Тяжело блондинке

Это были самые необычные и удивительные каникулы на моей памяти. Выяснилось, что Лили, на правах Леди Поттер, переехала жить в родовое поместье. Домовики скрывали наличие постоялицы, а её особо и не искал никто, так как многие были на её похоронах. На утро после бала, она отвела Гарри на разговор. Часа два они были для нас недоступны. А потом сияющий Поттер объявил, что переезжает жить к маме в родовое поместье, пообещав открыть для нас камин. Лили со всеми простилась, взяла Гарри за руку и, выведя того на крыльцо, аппарировали в Поттер-менор. Мы ещё полдня тусили на Гриммо, знакомясь с Регулусом и Лордом Орионом. В какой-то момент лорды сдались. — Бетти, Драко, Мерлином прошу, зовите меня дедушкой, — попросил Лорд Блэк. — Меня можно просто Регулусом звать. Сириуса вы по имени зовёте, хотя он старше меня! — А чем вам «мистеры» и «лорды» не нравятся? — удивилась я. — Ты когда старательно выговариваешь «Лорд Орион Блэк», я тебя стукнуть хочу! Возникает ощущение, что ты с трудом удерживаешься от ругани, — пожаловался новоявленный дедуля. — О! Так я не один такой? — поднял брови Регулус. — Знаете что, тогда и я желаю зваться бабулей! А то эти два оболтуса совсем не торопятся осчастливить меня внуками, — добавила Вальбурга. — Хоть от племянницы внучат дождалась. — Мама, да кому нужен бывший заключенный Азкабана? — возвёл очи горе Сириус. — Пусть и несправедливо осуждённый. — Балбес! Ты —наследник древнего и БОГАТОГО рода! Когда до тебя дойдёт? — А я вообще младше и ещё не нагулялся. И вообще жду ту самую, одну-единственную. — Мерлин и Моргана! За что мне это?! — Дорогая, может валерьяночки? — Сейчас я и с тобой разберусь, котяра мартовская! — Простите, а что происходит? — О, Беллочка, дорогая моя кузиночка, ты как никогда кстати! — Драко, — шепнула я брату на ухо. — А не пора ли нам домой? — Очень пора, — также шепотом ответил Драко. Бочком мы пробрались к камину, сделали вид, что громко предупредили «мы домой» и свалили. Ну на фиг! У всех Блэков темперамент такой, что ого-го! Пускай без нас разберутся, а то ещё ненароком попадём кому под руку. Вывалившись из камина гостиной, наткнулись на маму. Она пила чай, листая очередной каталог с растениями. Она хотела к весне заказать некоторые саженцы в свою оранжерею. — Дети? Что-то вы рановато, — недоуменно посмотрела на нас мама. — Там Блэки с ума сходят, — буркнул Драко. — Ага, одних так не называй, другие жениться не хотят, а уж когда встряла тётя Белла, мы с Драко решили по-тихому смыться. От греха подальше, — дополнила я. В ответ Нарцисса искренне рассмеялась: — Всё понятно. Значит, пару недель их лучше не трогать. Им нужно время, чтобы эмоции поутихли. Ничего, к летним каникулам они уже будут адекватными и вы сможете подольше с ними пообщаться. Кстати, ваши рождественские подарки в бальном зале под ёлкой, — игриво подмигнула Нарцисса. Весело взвизгнув, мы с Драко ломанулись в бальный зал. В центре зала возвышалась зелёная красавица почти пяти метров ростом, украшенная серебряными лентами и свечами. А под ней разместились две одинаковые горки подарков — одна для меня, другая для Драко. И занялись традиционным делом: я открывала подарки брата и комментировала их. Драко делал то же самое с моими. Так и веселее, и быстрее можно понять: стОит ли оставить подарок себе или обменяться. Оставшиеся несколько дней каникул, мы переписывались с Гермионой и Гарри, пару раз заглянули к Невиллу и один раз сходили к Фортескью. Гарри заново знакомился с мамой, рассказал, что познакомился с портретами предков и даже сходил на могилу к отцу. Честно говоря, я за него рада. Теперь у него есть мама. Пусть он её не видел кучу лет и вообще считал погибшей, но! теперь он знает, что у него есть человек, готовый ради него не только нарушить закон, но и пойти на смерть. Одна только эта мысль способна вырастить крылья за спиной. Одно плохо: Северус теперь навряд ли от неё отступится. От этой мысли моё настроение стало стремительно портиться. Надо что-то придумать. Конечно, пресса не смогла обойти своим вниманием воскрешение аж трёх человек. Особенно много внимания досталось Лили Поттер. Ведь она официально числилась погибшей от авады в Годриковой Впадине. А тут на тебе: жива, здорова, отлично выглядит. Даже стали спорить: кто же избранный на самом деле, мать или сын? Оба ведь живы после авады остались. Поскольку главные герои сплетен не торопились сообщать всем и каждому подробности, народ стал выдвигать свои версии: одна фантастичнее другой. Ну, а мы гадать не стали. Всяко в Хогвартс едем, там и расспросим. Также из газет мы узнали, что удалось «поймать» двух азкабанских беглецов: Долохов и Мальсибер сами добровольно пришли в аврорат и сдались властям. В статье писали, что их допрашивали с сывороткой правды, а по итогам допроса, назначили открытое слушание и пересмотр их дел. И чего они там наговорили? Потом обязательно узнаю. Приехав в школу, я не стала откладывать всё в долгий ящик и сразу задала интересующие меня вопросы Поттеру. — Гарри, так как всё же твоей маме удалось отбить аваду, которая предназначалась ей? — А она её и не отбивала, — улыбнулся Гарри. — Чтооо? Пояснить не хочешь? — Легко. Помнишь, она говорила про семейные артефакты, которые надо было носить на шее, не снимая? — Ну да, типа, амулеты какие-то вроде, — я кивнула головой. — Верно. Только перед этим мама провела над ними не скажу какой ритуал, и амулетик усилил одно свойство. Если раньше он мог отражать некоторые вредоносные чары, то теперь мог справиться и с авадой. Правда, надо для этого соблюсти определённые условия. Чтобы амулет сработал правильно, он должен постоянно находиться как можно ближе к магическому ядру мага — поэтому и было условие носить не снимая. Далее, он не отражает заклинания, а рассеивает его силу по всем предметам, где есть хоть капля магии в радиусе пяти метров. Нам повезло, что мы были в детской — там была куча магических вещей: игрушки, книжки, некоторая одежда и мебель. Было куда рассеивать магический луч проклятия. А мне повезло, благодаря ритуалу, который мама провела. Плюс, Лорд, сам не зная, подтвердил условия сделки, предложенной мамой, её жизнь в обмен на мою. А когда сам нарушил условия, магия жахнула по нему откатом. По идее, он должен был просто и без затей помереть. Но крестражи помогли ему удержаться на этом свете. Вот и всё чудесное спасение, — подвёл итог Гарри. — А папа? — А папа, — Гарри вздохнул. — Банально забыл одеть амулет, когда утром выходил из душа. На работу опаздывал. Вот и остался без защиты. С другой стороны, он же не знал всю значимость этого амулета. Кто знает, может он его и носил бы. А так, — Гарри раздосадованно махнул рукой. — Жаль, конечно. Но история не знает сослагательного наклонения. Как случилось, значит, так и должно было случиться. Никто не знает как он отреагировал на ритуалы в подвале, проводимые женой. Он же аврором был, — я попыталась утешить Поттера. — Угу, помню. И с шилом в заднице, кажется, так ты его охарактеризовала? — кривовато улыбнулся пацан. — Не цепляйся к словам. По молодости у многих свербит в одном месте, — я улыбнулась в ответ. Мы ещё немного поболтали и пошли каждый по своим делам. Не знаю, зачем над замком патрулируют дементоры, но их упорно держат возле нас. Якобы, от психов, сбежавших Пожирателей. Правда, эта версия усердно трещала по швам. Сбежавшие стали по одному сами сдаваться, на замок не покушались. Единственное чего они требовали, публичное слушание. Даже соглашались на легилименцию и сыворотку правды! Кстати, Долохов и Мальсибер уже прошли эту процедуру. Из статей Пророка, мы узнали, где, как и как часто эти двое участвовали. А где их и в помине не было, но это было ранее внесено им в вину. В результате, им изменили пожизненный приговор на заключение в Азкабане ещё на пятнадцать лет, по освобождении они обязывались в течении десяти лет еженедельно посещать аврорат и предъявлять свои палочки для инспекции заклинаний, коими пользовались. Плюс, каждый должен выплатить денежные компенсации, пострадавшим от их рук, семьям. Ну, могло быть и хуже. Во всяком случае, у них есть возможность легально оказаться на свободе и что-то изменить. Мы с Гермионой продолжали насиловать маховик, но уже без экспериментов с прошлым. Спасибо, нам хватило. А вот на занятиях со Снейпом пришлось попотеть. Этот гад притащил с собой сундук, в котором под специальными чарами содержался… ДЕМЕНТОР! Настоящий! — Профессор, вы сейчас серьёзно? — с трудом подняв с пола челюсть, спросила я. — Как никогда раньше, мисс Малфой. В конце концов, вы должны научиться управлять своими эмоциями. Иначе, наши занятия не имеют смысла. — Ага. Так. А где вы взяли этого симпатягу? — Стащил. Что вы так уставились? Думаете, их кто-то пересчитывает, сколько их вокруг Хогвартса летает? — пробурчал профессор. — Эээ… — Мисс Малфой, вы же не овца на ферме! Соберитесь уже и приступайте! — не выдержал профессор. Тяжело вздохнув, пришлось засучить рукава и пробовать. К сожалению, ни с первой, ни со второй, ни даже с пятой попытки у меня ничего не получилось. Жаль, конечно, но я знаю, что далеко не Мерлин и вряд ли в тринадцать лет осилю такие чары играючи. Или сколько мне там натикало благодаря маховику времени? А, пофиг! Потом посчитаю. О, шоколадка! Спасибо, профессор. Чёрт! Не люблю горький шоколад. Профессор полюбовался на мою скорченную моську, заявил, что это полезно и смылся. Вот гад! И шутки у него дурацкие! Вот. Почти до конца учебного года ничего не происходило. Ну, разве что ещё парочка пожирателей сдались властям, также представ перед почтенной публикой на открытом слушании. И им тоже поменяли итоговое наказание, хотя Азкабана им избежать не удалось. До самого мая всё было прекрасно, пока в руки Гарри не попала та самая Карта Мародёров. И эта личинка оленя решила изучить потайные ходы. Как-то, возвращаясь от Снейпа, я случайно на него наткнулась. Пару вопросов и Гарри сознался куда он пошёл. — Поттер, ты совсем дурак? Или только по средам прикидываешься? — Да чё такого-то? Преподов рядом нет, я же не на всю ночь иду. — Олень! Безрогий! Отбой через двадцать минут, а тебя уже черти куда-то несут! Что ты хочешь найти? — Ну, мне Сириус рассказывал про проход под Дракучей Ивой. Там, типа, хижины. Ну и можно вечеринки устраивать, — промямлил Поттер. — Учти, один ты никуда не пойдёшь! Хоть кто-то на подстраховке должен быть рядом. — Отлично! Значит, ты пойдёшь со мной, — объявил Поттер. — Что? Ты совсем сдурел? Но меня особо слушать не стали. Поттер взглянул на карту, шикнул «Филч идёт» и затянул меня под мантию-невидимку. И бочком вытянул меня из замка. Ну, ладно. Прогуляюсь с мальчиком под полной луной — это даже романтично. Но сегодня явно не мой день. Выступ на стволе Ивы Поттер дезактивировал сам — ему Сириус и об этом рассказал. И вот мы ползём по довольно тесному тоннелю, даже пригнуться пришлось. Туннель окончился каким-то помещением. Было темно, пахло сыростью, над головой деревянный потолок, с которого что-то сыпалось. Я еле сдерживала порыв чихнуть, Поттер слабеньким люмосом пытался аккуратно осветить пространство вокруг. Внезапно сверху, прямо над нашими головами раздались шаги и бурчание. Интересно, у кого тут моновечеринка? Слов было не разобрать, но интонации печали и тоски можно понять и так. Сделав знак соблюдать тишину, мы обшарили помещение и нашли лестницу, довольно хлипкую на вид. Но любопытство гнало нас вперёд. Медленно мы забрались на самый верх и остановились перед дверью. Дверь тоже была довольно «поношенной», а щели позволили заглянуть внутрь. Многое рассмотреть не удалось — освещение внутри давали всего пара свечей на столе. Был виден сам стол, пара стульев, кусок кровати с балдахином и какой-то комод. По комнате вышагивал туда-сюда… профессор Люпин! Млять, какая я идиотка! Радовалась прогулке под полной луной! Дура! Это же, мать его, оборотень! Он зелье выпил или нет? Не важно. Важно другое, нам срочно надо сваливать. Но нам не повезло. Поттер так удивился, что как-то не так наступил на ступеньку, от чего она жалобно скрипнула. Люпин тут же остановил свои метания и обернулся на звук. Глаза его, при этом, светились опасным жёлтым цветом. Видимо, трансформация уже совсем близко. — Кто здесь? — хриплым голосом спросил профессор. — Профессор Люпин? Это я, Гарри, — тут же отозвался Поттер. Толкнув дверь посильнее, мы оказались внутри. — Гарри, ты не один. — Не волнуйтесь, Бетти — мой друг. Она не расскажет о вашей маленькой пушистой проблеме, — бесхитростно улыбнулся Поттер. — Откуда ты…? — Знаю? Мне Сириус рассказывал, когда говорил как он с отцом учился анимагии, — пожал плечами Поттер. — Простите, что встреваю, — вклинилась я. — Я, действительно, никому не собираюсь рассказывать. Только скажите: вы сегодня принимали зелье? — Какое зелье? — спросил Гарри. — Кто тебе про зелье рассказал? — Так, по очереди. Судя по всему, профессор болен ликантропией. Это раз. А, если никто за всё время не пострадал, значит, профессор принимает аконитовое зелье. Это два. Оно позволяет оборотням справится со своим зверем и оставаться в человеческом сознании в момент трансформации. Но его состав настолько заковыристый, что подействует снадобье только, если принять его за три часа до заката. Поэтому повторю свой вопрос: профессор, вы сегодня пили зелье? — Я… — Люпин побледнел и отчетливо сглотнул. — Нет, я сегодня забыл. Поэтому пришёл сюда — отсидеться. Вам лучше уйти, — на этих словах по его лицу прошла судорога. Ну да, трансформация имеет неаппетитный вид, да ещё и весьма болезненная вдобавок. — Не обижайтесь, профессор. Мы вам очень сочувствуем, но лучше мы к вам как-нибудь на следующей недельке заглянем, — я стала тянуть Гарри за рукав к выходу. — Бетти, ты чего паникуешь? Ну, подумаешь, сейчас профессор отрастит зубы и шерсть, ну повоет на луну. Нам-то что? — Поттер, ты — олень! Как только профессор обернётся, он уже не сможет сдерживаться: зелье-то он не выпил. Не факт, что он тебя просто укусит, а не разорвёт на кучку мелких шрамированных Бэмби. Не знаю как ты, а я предпочитаю оставаться человеком. — Гарри, она права, — тут уже его всего передёрнуло судорогой, — бегите… — Но, профессор, вам же больно, — растерялся Гарри. — БЕГИ! — скорее прорычал, чем крикнул Люпин. А на руках уже когти. Так, ничего не знаю, а меня тут быть не должно. Благо, Гарри перестал сопротивляться и пошёл за мной. Дверь мы исправно закрыли и даже заперли на чары. Но что они для взрослого оборотня? Замедлят — да, но не остановят. Нам нужно выиграть немного времени и оказаться в безопасности замка. А лучше в своей гостиной. В потьмах туннель нашёлся не сразу, сверху уже вовсю трещало, гремело и рычало. Не поняла? Что за свет в конце тоннеля? Снейп! Господи, как я рада тебя видеть! — Что вы тут вдвоём делаете? — вкрадчиво поинтересовался зельевар. — Всё потом, профессор! Срочно, бежим! — не стала я разводить церемонии. — Да что у вас стряслось? За вами кто-то гонится, что ли? — Да, оборотень! — Люпин… — Да, он самый! Профессор, соображайте скорее, те дверцы его надолго не задержат! — Оба встали передо мной и на выход, я замыкать буду. Выбрались мы из тоннеля в считанные секунды. Тёплая ночь, полная луна и приятная компания. Мечта идиотки. Мысли прервал какой-то треск. Чёртова Ива пришла в движение и мы, все трое, получили по смачному и хлёсткому удару, который отправил нас в полёт. Ой-ё, больно-то как. Я попыталась приподняться и осмотреться: Снейпа не видно, а Гарри лежит и не шевелится. Видимо, его конкретно приложило. Я уже доползла до Гарри, когда неприятностей прибавилось: Люпин, точнее, оборотень вылезая из туннеля, схватился за ствол Ивы и умудрился зажать тот самый выступ. И Ива замерла. Я в жо… В общем, плохо всё. Оборотень стал принюхиваться и медленно направляться в нашу сторону. Мне показалось или у меня кровь в жилах замерзает от ужаса. Нет, не показалось… Прилетели чёртовы дементоры. Вот теперь мне точно пиии… милый пушной зверёк с дорогой шерстью. Одно хорошо — оборотень их конкретно испугался и, повизгивая, умчался в Запретный Лес. Три-четыре особи понеслись вслед за ним. А вот остальные стали кружиться надо мной и Гарри, постепенно снижаясь. Их очень много, а я только одного едва научилась отпугивать. Но не бросать же Гарри на произвол дементоров. Надеюсь, хоть ему Снейп успеет помочь. — Экспекто Патронум! Серебряный туман послушно полился из моей палочки. Диаметр маловат, а после общения с Ивой ещё и башка зверски болит, мешая сосредоточиться. Здраво понимаю, что долго я не продержусь — слишком много здесь этих тварей. В голове зашумело, в глазах стало всё плыть и терять чёткость. И вот тут, наконец, госпожа Удача повернулась ко мне приличным местом. Со спины подошёл Снейп, одной рукой он взял мою руку с палочкой, а второй, приобняв, прижал к себе. — Держитесь, я поддержу. Бетти, не сдавайся, направляй поток, я поделюсь силой. Бетти, держись. Бетти… И я провалилась в темноту.