a trip

Чонгук искренне не понимал, с чего Тэхён взял, будто отправиться в поход — отличная идея. У них в распоряжении была только его старая потрёпанная машина и стряпня Джина (соседа Тэхёна), который согласился наготовить им всякой всячины, чтобы они не померли с голоду в лесу. Будто голод единственная проблема. У них не было палатки, не было спальных мешков, не было необходимых навыков и умения выживать не было. Точно не у Тэхёна. Тому грозила опасность даже в его собственной комнате, ведь источником бед был он сам. Синяки цвели на нём и зимой, и летом, сменяя оттенки, и никогда не сходили до конца. Чонгуку было заранее страшно за него, ведь за пределами Города у Тэхёна будет возможность свалиться в канаву, утонуть в озере, убиться об дерево или даже шишку. Он определённо не готов терять его так глупо. Возможно, ему удастся не выпускать его из рук — это единственный выход. Но если не получится, то пиши пропало! Однако Тэхён был непоколебим — им надо в лес и точка. Ведь это так романтично, и они смогут увидеть звёзды, а ещё, наверное, белок и целую кучу растений, которые описаны в учебном пособии по биологии. «А я люблю биологию, ты же знаешь!» — настойчиво хныкал Тэхён ему в самое ухо. А ещё они, якобы, смогут вырваться отсюда и дышать без чёртовых масок. Смогут поцеловаться за пределами безопасных лабораторий и даже смогут заняться сексом в том самом озере. Естественно Чонгук не выдержал и согласился, а сейчас собирал вещи, ведь отъезд был запланирован на завтрашнее утро. На самом деле он был даже немного рад этой спонтанной поездке, потому что он был не прочь взглянуть и на звёзды, и на белок, и даже на растения. В их промышленном Городе сплошь и рядом заасфальтированные дороги, железобетонные здания и стальные укрепления, а небо затянуто плотным облаком смога. Смотреть не на что. К тому же приходится мириться с некоторыми трудностями проживания в промышленном центре. Они всегда носят кислородные маски, а во время дождя облачаются в специальные защитные костюмы, поскольку кислотность осадков превышает норму. Особо боязливые жители носят костюмы и в «безоблачные» дни, постоянно опасаясь за сохранность кожи. Небезосновательно. Но Чонгук не жаловался. Он был рад, что, по крайней мере, их Город был окружён специальным куполом, который сдерживал разрушительное влияние производственных фабрик. Он не знал принцип работы этого купола (информация засекречена), но не сомневался, что природа за пределами Города не страдала. В новостях регулярно упоминали о состоянии внегородских погодных и природных условий. К тому же в Городе был лучший химико-технологический университет страны, и Чонгук умудрился получить грант, который покрывал все расходы на обучение. Но иногда даже из этого технологического рая хотелось сбежать. Возможность выдалась как нельзя кстати, да и погода в ближайшие дни обещала стоять прекрасная. Так что Чонгук был рад поездке, но по-прежнему с ужасом представлял, чем эта вылазка обернётся для Тэхёна. Лишь бы он ничего себе не сломал. И не умер. Тяжело вздохнув, Чонгук в последний раз оглядел всё, что успел разложить на кровати, сверяясь со списком. Без палатки и спальников, зато с подушками и пледами. Наверняка они смогут уютно устроиться в машине. Он также взял фонарики, зажигалку, специальную посуду для разогрева над этой самой зажигалкой, перочинный нож, аптечку, небольшой топорик, полотенце и запасную одежду, средства от насекомых и антибактериальный гель. Смазки с презервативами в списке не было, но на кровати они тоже лежали. На тот самый случай. Удовлетворённый наличием всего, что он должен был собрать, Чонгук принялся быстро раскладывать вещи в походный рюкзак, который был у него непонятно откуда. Пригодился, и ладно. Оставалось надеяться, что Тэхён справится с задачей так же хорошо — списки у них были разные. Если он что-то забудет, Чонгук не сможет спасти ситуацию, потому что Тэхён настоял на разделении обязанностей. Упрямец. Закончив сборы мелких вещей, Чонгук аккуратно поставил рюкзак у кровати. Подушки и пледы он кучкой сложил рядом, намереваясь сунуть их в машину прямо так. Всё равно они их испачкают, тут и гадать не надо. После он подумал, что не будет лишним уточнить у Тэхёна, как продвигаются сборы. Пусть они едут на три дня, но Чонгук действительно не хотел бы столкнуться с неприятностями в лесу. На Тэхёне (Джине) целиком было их питание, а также занятость. Проваляться три дня в машине не улыбалось, поэтому тот должен был разузнать у знакомых, чем там можно заняться. Благо парень был социальной бабочкой и действительно мог навести справки. Да и настоящих друзей у него было много. Чонгук ему порой завидовал. Они учились в одном университете, но, в отличие от Тэхёна, Чонгук едва мог вспомнить лица даже своих одногруппников. Он привык сосредоточенно пялиться в пробирки и следить за течением реакций, но до людей ему дела не было. Химия была ему намного ближе. Возможно поэтому он так сильно влип в Тэхёна. Тот был похож на реакцию горения, а порой и на чертовски сильный по масштабу взрыв — он буквально снёс Чонгука с ног в их первую встречу. Он был ни на кого непохожим, чересчур взбалмошным и попросту чудны́м. Чонгук не удивился, когда узнал, что он учился на «Технологиях художественной обработки материалов» и был лучшим студентом курса. Он был на год старше (особый чонгуков пунктик). Чонгук влюбился в него, кажется, с первого взгляда. Оседлавший его и торопливо бормотавший извинения, Тэхён тогда показался ему самым красивым человеком в мире. Не то чтобы Чонгук был падок на мужскую красоту, но да — был. Он молчаливо пялился на парня перед собой, пока тот не замолчал тоже, заметив неладное. Весьма бледный красавчик с тёмными кругами под глазами не реагировал на его извинения и откровенно завис на его лице, а ведь Тэхён наблюдательный. И не из робких. Он торопливо вернул их обоих в вертикальное положение и потребовал контактные данные, чтобы позже встретиться вновь. Он планировал искупить вину за ужином, если Чонгук («Чонгук? Милое имя!») был не против. А он был очень даже за — очередная смена положения в пространстве помогла осознать ситуацию, так что он смог вдумчиво вбить свой номер в чужой телефон. Уже через неделю они обозначили статус своих отношений как «встречаемся» и не расставались с тех пор. Первая годовщина была торжественно справлена два месяца назад. И вот сейчас их ожидало внеочередное приключение, и Чонгук старался не паниковать слишком сильно. Он надеялся, что всё пройдёт хорошо. После звонка, удовлетворённый услышанным, он решил умыться и завалиться спать. Выезд рано утром, они оба собраны, осталось только выспаться. С этими мыслями он исполнил задуманное и уже через двадцать минут сопел в обе дырочки. Поездка обещала быть интересной.

***

Утром, уже в машине, Чонгук вдруг подумал, что это первый его выезд за Город за все двадцать два года жизни. Странно, что прежде у него даже мысли не возникало выбраться за его пределы. Странно ли? Он не знал. С Тэхёном у него очень многое происходило впервые, что лишний раз доказывало необычный склад чужого ума. Темноволосый неземной парень словно с самого детства жил и развивался сам по себе, оторванный от общества. Впрочем, многие студенты его направления так же значительно отличались от «нормальных» людей. Людей, которые впитали общественные нормы с молоком матери и ничем не отличались друг от друга, послушные и готовые подчиняться. Тэхён со своими друзьями выгодно выделялся среди тех людей — издалека можно было заприметить в них «других». В их глазах плясали бесы, на лицах отражались эмоции, а в манере вести себя проскальзывал характер. Чонгук завидовал им белой завистью и был благодарен за то, что они расширяли узкие рамки его сознания. Учили видеть мир целиком, во всём многообразии. Хотя он не всегда понимал то, о чём они говорили ему или что показывали. Или во что одевались. Стоило ему наконец подъехать к дому, в котором Тэхён снимал квартиру вместе с Джином, он сразу заметил своего чудика. Тот одиноко стоял на бордюре в настоящем камуфляжном костюме. Рядом стоял внушительный переносной холодильник и небольшой рюкзак. Припарковавшись, Чонгук решительно выбрался из машины. — Какого чёрта, Тэ? — И тебе привет, любовь моя, — проигнорировав недовольный тон, весело отозвался парень. Он очень быстро оказался рядом с Чонгуком, крепко обняв. На них были кислородные маски, так что он смог лишь легонько клюнуть своего парня в щёку в качестве приветствия. Чонгук сразу подтаял, но всё ещё был решительно недовольно настроен. — Что это на тебе? И почему холодильник такой огромный? Я же говорил, что моя машина старая. — Не волнуйся, Гуки, твоя малышка выдержит этот холодильник; у него есть режим невесомости, так что он не встанет всем весом. Если мы засунем его назад — он точно поместится. Я ведь сяду спереди? Он проговорил это достаточно быстро, но Чонгук привык, поэтому успел за ходом мыслей. Сам порой срывался на такой же темп. Только ко взгляду этому привыкнуть было невозможно — Тэхён смотрел так пристально и открыто, что хоть стой, хоть падай, а проймёт по самое не хочу. Чонгук разом стушевался. — Ладно... — даже мямлить начал. А ведь тоже был не из робких, просто скромнее. Тэхён вечно подавлял его своим присутствием, но самым ужасным было то, что Чонгуку нравилось подчиняться. — Но ты не ответил на первый вопрос... — Это же камуфляжный костюм, Гуки. Разве не крутой? Я одолжил его у Намджуна, — лукаво улыбнувшись, хитрец без труда ответил на первый вопрос тоже. Чёрт бы побрал его феноменальную память. — Спорим ты такой же хочешь, вот и бесишься. Но не волнуйся, ты отлично выглядишь в этом сером спортивном костюме. Прям ходячий секс, — сказал и подмигнул. Закатив глаза, Чонгук промолчал и отстранил от себя бесстыдника. Хватает же мозгов озвучивать всё, что в голову приходит! А Чонгук действительно бесился. Пусть истеричка в нём просыпалась только в компании этого неугомонного парня. Возможно, ей удалось проспать в нём столько времени (до встречи с Тэ) просто потому, что он прежде ни с кем тесно не общался. Обойдя машину, Чонгук безмолвно открыл заднюю дверцу машины, а Тэхён без вопросов помог погрузить холодильник, сразу включив режим невесомости. Рюкзак он закинул туда же. Расселись они так же молча, но долго это продолжаться не могло. Тэхён был очень болтливым. — Вот ты разве не рад? А ведь идея моя. И мы оба сделаем это в первый раз. Вместе! Не смей киснуть, пока мы тут с тобой исполняем мою давнюю мечту. Я всегда хотел попасть за пределы Города, но до сих пор не удавалось. Хотя как-то раз папа хотел вывезти нас всей семьёй... Чонгук не перебивал его, не пытаясь вклиниться в монолог, лишь подмечал бесконечные новые детали чужой биографии. Тэхён соскучился и срочно хотел утолить эмоциональный голод. Возможно странно, но только проговаривая свои мысли вслух, он мог сполна ощутить собственные эмоции. Странно ли? В любом случае, Чонгук любил слушать его размеренный бархатный голос и мог просидеть так целую вечность, обратившись в слух.

***

До Границы они доехали примерно за час. Даже в такое раннее время Город не спал, так что им пришлось маневрировать среди достаточно большого скопления машин. Это не было проблемой для Чонгука, так что они добрались без происшествий. Сканирование сетчатки позволило пограничникам установить их личности; ничего запрещённого в машине не было, так что их очень быстро пропустили. Выезд был разрешен всем. Границей являлась огромная бетонная конструкция в виде круга — фундамента купола. Сам купол был едва заметен и напоминал мыльный пузырь. На пограничных постах для выезда находились специальные тоннели, перекрытые с обоих сторон. Воздух внутри очищался, так что выездные обычно задерживались в таких тоннелях, снимая маски и привыкая дышать без них. Многим приходилось носить их не снимая, так что резон в таких остановках был. От настоящего кислорода за Границей у всех кружилась голова. — Я волнуюсь, — замолчавший при пограничниках, Тэхён вновь подал голос. Он крепко вцепился пальцами в свои коленки и выглядел по-настоящему нервничающим. Чонгук улыбнулся, будучи абсолютно (до странного) спокойным. Он любовался не скрытым больше маской лицом и внутренне ликовал. Его парень был прекрасен до рези в глазах — приходилось часто мограть, чтобы избавиться от этого ощущения. Как вообще чьё-то лицо могло быть таким до одури совершенным? Он часто задавался этим вопросом. По его мнению, крупный нос и большие уши делали его только лучше, и Чонгук был готов пасть ниц, если бы того требовала ситуация. Благо Тэхён лишь догадывался об одержимости парня его лицом. Телом тоже, на самом деле. — Всё будет хорошо, Тэ, это же твоя мечта. Пришло время сделать это... — Вот только не начинай разглагольствовать в стиле Джуна, мне этого на парах хватает. Давай просто поедем уже, — грубовато перебил. Когда Тэхён сильно нервничал (или возбуждался, будучи сверху), он становился грубым. Не то чтобы Гук был против этой его черты. Он лишь шире улыбнулся, вновь заводя машину и вплотную подъезжая к автоматизированным воротам. Те раскрылись перед ними, и парни не смогли сдержать восхищённого вздоха — взору открылся небольшой цветущий луг, а чуть вдалеке обнаружился въезд в густой лес. Безоблачное небо раскинулось над ними голубым полотном. Стоило им выехать окончательно и проехать чуть дальше, как их затопило обилием цветов, будто над зелёной травой накануне взорвалась палитра самых ярких красок, разбрызгивая их сочными кляксами. Солнечный свет, не замыленный поверхностью купола, казался почти осязаемым, освещая это цветочное разнообразие и ослепляя с непривычки. Очень быстро закружилась голова, атакованная не только визуальными образами, но и чистейшим воздухом и ароматами цветов — парни потерялись в этом обилии ощущений. Захотелось незамедлительно оказаться снаружи и насладиться окружавшим их природным великолепием, что они и сделали. Тэхён по-детски взвизгнул и на всех порах понёсся к цветам, выпрыгнув из машины. Неуклюже затормозив, он плюхнулся на колени и ткнулся лицом в самый большой в поле его зрения цветок, шумно вдыхая. Чонгук лишь покачал головой на его ребячество, с удовольствием подмечая, как органично смотрелся парень среди ярких растений. И дело было вовсе не в камуфляжном костюме. Он двинулся за ним следом, стараясь справиться с головокружением. — ...Господи, как же вкусно пахнет... — Тэхён продолжал ползать от цветка к цветку, что-то бормоча, но не заползая глубже в гущу растений. Он бережно оглаживал нежные лепестки и не переставал восхвалять их. Стоило Чонгуку подойти вплотную, как он заметил, что парень весь перемазался в жёлтой пыльце. — Тэ, ты же сейчас весь испачкаешься. Намджун по голове не погладит, — взъерошив чужие волосы, Чонгук мягко пожурил грязнулю. Он вдруг почувствовал себя безгранично счастливым. Но стоило Тэхёну поднять на него глаза, как Чонгук ощутил, что все органы ухнули куда-то вниз, а сам он больше не мог дышать. Чёртова пыльца. Он голодно уставился на жёлтые разводы, которые на смуглой коже смотрелись так восхитительно, что Чонгуку разом захотелось облизать любимое лицо, уделяя особое внимание мягким губам. Он был невероятно слаб перед Тэхёном, когда тот становился перед ним на колени, а тут ещё эти жёлтые пятна. Наверняка в воздухе витает что-то кроме чёртового кислорода, иначе почему он чувствует себя так, словно пьянеет? Разум отшибло. Тэхён пронаблюдал за изменениями на бледном лице и внутренне простонал. Он знал, что означает этот голодный взгляд, и по телу сразу прошлась волна мурашек. Чонгук был ненасытным в этом плане. Тэхён сначала никак не ожидал этого, а когда понял — был приятно удивлён. Благо у них был свободный доступ к университетским лабораториям, иначе они бы умерли от спермотоксикоза. В обычных домах не было встроенных воздухоочистителей, а секс без прикосновений губами не секс. По крайней мере, не для них. — Гук, поцелуй меня, — севшим голосом пробормотал Тэхён, вставая. Чонгук незамедлительно выполнил просьбу, жадно набрасываясь на чужой рот. Будто действительно голодал весь предыдущий месяц, а сейчас ему наконец дали возможность насытиться. Но ему всегда было и будет мало. Окружавшее их великолепие отошло на второй план, пока они в очередной (не сосчитать, который) раз исследовали рты друг друга. Они любили, чтобы мокро и со вкусом, а потому со стороны смотреть на это было занятием малоприятным. Зато их самих затапливало ощущениями, пока они сплетались языками и бесконечно долго боролись за ведущую роль, постанывая и шаря по телам друг друга руками. Возбуждение сосредоточенно витало вокруг них. Отстранившись наконец, оба не предприняли попыток разорвать объятия, лишь соприкоснулись лбами и прижались покрепче телами, обмениваясь поплывшими взглядами. — А ведь это я предложил поехать сюда, — хрипло выдохнул Тэхён в губы напротив, заставляя Чонгука не менее хрипло рассмеяться. Похоже, за свою идею парень хотел медаль. — Нужно двигаться дальше, пока мы не стали причиной инфаркта какого-нибудь дедули, который отправился по грибы, — поговорил Чонгук в ответ, несдержанно проходясь языком по чужой щеке рядом с уголком губ. Сладко. — Если продолжишь в том же духе, я завалю тебя прямо здесь. Похрен на дедулю... — зажмурившись, ответил Тэхён. Вечное желание Гука облизывать его разгоралось внизу живота обжигающим жаром, когда тот исполнял задуманное. Каждый чёртов раз. Возможно, они извращенцы, но кто их осудит? В такие моменты они всегда оставались наедине.

***

Кое-как оторвавшись друг от друга, они вернулись в машину и двинулись дальше. Напряжение в штанах отвлекало, но оба решили, что если оттянут момент сейчас, то ощущения после станут ещё ярче. Красота вокруг помогла переключиться, так что совсем скоро они обсуждали деревья и то, как красиво солнечные лучи пробиваются сквозь их крону. Они ехали достаточного долго, выбирая полянку посимпатичнее (и подальше), чтобы остановиться на ней на ближайшие три дня. В итоге, им удалось обосноваться недалеко от озера (как позже выяснилось) в окружении зеленеющих кустарников и высоких деревьев, которые надёжно укрывали их со всех сторон. Единственный просвет они загородили машиной, которая идеально уместилась между деревьями. В машине обустроили спальное место, поставив холодильник подле неё. В центре поляны расстелили один из пледов, решив поваляться на нём, чтобы отдохнуть после долгого пути. И пообжиматься. Невинные поцелуи очень быстро переросли в уже привычную борьбу языками, и вскоре они оба были полностью раздеты и готовы к экспериментам — первому разу на улице. Пусть они толком не осмотрелись, но думать о чём-то ещё, пока они не удовлетворили потребность друг в друге, не представлялось возможным. Поэтому прямо сейчас Чонгук с удовольствием принимал уже три смазанных пальца, радуясь, что захватил большую упаковку смазки. Очевидно, за ближайшие три дня они израсходуют её всю. Стоны срывались с его губ вперемешку со вскриками, пока Тэхён остервенело вылизывал его шею и грудь, пальцами разрабатывая его податливые горячие стенки. Он удобно расположился между его ног, так что у Чонгука была возможность трогать Тэхёна в ответ, распаляя всё больше. — Я готов, — хрипло оповестил Чонгук после очередного громкого стона. Он не мог себя контролировать, поскольку Тэхён постоянно задевал его простату. Тэхён отстранился от его шеи, не извлекая пальцы и заглядывая в глаза. Его лицо раскраснелось, а глаза лихорадочно блестели. Происходящее будоражило его кровь, насыщенную кислородом и одуряющим ароматом Чонгука. Он обожал этот аромат до дрожи в пальцах. — Я хочу попробовать кое-что, — неотрывно пялясь в глаза напротив, сказал Тэхён. — Ты же был в ванной с утра? — Что? — неспособный сосредоточиться из-за пальцев внутри, Чонгук не сразу понял, что от него хотят. — Ты наверняка был в ванной, так что я уверен, что мы можем попробовать хотя бы разок. Знаешь, без защиты... — сказал и надавил на простату, начиная ожесточенно её стимулировать. Чонгук задохнулся стоном, сразу теряя нить их несостоявшегося диалога и теряясь в ощущениях. А Тэхён решил всё за двоих, свободной рукой размазывая предэякулят по своему члену, закусив губу. Натекло много, так что он решил, что смазки хватит, потому что он не скупился на неё в самом начале. Да и войти в Чонгука хотелось уже до боли. Вынув пальцы, он не стал медлить и вошёл в горячее нутро одним слитным движением. Чонгук слегка сжался, продолжая беспрестанно стонать, и Тэхён впился в его губы, чтобы отвлечь его и отвлечься самому. Чонгук был узким, а ещё в нём было невероятно горячо — трудно было удерживать себя в руках, давая время привыкнуть. Но Чонгук довольно быстро расслабился, пропуская ещё глубже, так что Тэхён вновь переместился к шее, начиная терзать сладкую кожу. Бедрами он начал совершать довольно резкие толчки, не вынимая до конца, но с силой вгоняя до самой простаты (и дальше). Чонгук норовил сорвать голос, продолжая стонать, но он всегда был таким громким снизу из-за своей чувствительности. Пальцами он цеплялся за чужие плечи, оставляя следы от ногтей, а ногами обхватил поясницу Тэхёна, прижимая максимально близко при каждом толчке. Надолго их не хватило: первым излился Чонгук с именем старшего на губах, и Тэхён поспешил вынуть свой член, чтобы не кончить внутрь от усилившегося давления. Уже через пару движений рукой он догнал его, изливаясь на заляпанный бледный живот следом, также простонав любимое имя. Едва отойдя от оргазма, они сплелись в более тесных объятиях, целуясь. Тэхён навалился на Гука всем весом, но никто из них не был против. Разорвав поцелуй, они остались в таком положении, приводя в норму дыхание. Тэхён умостил голову на тёплой груди, кожу которой так усердно терзал всё это время. Он не сдержал усмешки. — Ты кончил без рук. — А ты реально сделал это без защиты, — недовольно подхватил его реплику Чонгук. — Совсем рехнулся? То, что я был в ванной, не повод пренебрегать презервативами, Тэ... — устало объяснил, будто ребёнку. — Но тебе понравилось, — упрямо воспротивился Тэхён, приподнимаясь на локтях и заглядывая в чёрные глаза. Чонгук лишь крепче сжал его ногами, переместив их пониже, и закатил глаза. Руки он держал на чужих плечах. — Это тоже не повод. Мне нравится в любом случае, так что давай без этого... — Вот ещё, — вновь перебил его Тэ, фыркнув. — Мы обязательно сделаем это снова, потому что мне тоже понравилось. — Ладно, давай обсудим это потом. Сейчас нам надо найти озеро и смыть с себя всё, — решив отложить спор, предложил Чонгук. — Окей, но сначала мы полежим так ещё немного, — вновь укладывая голову на бледную грудь с уже темнеющими засосами, ответил Тэхён. Было тепло и уютно, а ещё они оба были удовлетворены, так куда им спешить? Брезговать нечем. Возможно, они совсем скоро будут готовы ко второму раунду. Тэхён вот точно будет готов. Промолчав, Чонгук вплёл пальцы в тёмные волосы, начиная перебирать чужие мягкие пряди. Он был не против задержаться в таком положении подольше. Может даже сделать это ещё раз, медленнее. Первый раз после любого перерыва выходил у них слишком быстро, в спешке. А Чонгук любил медленный секс и задержанные оргазмы — что угодно во имя ярких ощущений, которых ему не хватало. До встречи с Тэхёном.

***

В итоге, второй раз был. В этот раз без спешки: они успели пару раз поменяться местами и обласкать друг друга, а после Тэхён вновь умудрился войти без защиты. Он кончил первым, не дав излиться Гуку (пережал основание члена), и довёл того до оргазма минетом. Всем всё понравилось. Занятые друг другом, они не заметили, что день был уже в самом разгаре. Становилось жарче. Найдя озеро, они вымылись и накупались вдоволь, не переставая дурачиться и целоваться, но не заходя дальше. Не смолкал их счастливый смех и плеск воды. Озеро красиво сверкало, отражая солнечные лучи. Оно было чистым, без труда можно было разглядеть дно. Вокруг не было ни души — лишь они одни. Разве что птицы пели где-то вдалеке, но никого другого слышно не было. Набаловавшись, они замерли в объятиях друг друга, наслаждаясь тишиной. Голые и счастливые, они были готовы простоять так целую вечность, наслаждаясь прохладой воды и друг другом. Хотелось, чтобы время прекратило свой бег. Они словно выпали из привычной жизни и с удовольствием не вспоминали о Городе, будто всю жизнь провели за его пределами. Искупавшись, решили расположиться у озера, притащив другой плед и немного еды. Говорили ни о чём и всё ловили взгляды друг друга. Улыбались. Пронаблюдав живописный закат, они вернулись к машине и, обработавшись средством от насекомых, залезли в салон. Повозившись немного, они нашли удобное положение, тесно сплетясь, и уснули, полностью умиротворённые. Определенно, эта поездка станет одной из многих — они уже влюбились в это место и постараются запомнить именно эту поляну. Они уже мечтали сюда вернуться.

***

Следующим утром проснулись ни свет, ни заря. Единогласно решили проваляться в машине до полудня, распотрошив упаковки снэков и посмотрев наконец фильм, который Тэхён закачал на свой планшет ещё в прошлом году. По-прежнему не верилось, что всё это время они не пытались вырваться из Города — сколько они упустили! Не отрываясь от просмотра, они не переставали водить по коже друг друга губами. Двери были нараспашку, так что они могли слышать птиц и шелест листвы деревьев. Всё вокруг вновь утонуло в солнечном свете. — Так хорошо... — тихонько проговорил Чонгук в тёмную макушку, пока Тэхён сосредоточенно тёрся носом о его шею. Фильм они успешно досмотрели и даже обсудили концовку — вместе пришли к выводу, что главный герой тот ещё обмудок. Не ответив сразу, Тэхён лишь взглянул на него с улыбкой и оставил лёгкий поцелуй на щеке, не удержавшись. — Искупаемся?

***

— Я думал, ты хочешь искупаться, — задыхаясь, со стоном выговорил Чонгук. — Так и есть, — не отрываясь от уже разбухшего соска, ответил Тэхён. Его пальцы вновь были в Чонгуке. Они так и не вылезли из машины, потому что Тэхён вдруг решил, что им нужно подготовиться к «купанию». Подготовка сейчас шла полным ходом. Тэхён обильно смазал его и теперь увлечённо играл пальцами внутри, надавливая на стенки и часто ударяя по простате. Другой рукой он сосредоточенно мял чужой сосок, не переставая терзать ртом второй. Оставалось только удивляться его многофункциональности. — Я готов! — выкрикнул в конце концов Чонгук, не выдержав такой настойчивой стимуляции своих самых чувствительных зон. Он вот-вот мог кончить. Тэхён будто собрался просунуть в него кулак, одновременно выжрав дыру в районе соска. — Я готов... Мучительный стон, сорвавшийся следом, был самой желанной музыкой для ушей Тэхёна. — Тогда нам нужно переместиться к воде... — довольно отозвался мучитель. — Ты издеваешься? — Чонгук сразу недовольно вскинулся, опешив. Он помнил о плане «искупаться», но не после того, что делал Тэхён. Да он почти отключился от удовольствия! — Давай, детка, я могу тебя отнести, — игнорируя собственное возбуждение, весело отозвался Тэхён. И он действительно отстранился весь, выбрался из машины и замер возле неё в ожидании. Чонгук оглядел его обнаженное тело (спотыкаясь о внушительный стояк) и не сдержал очередного стона — вот же сексуальный придурок. Кое-как собрав себя вместе, он выбрался следом, сразу запрыгивая на руки Тэхёна и сцепляя ноги за его спиной. — Неси, — буркнул. Членом он притёрся к чужому животу, так что пришлось закусить губу, чтобы не издать больше звуков. Тэхён лишь весело рассмеялся, подхватывая парня поудобнее (взявшись за задницу) и легко перемещаясь к озеру. Они с Гуком были примерно одной комплекции, поэтому он спокойно мог его носить. Разве что споткнулся разок и чуть не врезался в дерево, но это мелочи. Вокруг по-прежнему никого не было. — Готов? Вода прохладная, — попробовав воду ногой, низко оповестил Тэхён. Покрепче прижав парня, он толкнулся в его ложбинку, притираясь. Он планировал войти сразу перед тем, как они полностью окажутся в воде. Чонгук лишь молча сжался и кивнул. Лучше бы ему не кончить слишком быстро. — Держись крепче, — прошептал в его чувствительное ухо Тэхён, губами задевая мочку. Он отнял одну руку от крепкой задницы, придерживая теперь парня только второй, и обхватил свой член ладонью, направляя его в подготовленный проход. В этот раз на нём был презерватив. Не высохшая смазка легко позволила ему проскользнуть до упора как раз прежде, чем он ступил вглубь. Дно было неровным, поэтому от относительного мелководья до глубины отделял один шаг. Чонгук, конечно, не сдержался, вновь начиная громко стонать. А Тэхён с готовностью принялся внимать его завываниям и редким просьбам (ускориться или толкаться резче) — он от этого никогда не устанет. В воде держать парня было проще, так что он расслабился и переключился, возвращая внимание к чужой шее. На той уже практически не было живого места, но это не помешало ему впиться в гладкую кожу, оставляя новые засосы поверх старых. Двигался он размеренно, больше вкруговую, оставаясь глубоко внутри. Чонгук вцепился в его волосы, откинув голову, и с силой насаживался сам, стараясь пропустить старшего ещё глубже. Контраст горячего языка на коже и члена внутри с прохладной водой сводил его с ума. Наверное, он всё-таки сорвёт голос. Чувствуя приближающийся оргазм, Тэхён решил довести их одновременно, протискиваясь между ними своей рукой и начиная настойчиво дрочить чужой член. Тот был удивительно твёрдый, несмотря на прохладу озера. Решив не сдерживаться, Чонгук поддался чужому напору и совсем скоро излился первым, оставляя мутные разводы вокруг них. Тэхён замер, позволяя ему сжимать себя и этого хватило, чтобы его тоже накрыло. Они вновь потянулись друг к другу, стоило им немного отойти от мощного оргазма, сплетаясь в поцелуе. Шумное дыхание казалось ещё громче в окружающей тишине, когда они наконец оторвались друг друга, но остались на месте, по-прежнему обнимаясь. — Это было круто, — довольно прокомментировал Чонгук, полностью разомлевший. Его голос прозвучал немного сипло, но не сорванно. — А ведь это я... — Да-да-да, я помню, это ты предложил. Молодец. А теперь выйди из меня, — устало перебил. Оба сжали губы от своеобразных ощущений, когда Тэхён выполнил просьбу. Они простояли так ещё немного, но решили вернуться в машину, чтобы вытереться от воды и одеться. А ещё хотелось нормально поесть. И поваляться. Подкрепившись, они разлеглись в тени у машины. — Ты же так и не узнал, чем тут можно заняться. Я прав? — Я узнал! Но те варианты нам не подходят — нужно или ехать намного дальше или собирать компанию побольше. Да и разве не хорошо просто лежать вот так? Разглядывая повёрнутое к нему лицо, Чонгук лишь едва заметно улыбнулся. Да, так тоже хорошо.

***

В итоге, они провалялись, пока не стемнело, а насмотревшись на звёзды, вновь заночевали в машине. Оба не парились насчёт умывания, но для зубов использовали специальный раствор Тэхёна. Спали на удивление хорошо — несмотря на лес вокруг, они чувствовали себя в безопасности. Во сне так и не разжали крепких объятий, ничем не укрытые, но не поэтому так тесно сплетённые. И без того было тепло, однако уютней становилось только в клубке из своих и чужих конечностей. Мысленно оба пытались вспомнить, почему до сих пор жили отдельно. Что-то об удобстве нынешнего положения дел? Глупости. Не сговариваясь, они решили завести разговор об этом чуть позже, получше обдумав альтернативные варианты. Третий день начали с купания (буквально), а нарезвившись в озере, отправились завтракать. Оценив масштаб катастрофы, основательно подъели запасы, к которым особо не прикасались прежде. Пошарив в планшете, залегли смотреть ещё один фильм, на этот раз расположившись на земле (израсходовали последний чистый плед, благо сегодня пора было уезжать). Закончив просмотр, остались лежать в тишине, уже тоскуя по возможности вот так развалиться, тесно прижавшись друг к другу без масок. Продолжали тереться губами и носами, медленно притираясь всё теснее. Вёл Чонгук, заняв верхнюю позицию, а Тэхён с готовностью раскрылся, отдаваясь. И если снизу Чонгук любил брать как можно больше и как можно дольше, оттягивая при этом кульминацию, то сверху он перестраивался. Подстраивался, вернее. Принимающий Тэхён был словно другим человеком. Он нуждался в мягких прикосновениях, нуждался в нежных ласках. Принимал всем телом, не прекращая извиваться и тихонько выстанывать просьбы. Не был таким возмутительно раскрепощенным и требовательным, как Чонгук, — он подпускал к себе осторожно и ожидал бережного обращения. Чонгук упивался этим, самозабвенно предаваясь этой игре в «ублажи меня так, как я хочу». Этот раз не стал исключением. Он раздел податливое тело и целовал везде, где было нужно. Проглотил всё, до последней капли, не сдерживая чужой первый оргазм. Возбудил его снова, растягивая тугой из-за значительно большего перерыва проход. И долго и размеренно входил под правильным углом, смотря прямо в глаза и целуя в губы. Когда Чонгук был сверху, они оба поддавались особой атмосфере. Вокруг витало не дикое возбуждение, а обволакивающая нежность. И рядом не было никого, кто мог бы осудить — они по-прежнему оставались наедине. Друг с другом.

***

Последний раз искупавшись в озере, они решили собраться. Оделись в то, в чём приехали, упаковали вещи, убрали «кровать». Доев продовольственные запасы, засунули холодильник в машину и подумали, что неплохо было бы прогуляться перед отъездом. Так ведь и не осмотрелись толком. Они уже привыкли к деревьям и цветам, но всё равно наслаждались красотой леса. Тэхён без особого энтузиазма осмотрел некоторые особо любимые им растения, не задерживаясь у них надолго. Ничего интереснее озера рядом с поляной они не нашли. Пока не заметили белку. Та успешно слиняла, заслышав истошные оры Тэхёна, но Чонгук тоже видел её, так что не расстроился. Белка помогла им прийти в себя (избавиться от грусти). Пусть они уедут сейчас, но ведь оба уже готовы были вернуться. Если прежде не находилось времени, так только потому, что они и не искали толком. Всё будет хорошо, не последний день живут! К машине они вернулись в лучшем расположении духа. Всю дорогу уютно молчали, размышляя каждый о своём и молча прощаясь с лесом. Хотелось верить, что лишь на время. У Границы задержались на лугу, целуясь и цепляясь друг за друга, будто в последний раз. Кое-как вновь сбросили наваждение и пообещали друг другу на пальцах, что обязательно выберутся вновь. А ещё, что поговорят о «важном и насущном» сразу, как доедут до Тэхёна. Город принял их обратно, а пограничники понимающе заулыбались на их потрёпанный вид. Смутили. Но то был не стыд. Пусть они любили наедине — это не значит, что они скрывались. Они любили. А любовь лишь для двоих.