***
В назначенное время Элизабет уже стояла на улице и ждала свою подругу. На улице ярко светило солнце, небо было голубое, и жители города неспешно передвигались по красивым улочкам. Сегодня явно самый прекрасный день в её жизни. Из мыслей девушку вывел подъехавший автомобиль, дверь которого почти сразу открылась и оттуда показалась Лодж. — Готова к незабываемому шопингу? — Выглядывая из двери, проговорила Вероника, приглашая Бетти сесть внутрь. Купер лишь усмехнулась и присоединилась к Веронике, а затем они направились в торговый центр.***
— Джонс - мудак! — Подытожила Вероника рассказ Бетти, — Зачем он это сделал? И прости за то, что оставила тебя на вечеринке одну, если бы я была с тобой этого… — Джонс и вправду поступил ужасно, учитывая то, что мы даже друг-друга не знаем. — Перебила Купер Веронику, — Но тебе не стоит извиняться за вечеринку. Так случилось и в этом нет твоей вины. — Блондинка слабо улыбнулась. — Ты написала заявление на того, кто тебя пытался… — Нет. — Отрезала Купер, — Я не знаю кто он, не помню его внешнего вида, так что это бесполезно. — Как знаешь… Повисло неловкое молчание и Бетти постаралась поскорее его нарушить. — Пойдём съедим по мороженому? — Бетти улыбнулась и потянула Веронику к небольшому ларьку. — Пойдём. — Также улыбаясь проговорила Лодж. Девушки купили заветную сладость и дальше отправились гулять. Они обошли почти все бутики и хорошо отдохнули. — Ви, спасибо, что вытащила меня, мне необходимо было развеяться. — Блондинка улыбнулась и обняла свою подругу. — Не за что, ты же знаешь, ты всегда можешь на меня положиться. — Лодж подмигнула Бетти и обняла её в ответ. Был уже вечер, на улице сильно стемнело и две подруги, закончив с прогулкой, дождались водителя Вероники. Лодж любезно подвезла Купер до дома Свит Пи, а сама отправилась к себе. Уставшая Бетти с трудом открыла металлическую дверь, поднялась по ступенькам к лифту и, с его помощью, добралась до квартиры Свита. Элизабет открыла дверь своими ключами, которые так любезно выдал ей Свит Пи и зашла внутрь. Из глубины квартиры доносились мужской смех и разговоры, видимо у Свита гости. — Свит Пи, я пришла. — Бетти только сняла верхнюю одежду и обувь, а возле неё уже стояли два молодых парня. — Бетс, привет. — Свит Пи мило улыбнулся, — К нам пришёл Джагхед. — Из-за спины парня показался сам Джонс, — Он хотел тебе кое-что сказать… — Свит легонько пихнул Джагхеда в плечо, после чего тот подошёл ближе к девушке и с серьёзным лицом начал говорить. — Бетти, прости меня пожалуйста за то, как я повёл себя вчера. Я не имел права так о тебе отзываться. Просто вчера задался и вправду тяжёлый денёк, а ты попалась под горячую руку… — Джонс сделал виноватое лицо, — Это конечно меня не оправдывает, но я правда не хотел. Извини… — Хорошо, Джагхед Джонс. — Купер улыбнулась, — Вы официально прощены, но это в первый и последний раз. — Договорились. — Джагхед оживился после слов блондинки. — Ну вот, все помирились, не желаете ли вы выпить? — Свит Пи ухмыльнулся, приглашая всех на кухню. — Оу, похоже из-за вашей, как мне кажется, давно начавшейся пьянки, у нас не осталось ничего спиртного. — Бетти рассмеялась, а парни подхватили смех, — Я схожу за чем-нибудь, магазин рядом, а мне надо докупить кое-что, что мы с Вероникой не смогли найти. — Хорошо, только будь поосторожнее, на улице темно и кто знает, что может случиться. — Свит Пи помог Бетти снова одеться и девушка спокойно вышла из квартиры. Вновь спустилась вниз на лифте и вышла из дома. Волосы развевались на ветру, была достаточно пасмурная погода, из-за чего на небе не было видно ни звёзд, ни луны. Улицу освещали только уличные фонари. Люди всё ещё куда-то торопились, кажется, этот городок никогда не отдыхает. Элизабет прошла совсем немного от дома, как почувствовала на своём запястье чью-то чужую не очень крепкую хватку. — Привет, дочка. — Бетти увидела перед собой свою мать и отца. — Мам, пап, что вы здесь делаете? — В глазах девушки читалось удивление и… Страх? — Мы приехали забрать тебя отсюда, Элизабет, ты была очень плохой дочерью. — С каждым словом рука на запястье сжималась всё крепче и крепче. — Но это вы сказали врачам, что моё состояние вас не интересует, вы ни разу не позвонили мне, когда я лежала в больнице после ужасных ранений и сложной операции. Это вы были плохими родителями. — Бетти душили слёзы, но лишь маленькие капельки скопились в уголках глаз. Она не должна показаться перед ними слабой, — Я никуда с вами не поеду. — Ошибаешься, дорогая. — Лёгкая ухмылка, больше похожая на звериный оскал, резкий взмах рукой и щека Блондинки пылает от удара, — Ты сейчас же садишься в машину и мы отправляемся домой. — Нет. — Твёрдо стоит на своём Бетти, но по щекам уже бегут горячие струйки солёной жидкости, а глаза девушки краснеют в одно мгновение. — Раз так, — Теперь говорить начинает уже Хел Купер, — нам придётся применить силу. — Он обходит Элизабет, вставая за её спиной и жестом говорит своей жене, чтобы та отпустила руку девушки. Элис спокойно следует указаниям супруга, после чего Хел подходит к Бетти и говорит ей прямо на ухо, — Ты же не думала, что мы приедем одни. Ты изрядно подпортила репутацию нашей семьи своими выходками, а теперь… Парни, усыпите её. К Элизабет подходят двое высоких мужчин, лиц которых девушка не может разглядеть из-за темноты и нагрянувшей истерики. В один момент Бетти осознаёт безысходность ситуации и пытается убежать, но нанятые родителями амбалы не дают ей этого сделать. Элизабет пытается кричать, но в глазах девушки всё начинает плыть и она проваливается в глубокий сон. Бетти с трудом открыла глаза. Тело не слушалось свою хозяйку и, приложив немалые усилия, Блондинка села на край кровати. Она оглядела помещение, в котором находилась. В памяти всплыли картинки того, как её хватают, больно сжимая руки, а затем в тонкую кожу что-то вводят с помощью шприца. Секунда и сознание отключается. Она очнулась в своей комнате. Всё такое же розовое, как и до её побега. На полочках, без единого намёка на пыль, стоят рамки, в которых находится фото её «счастливой семьи». Кто бы мог подумать, что родители способны на такое. Они явно не в себе. — Привет, Бетти. — В дверном проёме показалась светловолосая девушка, чуть старше самой Купер. — Полли?! Но как? Ты же сбежала? Что ты здесь делаешь? — Я всё осознала и вернулась домой. Джейсон не захотел ехать со мной и мы расстались. Элизабет заметила, что в её сестре что-то поменялось. Нет той бунтарки, которой раньше была Полли, да и вообще, у девушки не было никаких эмоций, она просто смотрела в одну точку, и лишь слабо шевелила губами, пытаясь что-то сказать. — Мама сказала, что у тебя что-то случилось и ты плохо себя чувствуешь, поэтому она попросила меня передать тебе это обезболивающее. — Полли подошла к сестре и протянула ей ладонь, в которой лежала круглая белая таблетка. — Она попросила, чтобы я проконтролировать то, что ты обязательно её выпьешь. Элизабет на секунду замялась, обдумывая то, как быстро поменялась её мама, да и откуда такая забота? Только сегодня она схватила её и насильно привезла в ненавистный дом, а теперь заботится о её здоровье. — А ты уверена, что это обезболивающее? — Брось, Беттс. Неужели ты думаешь, что я смогла бы тебя обмануть? — Ты нет, а вот мама могла обмануть тебя… — Если тебя это успокоит, я сама брала её из аптечки. — Ну… Ладно. — Бетти взяла таблетку из рук сестры и запила её водой, которая стояла на прикроватной тумбе. — А теперь ложись спать, завтра будет новый день, и вам с родителями нужно будет о многом поговорить. Спокойной ночи, Бетти. — Спокойной ночи. Полли улыбнулась и вышла из комнаты. Бетти расстелила кровать и отправилась в ванную. Что за безумный день? Что за безумные родители? Они её, чёрт возьми, похитили, о чём тут можно говорить? А этот безумный взгляд. А Полли. Это не похоже на неё. Обычно именно старшая сестра Купер объявляла родителям забастовки и показывала свой сложный характер, а сейчас… Всё это очень странно. Но уже слишком поздно чтобы о чём-то думать, поэтому уставшая Бетти, закончив с вечерними процедурами, вышла из ванной и легла в свою постель.***
— Что-то Бетти слишком долго. — Свит Пи ходил по кухне, очерчивая каждый её сантиметр. — Да брось Свит, скорее всего там большая очередь или ближайший магазин закрыт. — Джагхед спокойно развалился на стуле и делал затяжку за затяжкой, выкуривая последнюю сигарету. Комната наполнилась дымом, что очень не понравилось и без того нервному Свиту. — Джонс, сколько просить тебя не курить в моей квартире? — Всё, всё, только не истери. — Джагхед затушил окурок о пепельницу и поднял руки вверх, сдаваясь другу. — Ты пробовал ей позвонить? Банально, но… — 14 раз я звонил, но ни разу она не ответила. 14. Раз. — Свит Пи был на грани. — Да почему ты так паришься? Она тебе вообще никто. Просто подруга твоей подруги. Вас ничего не связывает. — Джонс, какой же ты бессердечный мудак. — Сказал Свит Пи на одном дыхании. — В том то и дело, что она никто для тебя. За те три дня, что она жила у меня, она стала для меня очень дорогим человеком. Она прекрасная подруга, а столько, сколько пережила эта хрупкая блондинка, не пережил даже твой сопливый зад. Тебя просто бросила девушка, а ты объявил бойкот всему миру. — Ты знаешь, что она не просто меня бросила. — Джагхед немного напрягся. — Да... Чёрт, прости. В любом случае я очень волнуюсь за Бетти. Учитывая, что где-то до сих пор бродит её бывший, который избил её только за то, что она с ним не переспала, может случиться всё, что угодно. – Свит Пи вспоминал, что Купер рассказала ему совсем недавно. — Что? — Джагхед не мог поверить своим ушам. — Она лежала у нас в больнице из-за парня, который избил её так, что даже я еле спас её, только из-за секса? — Ты всё правильно услышал. — Свит Пи не обращал внимания на друга, снова и снова набирая номер Купер. Джагхед впал в ступор. Значит Свит Пи не преувеличивал, когда говорил, что эта девушка пережила ужасные вещи. По сравнению с её ситуацией, ситуация Джонса казалась такой мелочной, что Джагхеду стало тошно от самого себя. — Джагхед, ты можешь идти домой. Я буду продолжать искать Бетти, и если к утру она не появится, я пойду в полицию. Надеюсь, что до этого не дойдёт… — Хорошо, напиши, как всё пройдёт. Джагхеду не пришлось брать свои вещи, так как он пришёл просто извиниться, даже забыв переобуть домашние тапочки, но это сейчас неважно. — Джаг, — Остановил друга Свит Пи. — прости за то, что я тебе наговорил, ты правда пережил сильное предательство. — Теперь мне кажется, что ты прав. Это не сравнится с тем, что сделал парень Бетти. — Джагхед поджал губы и, попрощавшись с другом, вышел из квартиры. Всю ночь оба парня думали об одном человеке. Один изъездил весь город и обзвонил то небольшое количество друзей, что появилось у Бетти, а другой лежал в своей кровати и не мог понять, как такой хрупкий человек, может выдержать так много дерьма в своей жизни. И я думаю совсем не сложно догадаться о ком, и кто о чём думали эти парни…