Называй меня "папочка "

Люди, мне холодно. Прошу вас, помогите. Мне холодно, ведь я совсем одна, Но вместо помощи Со всех сторон твердили : "Ты справишься сама..." *** Мы приехали на заправку. После того инцидента в примерочной я ничего не сказала, да и Финн не издал ни звука. Вулфард вышел из машины, но перед этим сказал: — Я пошёл расплачиваться за бензин, ничего не натвори. А после я продолжу то, что начал тогда в библиотеке. Он говорил это, а по моей спине шли мурашки от страха. Я лишь ответила сухо: — Хорошо. Он ушёл. Конечно, я не собиралась просто так сидеть. У меня есть план. План, чтобы сбежать. Сейчас я выйду из этой машины и побегу в ближайший полицейский участок, чтобы написать заявление на Вулфарда. Оставшись одна в салоне машины, я стала наблюдать за каждым шагом Финна через окно, одновременно просчитывая собственные шансы на успех. Спустя пару секунд мой "папа" уже заходит в здание, чтобы провести оплату, однако сталкивается с очередью таких же водителей на кассе. Это выиграет мне немного времени. Я не стала медлить и открыла очень тихо дверь, не закрывая её до конца, чтобы не было слышно, что вышла. Так как у Финна тонированные окна, он сначала не поймёт, что меня нет на месте. Оглядевшись по сторонам, я нахожу более короткий, более подходящий для меня путь добраться до полицейского участка. Я максимально тихо и быстро пробираюсь за машинами, не забывая как можно ниже нагибаться, стораясь скрыться от внезапного взгляда кучерявого. Сердце бешено стучало, отдаваясь где-то в горле; грудь ритмично вздымалась от частого дыхания, руки будто онемели, но я все не отводила сконцентрированного взгляда от ветрин магазина заправки. Пройдя четыре машины, я наконец дохожу до последней и пускаюсь в бег со всех ног. До сегоднешнего дня мне хотелось бежать из дома, чтобы в очередной раз не встречать на пороге гнев опьяневшего отца; затем бежать из стен приюта, чтобы избавиться от издевательств, непонимания и безразличия; сейчас же я бегу, чтобы никогда больше не видеть того кудрявого гада и зажить уже, наконец, спокойно. Пробежав метров 500, я остановилась, чтобы перевести дух, и только сейчас понимаю, что со мной сделает Вулфард, если найдёт меня... Я помнила о том, что у меня нет ничего: ни телефона, ни паспорта, ни денег. Что я вообще собираюсь делать!? Ладно, для начала схожу всё-таки в полицию. *** POV Finn. Отстояв километровую очередь водителей, я возвращаюсь обратно в машину. Открываю дверь, а там нет этой сучки. Блядь ебаная, все-таки сбежала. Я что, непонятно ей сказал, что ее ожидает за непослушание? Похоже, она напрашивается на это. Как только найду Алекс, сразу же покажу ей, кто здесь главный, а то совсем охренела! Ладно, она скорее всего пошла ментам жаловаться, но у меня есть свой козырь — друг, который там работает. Он точно найдёт её. *** POV Alex. — То есть, вы хотите сказать, что вас избил и чуть не изнасиловал извращенец по имени Финн Вулфард. Так ещё и взял вас из детдома?— спрашивает меня полицейский, изобразив полное недоумение на лице. — Да, все так и было, — тут это чмо стало громко смеяться от моего заявления. — Не смеши меня, гражданочка, какое ему дело до тебя? Ты, наверное, его очередная глупая фа... — мужчина не успел договорить, так как ему кто-то позвонил на телефон. Подняв трубку, первые минуты две он просто слушал, а потом сказал: «да, она здесь». Тогда я немного напряглась. Мент положил трубку, просто, ничего не объяснив, резко схватил меня за руку и кинул в камеру. Я допытывала у него, за что меня сюда посадили, кто это звонил, но он мне ничего не ответил. Я уже отчаялась и поняла, что никогда не буду жить нормальной жизнью. Я подумала о том, что если бы мама была жива, этого бы никогда не случилось... Скорее всего мы бы всей семьёй смотрели фильмы, ходили отдыхать на природу, смеялись, грустили, ссорились, мирились, но все равно были бы неразлучны. Но мама умерла, и сейчас меня скорее всего ищет неадекватный чувак, а я сижу в камере и думаю обо всём этом. Тут открывается дверь в полицейский участок и внутрь заходит никто иной, как Вулфард. Финн вольяжно проходит по коридору, а затем пожимает руку тому чуваку, который меня сюда запихнул. Я просто сидела с открытым ртом. Как только ко мне повернулся Вулфард, я поняла, что сегодня мне точно кабзда. Он без слов открывает камеру и резким движением, взяв меня за тыльную сторону шеи, выводит из здания, затем силой заталкивает в машину. Я просто была возмущена. — Алекс, поступая так, ты вообще понимаешь, что я могу тебя прям тут обработать, и тебе никто не поможет? Ты будешь делать то, что я тебе скажу, будешь делать для меня все и в разных позах. А если нет, то я тебя просто прибью, а потом закопаю как животное. Ты меня поняла!? Я кивнула, не в силах ничего сказать. Мне стало страшно от мыслей о том, что будет, когда мы приедем. Путь был довольно долгим. Мы проехали через весь город и я поняла, что наш путь лежит прямяком в лес. Мы остановились. Я уже подумала, что меня сейчас будет закапывать Финн. Но нет, он заблокировал все двери. Я сидела и гадала, что же будет. В воздухе был слышен звон пощёчины. Я схватилась за огнём горящую щеку. Он меня ударил ещё, только на этот раз в нос, из него пошла ало-бордовая струйка. Я просто плакала от боли, надеясь , что все закончилось... Кинув салфетку для остановки крови, Финн произнёс: — Приложи к носу, а потом раздевайся. Сейчас я буду тебя наказывать. Как хочу и где хочу, в любых позах. — Не надо! — это все, что я смогла сказать. В тот момент мой мозг просто отказывался работать, а душа надеялась на то, что кудрявый сжалится надо мной и все-таки отпустит. Но не тут то было. — Здесь я решаю, что надо, а что нет, поняла, куколка? — после этих слов, Финн перешел к действиям. Он повалил меня на заднее сидение и стал раздевать. Я кричала, пытаясь его остановить. Однако, как и в прошлый раз, это не дало никаких результатов. Вулфард без тени сожаления продолжал делать то, что задумал. Все мои крики и различные проявления сопротивления только больше злили его. — Заткнись, не кричи и не рыпайся, иначе тебе будет очень больно. Он стал снова снимать с меня одежду, но я не слышала его слова. Я вот только вчера хотела этого, но сейчас мне стало страшно, как никогда. Он лапал меня. Я ударила его по лицу со всей силы, которая у меня была, и сказала: — Отстань от меня, мразь! — что я наделала... Он быстро взял меня и сжал горло. Отпустив его, он нежно прошёлся руками по моей груди . — "Какого хрена!?" — подумала я. Теперь он заточил обе мои руки в свою, а другой закрыл мне рот. Я пыталась свести ноги, но никак не получилось. — Прошу, прекрати, пожалуйста, — промычала я, однако, кучерявый отлично понял каждое слово. — Пожалуйста, закрой хлебальник, — он был так зол, — Ты сегодня была очень плохой девочкой. Тебя следует наказать. Не волнуйся, сначала будет немного больно, но потом тебе понравится, обещаю. Он тут же резким движением вошёл в меня. Резкая больше пронзила мое тело. Я кричала, а он затыкал меня поцелуями, кусая губы. Мне было противно чувствовать его в себе. Финн двигался очень быстро. Не давая привыкнуть, ускорял темп и входил все глубже, что просто рвало на части мой итак жутко болевший живот. Казалось, что в меня вонзают тысячи острых кинжалов. Я просто плакала, ни говоря ни слова. Вскоре стала терять сознание, за это получила ещё пару пощечин. Так Вулвард пытался привести меня в чувства. Боже, я, походу, уже никогда не смогу нормально относится к сексу и уж тем более, им заниматься... — Только начали, уже отключаешься. Ладно, хватит с тебя. Сейчас будь хорошей девочкой, отсасывай мне, и не как в прошлый раз! Это уж точно не доставит тебе боли, можешь не беспокоиться. Он ужасный человек, ведь понимая, что я вообще не в состоянии встать, Финн все равно заставлял делать то, что ему хочется. Взяв меня за волосы, он сказал голосом обиженного ребенка: — Ну опять по новой что-ли!? Ты еще не усвоила этот урок? У меня лишь были опущены глаза. — Когда я с тобой говорю, ты должна смотреть на меня!!! — Я еле подняла на него взгляд. — Теперь ты будешь называть меня "папочкой". Поняла? — Да, — еле слышно ответила я. — Я НЕ СЛЫШУ! — Да, папочка, — и оставшись без сил, я потеряла сознание...