Расколотый витраж

Иногда находиться в одной комнате с Гокудерой было не так невыносимо, как обычно. Уютно устроившись на подушке у стола, Ал со скрытым удовлетворением наблюдала за парнем, который увлечённо корпел над задачей по алгебре — настолько увлечённо, что совершенно забывал огрызаться и упрекать её в тупости. Накано довольно улыбнулась — идея подсунуть Гокудере нерешаемую задачу, над которой она безуспешно билась три вечера подряд, и взять его на слабо оказалась весьма и весьма плодотворной. Склонившийся над учебником и с энтузиазмом бормотавший себе под нос Гокудера походил на записного ботаника, навеки влюблённого в математику и физику, и лишь его хулиганский внешний вид и пачка сигарет, отчётливо выделявшаяся в кармане его рубашки, намекали, что уж на кого-кого, а на классического всезнайку он явно не тянет. Классического. Ал с любопытством скосила взгляд в тетрадь, стремительно заполнявшуюся быстрым почерком Хаято. Похоже, увлёкшийся задачей парень уже накидал несколько примерных решений, и девушка едва сдержала смешок — интересно, как громко и долго он будет вопить, узнав, что она планирует воспользоваться результатом его трудов? Впрочем, этого ему знать было не нужно. В комнате стояла спокойная тишина, прерываемая только бормотанием Гокудеры и голосом Цуны, доносившимся из кухни. Уже решившая все свои остальные задачи, Ал совершенно расслабилась и даже подумала, что, возможно, они могли бы ужиться с Гокудерой — конечно, при условии, что тот в её присутствии всегда будет что-то решать и потому молчать. Однако… — Эврика! Я решил её, чёрт возьми! Отмороженная, неужели так сложно было раскинуть мозгами и решить её? Это же элементарно, если как следует подумать! …наваждение рассеялось без следа.