Белизна его клыков

Pov. Юно

      Надоедливый и назойливый ветерок мешал мне спать. Стены дома шатались и тоже помогали ветру. Когда мои железные нервы сдали, я встала с кровати. — Да закройте свои скрипели и дуйки, сволочи! — я так громко заорала, что тут же прикрыла рот. «Надеюсь, девочки не услышали моих слов?!»       Чего я боялась больше всего, так это раскрытия моей личности, а если быть точнее — характера. Последнее время я изо всех сил сдерживала порывы злости и гнева, считая, что им не стоит это видеть…       Немного посидев и смирившись с тем, что пора вставать, я приняла душ, оделась и пошла завтракать.       За столом сидели все, кроме меня. Даже Сакамаки решили напомнить о своём существовании. Я посмотрела на часы: восемь утра. — Вот и опоздавшая сучечка, — вякнул рыжий в шляпе. — Юная леди, прошу в следующий раз вставать пораньше. Аято, я тебя отправлял за ней ещё в семь утра. Что ты вообще делал? — я вздрогнула от касания до плеча, но обернувшись, никого там не заметила. — Она спала, великому мне было лень будить эту нервную. Ты случаем не сестра Субару? — состроил невинное лицо Аято, что сел рядом с братьями. — О чём ты? — спросила, сдерживая злость, я. — Ты разве забыла про утренний… — А ну замолчали! — крикнула Лера. — Да, завтрак не лучшее время для пустых разговоров, — поправил очки Рейджи. — Про утренний стояк мы и так знаем, — от слов Марины девочки засмеялись, и я мило хихикала вместе с ними. «Что бы ты сдох, Аяточка!»       После завтрака я, недолго думая, пошла в свою комнату, сказав девочкам, что у меня болит живот. Мне не хотелось срываться на кого-то из них… Сегодня у меня совсем нет настроения. «Думаю, в этом виноваты эти чёртовы парни! С их появлением мне как-то неловко.» Из раздумий меня вывело появление человека рядом: — Оладья, а на танцах ты не такая, — сказал раздражающий меня голос. — А тебе какое дело, выпендрёжник? — Ого, как мы заговорили. — Так, хватит вести себя, словно ты король! — после этих слов я оказалась прижатая к стене, с такой силой и скоростью, что даже немного испугалась. — Кто бы говорил. Самой-то не противно? — я попыталась его ударить, сохраняя каменное выражение лица. — Что ты несёшь?! О чём ты вообще? Отпусти меня! — Так просто не отпущу, хватит надевать бесполезные маски! Если перестанешь, то отпущу, а если нет, — Аято приподнял мою юбку и погладил мне бёдра, — то я сделаю тебе больно. — Пошёл на хуй! — я оттолкнула его со всей силы, и он исчез.       Я опустилась по стене вниз и посмотрела в стенку напротив, ещё раз протерев глаза. «Куда он делся? Совсем обнаглел этот Сакамаки, он мне сразу не понравился!»       Я легла на кровать. Холодный воздух проветрил мне голову, и я уснула.

Спустя 5 часов.

      Проснулась я оттого, что меня кто-то тряс за плечо. Я открыла глаза и увидела перед собой лицо Полины. Она смотрела на меня и что-то говорила. — Юно! У тебя кровь! — я села и посмотрела на одеяло. Оно было всё красное. Сначала я испугалась и закричала. — Что это такое?! — на мой крик прибежали Лера и Марина. — Где?! — возбуждённо среагировала Маришка. — Что за крики? — волновалась вторая из пришедших.       Нам понадобилось три минуты, чтобы понять, что со мной и насколько мы все тормозы. — У тебя пошли месяки… — Теперь понятно, почему ты такая нервная сегодня, — заметила Полина. — В смысле? С чего вы взяли, что я нервная? — моё сердце забилось быстрее. «Неужели они поняли, какая я ужасная?!»       В комнату постучали. Мы сразу же все вскочили и принялись прятать это одеяло и мою грязную одежду. «Какой стыд! Эти месячные приходят всегда когда на хрен не сдались!»       Мы всё спрятали, и я оделась в другую одежду, сделав ещё пару дел. За секунду до открытия двери мы сели, как подобает девичьим посиделкам. — Без разрешения вошли! — наигранно крикнула Марина. — Это не вежливо, вообще-то, что надо? — отрезала Лера. — Через десять минут обед. Не опаздывать, сучечки, а то я вас всех накажу, — это был шляпник. Мы кинули в него подушки, но он испарился. — Ч-что это было??! — крикнула я и прикусила губу, сдержав эмоции. — Он исчез! — протёрла глаза Полина. — Шумахер хренов! — Марина злилась. — Ладно, они обещали, что всё нам расскажут. Пошлите разбираться! — с этой фразой встала Лера, и мы пошли за ней в столовую нашего, блин, отеля. Точнее уже их!       Все Сакамаки сидели и терпеливо ждали нас. Еды на столе не было, и мы огорчились. «Ясно, значит сами всё расскажут!»       Я села подальше от Аято и посмотрела на остальных девочек. Они тоже сели подальше от Сакамаки, но далеко сесть было трудно — стол же один… Неожиданно встал Рейджи и поправил очки. — Юные леди, так вышло, что мы не просто так приехали. Думаю, вы и сами об этом догадались. — Конечно, пф. Вас трудно не заметить. Поскорее бы уехали, — фыркнула Лера и поправила чёрную челку. — Не выйдет, — усмехнулся Аято. — Я тебе сейчас такого пинка дам, что выйдет! — не выдержала и крикнула я. Девочки слегка удивились, но кивнули. — Сучечки, таких сладеньких жертв, как вы, мы не упустим, — шляпник облизнулся и мне стало как-то жутко. — Думаю пришло самое время всё объяснить. Вы — наши жертвенные невесты, и вас необходимо перевезти в наш особняк, — настала минута молчания, а следом раздался смех на всё помещение. — Ха-ха-ха-ха! Кто?! — хором спросили мы. — Не вижу ничего смешного, — подал голос лежачий Шу. — Конечно, вечно глаза закрыты, вот и зрение попортил! — сказала Марина, отчего мы снова заржали. — Юные леди, это не шутки. Вы были изначально нашими невестами. С самого приезда в Японию. — Рейджи, ты правда решил, что мы вам поверим? — спросила Лера. — Нет, но вам стоит поверить и собрать вещички, — улыбнулся великий Я и ушёл с глаз долой. «Вот же гад!» — Они поверят, но не сразу. Думаю, сучечкам пора вещи собирать, — я фыркнула и вместе с девочками пошла на второй этаж. «Ну нетушки, я лучше буду жить с китами во дворце, чем с Сакамаки в особняке!»       На этот раз я была очень зла и первым делом, когда вошла в комнату, прокричала все маты, что только есть в этом мире. И мне было уже пофиг, что это услышали мои подруги, ведь если мы настоящие друзья, то сможем принять свои недостатки и постараемся не разнести их особняк. Остаток дня ушёл на сбор вещей и на составление плана выживания.