Цена Мести

— Вы нашли то, что искали?! — спросила Эмерисс закрывая окно. — Да! Убираемся отсюда, сейчас же, тварь на свободе и в замке нам её не победить! — сказал Эдвин. — Почему это?! — удивился Торин. — А скажи мне, дорогой, что ты лучше знаешь: бесчисленные закаулки и коридоры замка или наш лес? — Я понял... — опустил глаза дворф. — Да и вообще... Тут у нас нет ни шанса, ибо мы эту тварь увидим только когда она перед нами выскочит, а тогда уже поздно будет! — добавил Эдвин. — Уже темнеет... — заметила Эмерисс. — Уходим, сейчас же! — скомандовал Эдвин и все ушли из кухни. Когда группа дошла до лагеря и развела огонь, было уже темно. Огонь мирно потрескивал, сопротивляясь дождю. Все сидели вокруг огня и думали над сегодняшним днём. — Ребята... Я должна вам сказать... — нарушила тишину Змейна. — Я слышала голос... химеры... — пыталась говорить девушка, но каждое слово, будто бы гвоздь в горле. — В общем... Мы слышали голос Йорма! — сказал за неё Торин. — Да, он был... не четкий, искаженный, но я узнала его, это был голос моего котёнка... — плакала Змейна. — Но как?! Я сам видел рану на шее — она смертельная! — сказал Эдвин. — Да! Но я слышала! — говорила Змейна. — Да и я слышал, это не бред, честно! — поддержал её Торин. — Что же это получается... Леди Селла воскре... — начал было Эдвин, но громкий рык прервал его. Он был совсем близко, метрах в трех от костра. Пока все вздрогнули и повернулись к источнику звука, на Эмерисс уже что-то прыгнуло и утащило в кусты. Громкий женский крик и звук разрывающейся плоти пронзил округу. — В дом, все! Живо! — сориентировался Эдвин и погнал всех в ближайший дом. Это был дом Змейны. Толстую дверь надежно закрыли на металлический затвор. Но даже такая толстая дверь не могла удержать криков Эмерисс, которую жрали заживо. Бульканье, крик, звук плоти, рык — все смешалось в единую кашу из звуков. Правда длилось все это не долго. После второго громкого рыка девушка затихла, видимо, распрощавшись с жизнью. Все разошлись по разным концам домика. Змейна закрыла уши руками, дабы не слышать криков и, кажется, начала паниковать. — Мы все умрем, мы все умрем, мы все умрем! — твердила Змейна, которую била сильная дрожь. Она упала на пол, зацепив тумбочку, с которой на неё упало маленькое зеркальце. Она тут же его схватила, дабы поставить на место, но, когда она ставила зеркало обратно на тумбочку, оно поровнявлось с параллельным ему окном. И в зеркале она увидела... ЭТО! Ужасное создание, некогда бывшие милым котенком, сейчас представляло собой мерзкую тварь, от одного вида которой, уже тошнит и ноги подкашиваются. В окно заползало человекоподобное создание. Голова была человеческая, но с огромными челюстями, будто бы у волка выдрали морду, и пришили её на место человеческой челюсти. Вместо глаз два кровавых месива. Кровь была черной с редкими зеленными подтеками. Шея была полностью перерезана, а кровь в ране запеклась, представляя ужасное зрелище. Чудище уже одну руку перекинуло через подокойник. А на руке, вместо ногтей — пять огромных когтей. Теперь понятно, что так разворотило гербовый щит в замке леди Селлы. По всему телу чудовища были ужасные раны, полученные, ещё, видимо, при жизни. Несколько гнилых ребер просто торчало из боков. — Оно там! Там! — закричала Змейна, указывая на окно. Эдвин, который не видел чудовища, моментально понял, куда указывает девушка, и, мигом схватив табуретку, со всей силы ударил ею в оконный проем. Послышался сдавленный хруст, очень злобный звук, как будто мяукнул сам Сатана, и затем, тяжёлый удар о землю, но уже с той стороны окна. Эдвин не держал табурет, когда бил, так что стул полетел следом за тварью. Быстро закрыв прочные металлические заслонки на окне, лис кинулся к оружию. — Мда уж... что-то с табуретками мне не везет... — сказал он. — Я видела! Видела! — паниковала Змейна. — Больно... так... больно! — послышался голос Йорма с улицы. — Где вы... ребята... я не... вижу... вас... — Это ещё что за черт?! — напрягся Эдвин. — Во-во! То же самое мы слышали со Змейной, когда открыли дверь в комнату волшебницы. Там было море крови! — сказал Торин, сильнее сжимая меч. — Я так... голоден! — продолжала говорить химера. Она часто делала довольно длинные паузы, а потом резко и громко говорила продолжающее слово, будто вспоминала, как оно звучит. — Это наказание! Нам! За то что мы позволили Йорму умереть! Его дух пришёл нам мстить! — бредила Змейна. — Это кара наша! — Успокойте её! — крикнул Эдвин. И к ней тут же кинулся гном с чашником. Сам же Эдвин подошёл к окну со стороны и начал осматривать доступную зону видимости. И вот он случайно набрел глазами на голову химеры, в тусклом свете луны. Но как только он увидел её, химера сразу же растворилась в воздухе. Слилась с окружением. Звонкий лязг металла привлек к себе внимание всех присутствующих. Это Эдвин обронил меч. Он попятился назад, но ноги его подкосились и он упал на задницу. — Я видел... видел... его... — дрожащим голосом говорил лис. — Этого только не хватало! — сказал дворф и, быстро оглядевшись, заметил на столе кувшин с водой. Содержимое кувшина разом вылилось на Эдвина и лишь это привело его в чувство. — А что?! — вздогнул парень. — Хоть ты не расскисай! Без тебя вообще туго будет! — сказал Торин. — Точно! — вдруг воскликнул лис и подошел к Змейне, которая была на грани нервного срыва и обморока. Он надавал ей легких пощечин, дабы та пришла в себя и это, удивительно, но сработало. — Что?! — воскликнула девушка. — Книга! Куда ты дела книгу?! — встряхнул её за плечи Эдвин. — Я... Там оставила... у костра! — обреченно сказала девушка. — Эх... Что бы вы без меня делали! — сказал Торин и дал бестиарий Эдвину. — Читай вслух всё! — приказал он Змейне, вручая ей толстую книгу. Девушка начала читать, а парень говорил ей то ли это, или нет. Мантикора — нет. Грифон — нет. Гидра — нет. Упырь — нет. Голем — нет. Элементаль — нет. Дракон — нет. — Химера? — спросила девушка. — А ну, прочти! — Химера — живое слияние двух и больше существ в одно. Получаемое существо получает способности и особенности всех существ, учавствующих в слиянии. Так же и получает все уязвимости этих существ. В природе не встречается — исключительно плод человеческих экспериментов. Обычно не агрессивны... — Явно не то, а что ещё есть? — сказал Эдвин. — Тут есть текст... но нет картинки! На других листах был рисунок! — заметил Робин, который смотрел, как Змейна читает. — А ну-ка! Что там? — спросил Эдвин. — Тут мелко, но... думаю, я смогу прочесть. — сказала девушка. — Подвид химер, а точнее разветвление — воскрешенная химера. Воскрешенная химера, как и обычная, получается в результате заклинания, но она получает лишь только полезные особенности существ, учавствовавших в слиянии. Уязвимости она сама отбрасывает. Воскрешенная химера появляется только из одного оживленного мертвеца, который поглотил плоть других живых существ. Степень агрессивности зависит от причины и обстоятельств смерти, но, в основном, воскрешенные химеры имеют очень скверный характер и несут опасность для человека. Замечены редкие случаи, когда в качестве исходного мертвеца использовались умервщленные зверо-люди, в таком случае химеры могут разговаривать, вспоминать свою смерть и винить всех в этом. Особо опасны подобные химеры, когда они голодны, а они голодны всегда. Они не помнят доюра и зла, они не знают, кто враг, а кто нет, они лишь видят съедобное и нет. И, зачастую, убивают своих создателей. Также, такая химера не любит место своей смерти, поэтому она будет стараться избегать его. Поскольку химера уже мертва, ни одна смертельная рана не убьёт её, даже потеряв конечность или вообще, пол туловища, химера способна передвигаться и жить. Убить можно лишь обезглавив. Исключение составляет только один подвид воскрешенных химер — воскрешенная гидра. Она бессмертна, от неё нужно только убегать! — прочитала Змейна. — Класс... Что мы имеем по итогу? Тварь с мимикрией, как у Смауга и нюхом как у Гримма. Я правильно понимаю? — возмутился Эдвин. — Я думаю, это ещё не полный список... — добавила Змейна.