Мои океаны

его глаза - мои океаны, мои водопады, если будет надо, я за ним буду в воду падать.

Питер считал, что ему еще повезло. Серьезно, вот Нэду не позавидуешь: его «он что, индеец?» красуется на указательном пальце, и Лидс явно не будет особо благодарен своей родственной душе при встрече за такую подставу. А у мистера Филлипса «я бы трахнула его прямо на этом столе» написано на шее, и один Мерлин знает, как ему с такой надписью разрешили работать в школе. Он заклеивал нецензурную часть пластырем, но все были в курсе, разумеется. Серьезно, в мире, в котором то, что ты подумаешь о своем соулмейте во время вашей первой встречи, буквально будет написано на его теле, люди не слишком-то следят за своими мыслями. Вот Мэй счастливица: ее «я женюсь на этой девушке» на запястье — самое романтичное, что Питер видел в своей жизни. Иронично, что дядя Бэн, ее соулмейт, был вынужден мириться с «вот с ним бы я точно на свидание не пошла» на лодыжке. Но ничего, и ведь пошла, и ведь женился. У Питера же на предплечье жирным, чуть скошенным почерком было выведено загадочное «ну наконец-то, я заебался ждать, можно мне уже прекратить жрать этот ебучий пирог, ненавижу финики». Не трудно догадаться, что шкаф парня был доверху забит водолазками и рубашками только с длинным рукавом. Вот спасибо, родственная душа, угодила. В особенно жаркие дни, опуская рукава на запястья или натягивая широкий напульсник так, чтобы он закрывал всю надпись, Паркер матерился про себя и мстительно надеялся, что надписью его соулмейта будет что-то вроде «а вот и я, чертов мерзавец». Конечно, так это не работает, но кто запретит Питеру мечтать? Ну и, конечно, над ним смеялись. Смеялся Флеш, чье «о боже, это что, его тачка?!» было не в пример приятнее, смеялся Нэд, пусть и по-дружески. Даже тетя смеялась, ласково гладя его по волосам и заводя тесто на новый финиковый пирог. «Разве ты не любишь финики, Питер?» Да он финики ненавидел за сам факт их существования. Но каждый раз ел, не морщась, назло своему соулмейту. Даже рецепт выучил, чтобы обязательно испечь его на их первую годовщину. ** В очередной раз полетевший комп заставил Питера по дороге домой немало побродить по окрестным свалкам в поисках запчастей. Конечно, можно было зайти в магазин и купить детали, но этот вариант он оставил на крайний случай. Ему повезло: прямо рядом с домом Нэда, у мусорного контейнера, стояли на выброс старый ламповый телевизор и целый с виду видюшник. Храни Господь людей, не желающих тратить деньги на ремонт ненужной им техники! Из телевизора он прямо там вытащил интегральную схему — не то чтобы она ему когда-нибудь пригодится, скорее для его фриковой коллекции старых запчастей, а видюшник прихватил целиком. Паяльник, пара дней работы — и компьютер станет как новенький. Ну, почти. Стараясь не слишком откровенно пританцовывать в такт музыке, Питер направился домой. Настроение было отличным, погода — не жаркой, и мир в целом казался вполне дружелюбным. Прямо у его подъезда стояла, нарушая сразу все существующие правила парковки, сияющая черная ауди. Юноша аж приоткрыл рот: настолько неуместной здесь она казалась. Литые диски отсвечивали в лучах солнца, обводы резали глаз своей чистотой и качеством краски. Не иначе как какой-то миллионер перепутал Квинс с Манхеттеном и заблудился. Питер заглянул в переднее окно, желая оценить салон, и наткнулся на мрачный взгляд водителя. Грузный мужчина в строгом костюме хмуро уставился на него в ответ. Паркер смущенно отшатнулся и, не оборачиваясь, зашел в подъезд, чувствуя себя последним придурком. Лифт скрежетал, раскачивался и гудел так, словно вот-вот двинет тросы прямо в эту минуту. Конечно, паучье чутье не даст ему умереть так глупо, но лучше бы обошлось без эксцессов. На нем ведь нет его крутого самодельного костюма человека-паука, а порвать последние целые джинсы было бы обидно. Да и тетя развопится: Питер, ты же мог погибнуть! Словно он может контролировать падающие лифты. Ох, знала бы тетя о его вечерних «дежурствах». — Тетя Мэй! — поздоровался он, закрывая дверь и вытаскивая из уха наушник. Лямка рюкзака упорно спадала с плеча, и это бесило, потому что он сильный и ловкий Человек-паук, а рюкзак болтается на локте, будто он акробат из цирка и все дела. — Питер! Как дела в школе? Она так каждый раз спрашивает. И каждый раз он отвечает одно и то же. Можно подумать, что она всерьез ждет, что он начнет рассказывать ей про свои школьные проблемы. — Все хорошо, — ага, опять чуть не подрался с Флэшем, Лиз, как всегда, смотрит сквозь него, а на химии препод снова занизил оценку, потому что парень уснул на уроке после ночного патрулирования. Все отлично, спасибо, что спросила. — У дома такая чумовая тачка! Питер повернулся к тете и с прискорбием выяснил, что, очевидно, вчера приложился башкой во время полетов на паутине или вроде того, потому что иного объяснения тому, что в его гостиной сидел Тони Старк, у него не было. — О, мистер Паркер, — поздоровался Тони Старк, салютуя ему чашкой с чаем. Питер подтянул обратно упавшую челюсть. Спустя пять минут позора (Питера), тупого лепета (Питера) и насмешливых ответов (Старка) парень на ватных ногах зашел в свою спальню. На ходу стянув со стола шутер с паутиной и сунув его себе в карман, он обернулся к Старку. Тот, заперев дверь на защелку, огляделся и, не стесняясь, выплюнул пирог прямо в мусорку. — Ненавижу финики, — пожаловался он. — А так неплохо. Где ты бродил вообще? Я тут уже полчаса жду. Что? Питер кашлянул. Моргнул. Снова кашлянул. Это звучит подозрительно похоже на… — Ничего не хочешь мне сказать? Из Питера на мгновение будто выбило дух. — Я не подавал заявки ни на какой грант, — проблеял он, когда снова удалось вдохнуть. — Тогда я начну. Первый вопрос — для разгона, чисто риторический. Это же ты? А потом они, как в дешевом кино, начали носиться по комнате туда-сюда. Питер отнекивался как мог, не успевая следить за языком, потому что весь его мозг был занят перевариванием того факта, что Тони Старк в его квартире только что практически процитировал (только без мата) его надпись, Старк бренчал крутейшими цацками, размахивал последними достижениями науки прямо перед его носом и, без труда обнаружив супер хитроумный тайник Питера, обозвал его чувачком-пауком. — Я — Человек-паук, — немного обиженно огрызнулся Питер и отошел обратно к столу. Когда Старк стоял так близко — высокий, влиятельный, практически всесильный, ну, одним словом, Тони Старк, думать становилось невыносимо трудно. Наверное, миллиардер привык, что все вокруг ведут себя рядом с ним неадекватно. Может быть, он считает, что все, кроме него, непроходимо тупы. Хотя, если вспомнить перечень изобретений и достижений Старка, это было недалеко от истины. — Как ты называешь эту штуку? — он прицельно швырнул в парня капсулой с паутиной. Питер поймал не глядя. — Паутина. Ну, я же Человек-паук, все дела. Это звучало так… По-детски, что Паркер покраснел и, мысленно проклиная себя на все лады, повернулся к гостю. Он знать не знал, зачем Старк пришел сюда, но речь уж явно не шла о гранте, так? Заковианский договор? Он хочет, чтобы Питер подписал его, потому что он пусть и не Мститель, но уже не человек, а значит, потенциальная угроза? Или он хочет запретить Питеру использовать свои способности? Или отправит его на обучение в одну из этих стремных школ для мутантов? Мужчина смотрел на него как-то… Странно. Веселье из его глаз пропало, и он казался печальным. И уставшим — Питер нашел верное слово. Смертельно уставшим. Ну и, предсказуемо, все полетело к чертям. Старк не повез его к людям Х, не запретил творить добро, зато с явной неохотой позвал с собой в Германию вставлять на место мозги Капитана Америка. Паркеру было ужасно обидно: мужчина всем своим видом показывал, насколько ему претит связываться со школьником, закатывал глаза и отпускал фривольные шуточки в сторону Мэй. Зачем тогда пришел? Зачем позвал с собой, если Питер так ему не нравится? Не похоже по Старку, что он из тех, кто боится обидеть. Не хочет звать Питера, так пусть едет дальше на своих крутых тачках к своим не менее крутым друзьям. — У тебя полчаса, — заявляет миллиардер уже у дверей. — Чумовая тачка внизу — для тебя. Водителя зовут Хэппи, он будет тебя сопровождать. — А вы как доберетесь? — спросил Питер, сам не зная зачем. Мысль о Старке, мчащемся в аэропорт на автобусе, заставила нервно хихикнуть. — Как-нибудь доберусь. Пять минут из отведенных ему тридцати Паркер потратил, наблюдая в окно, как мужчина вышел из подъезда и, оглядевшись, подошел к машине. Водитель — Хэппи, хотя счастливым он и не выглядел, — неторопливо вытащил из багажника небольшой чемоданчик и, к изумлению Питера, буквально швырнул его к ногам Старка. Тот, в свою очередь, и бровью не повел. Сняв солнечные очки — и когда он успел их натянуть? — он кинул их в открытое окно машины и наступил на чемодан. У Питера отвалилась челюсть. Он видел это, разумеется — десятки смазанных видюшек из Монако, отфотошопленная видеопрезентация, но, боже! В жизни все это выглядело в разы великолепнее. Одна за другой, металлические пластинки поднимались из чемодана и окутывали тело Тони Старка броней. Питеру казалось, что он даже слышал отдаленное лязганье соединяющихся деталей. Спустя несколько секунд перед машиной стоял уже Железный человек. Кивнув водителю, он поднял голову и, выставив вниз руки, взмыл в небо. Питер, как и несколько проходивших мимо зевак, с открытым ртом проследил путь его полета, пока тот не скрылся за одной из многоэтажек. Ну офигеть. Паркер перевел взгляд на Хэппи и вздрогнул. Тот глядел прямо на него: скривившись, мужчина постучал пальцем по наручным часам и сел в машину. Питер поспешно отошел от окна. Ему не понадобилось много времени, чтобы собраться. Натянуть свежую толстовку, вытрясти содержимое рюкзака на кровать и засунуть в него скомканный костюм, отправить туда же все оставшиеся капсулы с паутиной. Раскладывая их по карманам рюкзака, Питер на мгновение замер. «Как ты называешь эту штуку»? Почему Старк спросил об этом? Впрочем, кто его разберет, он же Тони Старк. Может, поржать хотел, да шутку не придумал?