хотя бы не обстирывала старая больная мать. С Фендалом отношения были лучше. Он был эльф и иногда разрешал мне пострелять под его присмотром, давая советы. Мне даже отчасти было обидно, зачем меру понадобилась Камилла. -Я слышал, ты о чем-то говорила со Свеном? А впрочем, пустяки, он не умнее колоды для рубки дров. Он, видите ли бард, -скривился он, -иногда снисходит до работы на лесопилке. Как будто думает, что его баллады и сонеты помогут ему завоевать ее. Ведь не правда же?...Слушай. Может, ты кое-что сделаешь для своего брата эльфа? Я еле сдержалась, чтоб не расхохотаться. Фендал, будь не ладен, предлагал мне тот же подлог что и Свен. -Вот что я скажу братец эльф. У тебя есть только один путь завоевать сердце красавицы. Как ты знаешь, из их лавки пропало нечто ценное. Золотой коготь. И я собираюсь вернуть его с Ветреного Пика. По-моему, если Камилла увидит, что ее будущий избранник не только может красиво говорить и принимать стойку с луком, шансов будет больше. Девушки предпочитают храбрецов и героев. Кстати, то же самое я предложу и Свену. Встречаемся за мостом у дороги к Ветреному пику на рассвете. А ваши оба срамных письма я просто отдам ей, когда в одиночку верну Коготь.- сказав это, я гадко ухмыльнулась и собралась уходить. В сумерках отчетливо раздался скрежет эльфийских зубов. -Ты не посмеешь! Ты не можешь так поступить! -Я то? Ты сам мне читал проповеди о культуре высоких эльфов и что я лягушка невоспитанная. И Рунилу должно быть за меня стыдно.- я показала ему язык.- Если ты считаешь, что честное испытание не для тебя, сиди дома, точи стрелы. Надеюсь, в Свене окажется кровь норда, а не жужелицы- я медленно пошла в сторону торговой лавки, считая до десяти. -Стой! Идет! Я пойду с тобой в курган, добуду коготь и принесу его Камилле. И она выберет меня! -Оу,оу! Полегче, Снежный Принц. Свадьбу я тебе не обещала, но вот, что ты произведешь впечатление на нее и на своего будущего родственника - пожалуйста. И еще одно, Фендал. Ты-мер, она человек. Лет через 40 она будет выглядеть как мама Свена, а по характеру возможно и хуже.- не удержалась я.- Так что? Встречаемся на рассвете? Припасы каждый берет на себя- подмигнула я растерянному босмеру и отправилась пропустить кружечку меда в «Спящего Великана» да почесать языком с Оргнаром. Свен уже драл глотку там и, так как он был норд, уговоров потребовалось меньше. Правда, он слезно просил не говорить его матушке, куда мы идем, т.к. у нее слабое сердце. Я отбрехалась от него неопределенным «угу» и завалилась спать. Но взяла на заметку поговорить с Камиллой, чтобы перестала морочить парням голову. Я пришла последней. Эти двое хмуро ежились в предрассветном тумане и старались не глядеть друг на друга. -В общем…. Позволю себе лирическое отступление…Жизнь в Скайриме, как и любовь суровая штука. Сегодня ты читаешь стишки или приносишь любимой кролика на обед, а завтра тебя находят с перерезанным горлом в канаве. Может, решите по старинке кто из вас круче? Просто до первой крови и все такое? Амулета Мары ни на ком из вас троих я не вижу. А любой девушке приятно, когда за ней двое местных красавцев увиваются и наминают ребра друг другу. Ну а пока, я думаю, вас обоих водят за нос. Так что завалим местное чудище с бандюганами. Поделим сокровище поровну, коготь вернем Лукану вместе, без подлянок. А дальше разбирайтесь в своих чувствах и мотивах к этой даме. И последнее. Не жухлить. Если кто-то кого-то захочет подставить или убить - нажалуюсь Соратникам. Тропинка петляла выше в горы, становилось снежно. На подступах к кургану Ветреного пика была заброшенная сторожевая башня, которую облюбовали разбойники. Будь я одна, могла попытаться проскользнуть. Но со мной было двое парней, жаждущих доказать свою принадлежность к сильному полу. -Фендал, иди в разведку, у тебя шаги легче и прицел четче. Свен и я прикрываем. Тот кивнул и бесшумно скользнул за скальный выступ недалеко от башни. Ай да эльф! Фендалу удалось пригвоздить бандита прямо к дереву, у которого тот стоял. Свену молча оставалось излучать недовольство. Еще одного на вершине башенки удалось снять мне. Путь был расчищен, можно было двигаться к кургану. А вот и он. Из снежной завесы проступали черные острые зубы гробницы. Не знаю, может, часовые у входа и менялись, но мне было зябко и не по себе. Я еще ни разу не была в таких местах и только от Ливия слышала байки про драугров и неупокоенных мертвецов. У входа было еще несколько бандитов. Мы с Фендалом разделились и решили подогнать их под перекрестный огонь из стрел. Но придурок Свен, обидевшись, что еще никого не поборол, смешал все карты и кинулся с воплем на первого попавшегося молодчика, не заметив стрелка прямо у входа в курган. Да чтоб тебя! Фендал отделался продырявленной курткой, Свену стрела угодила пониже спины, а я сама чуть не получила выстрел в плечо, утаскивая бравого новоиспеченного Талоса с линии огня. Мы переглянулись с Фендалом. Первый зал был свободен, не считая дохлых злокрысов и бандитов. Мы решили держаться подальше. Мало ли какая зараза. Я вскипятила немного снега в котелке, бросив туда кровоостанавливающий сбор для примочки и капнув кое-что для паралича. В пасть Свену залила смесь лечебного зелья и эля. Босмер в это время разрезал штанину и повернул Свена поудобнее. Эх… Небось мамка ткала. Что мы ей скажем. -Фендал, держи его, да покрепче.- Я отломала оперенье стрелы. Парню повезло, что это был обычный самодел с тонким наконечником, а не какое-нибудь страховидло с зазубринами или ядом. Эльф кивнул и перехватил парня за плечи. -На счет три. Раз!- в это время я уже выдернула стрелу и прижала тканевый ком с отваром, туго бинтуя бедро норда. Когда повязка перестала кровить, я аккуратно поправила то, что осталось от штанов и завернула его в свой меховой плащ. -Свен, в нем есть парализующие ягоды. Это для того чтобы ты не чувствовал боль. Тебе придется подождать нас здесь. О продвижении дальше речи быть не может. Как вернемся, займемся сооружением носилок из подручных материалов, если все будет плохо, если нет- сделаем тебе посох. Бард скорчил скорбную рожу. Извини, сам виноват… Мы добрались до нижнего зала, где была нордская ловушка-игра: нажми на рычаг и посмотри, что будет. Бедолаге разбойнику не повезло. Еще один зал. Вонь жуткая, злокрысы же встретили нас как родных, продолжая заниматься своими делами. А вот липкая жирная паутина совсем не к добру. Не то, чтобы я боялась пауков, но весьма неприятно, когда эти когтистые мохнатые лапки пытаются с тебя содрать лицо. Я услышала вопрошающее бормотание: похоже, амбициозный грабитель попал на обед к пауку. Он перебирал все знакомые имена своих подельников, пока мы резали липкую паутину. Так-так. Скрученное тело в коконе, а на потолке большое отверстие и весь пол устлан прочными шелковыми лентами. Посмотрим, как эта тварь боится пламени или ее удастся заманить на ржавый люк для спуска воды… Судя по кладкам и размеру, чудищу не меньше лет 50ти. Под страдальческие вопли когтекрада, мы убили паука и подошли к кокону. Не успели мы полностью освободить его от паутины, он прокричал что-то обидное про то, что не будет делиться сокровищем и убежал дальше вглубь гробницы. Я придержала Фендала, который уже вскинул лук. -Постой. Если там есть мертвяки, мы отсюда услышим их и точно поймем сколько… -Не думал, что ты такая кровожадная, Риэлль. -Знаешь, грабить Лукана в такие времена тоже не гуманно. Представь, что они могли бы сделать с той же Камиллой, попадись она им на темной дороге ночью. Я же попросила его по-хорошему вернуть талисман. Он нас послал, ты слышал куда…. Не буду описывать подробности изгнания нами драугров. Их еще будет очень много на моем веку. Гробница перешла в подземный грот с речкой, это уже интереснее. Похоже, основная крипта находилась в изолированном кратере или что-то вроде того. Ну вот. Дверь с отверстием для когтя. Из дневника этого парня я поняла, что на когте есть рисунки, которые нужно выставить на двери, чтобы тот точно попал в пазы и дверь открылась. Зал был пустым. Только странная резная стена с надписями на непонятном мне языке. Я подошла к ней как во сне, забыв о синяках и ссадинах. Голубые потоки энергии окутали меня проникая в глаза, рот, уши и растворились в теле. Что за?... Руны окутали, затопили мой разум и выжгли некое слово в нем… Неизвестное, но я чувствовала, как оно пульсирует и бьется во мне. Фендалу пришлось трясти меня как тряпичную куклу и отвесить оплеуху, чтобы я очнулась. -Да что с тобой?! И, конечно же, мертвому нордскому военачальнику надо было выползти из-под своей плиты и все нам испортить. Пришлось попотеть, чтобы упокоить его. Я была с одной стороны довольная, с другой озадаченная, что вопросов больше, чем ответов. Мое внимание притянул белый камушек с похожими рунами. Я решила взять его с собой и при случае показать Фаренгару, если он не зажилит очередное объяснение заклинания. А так из вредности покажу любому другому магу или дождусь поступления в Коллегию. Мы забрали Свена и вернулись в Ривервуд. Тот уже на въезде в город начал орать о том, что чуть ли не одной лютней уложил десяток врагов…. Жить будет, в общем…