Влюблённый демон

Офис КликКлака. Большая команда собралась сегодня для съёмок нового сезона «Зашкварных историй». В свете последних событий, было хорошим решением позвать именно этого человека. Поэтому за столом сейчас сидят Егор Крид, Юра Музыченко, Ильич, Старый и Поперечный. Парни сейчас просто разговаривают, разминаясь перед началом съёмки и вспоминая свои зашквары. Данила сидит рядом с Егором, потому что Прожарка расставила всё по местам, и они больше не воюют. Ребята смеются и потихоньку пьют что-то из своих знаменитых разноцветных кружек. - Ребята! У нас идёт время, поэтому давайте начинать, - слышится голос Пязок из-за камеры. Съёмка идёт, и парни по очереди рассказывают свои истории, шутя и подстёбывая друг друга. Вот прошло уже минут сорок, как они сидят здесь и обсуждают своё прошлое. Однако Алина прерывает их и объявляет небольшую паузу, потому что ей кто-то звонит. Парни встают, чтобы немного размяться и пройтись. Даня, как и все, встаёт из-за стола, и почему-то быстро исчезает из студии. Он направляется в туалет как можно скорее, чтобы никто не заметил его стояк. Хорошо, что они снимаются, сидя за столом, иначе получилось бы очень неудобно. Поперечный заходит в небольшое помещение, закрывает дверь (вроде бы прочно) и садится на унитаз, снимая штаны. Пока идёт перерыв можно подрочить, и он открывает фотографию Крида с обнажённым торсом. Егор тоже решает сходить в туалет во время паузы и уже подходя к двери, слышит оттуда тихие стоны. Подходя ещё ближе, он замечает, что дверь в туалет неплотно закрыта и есть щель, в которую видно, что там происходит. Егор видит Поперечного, который сейчас ублажает себя. Вот чёрт! Серьёзно? Он мог хотя бы дверь плотно закрыть? На что он дрочит? На телефоне фото какого-то мужчины, чем-то меня напоминает, и татуировки, как у меня… Блять, это же я! Неужели, правда, что он любит меня? Да, сука! Он дрочит на меня! Последняя фраза, кажется, была сказана вслух. Данила отрывается от своего занятия, переводя взгляд на двери. Неудобно… неловко… да это же просто пиздец! Как можно было так тупо спалиться? Опомнившись, Поперечный быстро выключает смартфон и надевает штаны. Жаль только, что спортивки так предательски выдают не спадающее возбуждение. - Егор, ты не так всё понял, дрожащим голосом пытается объяснится парень. - Серьёзно? Чувак, ты только что дрочил на меня! – громко и с возмущением произносит Егор. - Пожалуйста, я прошу тебя, не кричи так. Зайди сюда, и я всё тебе объясню. Казалось бы, довольно странно сейчас будет зайти и оказаться с ним в одной кабинке туалета, но Егор, почему-то, слушается и заходит, закрывая за собой дверь (на этот раз надёжно). - Ну давай, говори. Как ты будешь оправдываться? - Я… я… я не знаю, - наконец выдаёт смущённый Данила, так и не найдя подходящих слов оправдания, и опускает глаза. - Ясно. Я смотрю возбуждение не пропало, - произносит Крид, переводя взгляд на стояк собеседника. Поперечный молчит, - Ты ведь так и не кончил? – продолжает Егор. Данила снова молчит, хотя ответа и не требуется, вопрос риторический, Егор и сам знает ответ, - А хочешь я помогу тебе? – с ухмылкой спрашивает Крид, смотря на парня. Поперечный всё ещё молчит, но поднимает глаза, смотря на собеседника с недоумением и непониманием. Тогда Егор подходит ближе, вжимая парня в стену. Он снимает с него худи, оголяя бледное тело, наклоняется к его лицу и впивается в губы Данилы. Его руки скользят по рёбрам и ниже, останавливаясь на талии и нежно обнимая. Даня не медлит и тоже снимает кофту с Егора, разглядывая татуировки на накаченном теле. Он такой же, как и на фотографиях, только настоящий, и теперь его можно потрогать. Крид расстёгивает свой ремень и спускает штаны вместе с нижним бельём. Теперь становится видно, что и Егор возбуждён не меньше Данилы. Поперечный тоже решает снять с себя стесняющую одежду, но Крид заводит его руки за спину, запрещая тем самым прикасаться и к себе, и к нему. Затем, он сам снимает штаны Дани, не отводя взгляд от прекрасных глаз. Данила тихо постанывает от того, что руки Егора плавно перемещаются по его телу. Крид нежно и едва касаясь, проводит пальцами линии на горячем теле парня, пробегаясь по груди, обводя соски, потом по животу, и плавно спускаясь на внутреннюю часть бёдер. Как же всё это нравится Поперечному. Затем Егор опускает парня на колени, подставляя ему свой член и предлагая взять его в рот. Данила слушается и расслабляя глотку берёт его сначала на половину, а потом и на всю длину. Егор обхватывает плечи парня, прижимая его к себе и сильнее вдалбливаясь в его глотку. Это длится достаточно долго, во всяком случае для Поперечного. Наконец, Егор кончает, вытаскивая член изо рта партнёра, но слегка попадая на его губы. Затем натягивает свои штаны. Крид резко поднимает парня с колен и снова впивается в губы, слизывая капли своей спермы и покусывая нижнюю губу. Слыша уже не сдерживаемые стоны Дани, он отстраняется и переводит взгляд на его член. Данила еле выдерживает, потому что орган пульсирует и разрывается от возбуждения. Капли пота стекают по лицу бедного парня, а тот закрывает глаза и еле слышно произносит: - Е..Егор… - Он тяжело дышит. - Что? – издевательски спрашивает тот. - П..пожалуйста… - Что пожалуйста? - Дай мне сделать это! - Что сделать? Чего ты хочешь? – шёпотом спрашивает Крид, приближаясь к лицу Данилы. - Дай мне кончить! Умоляю тебя! – уже не сдерживаясь кричит Поперечный. Только тогда Егор кладёт руку на член парня и ещё немного помедлив, делает несколько резких движений. Данила с громкими стонами изливается в руку Крида, после чего обессиленно опускается вниз по стене. Егор вместе с ним опускается на пол. Ещё с минуту они восстанавливают дыхание, и только потом Данила прерывает тишину: - Спасибо. - За что? - За то, что было сейчас. - Тут не за что благодарить, мы же оба этого хотели. - И всё-таки спасибо тебе. Но… что дальше? – Поперечный с надежной смотрит в любимые глаза, хотя сам не понимает, на что он надеется. - Что дальше? Не знаю… Наверное, теперь всё станет гораздо сложнее. - Я люблю тебя. Ты уже слышал это от меня, но теперь, наверное, по-другому воспримешь. Крид, возможно, и мог бы ответить тем же, но для него это тяжело, ведь, как и для Дани, для него это не просто слова. Поэтому он лишь нежно целует парня, кладя свою руку ему на шею. После этого, приведя себя в порядок, оба осторожно выходят из туалета, стараясь сделать это незаметно, и возвращаются в студию. - Наконец-то! Где вы оба были? Мы не можем из-за вас продолжить съёмки, - возмущается Алина. - Я был на этаже ниже, пил кофе, - отвечает Егор. - А я в толчке был. - Ладно, садитесь быстрее, не очень хочется здесь до ночи сидеть. Парни усаживаются за стол на свои места. Съёмка продолжается, и Ильич рассказывает очередную историю. Когда Прусикин завершает свой рассказ, Поперечный что-то говорит в шутку и издаёт смешок, который был задуман, как издевательский, но получается он каким-то нервным. Всё потому, что в этот момент он ощущает чью-то руку на своём колене. Пальцы сжимают ногу, доставляя приятную боль, и Данила невольно переводит взгляд на соседа справа. Егор тоже смотрит на него, и на его лице появляется ухмылка. Вдруг Крид произносит: - Я вспомнил ещё одну историю. Это было довольно странно, но мне однажды отсосал парень. - Тааак… ну-ка, ну-ка, рассказывай, - с предвкушением говорит Музыченко. - Это было не так давно, я поспорил с другом на деньги, что один чувак мне отсосёт. Тот, кажется, был геем. И вот, мне кто-то сказал, что сейчас он дрочит на меня в туалете, и я пошёл туда. Он сначала смущался, но, когда я сам ему это предложил, он согласился. Друг в итоге офигел. - Пиздец, - резюмировал Ильич. Дальше беседа продолжилась, но Даня особо в неё не вникал. Его разрывала только одна мысль: А что, если это правда? Он сидел, находясь в неком трансе до конца съёмки. Закончив работу, друзья дружно вывалились из здания и пошли каждый в свою сторону. Данила пошёл в сторону дома, а Егор пошёл за ним, хотя ему нужно было просто вызвать такси. Однако они не пошли вместе. Крид шёл чуть позади Дани, смотря ему в спину. Через несколько минут, они подошли к набережной, и Поперечный встал у бортика, облокотившись на него. Егор подошёл и встал рядом. Даня не особо удивился этому, он знал, что певец идёт за ним, поэтому даже не поворачивая голову на собеседника, спросил: - Это была правда? - Что именно? – спросил Крид, также не смотря на Поперечного и разглядывая реку. - То, что ты поспорил на меня. - Ты правда поверил в это? Думаешь, я бы смог так поступить? - Ну ты же типа ненавидел меня. - Нет, чувак, не настолько. - Хорошо, - с облегчением произнёс Данила, поворачиваясь на Егора и радуясь тому, что на него хотя бы не спорили, но всё же оставался ещё один вопрос, - А ты правда считаешь эту историю зашкварной? - А ты нет? – спросил Крид, также смотря на Даню. Поперечный лишь обиженно и с грустью отвёл взгляд. - Прости, я не хотел тебя обижать. Но ты только подумай, сколько проблем нам это принесёт, если об этом кто-нибудь узнает, - постарался успокоить его Егор. Данила молчал. Ему почему-то казалось, что говорить и не нужно. Казалось, будто Егор и так его понимает, без слов, как будто чувствует его. Тогда певец подошёл ближе и обнял стендапера, прижимаясь к нему всем телом. Поперечный обнял его в ответ, утыкаясь носом в толстовку и вдыхая до безумия вкусный одеколон. - Спасибо, - почти шёпотом произносит рыжеволосый парень. - За что ты опять благодаришь меня? - За то, что ты существуешь, - отвечает Данила, продолжая обнимать Егора. А тот улыбается. - Может отпустишь меня? - Не хочу, - также шёпотом говорит Поперечный. Но Крид всё-таки отстраняется от него. - Мне нужно ехать, у меня скоро поезд в Москву. Данила лишь кивает и смотрит грустными глазами на Егора. Он понимает, что тот уедет, понимает, что это неизбежно, понимает, что он живёт в другом городе. Но он не понимает одного: Когда они увидятся в следующий раз. Он не знает этого, и от этой мысли у Данилы мурашки по коже. Крид садится в такси и уезжает, а Поперечный остаётся стоять на месте и закуривает сигарету, затем ещё одну. Ему не хочется уходить, слишком хорошо здесь. До сих пор стоит запах одеколона, да и воспоминание совсем свежее. Сегодня, наверное, самый лучший день в его жизни, но почему так плохо? Почему так тяжело на душе? Может от того, что давит неизвестность. Неизвестность того, что будет дальше. Данила не знает этого, да и никто не знает. Что же у него в мыслях? Думает ли он обо мне? Вспоминает ли произошедшее в туалете? Не жалеет ли? Он вроде бы улыбается и обнимает меня, но держится со мною как-то холодно. Пустой взгляд, как у куклы. Ах да, я уже говорил об этом…

***

Почему всегда так давит неизвестность, Заставляя нас сходить с ума? Мы ощущаем жизни бесполезность, Лишь осознав, что жизнь – это тюрьма.