Дети, откуда вы взялись?

Порой, мы по собственной же глупости, делаем ошибки, у которых нет оправдания. Злимся-кипятимся, а потом всю свою злость срываем на близких нам людей, думая, что именно они виноваты в содеянном. Это состояние затуманивает разум, заставляя подчиниться внутреннему голосу. Ты становишься агрессивным и перед глазами пелена, скрывающая от тебя весь мир. Темнота, ярость, все это убаюкивает душу человека в свои объятия и заставляет думать, что так правильно, что так надо. Кричать, метать, разрушать - правильно… Но, на самом деле, это ошибки, которые мы просто не способны осознать. Мы не можем контролировать себя и просто отдаемся этому порыву злости. С губ слетают разные слова - едкие, пропитанные ядом. Люди становится, как змеи, брызгающиеся этим жутким ядом на всех, кто есть вокруг. Но, опять же, забываем про окружающих. Забываем про то, что слова могут намного сильнее ранить человека, нежели поступки. Ведь физические раны можно вылечить, а душевные так и остаются. Их можно устранить с помощью веселых и позитивных моментов, но они все равно останутся там. В самой глубине души. Мы забываем про то, что можем ранить. Сильно, больно, смертельно, навсегда. «Что мы наделали…» Эта фраза кружилась в головах юных родителей, которые не смогли контролировать себя и просто-напросто оговорились. Поведение их слишком странное и неадекватное, но и их можно понять. Прошло уже несколько дней, а они никак не могут взять себя в руки: ссорятся друг с другом, срываются и не дают себе отчет в своих действиях. Будто, так и должно быть. — Саске, стоит с ними поговорить, — нарушила тишину розоволосая, глядя на брюнета, устремившего свой взгляд вдаль. — Поговори, — беззаботно ответил тот. — Ты себе хоть даешь отчет в своих действиях? Они наши дети! — крикнула Харуно, испепеляя взглядом Учиху. — Я все понимаю, но согласись, это похоже на сказку. — Но мы ведь обещали, что будем стараться ради них, — уже тише произнесла Сакура, боясь гнева своего «мужа». — Обещали, значит будем, — без эмоций Саске двинулся ко второму этажу. Ничего не понимая, Сакура двинулась за ним на всех парах. Надо же как-то успокоить детей. Дойдя до нынешней комнаты близнецов, Харуно услышала всхлип. Погорячились все-таки, что ни говори. Глубоко вздохнув, Сакура хотела открыть дверь, но Саске опередил ее. Они буквально залетели в комнату. Там на диване, все еще всхлипывала Юми, тыльной стороной ладони вытирала слезы, а Седрик безобидно рассматривал диски, что находились на его рабочем столике. — Кто пришел? Наши любимые родители, вспомнили про «обузу»? — саркастически спросил Седрик, не отрывая взгляда от дисков. Уж больно они его заинтересовали. — Сынок, успокойся, мы ведь не хотели вас обидеть, — начала оправдываться Харуно, судорожно сжимая в руках, край своей легкой куртки. — Да что же это так официально? Сказали бы просто «отбросы», — все не унимался Седрик. — Слышишь, слова подбирай, с матерью ведь говоришь, — встрял в разговор Учиха, до того молчавший в стороне. — Ой, папочка нашелся, ну давай, еще нагруби нам, — отбросив диски, Седрик встал и подошел вплотную к своему «отцу». — Видимо, я вас не правильно воспитал, что ж, сейчас исправим, — фирменная ухмылка Учихи, сошла с его уст. Сакура будто прочла мысли брюнета и, легонько толкнув своего сына, встала напротив Учихи. — Что это ты задумал, под словом «исправим»? — девушка вскинула руки в бока и со всем своим недовольным видом смотрела на «мужа». — Видимо, их в детстве не учили старших уважать. Видишь, как дерзят. Думаю, пару методов приведут его мысли в порядок. — Ну-ну, старикашка, попробуй. Ты ведь сам меня учил драться, — видимо, Седрик нарывается. — Кто тут «старикашка»? — буквально вскипая, как чайник, зашипел Учиха. — Ну, ты у меня сейчас получишь за все годы, сыночек. Юми уже перестала плакать и уставилась на своих родителей и брата. Уж характер у Седрика был явно от отца - противный, как у змеи. Вечно этим «ядом» плюется, но и Юми не ангелочек, конечно. Эти близнецы, как чертова парочка, только не всем удается увидеть их в деле. Юми прекрасно понимала, что задумал Седрик, поэтому и сидела в сторонке. Бесить окружающих они могут, умеют и практикуют. — Ты сдурел, Учиха? — розоволосая «фурия» начала оскаливать свои зубки, в виду ужасного настроения. — Кто их мать? Правильно! Я. Кто их вынашивал? Растил? Кто их рожал? Ты что ли?! — Не кипятись, Харуно! Ты ведь еще и не беременная, — переключился. — Ты даже пальцем не тронешь моих детей, особенно МОЕГО сына! — сделала акцент Сакура. — Это и МОЙ сын тоже, так что не наглей, — так же ответил Саске. Близняшка просто была в шоке. Немой крик застыл на ее устах. Не каждый день увидишь такую ссору и такой балаган. Раньше бы она вмешалась, да и сейчас вмешается, но пока не время. Она чувствовала себя в кинотеатре, на очень увлекательном кино. Так и хотелось крикнуть: «Продолжайте в том же духе». Да, и поп-корна не хватало. — А может мне покурить, пока вы ссоритесь, а? — как бы невзначай спросил Седрик, наблюдая за всем со стороны. — ЗАМОЛЧИ! Взрослые разговаривают! — крикнули хором оба родителя. — Ну и семейка: Сестра близнец — плакса вечно рыдающая, мама — фурия из Ада, отец — князь мрачных туч. Семейка Адамс, буквально, нервно курят в сторонке, уступая нам. — Секундочку, — и тут сынок понял, что он крупно попал. — Что это ты все время говоришь про курево, а? Весь в своего отца пошел! Ну, Учиха, ну ты и попал. Прощайся с нервной системой! — пригрозила женушка. — А ну-ка заткнулись все! — вот и юная Учиха проснулась ото сна-депрессии и поставит всех на место. — Проснулся Гитлер, хай тебе, — усмехнулся близнец. — И тебе хай, мой помощник, — улыбнулась Юми. — Так, а теперь все выговорились? — Нет, я не выговорился, — обратил на себя внимание хозяин дома. — В общем, дети... мы не хотели вас обижать. Просто, я не контролировал себя. Но, я вас люблю… — договорить ему не дали. — Просто у папы переменчивое настроение... — ... как у беременных, — закончил Седрик, а потом быстро осекся. — А может, погуляем где-нибудь? — от греха подальше перевела тему дочка. — В принципе, можно. Куда хотите, дети мои? — сунув руки в карман, спросил Учиха. — В парк хотим! На аттракционах кататься! — засияла младшая Учиха. — Ну что ж, Харуно, пошли в парк, — смешок со стороны Саске. — Ну пошли, — скептический ответ. — Дети, берите свои легкие куртки, а то замерзнете! Устало вздохнув, Саске сел за руль машины. Сегодня он дал выходной своему водителю, дабы тот не сошел с ума. Он-то знает, на что способна эта кучка, кхем… семья, что собралась у него дома. Бедный водитель и так старый, а тут еще и инфаркт получит. Ух, как не красиво будет. Сакура села рядом с ним, а дети сзади. Хоть они и бубнили, что взрослые, но с Харуно не поспоришь. Лучше промолчать в тряпочку, ибо это демон, как выразился Саске. Через несколько минут они уже были в парке аттракционов. Солнце уже начало садиться, а на улице была сказочная атмосфера. Сумрачная. Но не взирая на это, посетителей было как и прежде много. И подростки и взрослые со своими родителями. Сакура, Саске, Юми, и Седрик, выглядели больше, как компания друзей, нежели семья. Оно и понятно, дети ведь из будущего. — Па-а-п, а па-а-п? — как маленький ребенок начала ерзать Юми. — Да, доченька, — серьезно ответил парень. — А можно нам в комнату страха? — сделав щенячье глазки, начала просить дочка. — А вам не будет страшно? — заволновалась Харуно. — Не-е-ет, мы такое любим, — лукаво улыбнулся Седрик, поддерживая сестру. — Ну, тогда держите, — протянул им деньги Учиха. — И будьте осторожны. Мне не хочется чинить весь парк аттракционов из-за вас, черти. — Все будет ОК! — крикнули хором ребята и убежали в комнату страха. Уставшая Сакура села на скамейку, находившуюся рядом. Саске же, сел рядом с ней, обнимая ее одной рукой. Девушка была слишком уставшей, чтобы сказать ему пару ласковых. Она просто положила свою голову на плечо брюнета. — Устала, мамочка? — умеет же «Ромео» портить все. — С тобой, Саске, спорить это дело утомляющие, а с детьми это вообще кошмар. Плюс, с вами нервов не наберешься, — еле ответила Сакура. Кажется, она скоро заснет. — Ну и сентиментальная же ты, — ухмылка. — Люби меня такой, какая я есть, — уже засыпая бросила «жена». — А ты мне все больше нравишься, фурия из Ада, — но Сакура этого не услышала, она уже заснула. Учиха лишь прижал ее крепче к себе. Пусть дети повеселятся, а потом домой. А Харуно пусть спит, а то если она не выспится, будет еще хуже. Завтра ведь ждет новый день, и пора бы уже и в школе появляться.