Карточный домик

Насколько бы мучительны ни были мысли Чимина, но из ванной выйти надо, ведь прошло порядком полчаса. Уже проснувшиеся ребята заметили немного рассеянного Пака, который боялся возвращаться в комнату за вещами чтобы наконец поехать домой. — Чимин, случилось чего? — Беспокоится Хосок, на что тот отрицательно машет головой. — А…где Юнги-хён? — Словно невзначай спрашивает омега. — А, он, минут десять назад, уехал, сказал дела какие-то появились. — Задумался Хо, а Чимин словно в ступоре. — Не боись я тебя в целости и сохранности привезу домой! — Улыбается парень обнимая того за плечи одной рукой. — Хах, хорошо. — Выдавливает улыбку Чимин и возвращается в комнату, чтобы собрать вещи. Парня, долго не покидала мысль о том что он сделал что-то не так. Юнги просто взял и уехал…возможно у него и правда появились срочные дела, но что-то подсказывало ему что это из-за него альфа уехал. С такими мыслями Пак доехал домой в надежде поговорить с Юнги, хоть и не знал как посмотреть ему в глаза. Но старшего не оказалось дома. От чего омега немного обеспокоился. Странные и глупые мысли не покидали его до самого позднего вечера. Как только дверь скрипнула омега напрягся сидя на диване. Пак слышит шаги направляющиеся в гостиную, где он и сидит. И когда в проеме показался альфа, Чимин хотел было что-то сказать, но тот даже не взглянув на него направился к себе. Выражение его лица было серьёзное и даже немного мрачное, а парня он словно вовсе не увидел. Но ничего, омега всё равно пошёл за ним, но стоило ему подняться на второй этаж и догнать Юнги, тот просто хлопнул дверью прямо перед его носом.Чимин застыл не понимая что произолшло. Юнги обиделся? Почему он его игнорирует? Внутри смешанное чувство, словно плевок в душу. Но всё же дверь не заперта, поэтому вопреки всему Чимин открывает дверь и заходить в тёмную комнату. Единственным источником света был свет из коридора. Пак не включая света направляется к кровати на которую рухнул альфа, не раздевшись на заправленные простыни. — Юнги-хён… — Зовёт омега, прищюриваясь, он наклоняется опираясь руками о кровать, пытаясь разглядеть лицо Мина. У того глаза были прикрыты, да и запашёк словно его замариновали в алкоголе. Пак морщит нос, но когда он уже было хотел встать, видит что глаза напротив уже раскрыты и смотрят прямо на него. — Хён? — Не успел Чимин среагировать как Юнги схватив его за ладонь и уложил его рядом с собой. — Почему? — Не совсем внятно говорит альфа. — Почему именно омега? — Лицо Мина отображало одновременно грусть, непонимание. Словно он был готов заплакать. — Ты словно специально делаешь всё мне на зло?.. Чимин словно немой не может и слова выдавить, да и дышать нормально. — Ты ведь знаешь что я люблю тебя! Ты мой истинный, Чимин! Карамельные глаза омеги округлились, а ладонь альфы ещё сильнее сжимает его руку. — Юнги… — Ненавижу. — А? — Я ненавижу свои чувства к тебе… — Вырываются слова вместе со слезами, которые стекают по щекам и растворяются в тёмных простынях, оставляя влажный след. Словно ему самому больно произносить эти слова. В груди сердце пропустило удар. Словно что-то треснуло. Вдруг стало так больно от этих слов и этого вида. Пусть Юнги пьян встельку. Пусть на утро и не вспомнит этих слов. Но он всегда говорит правду когда пьян, такова его черта и Чимин это уже понял давно. — Прости… — Почти беззвучно произносит Пак поднимаясь с места. Он и сам не заметил как у самого одинокая слеза скатилась по щеке. Омега направился к себе в комнату и сразу лёг, но нормально поспать так и не смог. Всю ночь парень просыпался взволнованно, а после снова засыпал. Теперь Чимин точно знает, что Юнги знает его секрет. Но что делать? Как быть? «Почему именно омега?» — Я не знаю. — Сильнее прячась в одеяле, шепчет Чимин. Будильник зазвонит примерно через час, поэтому на улице как и в комнате чуть светло. Заснуть парень уже не может, хоть глаза и устали. В голове вновь и вновь повторяются слова Юнги. Если бы Паку дали выбор кем родиться, сейчас он бы не лежал в одинокой, холодной постели, наедине со своими мыслями. Да, Чимин хочет быть другим. Хочет быть не таким жалким, как сейчас. Не выдерживая Чимин встаёт и хватая таблетки направляется в ванную. Вновь глотая, вновь ненавидя себя. Чимин ненавидит таблетки, ненавидит жить в вечном страхе. Каждый божий день с замиранием сердца лгать что является альфой. Ненавидит. Знал бы ты, что в глазах твоих отражается космос. Осознавал бы ты, что в душе твоей лишь нежность. Что руки твои творили лишь добро. Что в мыслях твоих не было пороков. Что ты такой какой ты есть. Что ты прекрасен, Хоть и не идеален…

Ведь если бы ты был другим…если бы ты был не тем кем являешься, люди вокруг тоже были бы не совсем, теми кем являются сейчас.

***

Юнги проснулся от сильной головной боли. Он мычит хватаясь за голову и поднимается с постели. — Я уснул в одежде? — Осматривая себя говорит парень и направляется в ванную, чтобы умыться. Что вчера произошло? Вдруг на мгновение голову пронзает острая боль «Прости…» — А? — Вдруг парень раскрывает широко глаза. Короткий фрагмент воспоминания вдруг. Тёмная комната и Чимин. И чуть слышные извинения. Но что произошло? Альфа открывает дверь ванной комнаты и не успев ничего понять на секунду застывает на месте, а потом резко кидается на лежащего на полу Пака. — Чимин! Чимин! — В панике кричит альфа, поднимая того с холодного пола, укладывая чужую голову себе на колени. Бегущими глазами осматривая всё вокруг, Юнги видит немалое количество таблеток раскиданных по полу. Не может быть…он же не мог… Быстро схватив из кармана телефон парень набирает номер. — Алло скорая!

***

— Не волнуйтесь вы так, сейчас с ним всё хорошо. — Говорит медсестра мило улыбаясь. — Да, спасибо… Когда ушла медсестра из палаты вышел сам врач, который по видимому был чем-то удивлён. Но как только заметил Юнги, сразу двинулся к нему. — Вы к Пак Чимину? — Спрашивает врач, на что получает положительный ответ. — Удивительно! — Что вы имеете ввиду? — За все годы работы здесь, я не разу не видел мужчин-омег! — С восхищением и округляя глаза говорит врач. — Что касаемо таблеток? Он вроде много проглотил… — Юнги сейчас не до этого, ужас охватывает его снова и снова, когда он понимает, что мог и не успеть… — Ах, да. — Мужчина поправляет очки и смотрит в какие-то бумажки. — Мы его откачали, можете не волноваться. Но касаемо таблеток… — Врач поднимает взгляд на Юнги. — Видимо мистер Пак долгое время их принимал, потому что все эти подавители и блокаторы успели навредить его организму. Поэтому их категорически нельзя употреблять в дальнейшем, чтобы тело сумело оправиться. — Я это проконролирую. — Серьёзно отвечает Мин. — К нему можно сейчас? — Ну…он пока спит, но если хотите можете зайти к нему. — Хорошо, спасибо. И можете пожалуйста никому не говорить о случившемся? — Вы имеете ввиду, чтобы мы не сообщали родным? — Да. — Да, конечно. Но можно мы возьмём парочку анализов? Это такой шанс! Мужчины-омеги всё-таки такая редкость. — Извините, но нет. — Сказал как отрезал Юнги и направился к нужной двери, оставив разочарованого врача за спиной. Открыв дверь парень застывает на месте. Не может сделать ни шагу назад ни вперёд. По телу прошёлся холодный пот, при виде больничной палаты. В голову снова лезут воспоминания…о матери. Запах медикаментов, белые стены и шторы, больничная койка, капельница. Юнги успел возненавидеть эту атмосферу, когда его мать лежала здесь. Внутри словно снова появился этот страх. Страх потерять любимого человека. У Чимина кожа болезненно бледная из-за чего синяки, под глазами, кажутся темнее. А всё из-за чего? Не уж то Юнги что-то ночью ему наговорил? Сжав кулаки, Юнги всё-таки заходит в палату, прикрывая за собой дверь и сдвинув стул ближе к кровати присел. В горле огромный ком, а мысли словно мигом растворились, когда у омеги дёрнулась ладонь. Стиснув зубы, альфа сжимает губы в тонкую полоску. Голова раскалывается, глаза красные, а руки дрожат. Прижимая чужую ладонь к прикрытым глазам и мокрым щекам парень шепчет рваным голосом: — Ты жив… Ведь это было самое главное сейчас. Юнги просидел вот так до вечера. Парням он так и не сообщил о случившемся, не хотел волновать никого, лучше пусть Чимин проснётся и если захочет расскажет. Вдруг Юнги заметил как ресницы Пака чуть задрожали. Он просыпается. — Чимин… — Зовёт парень всё ещё сжимая чужую ладонь. Окончательно проснувшись и услышав до боли знакомый голос, Чимин испуганно смотрит на альфу. Словно на расстреле, настолько ему было страшно. — Чимин, не молчи, скажи что нибудь. Пак молчит, опуская взгляд, хмурит брови, а губы дрожат. Он словно на грани истерики. Так хочется залезть к нему в голову и узнать о чем он думает, какие мысли заставляют его плакать. Пак чувствует сейчас себя перед альфой голым. Нет этой лжи, что покрывала его с ног до головы. Его естественный запах, родные феромоны. И пока омега не знает радоваться ему или плакать. Но получается лишь второе. — Мини не плачь. — Парень прижимает Пака к себе, но тот сразу вырывается. — Объясни мне что случилось! — Более требовательно говорит Мин. — Ничего. — Тихо отвечает младший. — Чимин, это не смешно! Ты хоть понимаешь что бы было, если бы я не успел? — На одну ошибку природы стало бы меньше? — С горькой улыбкой произносит Пак, прикусывая губу до боли. — Что ты такое говоришь? — Голос стал тише, а внутри всё сжалось. Так вот кем он себя считает… — Не делай вид будто не знал. — Что? — Что я не альфа вовсе! — Юнги впервые видит настолько отчаявшегося Чимина, от слов которых холодный пот по телу. — Ты ведь знал! Так почему молчал? — Глаза огромные и немного безумные, на что было больно смотреть — Нравится наблюдать за дураком? — Не говори глупостей! — Я ведь тебе неприятен, верно? По твоему я отвратителен? Ты ведь поэтому ненавидишь свои чувства ко мне? — От слов Пака голова снова начинает болеть, так вот что он ляпнул на пьяную голову. — Чимин всё вовсе не так… — А как?! Как? скажи мне! — Разрывает горло Чимин, а Юнги застывает на месте чувствуя как сердце пропустило удар. — Чимин, я правда люблю тебя, не зависимо от твоего вторичного пола, но… — Юнги очень сложно даются слова. — Но? — Хрипло и почти беззвучно произносит омега. — Я боюсь… — Чего? — Не понимающе поднимает взгляд парень, на что тот обеими ладонями окуратно хватает его щёки. — Смотри мне в глаза, что ты видишь? Чимин хотел бы сделать что угодно, лишь бы не смотреть в эти глубокие тёмные глаза, словно космос. Но чужие ладони не дают отвернуться. Что же отражается в его глазах? Что видит Пак сейчас в них? — Себя? — Неуверенно говорит он, в ответ видя болезненную улыбку. — Правильно…поэтому и боюсь, ведь себя в отражении твоих глаз, я не вижу. Карамельные глаза стали словно больше. Чимин не может объяснить что с ним происходит. То есть Юнги не волнует что Пак омега? — Ты всегда поступаешь так…словно всё, что между нами было это ничего не значит. Но… — Юнги опускает голову от смущения. — Каждый раз, когда я держу твою руку, моё сердце готово выпрыгнуть из груди, когда мы поцеловались я словно заживо сгорал от чувств к тебе. — У Чимина у самого сейчас сердце бешенно бъётся. — И то что было вчера, я думал это нас сблизит. Но ты снова просто ушёл. Я ведь тоже человек, мне обидно, ты даже не взглянул на меня. — К-как бы я смог п-посмотреть на тебя? — Вдруг спотыкаясь говорит Чимин, а на щеках всё ярче румянец. — Я бы от смущения умер бы… — Так…для тебя это всё-таки что-то значит? — Юнги ты говоришь, что не видишь себя в отражении моих глазах… — На этот раз Чимин потодвигается ближе к Мину смотря прямо в глаза. — Тогда тебе стоит приглядеться получше. — Что? — Парень не верит своим ушам, неужто это было признание? Увидев в чужих глазах удивление Пак лишь смущённо улыбнулся. — Говорю, нравишься ты мне. Юнги прикрыл ладонями раскрытый от удивления рот. А после крепко обнял парня напротив. Чимин ответив на объятия лицом уткнулся в чужую шею. — Спасибо.

***

На следующий день Чимина выписали из больницы. Приехав домой его тут же встретили друзья, которые всё ещё были не в курсе почему тот оказался в больнице. — Эй, я думал мы друзья! А ты мне даже ничего не сказал! — Злится Тэхён на омегу. — Прости… — Дурак. — Парень обнимает друга крепко-крепко. — Ты как в больницу попал? — Спрашивает Тэхён. — Это…вышло случайно. — Почёсывая затылок говорит Чимин. — Лишние таблетки выпил. Вдруг парни за мгновение серьёзней стали. — Чимин ты так не шути… — Ребят, простите… — Виновато, опускает голову омега. — Не проси за это прощения, лучше объясни почему ты это сделал? — Говорит Джун, парни сильно забеспокоились. Что подтолкнуло парня? — Я…я был не в себе и очень зол… — Пряча лицо говорит омега. — Не знаю что на меня нашло. — Чимин мы правда рады, что всё обошлось, но пожалуйста не делай так больше, ведь… Юнги или мы можем и не быть рядом в нужный момент. — Джун хлопает легонько по плечу друга. — Это не шутки и по правде говоря я хочу сейчас ударить тебя, чтобы больше не думал о подобном. Чимин лишь поджимает губы виновато, сам бы себя ударил, чтоб не думал о подобном больше, надеясь что повода больше не будет. — Чимин мне кажется в тебе что-то изменилось? — Спрашивает Хосок держась за подбородок. — Точно! — Соглашается Джин. — Да, запах тоже изменился. — Говорит Джун. — Может скажешь им уже? — Обращается Юнги к Чимину. Тот немного испуганно смотрит, но всё же просит всех присесть на диван, а сам садится в кресло напротив. — Ребят, вы правильно подметили, что я немного изменился. — Чимин выдерживает паузу и опустив взгляд в пол, продолжает. — На самом деле, это и есть я настоящий. Это мой естественный вид, запах и феромоны. — Звучит как чисто сердечные признание из кино. — Джин! — Произнесли все разом. — А я то что? — Сосредоточся. — В общем…на самом деле я не альфа. — А? — Парни удивлённо перегляделись. — В смысле не альфа? — Не понимает Джин, так же как и остальные. — Бета? Хотя нет… — Предполагает Чонгук — Нет, у Чимина есть запах, значит… — Джун выдерживает паузу оглядывая друзей. — Остаётся лишь… Парни разом посмотрели на Пака. — Омега. — Какие вы умные всё-таки — Саркастично ухмыляется Мин. — Ой, иди ты. — Парням сейчас не до этого они в полном шоке, да и не знают как реагировать на признание омеги. — Ты кстати чего такой весёлый или это не последняя новость на сегодня? — Подмечает Хосок. — В точку! — Юнги… — Зовёт Чимин. — ты сейчас хочешь рассказать? — Да, а почему бы не поделиться отличной новостью? — Чимин, что за новость? — Спрашивает Тэхён. Почему его предчувствие говорит, что ему будет больно от этих вестей? — В общем… Юнги-хен т-теперь мо-мой п-парень…мы встречаемся. — Запинаясь от смущения говорит Пак. — Вааааа! — От удивления и радости закричали друзья и начали поздравлять парней. — Поздравляю! — Улыбаясь говорит Тэ обнимая Чимина. — Спасибо. — Немного неуверенно отвечает Пак. И всё-таки Ким Тэхён отличный друг, несмотря на то что любит Пака, он сейчас улыбается и поздравляет друга. За это Чимин ему благодарен, хоть и беспокоится за него. Омега правда надеется, что Тэ найдёт своё счастье, но в другом человеке. — Хён, — Обращается Гук к Киму. — может тоже скажем? — Ах, да, давай скажем. — Эй, о чем это вы? — Спрашивает Хосок, хоть и догадывался. — Дело в том, что Мы с Гуком тоже встречаемся. — Ооооо?! — Вторая волна хора от неожиданности. — Как? — С каких пор?! — Ну раз тут все признаются… — Глаза парней направляются на Джуна. — Мы с Джином тоже встречаемся. — Но парни почему-то не среагировали на это ровным счётом никак. — Что? Вы не рады? — Хён, мы естественно рады за вас, просто Джин в первый же день всё нам растрепал. — Говорит Гук, а остальные его поддерживают. — Бля, Джин…я же просил, чтобы ты никому не говорил… — Ну прости, я был слишком счастлив, чтобы не рассказать. — Неловко лыбится Джин. — Хосок теперь только тебе осталось познакомить на со своей девушкой. — Ой, не не… — Да ладно тебе! — Нет. — Ребят! — Чимин переводит внимание снова на себя. — Мне очень важно знать как вы теперь относитесь ко мне. — Так же как и раньше. — Говорит Джин. — Правда? — Конечно! Чимин какой бы ни был твой вторичный пол, какой бы не была твоя ориентация, религия, семья, это не важно пока ты это ты…пока ты остаёшься самим собой. После этих слов на душе стало легче, ведь Пак правда боялся. Ведь не просто так боялся. Раньше он пытался намекнуть людям вокруг. Спрашивал что-то типа: «как ты относишься к мужчинам-омегам?» и всё, что он слышал это «фу! Хорошо что они вымерли, иначе я сам их бы…», и хоть после этого он и отдалился от людей, но ведь все эти слова…их не вернуть назад, они уже пронзили бедной омежке сердце, оставив после себя лишь боль, которая переросла в страх. Но видя искренние улыбки друзей, весь страх словно испарился. И Чимин с лёгкостью может сказать, что чувствует сейчас счастье и даже внутреннее спокойствие.