New York

      У Джинн были дела, поэтому она ушла, практически, сразу после завтрака. Она улетает завтра днем обратно в Лондон. Встретиться здесь у них уже не получится. Грейнджер дала ей свой адрес в Нью-Йорке и новый номер телефона, при условии что ни о том, ни о другом Гарри и Рон никогда не узнают. Джинни пообещала. Ей можно верить. Переодевшись, она пошла к Нику, им просто необходимо напиться. Она постучала, недолгая пауза и Ник открывает ей дверь. -Ты уже освободилась, солнце? Входи, я переодеваюсь и готов. Она кивнула. -Куда мы пойдем? -Ооо, я откопал отпадное местечко, но это вечером. Сейчас гулять. Он взял с собой пленочный фотоаппарат. Кто-то хорошо рисует, кто-то пишет книги, а Ник изумительный фотограф и видимо в объективе его камеры сегодня окажусь я. Они пошли пешком по направлению к Эйфелевой башне, останавливаясь на каждом шагу, чтобы сфотографировать местный колорит или друг друга на месте того самого местного колорита. И тот маршрут, что они могли пройти за час, они прошли за все 3. Перед тем, как поехать в то отпадное местечко Ника, он предложил съездить до отеля, чтобы оставить фотоаппарат. Я, разумеется, была не против. В то местечко, мы решили поехать на метро, чтобы сократить время ожидания, потому что, Ник сказал, что музыкальная программа начинается только в 19. Когда мы подходили к тому месту, Ник сказал, что хоть оно и небольшое, но зная мою любовь к джазу и танцам, узнал, по каким дням недели там танцуют, и позвал меня. «38 Riv». Такое название у этого места. Оно и вправду небольшое, но греет душу своей атмосферой. Так как музыканты только начинали настраивать инструменты, мы прошли к бару и заказали виски. Музыка. У нее пошли мурашки после первых звуков, вызванные тем, что кто-то нажал на клавиши пианино, и кто-то начал дуть в саксофон, поднеся его к губам. Залпом, допив четвертый стакан виски, и взяв Ника за руку, потянула его ближе к сцене, где играли эту божественную музыку, которая лилась, как патока, по всей площади этого помещения. Она положила его руки к себе на талию, а сама обняла его за шею. И наверно стоило бы немного отодвинуться друг друга, но зачем, сегодня такой прекрасный вечер. Клуб закрывался в 12 ночи, поэтому ближе к этому времени всех начали распускать. Мы вышли на улицу. Он подал мне сигарету и взял себе. Наклонился ко мне, чтобы поджечь ее. А после закурил сам. Он выглядел довольным. Он разделял со мной любовь к джазу. Наверно, как раз таки, именно с джаза, зародилась наша дружба. Мы докурили. Он взял меня за руку, и мы пошли бродить по окутанным ночью улочкам, освещенных искусственным светом уличных фонарей.