Просто думай...

Это был он. Как она могла не додуматься до этого раньше?! Ведь всё говорило об этом! Он сам говорил об этом! Тогда, два года назад, в полицейском участке её главным врагом был не детектив, задающий глупые и нелогичные, совершенно абсурдные вопросы. А он – спятивший от горя мужчина, пытающийся обвинить её в том, что, он знал, она не делала. По крайней мере, не по тем причинам, которые он пытался вплести в протокол. Отец Оуэна. Дерек Николс. Как она могла не додуматься до этого?! И именно поэтому она сейчас сидела здесь. Здесь – это там, откуда её отпустили несколько месяцев назад. Всё те же белые стены, облицованные плиткой. Черные швы между ними. Белый потолок. Металлические поручни кресла. И знакомая тяжесть обруча на голове. - Соскучилась, девочка? – ласково погладил он её по волосам. – А я вот скучал. Хоть ты меня и расстраиваешь раз за разом. Ава смотрела в его лицо и чувствовала, как волна липкого ужаса снова вползает в голову. В сердце. Она снова была обездвижена. Снова была беспомощна. Снова была в его руках! Только лишь мысль об этом заставила её задохнуться и судорожно забиться в кресле, кандалы которого крепко держали за запястья и лодыжки. Аврора дернулась и опять задохнулась – уже по другой причине. В груди словно взорвалась граната. Внутри потянуло болью, вышибая слёзы и скулеж. - Тихо, Авочка, не дергайся лучше, - наглаживая девушку по волосам, приговаривал мужчина. – Старк успел. Ты уж прости меня, но по-другому тебя вытащить из его лап у нас не получалось... - Что это... такое?! – прошептала рыжая, глядя на яркий отблеск в плитке потолка. - Реактор. Который держит пулю в твоём сердце на одном месте, - добродушно проговорил сумасшедший с лицом благообразного старика-проповедника. Слишком много информации. Пуля?! Сердце?! Реактор?! Аврора зажмурилась: отчасти, чтобы не видеть это лицо перед собой, отчасти - чтобы постараться вспомнить. Пеппер, выстрел, боль – оказалось, не перелом. Много света, на груди словно пресс – и Тони в шапочке и халате хирурга. Снова свет, но уже другой, палата, Питер в кресле, Тони у окна – вот откуда свет. Или нет?.. Реактор был круглым и сиял совсем как в каждом костюме Железного человека. Как маленькая звезда, созданная руками гениального Энтони Старка. Как же получилось, что она оказалась... здесь?! Ава по привычке попробовала прочитать мысли стоящего рядом психа, и тут же обруч нагрелся, пропуская сквозь неё легенькую волну тока. Дыхание пережало где-то в районе глотки, ни вздохнуть, ни выдохнуть. Ни закричать. Пальцы судорожно вцепились в поручни. - Нет-нет-нет, нельзя так делать, милая! – строго покачал пальцем Дерек у неё перед носом. – Снятие блокатора – тоже было одним из пунктов, из-за которых пришлось стрелять в тебя. - Он стрелял... в Пеппер, - процедила сквозь зубы рыжая, когда смогла дышать. - Да! Я знаю! – внезапно рявкнул отец Оуэна. С силой тряхнул кресло и отошёл на несколько шагов, отворачиваясь. – Да, я знаю! Ты! Только ты! Каким-то чёртом ты оказалась единственной, на ком эксперимент сработал чисто! Даже Уилл, моё последнее творение, и тот допускает огрехи, и внушение его не держится долго и всегда выходит боком! Дерек Николс резко оказался возле неё, наклонившись прямо к лицу. Ава на чистом инстинкте попыталась отодвинуться, но куда там, когда металлические крепления держат по рукам, ногам и голове. - Внушением Уилла было выстрелить в тебя, не насмерть – мертвой ты пользы не принесёшь, лишь ранить. Чтобы тебя отослали в больницу и сняли эту игрушку Старка... Конечно, велик был соблазн забрать и её, но... Он же параноик, по-любому там будет жучок, верно? – улыбнулся мужчина, и эта улыбка на сухом жёлтом лице выглядела так жутко, что Маклауд зажмурилась. - Ты ведь думала, что спаслась, да? Что уже не вернёшься сюда? – зашептал он ей в ухо. От него пахнуло чем-то тяжёлым и неприятным. Так для Авроры пахло безумие. – Если бы не Старк, ты бы вернулась сама... Когда поняла, что умираешь. Но этот... вандал! Он испоганил моё творение, всю мою работу по усовершенствованию твоего мозга! - Я бы не вернулась, - глухо выдавила девушка, заставляя себя смотреть ему в глаза. В черном зрачке, окружённом выцветшей голубой радужкой, она снова видела свою смерть. Дерек с ней ещё не закончил. Даже близко нет. - Все возвращались, и ты бы вернулась, - ласково проговорил чокнутый. - Сдохла бы, но не вернулась! - Все так говорят поначалу, - беспечно пожал плечами мужчина. – Но жить хочется всем. Вот только не всем можно. Да, Авочка? Он посмотрел на неё в упор, и в улыбке этой, чуть кривой и страшной до дрожи, был её приговор. Ей не выйти отсюда живой. Потому что она убила его сына.

***

Опять для неё не было времени. Ни времени, ни дня, ни ночи. Зато была тьма, которую она научилась любить и ценить, потому что она приносила блаженное спокойствие и забвение. И был свет, который она научилась ненавидеть – после того, как она открывала глаза, всё начиналось с начала. Её накачивали каким-то прозрачным раствором, подключали тысячи датчиков, половина из которых была с иголками, и снимали обруч, чтобы заменить их на две присоски. От них вместо электричества шло ультразвуковое излучение, невыносимым писком оседающее в ушах и судорогами в мышцах. Все показания фиксировались. Результаты обсуждались. Удивлялись. - Надо же, и она ещё дышит! - Может, увеличим ток?.. Вы только посмотрите, какая проводимость! - Нужно быть предельно осторожными, вдруг она умрет?! Столько данных упустим... - Вот это живучесть! А если вместе с током?.. Ей всовывали между зубов капу, поверх звуковых излучателей надевали старый добрый, до боли знакомый обруч и пускали электричество. Её визг, крик и кровавые сопли никого не интересовали. Замеры записывались, техники вынимали изо рта капу. Молча обтирали её, убирая все нелицеприятные следы и пряча глаза от её взгляда. Телепатия без блокатора действовала всегда и хаотично. Поэтому электрические импульсы она чувствовала тоже всегда... - Давай, расскажи нам, как же так выходит, что ты стабильна? Как ты читаешь мысли? – спрашивали доктора в тошнотворно-белых халатах. - Оно... просто слышу... Само, я не... Мысли путались, горло болело от сухости и постоянного крика. Она с трудом понимала, что у неё спрашивают, и почти не помнила, как её зовут. - Да ну как же так – само? Уж ты нас не обманывай, - с улыбками детей, трясущих пакет с мертвой рыбкой, просили доктора. – Мы же не хотим делать тебе больно, но ведь придется, если будешь обманывать. - Они... Я просто слышу их... Убейте... Это вырвалось само, и она впервые за долгое время, кроме боли и безразличия, почувствовала что-то – ужас. Она никогда не хотела умирать. Всегда боролась! Она помнила, как убила Оуэна – он держал её в плену, уколы, в которых её кровь. Помнила, как боролась с тем, самым первым телепатом в каком-то ангаре. Помнила урода в подвалах за́мка, и там она тоже победила! А здесь... Здесь у неё скованы руки и ноги, на голове обруч, ограничивающий телепатию, и никаких шансов. Её с кресла даже в туалет не пускали, в посудину приходилось, и вместо ванной – женщина с равнодушным лицом куклы и тазом с теплой водой. - Эй, девочка, ты чего молчишь?.. – услышала она словно сквозь вату и почувствовала, как кто-то прикоснулся к её лбу. - Не трогать! – тут же раздался, многократно усиленный эхом от плит, вопль. – Как будто вы не знаете, как опасны эти твари! А если бы она вам внушила что-то?! - Простите... - А ты, Авочка, запомни – чем дольше молчишь, тем больнее станет, - услышала она знакомый голос, от ласковости которого тело задрожало рефлекторно. Щёлкнул тумблер прибора, девушка успела только ощутить, как нагревается обруч на голове. ...Без капы крик выходил куда громче.

***

- Прости, девочка, я перестарался... - Ты так хорошо кричала, я заслушался... - Оуэну тоже нравилось, как ты кричала... - Отдохни пока, твои результаты и так высокие... - Ещё пара-тройка тестов, и мы узнаем, как сделать Уилла таким же... - Скоро у нас будет гость, он специализируется на таких уродах, как вы...

***

Когда её сгрузили на кушетку, она вспомнила про шов на спине. По сравнению со всем, что с ней делали, он был почти приятным. Хотя бы не болел, спасибо. Поначалу ноги не разгибались из полусогнутых, затекших в одном положении от долгого сидения в кресле. Но чтобы не сойти с ума, нужно было чем-то заниматься. Под постепенное выпрямление и растяжку мышц хорошо думалось. И разговаривалось. - Начни с того, что точно знаешь. Хиленькая лампочка в самом углу комнатушки два на два метра мигнула, словно поддерживала. - Спасибо... – поблагодарила на автомате. – Меня зовут Аврора Маклауд. Мне пятнадцать лет... Или уже шестнадцать? Правая нога выпрямилась почти полностью, когда стопу скрутило судорогой. Натянуть носок на себя, напрячь мышцу. - Возраст не так важен. Давай сначала. Меня зовут Аврора Маклауд. Мою маму зовут Кристина. Моего деда зовут... зовут... моего деда зовут... Тор... Тормонд Маклауд. Да, точно! Тормонд Маклауд. Запомнила? – спросила у лампочки в углу. Та согласно мигнула. Левая нога распрямлялась значительно лучше. - Хорошо, дальше... Штука у меня в груди – реактор – его сделал... Тони. Тони... Старк, да. У него есть костюм и плюшевый заяц. Зачем ему заяц? – Лампочка недоуменно затрещала. – Я тоже не знаю. Есть Питер, он... - Пытаешься не сойти с ума? Мужской голос прервал её размышления и напугал. Девушка быстро забилась в угол, вглядываясь в тень. Туда же скользнула телепатия. Уилл. Это был он. Тот четвертый на встрече акционеров. Какой встрече?.. Ладно, плевать, дальше. Он был добровольцем. Хотел помогать Мстителям. Спасать мир. Но для начала – отомстить девушке, что бросила его. Он бы внушил ей шагнуть с моста – она ведь так боялась воды и плавать не умела. Однако эксперимент провалился. Тело медленно умирало, не принимая такие дозы электричества. Его проводимость оказалась слишком низкой. Мозг разрушался. Кровотечения усиливались. Уилл знал, что умрёт. Времени почти не оставалось, но доктор Николс обещал, что найдет способ. Что ключ в ней, в этой рыжей Авроре. Что нужно только привести её к нему, и уж тогда... Доктор был прав. Все хотят жить. И девушка та всё ещё живая ходит... - Что ж не внушишь? – спросила Ава. – Вроде и время свободное появилось. - Да как-то руки не доходят, - хмыкнул парень. – Почему ты никак не умрёшь? - А я тебе мешаю? – Аврора на болтовню отвлекалась постольку-поскольку, сосредоточенно пытаясь подняться на дрожащие ноги. – Если я умру, ты умрёшь вслед за мной. А вот если я выживу, то... План вранья созрел мгновенно. Хотя, если всё выйдет, это будет не враньё. - То что? – Уилл придвинулся к решетке, стараясь делать вид, что ему плевать. - То, возможно, Старк тебе поможет. – Ноги дрожали и колени всё время норовили подогнуться, но стена была надёжной опорой, и Ава продолжала. – Он очень привязан ко мне, ты сам видел. Даже реактор, как у себя, сделал. Если ты поможешь, то он будет благодарен. Уилла сюда послали, чтобы он её просканировал. Как она. Какие мысли катает в голове. Может, что-то и про Старка будет с его блокатором? «Мой мальчик, если мы раскусим этот орех, то я вылечу тебя! Ты будешь жить!» Но Уилл уже даже стоял с заметным трудом, а Дереку Николсу было далеко до гения Тони Старка, который на коленке собрал первый железный костюм и на одном вдохновении открыл новый химический элемент. - Ты обмозгуй, - дружески предложила она, медленно передвигаясь мимо решетки, за которую хваталась побелевшими пальцами. – Но только побыстрее. Судя по их энтузиазму, мне тоже недолго осталось. «Готовься», - мысленно сказал Уилл, уходя. Доктор был прав. Все хотят жить. И у него появился шанс. - Продолжим... – проговорила девушка лампочке в углу. Та внимала. – Есть Питер, он... А кто такой Питер?

***

Её оставили в покое на два дня. За это время она успела заново научиться ходить, не быстро, но и не шаркать, как бабушка. И вспомнить все события и всех людей в своей жизни. Особенно Питера. На нем стояла метка. Но эта хрень была односторонней. Только Ава его слышала – его злость, ужас, переживание. Питер не находил себе места, уставал и почти не спал. Он искал её. Это хорошо, потому что тот самый гость, который «специализируется на уродах», приехал. Ради него ей даже сменили рубашку на новую, в незабудочку, и она неприятно резала белизной слезящиеся глаза, привыкшие к постоянному полумраку. Такое без всяких незабудок не забудешь. Только лишь глянув на этого человека, Аврора поняла, что именно он её и убьёт. Потому что ему плевать на самого человека, его интересуют только его опыты. Процессы – не результаты. Потому что она будет не первой, чью жизнь и личность он уничтожит. Старику было хорошо так за семьдесят, он говорил с непонятным акцентом, держался уверенно и не отводил глаз, когда встречался с ней взглядом, как делали другие доктора. Она была для него такой же лабораторной крысой, как и обычные крысы для учёных, изучающих рак. Но крыски хотя бы милые, а эта... Мать твою, изувер-женоненавистник! Ну, Ава, ты как всегда! Полный комплект! - Мне невероятных трудов стоило сюда добраться, но я рад, что в кругу таких выдающихся умов смогу продемонстрировать феноменальную мощь Гидры! Вот уж действительно – феноменально. Феноменальный звездец. Доктора в белых халатах взволнованно зашушукались, точно школьницы перед капитаном футбольной команды. Всё это больше и больше походило на дурдом. Пока старик распаковывал чемодан, поданный каким-то почтительным мужиком-техником, Аврора потянулась к его мыслям. Дважды мать твою. Тесен мир, ядрён батон. Вот, что за акцент. Русский. Терёхин Владимир Никола-куда-то-там. Ведущий учёный, курирующий проект «Зимний солдат». В его воспоминаниях мелькали вычисления и графики, сколько держать бедолагу в морозильнике, чтобы не превратить его в овощ, и сколько вольт подавать через приборы, чтобы уничтожить все воспоминания. Сколько секунд длятся паузы между словами кода, чтобы превратить живого человека в послушную марионетку без желаний и чувств. Ава увлеклась и добралась до момента, когда Терёхин наблюдал за активацией. Мужчина с металлической рукой, как и она недавно, кричал и хрипел, а когда стал различать слова кода, постепенно терял все эмоции на лице, мимические мышцы на котором иногда судорожно подергивались. - Доброе утро, Солдат. - Я жду приказаний... - ...Шваль! Щёку обожгло огнём, изнутри в рот брызнула кровь. - Кто разрешал копаться в моих мыслях?! – аж взвизгнул от бешенства доктор. О-о-о, да тут кто-то ссыт кипятком... Занятно. - Но никто и не запрещал, - улыбнулась рыжая окровавленными губами. – А ночами-то все окна и двери запираем армированными ставнями. Боимся Солдатика, док? Что он расколет твою ни к месту гениальную башку, как переспелую тыкву? Дело №211, да? Старикашка побледнел так, что на фоне белого халата начал отдавать в синеву. О да, богатое воображение на его работе – не всегда плюс. Остальные недоуменно переглядывались. Дерек Николс, стоящий ближе всех к кумиру, нахмурился и уже хотел подойти, разобраться с говорливой подопытной по-свойски, но дедок отрицательно покачал головой. - Я не стесняюсь своих мыслей, потому сейчас ты без обруча, - гордо вздёрнул подбородок русский. – И я не боюсь его, девка. Потому что вы, твари, так же смертны, как и все прочие. - Думаешь, пистолет под подушкой спасёт тебя, когда Зимний солдат придёт за тобой? – прошептала Маклауд, пристально глядя на Терёхина. Ава не знала, что на неё нашло, но это было очень близко к злому азарту и куражу. Знала, что себе же хуже делает, но промолчать, оставить так, как есть?.. У Солдата не было возможности ответить за себя. Аврора, слава богу, всё ещё была в адеквате. Терёхин пошел красными пятнами. Страх, ужас, паника... Ярость, бешенство, два каких-то приборчика на виски. И электричество на максимум. В этот раз всё закончилось куда быстрее. И её снова вернули в камеру. «Питер, я здесь... Ты слышишь меня?! Помоги! Я здесь, Питер! Пожалуйста, помоги мне...» Нить метки натягивалась и дрожала, но Ава понятия не имела – слышат ли её с той стороны.

***

- Просто скажи, как такое возможно?! - Не знаю... Я только на минуту отвлёкся... Тони на мгновение прикрыл глаза, надевая очки с синими стёклами, морально отгораживаясь от мира и обвинений. Понимая, что невольно повторил слова Вижена после попадания в Роуди. Всё было в порядке. Девчонка приходила в себя после операции. Старк и Паркер неотлучно сидели в палате. Потом мелкий вышел за кофе, а Тони отозвала в сторону медсестра. Совала в нос какие-то рентгеновские снимки, что-то лопотала на своём, на докторском. Поток информации был таким огромным, что после того, как девушка убежала по своим делам, миллиардер чувствовал себя выжатым, как лимон. Это было странно – с детства гений привык переваривать и куда больший объем сведений, но тогда ему было не до анализа. Питер встретил его на повороте и сунул в руку стаканчик с кофе, который через минуту оказался на полу – в палате никого не было. Кровать была пуста. К тому времени, как в больницу приехали Кристина и Пеппер, труп настоящей медсестры, который Паркер нашел в подсобке в подвале, уже увезли. Стало быть, и мозг ему грузила тоже специально подосланная барышня. - Это они, те же, кто стрелял в неё и Пеппер, - шепнул Питер, пока Поттс убеждала старшую Маклауд успокоиться. - Да ну, правда, что ли? – ехидно протянул Старк. – Сам понял, или кто объяснил? Шкет не успел что-то возмущённо булькнуть, Кристина поднялась с кресла и подошла к ним. - Тони, я не знаю, в курсе ли вы... – Судя по тому, как она мялась и подбирала слова, это было именно то, о чем он подумал. - Я знаю о том, что случилось два года назад, если вы об этом, - кивнул мужчина. - Ава рассказала? – недоверчиво нахмурилась женщина. - Имею полезную привычку проверять своих сотрудников. Так что такое? Кристина несколько мгновений смотрела на него. Он не осудил, хотя большинство на его месте сделали именно так. К чему думать головой, когда вот он, готовый вывод в рапорте? Как же не довериться родной полиции?! Особенно, когда это так удобно. - Я просто подумала... Считайте, материнское чутьё или интуиция, но... – Кристина переглянулась с Пепс, и та поддержала её кивком. – Отец того... ублюдка, Оуэна... Дерек Николс. Он был врачом. Кому как не врачу удастся похитить раненого человека из больницы и не оставить следов? На самом деле это была зацепка. Это было даже больше, чем зацепка. Кристина, возможно, сама не понимала, насколько помогла Тони искупить то, что он проморгал. - Почему вы говорите об этом мне, а не полиции? – поднял бровь Старк. - Потому что два года назад полиция обвинила тринадцатилетнюю девочку в убийстве того, кто неделю держал её в заточении, по капле вытягивая кровь шприцами! – зло прошипела она. В гневе её сходство с дочерью стало очень заметным. – Может быть, вам удастся найти её быстрее. И уж вы-то точно не станете винить Аву в чём-то подобном. Даже если там, где он найдет девчонку, обнаружится гора расчлененных трупов, он не будет её винить. Спалит эту кучу к чёртовой матери, заметёт все следы – но и слова ей не скажет. Будь на её месте его дочь, он поступил бы так. Ава, впрочем, и так была ему как дочь, только сразу взрослая. - П.Я.Т.Н.И.Ц.а будет держать вас в курсе, - коротко бросил Тони. – Карапуз, ты со мной. И не отставай. Дерек Николс действительно был врачом. Психиатром, а эксперименты были занятным хобби. Пять лет назад он несколько раз пытался пропихнуть в медицинском сообществе тезис о том, что под воздействием внешних факторов – в частности высоковольтного напряжения – некоторые люди способны эволюционировать. Самое смешное, что парочку его постулатов серьезно рассматривали на консилиумах, после чего признали не имеющими под собой никакой почвы и медицинских оснований, «и вообще лишенными всяческой гуманности». Ну и, конечно же, «безнадежно устаревшими». И правда, кто сейчас людей на электрический стул сажает?! Пф, каменный век, вы что... Через три года случилось то похищение, которое закончилось смертью его сыночка. Честно говоря, Тони бы пристрелил блондинчика только за маньячный взгляд, направленный на партнёршу по танцам, который он увидел на одной из фотографий с конкурса. Значит ли это, что сыночка тоже шёл по стопам отца? Или Ава просто стала жертвой его больной, исковерканной родителем психики? На два года Дерек Николс пропал из поля зрения всех служб. Обналичил все счета и исчез. Два года о нём ни слуху ни духу. - Это он ставил над Авой опыты, - сказал Тони спустя три дня безрезультатных поисков. – Это он сделал её телепаткой, я уверен. Чтобы отомстить. Он думал, что она умрёт. Пеппер принесла ему в лабораторию кофе и накрыла уснувшего прямо в костюме Паркера пледом. Парнишка обследовал все «пустоты», которые были отмечены на карте, найденной в Э.В.е, но пока что всё было глухо, как в танке. - И сейчас он делает это снова, а я... Я не могу найти её, Пепс. Не выходит. – Он откинулся на спинку стула, потёр переносицу. – Я так рассчитывал, что блокатор всегда будет на ней, что даже не подумал установить маячок в реакторе. Что, если я не найду её? Что, если опоздаю? Подведу? - Тони, если ты её не найдёшь, никто не найдёт, - проговорила Поттс, опуская руки ему на плечи. – Так что не смей сдаваться и паниковать. Слышишь? - Кудрявый ищет по тем местам, где сама Ава отмечала какие-то провалы, думаю, там были телепаты. Но – тоже ничего, - дёрнул плечами мужчина. – А вдруг она... - Нет! – оборвала его Пеппер. – И не думай даже! Найдём! Я подняла на уши всех, кого могла задействовать. Её ищут, тихо и скрытно, чтобы не спугнуть. Найдём. Кристина ничего не говорила. Но смотрела так, что Тони каждый раз чувствовал, как горло перехватывает от горечи и вины. Он знал, что виноват перед ней. И старался исправить это, как мог. Однако спустя ещё пять дней результатов не прибавилось. И места на карте закончились. П.Я.Т.Н.И.Ц.а, Э.В.А. и Карен круглосуточно мониторили камеры в городе, полицейские частоты и данные ФБР. Он не мог увезти её далеко, слишком велика вероятность, что она не переживет транспортировки, а значит, логово его должно быть где-то здесь. Она совершенно точно нужна ему живой. Матери от этого легче не становилось. Так где же он, чтоб его черти драли?! Паркер почти не разговаривал и школу забросил абсолютно, но Старк даже не заикался ему об этом. Парнишка днями и ночами пропадал на патрулировании, прочесывая город дом за домом. Но его поиски тоже не приносили результатов. В данный момент, спустя ещё два дня, Тони пытался запихнуть в себя что-то, очень похожее на тертый картон и носящее гордое название «отруби». Пеппер выгнала его из лаборатории, сказав, что натравит свою маму, если он не поднимется и нормально не поест. Старк не боялся милейшей миссис Поттс, очень благодарной за говорящий тостер, и спокойно мог проигнорировать угрозу, но П.Я.Т.Н.И.Ц.а предоставила неутешительные данные, что продуктивность его работы падает – организму нужно было либо отвлечься, либо отдохнуть. В таком состоянии он Аву не отыщет, и Тони сдался. В плавный ход мыслей вклинился какой-то посторонний писк, и гений едва не подавился тем, что жевал. Пиликал портативный коммуникатор, встроенный в часы. - Чем порадуешь, П.Я.Т.Н.И.Ц.а? - Прислано от анонимного адресата с припиской: «Ты, кажется, кого-то потерял?» – Программа так точно передала интонацию самой известной русской шпионки, что Старк даже дожевывать не стал – во рту стало кисло – сплюнул в салфетку. Кликнул дважды, разворачивая файл. Там оказались фотографии: два каких-то мужика в аэропорту и они же в такси. - Прогнала через распознаватель? - Мы с вами уже обсуждали, что я не блондинка, босс, - немного раздражённо фыркнула П.Я.Т.Н.И.Ц.а, когда Тони встал за соком. – Мужчина в светлой куртке – Терёхин Владимир Николаевич, русский врач, известный в узких кругах исследователь и экспериментатор. Лишён всех званий и отстранён от врачебной практики за жесточайшие опыты над пациентами в психиатрической лечебнице под Смоленском. Учитывая методы советской медицины в области психиатрии, уровень жестокости, думаю, комментариям не подлежит. Используя данные Щ.И.Т.а, могу сказать, что был завербован Гидрой. Второй ведущий специалист после Золы. Курировал проект «Зимний солдат». - Пам-пам, - едва не сел мимо стула Тони. – А кто второй? - Очевидно, на нем лицевой протез, мешающий чёткому распознанию. - Сжечь бы к такой-то матери всех производителей этой дряни, - прошипел Старк. – Единственное, что нельзя изменить – расстояние между глазами. Совпадение с Дереком Николсом? - 93%, - отчиталась программа. - А такси? Отследила? – чувствуя, как закололо кончики пальцев, поторопил Тони. - Это даже не смешно, босс, - отрезала П.Я.Т.Н.И.Ц.а. – Они вышли на 137-й авеню и зашли в дом номер 219... Босс, Карен прислала сообщение от мистера Паркера и координаты некой телепатической волны. - И откуда она?! Координаты совпадают?! - Почти. Центр импульса где-то под 155-й улицей. Готовить Mark-47? - Да, и передай карапузу, чтобы не высовывался, я скоро буду, - сбегая в лабораторию, скомандовал Старк. – Попались, сукины дети! «Спасибо, Романофф. За мной должок!»

***

Её кто-то грубо тормошил за плечо. - Вставай! Вставай же, рыжая! Господи, сколько она была в отключке, секунд пятнадцать?.. Даже волосы всё ещё электризовались. - Уилл, какого... - У них там собрание, это наш шанс, давай! Поднимайся! Ах да. Результаты же были «фантастическими, эта тварь оказалась даже сильнее, чем я думал!» Несказанно рада была вам угодить. Телепат совсем не бережно вздёрнул её за подмышки, получив в ответ слабый удар в плечо. - У меня шов разойдётся, придурок! Если Старк не досчитается моих лёгких, ты не досчитаешься головы! – прошипела Ава, хватаясь за парня. Ноги пульсировали и кололись миллиардами иголочек, наступать на стопы было больно до слёз. Голова трещала, шея была липкой от крови, что бежала из носа. То ещё состояние, короче. Что-то зажрались вы, барышня. Может, вам ещё карету подать? - Где охрана? – насторожилась Аврора, когда Уилл выводил её из комнатушки. - Отрубил. Девушка коротко глянула на него, при свете ламп в узком коридоре заметив ватки в обеих ноздрях, и постаралась прибавить темп. Всё шло довольно неплохо, они почти дошли до выхода, когда на них наткнулся какой-то техник, один из уборщиков. И он успел поднять тревогу до того, как Уилл ушатал его железным прутом. Дальше пришлось бежать. Но чем дольше они петляли по бесконечным одинаковым коридорам, вырытым под землёй, тем больше запутывались в этих катакомбах. Тупик, в который они влетели, был, в общем-то, предсказуем, но все равно безумно обиден. - Ну, что будем делать? – посмотрел на неё Уилл. И то ли мысли её прочитал, то ли на лице увидел, но вздохнул и хмыкнул: - Я почему-то так и думал. Сначала накрываю я, ты добавляешь сверху. Аврора только кивнула, стараясь отдышаться. Грудь болела – на рубашке клюквой рассыпались капельки крови, шов на спине тянуло. Дыхание было тяжёлым, и в глазах то и дело мелькали черные мушки. Их было около пятнадцати человек. Маклауд почувствовала мощную волну, похожую на ту, что испускала она сама. Люди с шокерами закричали, хватаясь за головы, а когда добавила ещё и Ава, то начали падать один за другим. - Ха, не так уж и трудно, слышишь? – фыркнула рыжая, поворачиваясь к товарищу по несчастью. Уилл сидел возле стены. Из глаз, носа и ушей у него, не ослабевая, текла кровь. - Я ведь сегодня тоже был у этого русского, знаешь? – проговорил он, когда она присела рядом с ним. – Надеялся... А сейчас понимаю, что только ускорил неизбежное. Это было странно – испытывать такую острую жалость к тому, кто хотел твоей смерти. Кто привел тебя туда, где с тобой делали ужасные вещи. Но кто помог, в то же время. Помог, несмотря на то, что помощь эта его подкосила. Но Ава знала, что он умирает, что он уже не жилец. Это могло быть и её будущее. Так уж ли они отличались? И над ним ставили эксперименты, мучали, пытали – убивали. И он старался выжить – любой ценой – ей только больше повезло. Она могла быть на его месте. - Уилл, фигня! – сжала его руку Аврора. – Вставай, идём! Я доведу тебя до Старка! Он всё исправит! Он поможет... Он рядом, я чувствую! - Ты обманываешь меня, рыжая... – качнул головой парень. По щекам у него побежали слёзы. – Я не хочу, не хочу умирать... - Значит, вставай! – в гневе от отчаяния воскликнула девушка. – Вставай, ты, ленивый сукин сын! Давай! Почти полностью взяв на себя его вес, она кое-как встала на ноги. Уилл одной рукой опирался на стену, и таким образом их парочка «хромой ведёт безногого» перемещалась по коридорам – снова в сторону выхода... Они засекли его одновременно и повернули головы влево. Там, за железной дверью, Владимир Терёхин паковал свои бумаги и аппарат и спешно готовился драпать куда-нибудь в Зимбабве. - Поможешь мне? – только и спросил Уилл. Аврора молча потянула его в нужную сторону. Доктор на их появление отреагировал смехом и дулом пистолета. - Столько шума из-за двух уродов! – хохотнул мучитель. – Нашли, кого бояться! Ходячих мертвецов! А я как раз хотел идти вас добивать... - Долго шёл, - прошипела Маклауд, глядя ему в глаза. Лампа на столе мигнула, выдавая её силу. – Брось пистолет! Терёхин удивлённо вылупился на неё, а потом – на свою руку, которая отшвырнула огнестрел. - Вспомни Зимнего солдата во время исполнения дела №211, - продолжила она. Кровь горячей струёй лилась из носа на рубашку, а в голове стоял звон десятка колоколов. Врач посмотрел куда-то словно сквозь них и, побледнев, затрясся от ужаса. Он попятился и упёрся спиной в кресло, на котором сидели когда-то и Ава, и Уилл. - Бейся головой об стену, пока будешь видеть Зимнего солдата, - подхватил парень, тратя последние силы на внушение. Терёхин заорал и с разбегу ударился о стену напротив себя. Потом ещё раз и ещё. Маклауд присела возле стола и помогла Уиллу устроиться. Глухой звук ударов очень напоминал своеобразный метроном. Ава не смотрела на разбивающего голову мужчину, а смотрела на кресло, в котором её держали столько времени. Никакой жалости. - Почему ты помог мне? Зачем? И почему не бежал раньше? – спросила рыжая, чтобы отвлечь телепата. - Потому что до последнего надеялся на спасение, а у Старка не было резона мне помогать, - качнул головой парень. – А помог... Ты боролась. С самого начала. Я ведь здесь дольше тебя. И видел, как ты кусалась, брыкалась, царапалась. Ты боролась потом – на складах, в Шотландии. Ты сильная, Ава. И ты придала мне смелости. Перед смертью можно и признаться, да? – хохотнул он. – Я восхищаюсь тобой ровно настолько, насколько и ненавижу. - Что ж, сочту за комплимент, хоть моё пробитое по твоей милости лёгкое со мной не согласно, - улыбнулась она. – Получается, нас только двое таких осталось? - Тот, кого послали за тобой в Шотландию... лопнул уже здесь. – Уилл нахмурился и потёр лоб. – Была ещё какая-то девчонка, Николс брал её с собой, когда в больницу за тобой бегал. - Где она? - Хрен знает, я её даже в лицо не помню. Итого – трое. Доктор, колотящийся башкой о стену, начал подвывать, как раненый зверь, но продолжал. - Наконец-то внушение подействовало как надо. Наверное, я слишком жестокий для Мстителей, - хмыкнул Уилл, с ухмылкой наблюдая за спятившим. - Жестокость – понятие относительное, - прошептала рыжая. Она больше не слышала его. Парень сидел, чуть запрокинув голову, затылком упираясь в письменный стол своего мучителя и даже после смерти наблюдая, как он удар за ударом убивает себя. Маклауд ладонью утерла бегущую из носа кровь и этой же рукой закрыла ему глаза. Итого – двое.

***

- Мистер Старк, я повязал всех, помощь нужна? – раздался в динамике спокойный, даже отрешенный голос Паркера. - Нет, тут всего... одна тепловая сигнатура. Обыщи другие помещения, Ава должна быть где-то там. Упырь подготовился. Из дома 219 по 137-й авеню был длинный тоннель, который выводил к целому подземному комплексу, экранированному весьма и весьма недурно. Конечно, от Старка спрятаться ещё никому не удавалось, но от тех же ФБР – вполне. Десяток человек охраны было им на пять минут, и Тони, просканировав территорию, засек, что человек семь-восемь драпают в противоположную сторону. Направил туда Паучка, сам пошел обследовать базу. Кто знает, какие сюрпризы эти ненормальные могли здесь оставить? А у Паркера лишь спандекс. Надо бы что-то придумать с этим... В комнате горела только лампа над столом. Тепловое излучение исходило откуда-то снизу. Сделав шаг вперёд, Железный человек не удержался от матюка. Мальчишка, на вид едва ли старше двадцати, сидел, безвольно склонив голову к плечу. На лице, и без того испачканном в крови, у него отпечаталась чья-то красная свежая пятерня, которой закрыли глаза. Мертв. Недавно, но всё же. Но тепло регистрировалось не здесь. Старк склонился вниз, и ему в маску уперлось что-то, испускающее электричество. Аврора устало посмотрела на него, когда шлем втянулся в костюм. - Ну тебя искать замучаешься, - нарочито весело хмыкнул он. Кивнул на кровь на лице. – Смотрю, колдовала, ведьма? Против кого? Она перевела взгляд куда-то ему за спину. Там стояло кресло, на которое Тони поначалу даже внимания не обратил. За ним лежал человек, чья голова представляла собой месиво из мозгов и черепных костей в луже крови, пропитавшей белый халат. - Николса повязал Чувачок, стало быть, это Терёхин, - заключил Старк. – Надеюсь, он сдох в муках. - О да, - сказала она. – Возьми Уилла. Я... не успела привести его к тебе. Он... спас меня. Я... У неё затряслись губы. Из глаз покатились слёзы, и она, как ребёнок, протянула к нему руки. Тони осторожно вытянул её оттуда и, поставив на ноги, прижал к себе, чувствуя, как страх где-то за грудиной постепенно отпускает, сменяясь на другие эмоции. Отвратительная больничная рубашка в мелкий цветочек была вся пропитана потом, кровью и прочим. Эти твари её даже в душ не пускали! Мужчина сцепил зубы, хорошо понимая, что своей яростью сейчас может напугать девчонку, чья психика, судя по показателям, и так держалась на честном слове. Хоть бы ничего не загноилось... Через несколько минут их нашел Питер, и, увидев парня, девушка шагнула к нему и просто разрыдалась, утыкаясь в плечо, затянутое костюмом. А спустя мгновение, стоило ему поднять её на руки, рыжая отключилась. Слава богу. Ей пора отдохнуть.

***

Бамс! У вас что-то упало. - Ава?! – Кристина влетела в комнату, застав дочь на полу. - Да я в порядке... – пытаясь подняться и одновременно выпутаться из одеяла, прокряхтела Маклауд. – Паучий случай, что ж так всё болит-то?.. - Ну, ты сутки спала в одной позе, даже не переворачиваясь, - улыбнулась Кристина, помогая дочери встать. Развела руки в стороны. – В постели ты звезда, да?.. Аврора посмотрела на свою маму, и ненависть вспыхнула в ней с такой силой, что ей больших трудов стоило удержать лицо. Это всё он, Дерек-гребанный-Николс, чтоб ему и его сыну гореть в Аду! Это из-за него её мамочка так нервничала, из-за него она постарела на добрый десяток лет всего лишь за две недели! Из-за него! А где он, кстати?! Так, потом... Рыжая шагнула к маме и крепко вцепилась в неё, обнимая почти до хруста. Та сжала её в ответ. Материнские мысли текли к дочери бурным потоком, но сейчас Ава как никогда была рада это слышать и ощущать. - Если хочешь, можешь сегодня не идти в школу, - тоном великой милости проговорила ей в макушку мать. - Праздник, что ли? - Конечно. Она сказала это иронично, но голос дрогнул, и сразу стало всё понятно. Даже мысли читать не нужно было. Старк сказал, что её там пытали. Держали взаперти, на каком-то стуле, почти не кормили и даже не разрешали мыться. Да Кристина и сама видела, когда вчера купала бессознательную дочь. Реактор в груди приживался хорошо, хоть оттуда и просачивалась иногда кровь, и лишь чудо помогло шву на спине не разойтись и не загноиться. На запястьях поверх старых, уже еле видных шрамов от наручников были свежие синяки от каких-то креплений. На лодыжках и особенно на висках – та же история. Что они делали с ней?! Зачем?! За что?! Судя по запавшим, полыхающим каким-то страшным, мрачным огнем глазам миллиардера, виновные получили сполна. Хотя Маклауд-старшая не отказалась бы лично понаблюдать за этим. Отец всегда говорил, что «стрекозочка в рубашке родилась». Может, и прав был старик. Ава, прочитавшая мысли мамы, вознесла благодарность гениальному уму и проницательности Тони. Знать обо всех кошмарах Кристине не обязательно. Не совсем честно, однако лучше, чем если она не будет спать ночами и доведёт себя до инфаркта, переживая за дочь каждый раз, когда та выходит из дома. Хватит и того, что Аврора знает. - Пойду чайник выключу, - чмокнула её в макушку мама и вышла из комнаты, на ходу вытирая слёзы. - Э.В.А.? – позвала девушка шёпотом. На ощупь блокатор тоже не чувствовался, но рыжая слишком хорошо себя контролировала, чтобы не заподозрить кое-что. - Привет, Аврора! – радостно откликнулась программа. – Я скучала! Мы так долго тебя искали... Провожу сканирование физического состояния, мистер Старк запрашивает результаты каждые два часа. Тебе нужно поспать, Аврора. Сказано было недовольно и слегка сварливо, очень живо напомнило бабушку. - Ага, я тоже тебе рада, - отозвалась Ава. – Индивидуальный режим. - Выполнено, - отчиталась Э.В.А. Маклауд улыбнулась. Благодарность, не сравнимая ни с чем, затопила её. Тони – такой Тони. Найти, спасти, позаботиться обо всём – и сделать вид, что ничего не было. - Ава, завтракать идёшь? - Блинчики с сиропом? – улыбнулась она, думая, куда хочет больше – в душ или в туалет. - И даже с черничным вареньем, - отозвалась мама с кухни. Ну, это был железобетонный аргумент, поэтому ванна с туалетом подождут.

***

Она, как и всегда, открыла дверь раньше, чем он в неё постучал. Ава распахнула глаза, увидев его, и тут же сжала зубы. Но обернулась назад и крикнула: - Мам, я в школу, Питер пришел. Кристина выглянула в коридор: - Привет, Питер! Осторожнее в школе, ребята. - Ага, конечно. Люблю тебя! – Подхватила рюкзак и захлопнула дверь. – Ты, что ли, вообще не ел всё это время?! Куда девалось мясо на костях?! Как я тебя теперь за задницу щипать буду?! Паркер смотрел на неё и молчал. Всё те же рыжие волосы, зелёные глаза, звонкий голос и беспардонные шутки. А ещё глубоко запавшие глаза, темные круги под ними, еле заметные морщинки вокруг губ, талия, которую он сможет обхватить одной рукой, наверное. Тонкие пальцы, в которых только кости и сухожилия. Ребра, заметные даже под свитером. Острые ключицы. - Да-да, я знаю, что далеко не красавица, - закатила она глаза, вызывая лифт. – Но не обязательно... Паук не дослушал, много чести – слушать всякий бред, а просто сжал её в своих руках. Так сильно, что она задохнулась. Здесь. Живая. Настоящая. - Я здесь, - сказала Ава, обнимая его за талию. – Вы нашли меня. - Ты сама нам помогла, - глухо выдавил Питер. – Сами бы мы не справились. - Без разницы. Вы вытащили меня оттуда. Зелёный встретился с карим, и Аврора ярко улыбнулась, чтобы сразу же впиться ему в губы поцелуем. - ...Что за разврат?! И куда только ваши родители смотрят! – вторгся в их маленький мирок голос консьержа. – Маклауд, вот я матери нажалуюсь! Она, держа Питера за руку, лишь с ухмылкой пробежала мимо, напоследок помахав ладонью. Возле машины уже стоял Хэппи, который распахнул руки в объятьях. - Ну и напугала же ты нас, девочка! Питер с Тони чуть с ума не сошли! - Я не специально, - фыркнула рыжая. Всю дорогу до школы Паркер просто держал её за руку и молча смотрел. Он боялся, что стоит ему отвернуться, как она исчезнет. Как тогда из палаты. - Ты не виноват, - качнула она головой. - Они умыкнули тебя у меня из-под носа, - горько усмехнулся Питер. – Так что это моя вина. - Ты не знаешь, что было у них в головах, а я знаю. И поверь, если бы они не сделали этого так, то вполне бы сделали это, организовав тебе кровоизлияние в мозг, - пожала плечами Маклауд. – Лично мне ты больше нравишься живым. Не то что бы я была привередой. - Ава, это не... Не смешно, понимаешь?! – внезапно резко сказал шатен. – Я виноват, я не доследил, я облажался, я... - Я не хочу об этом говорить, Питер, - устало обрубила Аврора. – Я более всех вас понимаю, насколько там всё было серьезно и плохо. И в напоминаниях не нуждаюсь. Ты хочешь искупить свою вину, я слышу. Значит, больше ни слова об этом. Ни единого. Договорились? Человек-паук смотрел так, будто она его без ножа режет. Как она может так спокойно об этом говорить?! Как может не понимать, что он... - Договорились? – начала давить Ава. - А её все так же невозможно переспорить, - фыркнул Хоган, выруливая к школе. - Я вообще не понимаю, зачем кто-то со мной спорит, если можно просто согласиться, - невинно похлопала ресницами девушка. – Паркер, хорош изображать серьезность. Такого страха мне на три жизни вперёд хватило. Питер не удержался – фыркнул. - Ладно. Больше ни слова. - Слава богу. Идём. Королевство заждалось своей королевы, - пафосно изрекла рыжая. - Ага, - хмыкнул шатен, обходя машину и придерживая её за руку. После чего порылся в рюкзаке и достал оттуда какую-то корону, почти полностью скрытую за розовыми перьями и бантиками. – Чтоб наверняка все знали, кому кланяться. - Вот даже спрашивать не буду, зачем ты таскаешь с собой розовую корону, - в притворном ужасе качнула головой девушка. - Вот даже не спрашивай, - преувеличенно серьезно кивнул Питер. Аврора расхохоталась и, шутливо вздернув подбородок, павой поплыла на урок.

***

Первый день в школе спустя столько времени отсутствия прошел хорошо. То есть ужасно, конечно, но это, знаете ли, смотря с чем сравнивать. Если с тем же электрическим стулом, то это был просто долбаный Диснейленд с живыми принцессками и мороженым. Историк, очевидно, заскучавший хоть по кому-то, кто знает первого президента США и годы его правления, неистово радовался её появлению. Выражалось это, правда, в сарказме и огромном количестве ядовитых вопросов, но опять же - всё познается в сравнении. Испанский и химия прошли также весьма бодро, математика была вотчиной Паркера, так что там Маклауд даже не отсвечивала, прячась за Неда каждый раз, как миссис Джонс поворачивалась в её сторону. Святая женщина, понимая, что после стольких дней пропусков не стоит ждать от рыжей высоких результатов, даже не пыталась выудить из неё хоть сколько-нибудь вразумительных ответов, милостиво делая вид, что не понимает, кто решает Аве все задачи. На праве проходили Билль о права от 1791 года. О нём Аврора знала из истории, так что хоть тут смогла реанимировать свою самооценку, изрядно пошатнувшуюся на прошлых уроках, где она сидела как пенёк с глазами. - Нед, а где Энни? – ткнула рыжая в бок Лидса. В мыслях парня промелькнуло что-то вроде недоумения, кто такая Энни. Но после некоторых секунд раздумий он пожал плечами: - Не знаю, а что? - Ничего, так спросила, - задумчиво ответила Ава. Создавалось впечатление, будто Нед знать не знает, кто такая Энни Лоуд. Странно и... У них с Питером одновременно пиликнули телефоны. «Я отпросил тебя у директора, мамы, Пеппер и даже Чувачка в трико, поэтому собирай портфель и на выход. У тебя три минуты». - Мистер Старк хочет забрать тебя куда-то, - произнес шатен, глядя на Аву с без слов понятной просьбой. - Не хорошо отказывать тому, кто спас жизнь, да? – скидывая вещи в сумку, быстро улыбнулась рыжая, сделав вид, что не понимает намеков – и мыслей читать не умеет. Вряд ли Тони затеял нечто подобное просто так. У него на всё есть причина. Даже если сначала идея кажется бредом. Практически сразу за ней зашёл директор и лично сопроводил до машины с тонированными окнами. Попрощавшись с ним, Ава села на сидение рядом с водителем. - Я бы организовал тебе детское креслице, но времени нет, - хмыкнул Тони, заводя мотор. – Как ты, шмакодявина? - Живая, - кивнула она. – Спасибо за реактор. - Спасибо за Пепс, - без своего обычного сарказма сказал мужчина. – Она, кстати, приглашает вас с мамой к нам на ужин. И вот ещё держи. Ванда просила передать. Маклауд развернула листок и, вчитавшись, в очередной раз поразилась, насколько хорошо Алая ведьма изучила её. Даже находясь так далеко, Максимофф точно знала, что Ава собирается делать. И оставила короткие, но доходчивые инструкции. Старк был задумчив и немного мрачен, и сейчас, как никогда, надеялся, что Аврора прочитает его мысли. Он был не уверен, что поступает правильно. Совсем не уверен, но... Когда «Десять колец» держали его в плену, больше всего на свете ему хотелось отомстить за себя и за Хо Инсена. И стоило ему узнать, что главарь этих крыс уже мертв, Тони пришёл в ярость. Они только пару раз окунули его головой в воду, ударили и унизили, а девчонку месяц и две недели прожаривали током. За такое Тони убил бы без раздумий. Насколько он узнал Аврору Маклауд, она была в этом почти его копией. - Я хотел сделать это сам, - произнес мужчина, наконец, постукивая пальцем по рулю, когда они стояли на светофоре. - Но правильно решил, что это моё право, - сказала Ава, глядя в свое окно. – Что ты наврал Питеру? - Что ты нужна мне и Пеппер для одного дела. – Тони лихо вывернул руль, паркуясь фактически на лету. - Хорошо. Это был не штаб Мстителей, но тоже какое-то офисное здание, принадлежащее Старку. Охрана почтительно здоровалась с ним, он шутил и улыбался, приветствовал всех и каждого едва ли не по имени. - Что здесь? – спросила рыжая, поднимая голову к стеклянному потолку. - Часть моих идей, которые можно использовать в быту, - пожал плечами мужчина. - Типа говорящего тостера? - Просто признайся, что тоже хочешь себе такой, - закатил глаза миллиардер. - Сплю и вижу, ага, - засмеялась девушка, вместе с ним заходя в лифт. Однако стоило Старку нажать на самую нижнюю, практически скрытую кнопку, как из панели наверху вырвался луч, просканировавший брюнета с ног до головы. - Здравствуйте, мистер Старк, - проговорил женский голос. - Привет, Долорес. Как дела? - Без изменений, сэр. - Скучно и грустно, значит. - Что поделать, сэр. - Долорес? - прошептала удивлённо Ава. - Ну, можешь звать её «Дот», хотя она всё равно реагирует только на меня, - пожал плечами гений. - И как расшифровывается? - Никак. Просто имя. Слышал где-то. Тони так желчно улыбнулся, что Аврора не удержалась – глянула его мысли одним глазком. «А ты спустил три бакса, чтобы выиграть медведя для рыжей...» - усмехнулся голос-воспоминание. Капитана Америка узнать было несложно. «Как её звали?» – спросил ещё один голос, низкий и звучный, однозначно мужской, но незнакомый Аве. Видимо, тот самый «патлатый дружок», Джеймс Барнс, Зимний солдат. «Долорес. Но ты звал её Дот». «Ей сейчас, я так понимаю, под сотню...» «Как и нам...» Старк не хотел это вспомнить и слушать тогда запись из квинджета – тоже, случайно вышло, но даже так бывший друг приносил ему боль. И назвав искусственный интеллект именем какой-то девчушки из их прошлого, гений хотя бы себе показал, что держит всё под контролем. Что это их воспоминание, так же, как и они сами, засунуты в самый дальний офис, на самый нижний этаж, откуда он, Старк, никогда их не выпустит. Тони глянул на девушку, стоявшую рядом с ним. Она смотрела, словно действительно понимала. А потому шагнула и крепко обняла, прижимаясь к его боку. Поддерживая. Это было неожиданно и... пожалуй, приятно. Очень, да. Как бы он не показывал, но Энтони Старк не каменный. - Ну ладно, хватит, ты напоминаешь мне, что за мужественностью и сексуальностью прячется мягкосердечность и сентиментальность, - ворчливо отозвался Тони, напоследок похлопав её по худой спине, где даже сквозь одежду выпирал хребет. Девушка хитро улыбнулась, но выпрямилась, и как раз в этот момент лифт остановился. Длинный коридор, облицованный светлыми панелями, много света и дверей, мимо которых Тони шел быстро и уверенно. Маклауд старалась поспевать за его шагом. Наконец, через пару минут таких блужданий, Старк молча указал ей рукой на железную дверь.

***

Николс сидел на стуле у стены и был прикован к ней железным ошейником и цепями, идущими от шеи, рук и ног. Перед ним стоял поднос с уже опустевшими тарелками. Заметив Аву, мужик постарался не выглядеть таким жалким и сломленным. - Пришла поглумиться? Да вот только силёнок у тебя не хватит! Кишка тонка, - якобы жутко смело фыркнул Дерек. - Все так говорят... поначалу, - покивала рыжая, припоминая ему его же слова. Подтянула ногой стул, села на него в метре от мужика, спокойно положив ногу на ногу и опустив сверху руки. - Ты должна быть благодарна мне! Я хотел усовершенствовать тебя! Сделать лучше! – запальчиво воскликнул чокнутый, используя последний аргумент. – И я сделал! Посмотри, как ты сильна! Ведь ты стала венцом моих исследований... Откровенно говоря, Аврору не интересовали его бредни. Их она вдоволь наслушалась, сидя на том кресле и чувствуя, как мозг плавится от электричества. Дерек Николс всегда хотел быть одним из Гидры. Ему они казались действительно гениальными изобретателями. Куда уж там Старку с его консервными банками, которыми он планирует защищать тупой скот, именуемый людьми, гражданами. Тьфу! Но в Гидру брали только тех учёных, которые уже чего-то достигли, чьи разработки имело смысл финансировать. У Николса были лишь домыслы, но он не отчаивался. Любимый сын его поддерживал, жена, в одночасье убедившаяся, что живёт с монстром и породила такое же чудовище, была использована с пользой для дела. Но – увы! Первый блин оказался комом, у каждого человека была разная проводимость, и теперь Дерек и Оуэн Николс искали тех, кто мог стать идеальным вариантом. Аврору Оуэн не хотел использовать. Она нравилась ему по-другому, её он хотел оставить себе. Но Дерек, проведя анализ крови, понимал, что эта рыжая девочка – то, что они искали так долго. Он уже убедил сына, почти успел тогда приехать на предприятие, но... Ава успела раньше. Дерек нашел Оуэна истекшим кровью и поначалу даже не поверил, что сыночек, его любимый сын, счастье его и радость, его продолжение, умер. И действовал на автомате, стирая все следы его там присутствия, удивительно грамотно подставляя Маклауд... Девушка методично перерывала его сознание, ища то, что ей было нужно, и когда она это нашла, ценность жизни сумасшедшего ученого упала до нуля. - Оуэн знал, что я боюсь уколов, - прервала его на середине слова рыжая. – И знаете, в чём ирония, Дерек? Доктор машинально качнул головой, но тут же попытался взять себя в руки. Ухмылка рыжей твари навевала какую-то инстинктивную жуть. Так же она улыбалась гению Терёхину, рассказывая про Зимнего солдата. Старк показывал фото, где великий учёный лежал мёртвый с разбитой головой. - Малышка придёт и за вами, - ухмыльнулся тогда миллиардер. – Она у меня такая затейница, вам и не снилось. Николс сглотнул, пытаясь себя убедить, что Старк врал и вообще, бояться своего создания, этой мелкой шлюшки, просто смехотворно. - Я знаю, чего боитесь вы. Ванда писала, что если человек чего-то боится, действительно боится, прям до мокрых штанов, то этот образ всегда яркий и четкий. Чтобы мозг мог быстро сравнить, если встретит подобное в реальности, и запустить механизм защиты – бегство. («Часть сведений из личной практики, часть – из учебников по психологии, их список прикладываю, почитай, занимательно».) Всё, что нужно было сделать Авроре, найти этот страх-образ и заставить мозг поверить, что это происходит в действительности. Дерек Николс боялся змей. В детстве в его кровать заползла гадюка, благо, под одеяло залезла сначала собака, а не он. Но с тех пор эти твари вызывали у него ступор и то самое состояние, которое врачи называют фобией. Он не мог на них смотреть, тахикардия начиналась даже от звука, похожего на шипение. Ава с милейшей улыбкой, какую видела у него, когда он пускал через нее ток, решила, что это – самое оно. Змеи всех размеров и расцветок наполнили пространство между ними. Дерек дернулся и вжался в стену с таким неописуемым ужасом на лице, что рыжая едва не простила его. Ползучие штуковины, которых видел только он, извивались, поднимали головы, шипели и пробовали воздух раздвоенными языками. Одна, самая толстая и длинная, коричневая в светлое пятно, начала подползать к нему, угрожающе шипя и оскалив клыки. Николс свалился со стула и попытался отползти в угол, но цепей не хватало. Он скулил, зажимался, сворачиваясь в позу эмбриона, и змеи наползали на него сверху, забирались через штанины под одежду, холодя кожу мерзкими тельцами. Сердце его стучало всё быстрее и громче, физиономия краснела, наливаясь кровью, тело бил озноб и ледяной пот стекал ручьями. Это было противно и страшно наблюдать. Ава несколько раз одергивала себя, заставляя продолжать. Совесть говорила: «Не уподобляйся ему!» А разум напоминал: «Он тебя никогда не жалел!» В его иллюзии та коричневая гадюка размером едва ли не с анаконду стала делать пробные броски, запугивая жертву. Под мужчиной расползалось мокрое пятно. Рыжая поднялась со стула и, больше не оборачиваясь, вышла. - Дот, как закончит, отзеркаль Э.В.е, - попросил Старк, даже не заглянув внутрь и обнимая девушку за плечи одной рукой. Они не успели зайти в лифт, как раздался голос Э.В.ы: - Дело сделано, Аврора. Разрыв сердца. Тони глянул на Маклауд. Та не выглядела счастливой, но и расстроенной – тоже. Она подчистила хвосты. Больше за ней никто не придёт. Теперь она может спать спокойно. - Не говори Паркеру, - попросила рыжая, когда они уже сели в машину. - Боишься, не поймет и осудит? – поднял бровь Старк. - А ты знаешь того, кто был бы добрее и чище Питера? – повернулась она к Железному человеку. Гений едва удержался от того, чтобы качнуть головой. Нет. - Партизанить так партизанить, - согласно кивнул Тони. – Узнала всё, что хотела? - И даже больше, - устало откинулась на подголовник Ава, закрывая глаза. – Э.В.А., полная мощность. «Я знаю, что ты слышишь, Энни, и даю тебе шанс. Ты знаешь, что случилось с Николсом, Терёхиным и теми, кто думал, что сможет навредить мне и моим людям. Ты уедешь из города, из страны и больше никогда не вспомнишь обо мне. Потому что если вспомнишь – я услышу. И найду тебя. И тогда пощады не будет. Хорошей жизни... подружка». Вот теперь – действительно всё.