Pretty "girl"

      На улице стояла вполне себе солнечная погода. Это было отличное время для прогулок, но большая часть детей в это время находилась в школе.       Сейчас класс Джонсона, в котором он учился, писал тест, который, якобы, влиял на оценку в четверти. Ларри уже давно положил хер на учёбу, желая развлекаться и поскорее свалить.       Сейчас он, периодически раздражённо вздыхая и закатывая глаза, отвечал на вопросы в этом злосчастном тесте, делая это лишь от балды. Написать и забыть — его девиз по жизни.       Закончив бесцельное заполнение листка, он самый первый поднялся со стула и положил лист на стол, кинув злобный взгляд на учительницу математики. У них с патлатым была взаимная неприязнь и все об этом прекрасно знали.       — Джонсон, может хотя бы для вида посидишь ещё десять минут, — начала женщина, слегка скривившись и глянув на своего ученика, — Ты всегда сдаёшь тесты самым первым и в итоге заваливаешь их. Ты можешь хоть раз постараться? — Она вернула парню его листок и нахмурились, явно закипая.       — Я уже сто раз Вам говорил, что Ваш предмет мне не нравится, — оскалившись, громко сказал Ларри, от чего весь класс отвлёкся от теста, — И для меня он бесполезен, так что отцепитесь от меня, — он сунул руки в карманы и уселся за своё место. А учительница лишь пожала плечами, надев очки и начиная активно зачёркивать что-то в листке Ларра.       Спустя пару минут она тяжело вздохнула и отложила красную ручку, взглянув на время. До конца урока ещё двадцать минут.

***

      Звонок. То, что так усердно ждал кареглазый. Пока все ученики сдавали свои тесты, Ларри в это время вышел из кабинета самый первый. Он сразу облегчённо выдохнул, так как сейчас была физра, где он мог расслабиться. Идя по забитым коридорам и обходя других учеников, суетившихся там, Лар тихо цыкнул, стараясь не врезаться в ближайшую девушку или парня.

***

      Оказавшись рядом со своей раздевалкой, Джонсон слабо улыбнулся. Он хотел зайти, пока не увидел её. Та самая голубоволосая девушка сейчас проходила мимо него, выглядя очень спокойно и сосредоточенно. Она была одета в свободный красный свитер в чёрную полоску, чёрную юбку в складку, чулки чуть выше колен и красные кеды. На её плече был чёрный рюкзак с различными нашивками и значками.       Она была прекрасна. Её звали Салли Фишер и она училась в другом классе, хотя Ларри всем сердцем желал, чтобы она училась в его. Сейчас у них был совместный урок, что очень порадовало парня. Подойдя к голубоволосой, он приветливо ей улыбнулся, заглянув в её ярко-голубые глаза.       — Приветик, милашка, как жизнь? — Игриво спросил шатен, при этом стоя довольно близко к Салли. Та лишь слегка наклонила голову в бок, мило улыбнувшись. За протезом этого не было видно.       — Привет, Ларри, всё как всегда, — она скрестила руки в замок за спиной и хихикнула. Голос у неё был очень мелодичным и приятным на слух. Такой тихий и нежный, местами звонкий, а иногда бывает хрипловатым. Это делало её безумно милой.       — Круто выглядишь, — подметил Джонсон, желая провести с Фишер побольше времени.       — Спасибо, ты тоже, — она обошла парня и направилась в раздевалку для девочек, перед этим махнув ему рукой и сказав: — Мне пора, увидимся.       — Ага, — на лице патлатого выступил румянец. Он глубоко вздохнул и зашёл в свою раздевалку, где уже собралось несколько парней.       Джонсон сразу заприметил знакомое, но до жути противное лицо — Трэвис Фелпс. Местный задира и любитель поприставать к девочкам. Откровенный подонок и самая настоящая мразь.       Пройдя мимо блондина, кареглазый подошёл к шкафчикам и открыл свой, закинув туда тяжёлый портфель и доставая форму. В этой школе всем ученикам выдавалась специальная форма: белая футболка, красные спортивные штаны и двумя полосками и такая же кофта с капюшоном. Сзади, на спине был принт с небольшой надписью «Nokffell High School».       У девочек была такая же, только вместо штанов у них были шорты и белые гетры. Обувь брать приходилось самим, так как на этом школа решила сэкономить.       Переодевшись, патлатый сел на лавку и стал ждать звонка, залипая в телефон. Сидел он недолго, так как к нему сразу же решили доебаться. Трэвис и его противные друзья, похожие на гомосеков.       — Эй, Джонсон, — окликнул его Трэв, задрав нос и нагло ухмыляясь.       — Чего тебе? — Сухо спросил патлатый, подняв взгляд и раздражённо зыркнув на этого урода.       — Слышал, что ты запал на «принцессу», — его ухмылка стала более противной.       Принцесса — так все парни и девушки называют Салли. Эта «кличка» появилась совершенно спонтанно, но всех она устраивала, также как и саму владелицу. Она лишь мило посмеивалась, слыша такое в свой адрес. Зато не особо оскорбительно.       — И что с того? — Продолжал спрашивать шатен, положив телефон в карман и уже готовясь, при надобности, начистить этому мудаку ебальник.       — Ты знал, что она та ещё шлюха? — Спросил Трэвис, вскинув брови, — она отсосала мне за двадцать баксов, хочешь верь, хочешь нет. Они это подтвердят, потому что и им она сосала, — кареглазый указал на своих дружков.       — И зачем мне эта информация? — Скрестив руки на груди, поинтересовался Джонсон, внутри уже закипая. Его, мягко говоря, заебал этот пиздёжь со стороны Трэвиса.       — Чтобы не попадался на её провокации. Она та ещё сучка, наверняка перетрахалась уже с большей половиной школы, — он хмыкнул, взглянув на парня через полуприкрытые веки.       — Придумывай себе всё что хочешь, Фелпс, — он поднялся со скамьи, возвышаясь над блондином, который был непоколебим, — Но я ни за что не поверю ни в одну твою сказку, так что продолжай воображать себе секс с самыми популярными девчонками школы, тихо плача в углу. Я никому об этом не расскажу, обещаю, — теперь уже Ларри нагло ухмылялся, повернувшись и молча выйдя из раздевалки, так как прозвенел звонок. Все ученики собрались в зале. Тренер, оглядев каждого, заявил:       — Сегодня вы сдаете нормативы, впрочем, как каждый год, — по классам раздалась волна тихих смешков, — Парни, вы подтягиваетесь, а девочки — растяжка. Все поняли? Тогда можете начать разогреваться, — учитель подошёл к столу, находящегося у входа в спортзал и взял журнал, что-то там отмечая. В это время парни уже готовились. Кто-то уже начинал подтягиваться, кто-то просто стоял.       Девочки тянулись. Некоторые ребята наблюдали за тем, как они нагибались и помогали друг другу, пуская слюни. В их числе был как и Ларри, так и Трэвис. Оба смотрели лишь на одну. «Принцесса» была плоха в проверке на гибкость, поэтому ей всё это давалось с трудом.       Сейчас, широко раздвинув ноги, голубоволосая пыталась достать руками по своих ног, что получалось очень хреново. В этом ей помогала ещё одна довольно-таки популярная девушка — Эшли Кэмпбелл. Она «прославилась» своим творчеством. Шатенка писала песни, пела и рисовала. Всё это она делала просто превосходно, участвуя в различных выставках и конкурсах. Внешность у неё была тоже неплохой. Длинные каштановые волосы, изумрудного цвета глаза и приятные черты лица. Красавица, больше и не скажешь. Они были отличными подругами.       — Давай, Салли, у тебя получится, — подбадривала её шатенка, сильно надавливая на плечи, от чего вторая лишь стонала от боли и недовольно мычала.       — Эш, не так сильно, — громко говорила голубоглазая, начиная брыкаться и мычать громче. А парни лишь ехидно улыбались, наслаждаясь приятным голосом обоих девиц. Вторая заметила их пристальные взгляды, поэтому на время отстранилась от подруги, прожигая их злостным взглядом.       — Ещё раз посмотрите в эту сторону — я вам яйца оторву, извращенцы чёртовы, — она была сурова. Те лишь пожали плечами и прекратили свои наблюдения.

***

      После окончания урока, все быстро переоделись и поспешили в столовую. Салли и Эшли вышли последними, потому что они не любили ходить в это место. Там подавали отвратную еду, поэтому они носили обед с собой. Лучше лишний раз не рисковать.       Идя по коридору, в котором располагались шкафчики, носительницу протеза остановил Трэвис, нагло ухмыляясь. Он прижал бедную девочку к шкафчикам, заглядывая ей в глаза, а Кэмпбелл лишь громко материлась, пытаясь оттолкнуть этого мудилу от своей подруги. Тот лишь вежливо послал её на три буквы и тихо сказал:       — Принцесс, у меня вечеринка в пятницу вечером. Я был бы очень рад, если бы ты пришла и составила мне компанию, — Фелпс нагло ухмыльнулся, попросив своих ребят оттащить от себя разъярённую Эшли, которая не унималась.       — Прости, но… Я не люблю такие мероприятия, — тихо ответила ему Фишер, желая как можно быстрее смотаться отсюда.       — Да ладно тебе, не будь недотрогой, я же знаю, что ты тоже этого хочешь… — Парень приблизился к лицу голубоволосой, облизнувшись, — Или ты можешь прийти ко мне в воскресенье. Дома никого не будет. Только мы вдвоём.       — Я уже сказал: нет! — Более низким голосом прорычала она. Трэвиса смутило обращение. «Сказал»? Может она оговорилась? Кто знает. Но этот тон сильно напугал блондина, заставив его отойти на добрый метр и приказать своим шавкам отпустить Эшли, которая прямо сейчас желала избить этих придурков, а ещё лучше закопать их заживо.       Подойдя к подруге, она взглянула на неё, обеспокоенно спросив:       — Всё хорошо?       — Да, я в порядке, — её голос сменился на всё тот же мягкий и невинный. Это нехило так испугало Трэвиса и его желание отыметь эту девчонку полностью пропало.       — Вот и отлично, пойдём-ка отсюда, — кинув злобный взгляд на эту шайку, уже тише сказала зеленоглазая, приобняв голубоволосую за плечи и идя в их любимое место, где они обычно обедали.

***

      Ларри в это время сидел в столовой, тыкая вилкой очень странный салат. Пах он как-то хреновенько, да и выглядел также. Вздохнув, он откинулся на спинку стула, отодвинув поднос с едой в сторону.       — Да, нас точно дерьмом кормят, — раздражённо закатив глаза, сказал Джонсон, взглянув на своих друзей.       — Скажи спасибо, что вообще кормят, — усмехнулся рыжий парень, сидящий рядом с ним. Это Тодд.       — Иногда мне даже кажется, что здесь даже хуже чем в тюрьме. Учителя какие-то ненормальные, еда отвратная, да ещё и с электричеством проблемы. Хотя, в некоторых местах, и в правду как в каком-то сыром подвале, жуть, — активно жестикулируя, перечисляла Мэйпл — довольно скромная и тихая девушка. Самая обычная, в общем.       — Вот именно. Помню как у одного пацана из параллели в бутерброде попался целый склад личинок. Вот это было весело, — нагло ухмыльнувшись, проговорил Лар и скрестил руки на груди.       — Хей, ребят, хватит портить мне обед. Это самая приятная часть дня, — возмутился Пых — из их «шайки» самый упитанный. Как можно было догадаться — он любит поесть. Другие лишь рассмеялась, продолжая подкалывать друга.

***

      Уроки кончились. Все ребята поспешили домой, облегчённо вздыхая. Но были и те, которые не особо спешил идти домой. Одним из таких учеников был Ларри. Он ждал Салли, дабы пригласить её как-нибудь затусить вместе. Раньше он не решался даже говорить с ней, максимум здороваться и говорить какие-либо лестные вещи, а сейчас ему очень хотелось хотя бы дружить с ней.       И вот, он нашёл свою «цель». Стремительно подойдя к девушке, патлатый приветливо улыбнулся, убрав мешающую прядь волос за ухо.       — Привет, ещё раз, — немного неуверенно начал шатен, почесав затылок и вновь заглянув ей в глаза, — Слушай, может… Сходим куда-нибудь на этих выходных? Если ты свободна, конечно, — Лар невольно закусил губу, отводя взгляд. Голубоволосая лишь сказала своей подруге, чтобы она шла домой без неё, а после подняла взгляд на кареглазого, улыбнувшись ему.       — Слушай, Ларри, я не думаю, что нам стоит. Ты правда разочаруешься во мне, если узнаешь поближе, а я не очень хочу огорчать тебя, — Фишер смущённо отвела взгляд.       — О чём ты? — Недоумённо спросил он, начиная напрягаться, — Если ты насчёт лица, то не беспокойся. Я не такой мудак и всё понимаю.       — Погоди, я сейчас не об этом, — Салли слегка поникла, — Нам правда не стоит сближаться, прости. У меня есть тайна, о которой не знает никто и я бы не очень хотела, чтобы это раскрылось, понимаешь?       — Клянусь, если такое произойдёт, то я никому не расскажу! — Ларри был серьёзен. Он правда хотел близости с этой девушкой и он плевать хотел на её недостатки, так как считал их не такими серьёзными и важными. Он был влюблён.       — Такое уже было, — она сглотнула, — и из-за этого я переехала. Узнали все. Соседи, друзья, другие люди, жившие в том районе. Все. Просто… Не сближайся со мной…       — Но… — Ларри замолчал на полуслове и взял Салли за руку, ведя её к выходу, за ворота, дабы наконец сказать ей это. Та лишь шла за ним, ничего не понимая.       Наконец найдя укромное место, парень отдышался и тихо сказал: — Ты мне нравишься, Салли. Не просто как подруга или знакомая, а намного больше. Я по уши влюблён в тебя! Ещё с начала учебного года… — Лицо Джонсона покрылось заметным румянцем. А Фишер лишь мило улыбнулась, положив свою тёплую, маленькую ладошку на его щёку и нежно погладив. Не только у патлатого были чувства. У обладательницы протеза они тоже были. Очень давно. Как любовь с первого взгляда. С виду и не заметишь, но оно было так.       — Ты мне тоже нравишься, очень сильно, но пойми, я не та, кто тебе нужен. Если ты всё узнаешь, то точно отвернёшься от меня, — она опустила руку, поправляя рюкзак на плече, — Просто забудь, ладно? Так обоим станет легче.       — Ты… Отвергаешь меня? — В лоб спросил Джонсон, чувствуя себя безумно паршиво.       — Н-нет… Я просто говорю, что нам нельзя… Это будет… Неправильно, — последнее слово «принцесса» сказала еле слышно.       — Но мы ведь… Можем просто дружить, — кареглазый всё ещё надеялся хоть на какие-то отношения с ней.       — Да… Думаю, мы можем, — Фишер тяжело вздохнула, надеясь, что её пронесло.       — Тогда, — глаза парня засияли, — давай потусим вместе на выходных? Просто погуляем и узнаем друг друга получше, — он улыбнулся, вызвав у голубоглазой румянец.       — Ну, если это будет в пределах допустимого, то… Конечно, я согласна, — она правда была рада, что Лар понял её и не стал настаивать.       — Дашь мне свой номер? Я напишу, — шатен широко улыбнулся, достав из кармана свой телефон. Салли лишь улыбнулась ему в ответ, любезно продиктовав ему свой номер.       Теперь патлатый чувствовал себя просто прекрасно. У него был номер девушки, на которую он запал, так ещё и она ответила ему взаимностью. Но грустно было то, что она захотела остаться друзьями, но это было неважно. Он просто хотел быть с ней рядом.

***

Восемь месяцев спустя

      — Я снова надеру тебе задницу, вот увидишь, — ехидно проговорила Салли, сидя в кресле-мешке у Джонсона дома и готовясь к следующему раунду в какой-то игре. Она сидела без протеза, так как хорошо доверяла своему другу, который стал ей самым лучшим и самым родным, наравне с Эшли.       Эти трое частенько тусили вместе и просто весело проводили время. А Ларри просто наслаждался этой близостью, удивляясь, насколько же хорошо Фишер понимала его.       Она часто выпутывала кареглазого из всякого дерьма, помогая справляться с трудностями. Рядом с ней он чувствовал себя собой. Его чувства не угасли, а только наоборот усилились, но он держал их в себе, лишь изредка выговариваясь голубоглазой, которая лишь тепло улыбалась и говорила, что чувствует тоже самое. Но на вопрос: «Так почему же мы не можем быть вместе?», Она отвечала лишь: «Потому что я не та, за кого себя выдаю» и больше ничего. Это ставило парня в ступор, но он лишь продолжал дружить с этой девчонкой, наслаждаясь всем временем, проведённым с ней, по полной.       — Мечтай дальше, принцесска. В этот раз победа точно за мной, так что не обольщайся, — хмыкнув, возразил Лар, уже запуская новый раунд.       Сначала он был впереди, уже надеясь на победу, но Фишер попросту вырвала её из рук Джонсона, тихонько злорадствуя. После подсчётов результатов, парень уже было хотел порвать эту хрупкую девочку на части, особенно после её ехидной фразы:       — Я выиграла.       — Да как ты это, чёрт возьми, делаешь?! — Громко возмутился Ларри, откидывая джойстик в сторону и просто закипая.       — Просто я умею играть, в отличие от некоторых, — она снова начала злорадствовать, закинув ногу на ногу и раскинувшись на кресле как королева.       — Знаешь что?! — Громко спросил он, подойдя к Салли и злобно смотря на неё, — Тебе просто повезло и я буду мстить, — теперь на его лице нарисовалась ухмылка. Девушке стало не по себе.       — И как же?       — А вот так, — он резко поднял беззащитную «принцессу» на руки и закинул её к себе на плечо, позаботившись о том, чтобы её юбка не задралась. Та лишь тихо вскрикнула, начиная визжать и бить друга по спине, дабы он отпустил её.       — Ларри, блять, извращенец ты чёртов, а ну пусти! — Кричала девушка, начиная брыкаться.       — Если будешь так извиваться, то я уроню тебя, — смеясь, говорил Джонсон, начав кружиться. Он прекрасно знал, что Фишер боялась высоты, да ещё и вперемешку со всей этой тряской.       — Стой, перестань, прошу! — Продолжала кричать она, чувствуя, что сейчас заплачет, — Прошу, прости меня, только отпусти, умоляю!       — Хорошо, — хмыкнул он, спустив подругу на пол и победно улыбнувшись.       — Иногда ты просто бесишь меня своими выкрутасами, — буркнула она, скрестив руки на груди.

***

На следующий день

      Сегодня очередной тест, но уже по химии. В середине года учителя всегда ужесточали учебный процесс, делая его просто невыносимым.       Патлатый сейчас просто вскипал, пытаясь решить очередную формулу, которая была до пизды длинной и непонятной, как позже назвал её сам шатен. Он тыкал себя ручкой в лоб, пытаясь сообразить как решать это чёртово уравнение.       В итоге он забил болт на это и вписал символы и цифры наугад. А вот в последних заданиях ему пришлось обратиться за помощью в интернет. Тихонько достав свой телефон, он вбил в поисковик формулы и сразу же нашёл ответы. Благо он сидел в самом конце класса и учитель не должен был его заметить.       Умело скатав решение, он выдохнул с облегчением и отодвинул листик в сторону, ожидая конца урока и задумавшись. В голову не лезло ничего, кроме Салли. С самой первой их встречи патлатого словно передёрнуло, в хорошем смысле. Она выглядела так необычно и одевалась также. Но всё это безумно ей шло. Джонсона попросту сводили с ума её небесно-голубые волосы с еле различимым запахом какой-то выпечки и женских сладких духов. Это была ваниль, которая также безумно ей шла. Изящное хрупкое тело, с плохо выраженной грудью. Это не делало её странной или некрасивой, а только прибавляло интереса.       И, как оказалось, она училась хорошо, но не ходила в какие-то секции, хотя Лар раньше предлагал ей попробовать себя в группе поддержки.       Кареглазому становилось всё труднее сдерживать себя перед ней. Так хотелось просто взять и поцеловать её, без всяких слов. Хотелось дотронуться не так, как раньше, по-особенному.       Хотелось вдохнуть её запах полной грудью, а не ощущать его мельком. Но они друзья. Им нельзя.       «Почему же ты всё усложняешь? Мы просто можем быть вместе и всё» — Говорил про себя он, а после снова забивался в уголок, думая о том, что им явно не суждено быть вместе. Но Ларри очень хотел близости. Он был готов наплевать на всё. Не важно, за кого она себя выдаёт. Хотелось просто быть с ней. Вместе.       Звонок. Самый желанный за этот день, если не считать ещё какой-то внеплановой контрольной по английскому. Кому вообще взбрело в голову делать столько тестов в один день? Хотя, в старшей школе Нокффела всё возможно.

***

      Шатен шёл по уже не особо заполненным коридорам, так как толпа уже успела рассосаться. По пути к своему шкафчику он встретил знакомых девчонок — Эшли и Салли. Помахав им, получив милое «Привет» в ответ, он продолжил свой путь, даже не заметив как Трэвис подошёл к Фишер.       Но понял он это, когда услышал громкий шлепок и тихий, но приглушённый из-за протеза вскрик одной из подруг, а после едкий и противный смех Фелпса.       Ларри в мгновение вскипел, развернувшись и готовясь начистить ебальник Трэвису. Но как только он дошёл, то Эш положила руку на плечо друга, тихо сказав:       — Она сама справится, — Лар сначала не понял слов подруги, ещё больше разозлившись, но после того как она сказала: — Смотри, — то кареглазый стал наблюдать за тем, что произойдёт. Они с Кэмпбелл отошли на метр и просто наблюдали, хотя у Джонсона уже чесались руки, чтобы заехать «любимому другу» по ебалу.       — Какого хрена ты творишь Фелпс?! — Громко спросила Фишер. Её голос сейчас не был таким звонким, что сильно настораживало.       — Прости, но твоя задница сама поманила мою руку, — на лице блондина вмиг нарисовалась ядовитая улыбка.       — А ты знал… — Она подошла к кареглазому вплотную, схватив его за шиворот толстовки и с силой притянув к себе, - …Что к девочкам так лезть нельзя, иначе и пизды не сложно получить, — её голос стал до жути низким и хриплым, что заставило содрогнуться всех, кроме зеленоглазой. Она просто стояла и улыбалась, словно что-то знала.       На потасовку собрались посмотреть зеваки, облепившие коридор. Они свистели и что-то говорили, но «виновники торжества», словно, не слышали. Трэвис не на шутку испугался, но держал свою позицию, продолжая быть эгоистичным куском дерьма.       — О чём ты говоришь, милая? Я тебя не понимаю, — он безмятежно развёл руки в стороны, явно не понимая, что Салли уже подготовила план действий.       — Значит ты чертовски тупой, — Фишер ухмыльнулась, взяв парня за волосы и с силой потянув вниз, заставляя упасть на пол. Фелпс сильно ударился головой об пол, но девушку это не волновало.       Зеваки начали активно снимать их «драку» и что-то кричать, явно про «принцессу». Та поднялась и выпрямилась, поставив ногу на голову блондина, сильно надавив, на что тот лишь начал извиваться как беспомощная ящерка или жаба и что-то кричать. Ученики лишь замолчали, ожидая того, что будет дальше.       — Харе́, блять, сучка ты хренова, мне же больно! — Кричал парень, продолжая свои попытки встать. Тщетно. Фишер держала сильно. Это было слишком даже для девушки…       — Ещё раз ты дотронешься до какой-либо девочки без её согласия, я раскрошу твой череп и размажу все твои внутренности по стене. И сделаю я это также, как и сейчас. Ты понял меня? — Она сильнее надавила небольшим каблуком ботинка на затылок кареглазого, вызвав у того громкий болезненный стон.       — Блять! Хорошо, я понял! — Проскулил парень, начиная беспомощно всхлипывать. Толпа зевак начали громко смеяться, а Ларри продолжал охуевать. Его немного пугало такое нестандартное поведение «предмета его обожания». Да ещё и этот голос… Как у парня.       — Отлично, — она убрала ногу и поправила юбку, откашлявшись и взглянув на собравшуюся толпу, которая попросту ликовала, — Можете идти, ребята, — снова тот милый и женский голосок.       Те лишь послушно разошлись, а голубоволосая подошла к своим друзьям, метнув взгляд на ошарашенного Джонсона с приоткрытым ртом.       — Прости, что тебе пришлось это видеть, — она слегка погладила его по взъерошенным волосам и повернула голову в сторону, смотря уже на Эш, которая просто улыбалась.       — Сегодня ты задала жару, — сказала она, крепко обняв подругу за шею со спины и хорошенько так потрепав её по голове.       — Эшли, задушишь же! — Звонко смеясь, громко сказала Салли, снова взглянув на Ларри. На его лице была улыбка, но внутри он всё ещё охуевал с этой ситуации.

***

      Снова Фишер и патлатый сидели вместе у него дома. Развлечения закончились, темы для разговоров тоже. Уже как пять минут они сидели в тишине и довольно близко друг к другу. Но никто не решался начать разговор.       Ларри решался на отчаянный поступок, надеясь на то, что в последствии он не будет отвергнут. Он безумно хотел поцеловать свою возлюбленную, которая решила остаться друзьями.       Это так бесило шатена, но он понимал, что его злость ни к чему не приведёт. Сейчас было похер на всё. Просто хотелось почувствовать её губы на своих и забыться. Хотя бы на мгновение.       Придвинувшись к Фишер поближе, он положил руку на её шершавую щёку, погладив, на что та лишь подняла недоумённый взгляд на друга. Что ж, была не была.       Шатен нежно прильнул к её губам, затянув в чувственный и такой сладкий поцелуй. Та лишь начала хлопать сине-голубыми ресницами, не понимая, что происходит. Но вскоре, она просто смирилась и стала отвечать на поцелуй, осторожно положив свои дрожащие руки на плечи друга.       Девушка понимала, что если всё это зайдёт дальше, то её тайна обязательно раскроется. Ларри удивился, когда почувствовал лёгкие прикосновения чужих губ в ответ. Его сердце забилось быстрее, а внутри завязался узел, заставив вздрогнуть. Так приятно.       Кареглазый продолжил осторожно сминать её губы в таком чувственном поцелуе, но вскоре ему стало мало. Поддавшись вперёд, он сделал поцелуй намного слаще и жарче, что заставило Салли покраснеть, но она не отстранилась, продолжая отвечать ему.       Спустив руки на тонкую талию голубоглазой, Лар провёл языком вдоль её нижней губы и притянул к себе, заставляя приоткрыть рот. Та послушно открыла рот, позволяя углубить поцелуй, что тот и сделал.       Он умело проскользнул языком в её рот, соприкасаясь с её, таким тёплым и даже горячим. Девушка обняла руками его шею, начиная целовать уже более смело.       Сейчас ей было плевать на свой секрет, который может быть самым главным поводом, чтобы перестать даже смотреть на неё. И она была готова к этому. Она знала, что по-другому не будет. И это безумно огорчало.       Рука Ларри стала поглаживать её талию, а вторая спустилась к напряжённым ногам, погладив её бедро, слегка «заползая» под юбку, но не слишком далеко. Голубоволосой это нравилось и она уже начала возбуждаться, также как и патлатый.       Отстранившись, Лар спустился к бледной шее его возлюбленной, касаясь её ещё влажными губами, изредка проводя языком вдоль ярко выраженных косточек и изредка кусая, получая в ответ тихие стоны, которые заводили парня ещё больше.       Джонсон продолжал целовать, уже запустив руки под свитер Салли, оглаживая выпирающие рёбра и проводя пальцами по её талии. Та лишь наслаждалась его прикосновениями, чувствуя, что возбуждается всё сильнее. Пора бы раскрыть карты.       — Стой, Ларри, перед тем, как ты зайдёшь слишком далеко, мне нужно показать тебе кое-что, — с лёгкой отдышкой произнесла «принцесса», отодвигаясь от кареглазого.       — Ты о чём? — Вообще не вкуривая, что происходит, спросил Лар, снова почувствовав себя отвергнутым.       — Смотри, — она приподняла юбку, слегка раздвинув ноги и открывая вид на стояк. Из-за возбуждения головка его члена слегка выпирала из чёрных боксеров, а также из него текла смазка, — Я парень и моё настоящее имя — Сал Фишер, — его голос стал более мужским, но в нём осталась та нотка звонкости и мелодичности, делая его невинным и таким милым. Прямо как у двенадцатилетнего мальчика.       Ларри охуел. Да охуел так, что в ушах появился звон, а рот приоткрылся. В его голове стала потихоньку складываться вся картина и все вопросы сразу улетучились. А протезник лишь сидел смирно с поднятой юбкой, как-то странно улыбаясь и готовясь быть вышвырнутым.       Джонсон не мог ничего сказать из-за сильного шока. Всё это время он был влюблён в парня. Плюс ко всему сам поцеловал его и начал лезть. Теперь он понял, что имел ввиду голубоволосый, когда говорил о том, что патлатый разочаруется в нём и всё это будет неправильно. Его водили за нос всё это время. Сейчас он испытывал злость.       — То есть, ты правда парень? — Отодвинувшись от Сала, спросил шатен, сглотнув подступивший ком в горле.       — Всё верно, — он опустил юбку, поднимаясь с кровати и поправляя свитер, — Я же говорил, что тебе точно это не понравится. Прости, что врал, мне стоило сказать раньше.       — Однозначно стоило, — рыкнул кареглазый, ударив себя рукой по лбу, — Можешь уходить. И… Не звони мне больше и не пиши.       — Я и не собирался, — он взял со стола свой протез и нацепил его обратно, забрав свой рюкзак и на последок сказав: — Спасибо за прекрасное время, проведённое вместе. Ты клёвый друг, — а после пошёл в сторону выхода из комнаты. Вскоре, он ушёл, оставив Ларри наедине со своими мыслями.

***

Четыре месяца спустя

      Прошло уже столько времени после этого инцидента. Никто из парней не вспоминал о нём, почти. Они жили так, как раньше, только в этот раз даже не смотрели в сторону друг друга.       За всё это время патлатый постоянно думал о случившемся, когда курил. Тогда, та ситуация поставила его в ступор, но… Он не испытал отвращения. Тогда ему даже показалось, что он завёлся ещё больше. Но так лишь показалось… Как он думал.       Он вспоминал всё то время, что они были вместе и тот поцелуй. Такой чувственный и приятный. Даже мысли о том, что он делал это с парнем не портили это прекрасное воспоминание.       Сейчас был урок математики, который Джонсон благополучно прогуливает, выкуривая очередную сигарету и снова думая о том… Парне. О Салли, в которую он так влюбился.       Какого хрена эти воспоминания не бросают его в дрожь и не заставляют скривиться в отвращении? Конечно, Ларри всегда было похер на пол, но сейчас вся эта ситуация поставила его в дичайший ступор.       Он влюбился в девушку, но она оказалась парнем. Всё слишком трудно.       Через некоторое время в мужской туалет заходит знакомая фигура в юбке с цепью. Сал. Салли. Не важно. Но он только что вошёл сюда, заставив шатена вжать голову в плечи и немного напрячься. Но что-то заставило его открыть рот и сказать:       — С каких пор ты ходишь в мужской туалет? — С некой издёвкой спросил шатен и ухмыльнулся, вновь сделав затяжку.       — Да с таких, что я парень, представляешь? — Сал был явно чем-то недоволен и очень разозлён, поэтому отвечал довольно агрессивно. Он подошёл к раковине и стал мыть руки.       Фишер не очень хотел сейчас видеть его, но что-то внутри заставило его взглянуть на парня исподлобья, а потом снова отвести взгляд, — В школе курить запрещено. Тебя могут отчислить.       — Да срать я хотел на эти правила, — рыкнул патлатый и, докурив сигарету, затушил её о раковину и выкинул в мусорку. В ответ голубоволосый лишь закатил глаза, слабо прикусив губу.       — Скажи честно, тебе понравился наш поцелуй и то, что происходило дальше? — Внезапно спросил протезник, закрывая кран и подойдя поближе к Ларру, который не постеснялся и заглянул парню в глаза.       — Само собой, — прямо ответил он и тяжело вздохнул. Ему правда не очень хотелось вспоминать об этом, но разум будто плевать хотел на его желания, воспроизводя эту картинку снова и снова. Она не вызвала у него отвращения..       — А ты бы хотел, чтобы всё это зашло гораздо дальше? — Салли уже не понимал о чём говорит, но ему правда хотелось узнать. Он невольно подошёл ближе.       Ларри не знал, как на это ответить. Он просто прикусил губу и, не выдержав, затолкал парнишку в одну из кабинок, закрыв её на защёлку и прижав его к стене, заглянув прямо в глаза.       Желание было гораздо сильнее, а все противоречия отошли на второй план. Ну и похуй, что он парень, Джонсон всё ещё любит его, каким бы он не был.       А Фишер сейчас даже толком не понял, что произошло. Он «очнулся» только тогда, когда его беспомощное и хрупкое тело было грубо прижато к стене. После по лицу голубоглазого расползлась ехидная улыбка.       — Я могу счесть это как да? — Спросил он, приподняв брови и снова кусая губу. Лар снова ничего не ответил, лишь отстегнул нижний ремешок протеза своего друга и приподнимая.       Немного помешкав, он впился в такие сладкие и желанные губы, начиная страстно целовать их, руками уже начиная бродить по его хрупкому телу.       Сал ответил ему, обнимая его шею руками и уже начиная тихо мычать в поцелуй. Он был чувствителен, поэтому от каждого прикосновения просто таял. Протезник просто мечтал об этом дне, фантазируя и думая, как бы всё было, если бы Ларри было всё равно на половую принадлежность.       Сейчас всё развивалось также, как он и представлял. Просто чудесно. Но у Сала родилась отличная идея. Не отвлекаясь от поцелуя, он осторожно толкнул Джонсона, чтобы он сел на унитаз, что тот послушно и сделал. Голубоволосый поставил колено между его ног, а руки разместил на его плечах. Нехотя разорвав поцелуй, он снял протез, отложив его на пол и тихо спросил:       — Хочешь, я доставлю тебе удовольствие? Просто, до конца учебного дня ещё долго, а я знаю, что ты хочешь меня, — Фишер провёл по стояку кареглазого через ткань его чёрных джинс, получив в ответ глухой стон. Тот лишь усмехнулся, нагло ухмыляясь и ответив:       — Давай, дерзай, — и откинулся назад, ожидая его действий. До конца урока ещё предостаточно времени, а на этих обоих всем было плевать. Конечно, на Сала не всегда, но он мог отвертеться, если что.       Встав на коленки, Фишер слегка раздвинул ножки. Он, проведя руками вдоль бёдер Джонсона, начал расстёгивать ширинку и пуговицу на его джинсах.       Как только это было сделано, то он слегка приспустил их вместе с его боксерами. Из-под них показался стояк, довольно неплохих размеров, что сразу заставило голубоглазого возбудиться. Он провёл пальцами вдоль ствола, желая прикоснуться к каждой набухшей вене.       А член лишь начал слегка пульсировать, что вызвало у партнёра тихий стон. Салли, подняв взгляд, вызывающе облизнулся и медленно провёл языком по всей длине, обдавая его горячим возбуждённым дыханием.       Ларри лишь тяжело выдохнул, откинув голову назад и закусив губу, желая, чтобы он не тянул. А протезник лишь продолжал эту пытку, проведя кончиком горячего языка по головке и начиная ласкать им уздечку, вызвав у патлатого сдавленный стон.       Решив не томить, Фишер взял «орган» в рот, начиная медленно двигать головой, попутно проходясь языком по плоти, вызывая у Джонсона более громкие стоны, вперемешку с глухим рыком, которые он заглушал.       Осторожно взяв парнишку за волосы, он сильнее толкал свой член в его глотку, заставляя брать глубже. Тот послушно выполнял это, второй рукой уже спускаясь к своему паху и начиная ласкать себя через ткань боксеров. С уст Салли вырывалось тихое мычание, которое передавалось вибрацией прямо в член шатена, также доставляя ему удовольствие.       Слегка прикрыв глаза, парнишка снизу взял ещё глубже, двигая головой чуть активнее и подключив свободную руку, двигая ей в такт движениям головы.       А Джонсон попросту «поплыл», утопая в этих ощущениях и намереваясь кончить лишь от них. Он сильнее сжимал волосы «друга», направляя его и заставляя заглатывать, получая в ответ тихое, сдавленное мычание. Оно безумно нравилось Ларри, попросту заставляя его надавливать сильнее.       Сал, другой рукой, уже пробрался под свои боксеры, надрачивая себе и продолжая наращивать темп, иногда отстраняясь и надрачивая уже патлатому, проходясь шершавым языком по головке, получая желанные хриплые стоны.       — Хорош тянуть, время не резиновое, — рыкнул кареглазый, надавив на затылок парнишки сильнее, заставляя его заглотить полностью.       К краям его голубых глаз уже подступили слёзы, но он сморгнул их, продолжая отсасывать Ларри и не прекращая при этом ласкать себя.       Несколько секунд и шатен кончает голубоглазому на личико, пачкая белёсой жидкостью его щёку и изувеченные, слегка влажные из-за слюны губы.       Протезник лишь быстро доводит себя до оргазма, сопроводив его своим тихим, но сладким стоном.       — Ты очень мило выглядишь, — прошептал Лар, ехидно улыбнувшись и обхватив подбородок Салли, сунув ему в рот свой большой палец и надавив на язык. Казалось, что он даже снова завёлся, но, вскоре, эти мысли отошли на второй план, так как он вспомнил, что до конца урока оставалось как максимум десять минут.       Грустно вздохнув, кареглазый убрал руку и натянул боксеры вместе с джинсами, застегнув пуговицу и ширинку. За ним встал и Фишер, по-быстрому натянув бельё и, чистой рукой, подняв с пола свой протез.       Выйдя из кабинки, он быстро умылся и взглянул на Джонсона, который усердно наблюдал за ним с лёгкой ухмылкой.       — Не знал, что парни так отменно сосут, — с некой издёвкой тихо проговорил Ларри и подошёл к «принцессе» поближе, заглянув ей в глаза и томно прошептав: — Сегодня после школы я жду тебя у себя.       Сал ничего не ответил. После всего этого «инцидента» он не проронил ни слова. Ехидно улыбнувшись, он чмокнул его в щёку, тихо шепнув:       — Я обязательно приду, — а после, нацепил протез и вышел из туалета, вновь оставив Джонсона наедине с собой.

***

      Весь этот день шатен ждал лишь одного: поскорее свалить отсюда и наконец побороть своё «желание». Он уже давно убедился, что влюблён в парня и его ни капли не смущало то, что у «неё» под юбкой.       И сейчас он ждал звонка, считая каждую секунду. Осталась минута. Джонсон уже вскипал. Его глаз попросту задёргался. Он желал уже наконец свалить отсюда.       И вот, наконец-то, он услышал такой желанный звонок и сразу подорвался с места, накинув рюкзак на плечо. Из класса он вышел самый первый и сразу направился в магазин, дабы кое-что прикупить.

***

Всё было готово к приходу его «возлюбленной». Она должна была прийти с минуты на минуту.       У Джонсона уже попросту руки чесались дотронуться до него. Так хотелось ощутить его запах снова, увидеть его милое личико, слегка испорченное многочисленными шрамами, пройтись ладонями по его торсу, оглаживая каждый его дюйм.       Из раздумий парня вывел скрип двери. В комнату вошёл тот самый голубоволосый паренёк. Его взгляд был каким-то странным, а на лице красовалась расслабленная улыбка, надёжно скрытая под протезом.       — Давненько я у тебя не был, — тихо сказал Фишер, подойдя к кровати, на которой восседал Ларри, внимательно разглядывающий своего «друга».       — Я могу задать тебе пару вопросов? — Тут же спросил кареглазый, закусив щёку изнутри и слегка сдвинув брови, подвинувшись и предлагая Салу сесть рядом, что тот и сделал.       — Я слушаю, — закинув ногу на ногу, ответил он, тяжело вздохнув и примерно понимая, что сейчас произойдёт.       — Почему ты выдаёшь себя за девушку, если можешь спокойно быть парнем?       — Я слишком слабый для парня. У меня даже тело не соответствует стандартам, кроме, конечно, того, что находится ниже пояса. Меня бы давно засмеяли, а в виде девушки мне никто ничего не сделает, — Фишер снова вздохнул, — Мой отец, изначально, был против и называл меня извращенцем, но, вскоре, смирился, уже попросту не обращая на меня внимания. Я привык ко всему этому. Надеюсь, ты не будешь вдаваться в подробности. Мне не очень легко об этом говорить.       Выслушав всё это, Лар вздохнул и потянулся к ремням фиксации его протеза. Тот не сопротивлялся, сидя смирно.       Пара щелчков и протез оказывается на тумбочке, а тёплые губы патлатого касаются изувеченной щеки парнишки, нежно целуя.       — Я всё понимаю, — прошептал Джонсон, трепетно взяв голубоглазого за руку и снова целуя его в щёку, слегка прикрыв глаза, — Со мной тебе нечего бояться. Я люблю тебя таким, какой ты есть и… Прости меня за то, что произошло тогда, четыре месяца назад. Я не хотел тебя обидеть, — поцелуи становились всё нежнее, доходя до подбородка и уголков таких шершавых, но тёплых губ.       — Всё нормально… Я бы тоже испугался, если бы увидел девушку с членом, — с губ Салли сорвался тихий смешок. Ларри также усмехнулся и невесомо поцеловал протезника в губы, в ответ получая смущённое и безумно милое, как считал кареглазый, личико уже его «принцессы».       Сглотнув, Фишер нерешительно взглянул «другу» в глаза, приблизившись к его лицу и нежно накрывая его губы своими, также нежно целуя. Тот лишь ответил на поцелуй, придвигая голубоволосого к себе и постепенно делая этот поцелуй намного жарче.       У обоих парней появилось чувство дежавю, но они лишь продолжили целоваться, наслаждаясь друг другом.       Как только патлатый углубил поцелуй, то Сал тихо промычал, уже начиная возбуждаться. А в это время рука шатена легла на его напряжённое колено, начиная поглаживать и подниматься выше, на бедро, в ответ получая лишь приглушённое из-за поцелуя мычание.       Ларру невероятно сильно хотелось сорваться, но он боялся испугать этого хрупкого парнишку, который, не стесняясь, пользовался своей слабостью.       Осторожно приподняв Салли, кареглазый повалил его на кровать, держа его запястья и нависая сверху. Оторвавшись от его сладких губ, Лар заглянул ему в глаза и спустился к шее, начиная нежно целовать её, проходясь вдоль бледной, такой нежной и нетронутой кожи, горячим языком.       Дыхание голубоволосого сбилось и он начал сильно кусать нижнюю губу, ёрзая на месте.       Это просто снесло шатену крышу и он сорвался, начиная уже грубо покусывать кожу парнишки снизу, в ответ получая уже стоны и тихий писк.       Достоинство у обоих требовало прикосновений, но они продолжали терзать себя, при этом наслаждаясь друг другом.       Ларри стянул с Сала свитер, откинув его в сторону и оглаживая столь худое и бледное тело, кончиками пальцев задевая его рёбра. Было так приятно слышать его стоны, но обоим хотелось большего.       Решив не томить, Джонсон быстро скинул с себя футболку, а с Фишера снял юбку. Теперь его не пугал его стояк, а даже наоборот подливал масла в огонь, вызвав у него ехидную улыбку.       — Так не терпится, да? — Пригнувшись к голубоглазому и проведя рукой вдоль его «дружка», спросил патлатый, вызывающе облизнувшись.       Парнишка лишь сладко простонал, слегка откинув голову назад и начиная подрагивать. Так приятно.       — Не волнуйся, сейчас я всё исправлю, — всё также томно шептал парень, расстёгивая свои джинсы, которые, в последствии, оказались на полу, где валялась и другая, совершенно не нужная сейчас, одежда.       Ларри понимал, что тут без смазки не обойдётся, поэтому прикупил один тюбик, не забыв и про презервативы.       Стянув с «друга» его боксеры, шатен оглядел его полностью, пытаясь контролировать себя. Ни одна тёлка, с которой он спал, не заводила его так сильно, как этот милый парнишка, смущённо сводящий колени и прикрываясь рукой, явно чувствуя себя безумно неловко.       Лар пригнулся, доставая из рюкзака смазку и пачку презервативов. Последние он положил рядышком, открывая баночку смазки и обильно смазывая свои пальцы.       — Раздвинь ножки, милый, — томно попросил его шатен, ухмыльнувшись и прикусив губу.       Тот, густо краснея, послушно выполнил его просьбу, смущённо отводя взгляд.       Налив немного смазки на «проход», Ларри вздохнул и приставил палец к нему, но не входил, лишь начиная слегка массировать его подушечкой пальца. Он не хотел, чтобы его партнёру было больно, поэтому делал всё осторожно и постепенно.       — Говори мне, если будет больно, не молчи. Ты понял? — Тихо спросил Джонсон, всё ещё не вводя палец. В ответ он получил кивок и облегчённо выдохнул, максимально медленно вводя палец, делая это максимум на одну фалангу.       Как-то раз он слушал очень увлекательную лекцию Тодда об анальном сексе, так что запомнил, что и как нужно было делать, чтобы партнёру было комфортно.       Патлатый массировал стенки кончиком пальца, не смея продвинуть его дальше, пока Салли не привыкнет. Тот не испытывал особого дискомфорта, лишь слегка кривясь из-за новых ощущений.       — Не больно? — Спросил кареглазый, налив ещё немного смазки на проход и готовясь вводить палец чуть глубже. Сейчас ему было необходимо найти простату, дабы немного смягчить боль, которая ещё может быть.       — Нет, — уверенно ответил Фишер, облизав пересохшие губы и стараясь находиться в расслабленном положении, что получалось у него довольно неплохо.       — Тогда я ввожу дальше, — чуть тише произнёс он, вводя палец чуть глубже. Что ж, благо, голубоволосому было не больно. Он лишь слегка скривился, тяжело выдохнув.       Джонсон снова принялся массировать. Он делал всё неспеша, давая Салли полностью привыкнуть, а потом спрашивая о его самочувствии. Убеждаясь, что всё хорошо, он продвигал палец дальше, периодически подливая смазки.       Да, очень муторный процесс, но он требовал правильного подхода, иначе всё могло плохо кончиться.       Пришло время для ввода второго пальца, потому что первый двигался очень даже свободно, практически задевая простату и даже доставляя удовольствие парнишке снизу.       Обильно смазав его, патлатый также осторожно ввел, но не полностью. Он также делал всё постепенно, поминутно.       Когда и два пальца двигались свободно, то пришло время и для третьего.       Проделав все эти «манипуляции», при этом слушая тихие стоны протезника, кареглазый наконец спросил:       — Всё хорошо? Как себя чувствуешь?       — Мх… Прекрасно, — ответил Сал, уже даже придвигаясь его пальцам навстречу и постанывая громче, когда они натыкались на ту самую, заветную «точку».       Облегчённо выдохнув, Джонсон осторожно вынул пальцы и достал из упаковки один презерватив.       Немного повозившись, он надел его на свой член, который, потом, смазал большим количеством смазки.       Пристроившись поудобнее, он осторожно взял «принцессу» под коленками, чуть шире раздвигая его ноги и готовясь входить.       — Ты готов? — тихо спросил парень, упираясь головкой в его «проход».       — Да, — выдохнул парнишка, слегка прикрыв глаза и стараясь быть расслабленным, дабы не усложнять.       Вздохнув, кареглазый начал плавно и осторожно входить, в ответ получая лишь сдавленный стон. Фишеру было не особо больно, хотя что-то такое присутствовало.       — С-стой… Подожди, н-не входи дальше… Мне нужно немного п-привыкнуть, — тихо попросил он, тяжело дыша и раскусывая губы практически в кровь.       Ларри лишь послушно перестал двигаться, давая ему привыкнуть и готовясь, если что, подлить немного смазки. Да, её требовалось очень много, чтобы не доставлять боль Фишеру, который, ко всему прочему, ещё и очень чувствителен.       Салу понадобилось две минуты. Он просто кивнул, давая знать, что можно входить глубже, что патлатый и делал. Медленно и осторожно, боясь навредить.       Внутри парнишки было так влажно и горячо. Это невероятно нравилось шатену, вызвав у него тихий сдавленный стон.       Прошло уже минут пять и Лар наконец мог двигаться. Он ощутимо задевал простату Салли, вызывая у него довольно громкие стоны наслаждения. Джонсона сводили с ума эти стоны, но он не позволял себе двигаться быстрее. Он лишь пригнулся к голубоглазому, поставив руки так, что его голова оказалась между ними, и начал целовать его шею, постепенно наращивая темп.       Сал лишь стонал громче, обнимая руками его шею, на ногами обвивая талию, слегка придвигая к себе и чувствуя себя просто охеренно.       Фишеру невероятно нравилось это чувство заполненности, особенно когда оно исходит от того, кого он любит, до сих пор.       Постепенно с его уст срывались ещё более громкие стоны, так как патлатый начал двигаться грубее, взяв партнёра за бёдра и с силой сжав, буквально насаживая его на свой член. Тот слегка закатывал глаза, откидывая голову назад.       Кареглазый так проникся этим чувством, что совершенно забыл о времени и о том, что его мама могла уже давно вернуться домой. Он просто наслаждался своим мальчиком целиком и полностью, слушая его звонкий и такой мелодичный голосок, постанывая с ним в унисон и продолжая, так сказать, сходить с ума.       — Мнх… Ларри… Быстрее, — еле выговорил Сал, сильнее смыкая ноги за его спиной и всем своим видом заставляя его ускориться.       Тот лишь послушно ускорился, двигаясь намного грубее и уже начиная втрахивать голубоволосого парнишку в кровать, прямо как какую-то сучку. Но это невероятно нравилось ему, несмотря на то, что из его рта вылетали далеко не самые приличные звуки и слова.       Салли буквально потерял голову, совершенно не осознавая, что его стоны могли быть слишком развратными и громкими, а его речи могли быть даже слишком откровенными. Он был почти на пике, поэтому прижимал парня к себе как можно сильнее.       Тот лишь похотливо облизнулся и продолжил целовать его шею, обхватив рукой его член, активно водя им вверх-вниз и срываясь на бешеный темп, также готовясь кончить.       А второй попросту сорвался на крик, не выдерживая всех этих ласк и изливаясь с протяжным, безумно сладким стоном, прямо в руку «друга», который продолжал двигаться, постанывая громче и даже рыча.       Пару минут жёсткого траха и он кончил, зажмурившись и сведя брови, при этом довольно громко простонав.       Плавно выйдя из Сала, он рухнул рядом с ним, снимая использованный презерватив и кинув его куда-то на пол.

«Как забыть тот день, когда в жизнь мою пришла ты — и всё пошло по хую!»