4. Помощь
27 августа 2019 г., 18:03
***
Оказывается, история с «крысятничестве» была не более, чем проверка на стрессоустойчивость. Методы у них такие, оказывается. Я чуть не умерла, пока летела обратно в Корею, мысленно уже собрав чемоданы! Слава Богу, все разрешилось более, чем хорошо, и ты продолжила работать в том же бешенном ритме. Проработав в компании еще около месяца и оценив мои способности, меня перевели на другую должность – в принципе, работы не убавилось, но обязанности немного изменились. Ну что ж… будем работать и так… — Дубль! Так, давайте попробуем ещё раз! — когда я подходила к месту съемок, слышался громкий голос режиссера. — Хосок, не подымай так сильно подборок в кадре, Джин, ты не лезь раньше времени! — Привет, растяпа, — я подошла к Эни, которая со скучающим видом наблюдала за бантанами, скачущими по съемочной площадке, и вложила забытый дома телефон прямо в руки. — Парень твоей мне уже все провода оборвал. Позвони ему, пока он отряд особого назначения не вызвал. Да и вообще, дергать меня с законного выходного… — Зато карму прочистила, — подруга быстро заткнула меня очередной колкостью, схватила телефон и отошла чуть в сторону, набирая любимому. Я же присела на стул, и, напустив на себя тоскующий вид, внимательно стала наблюдать за происходящим на съемочной площадке. Сегодня был последний день съемок нового клипа бантанов, поэтому ПиДи-ним беспощадно выжимал из них все соки. Ребята выглядели уставшими, но совершенно счастливыми. Завидев меня, парни дружно помахали руками, а затем снова вернулись к интересному обсуждению, указывая на огромный аквариум, заполненный водой. Только Тэхёна нигде не было, и сердце от этого сжалось в ком. С тех пор, как мы вернулись с Осаки, между нами происходило что-то непонятное. Надо быть полной дурой или слепой, чтобы не чувствовать этого, хотя я старательно делала вид, что между нами нет никакой симпатии, Анита не упускала случая подколоть меня. Все мои отрицания и упреки дружно игнорировались. Казалось, об этом знают все, и, несмотря на все мои попытки оттолкнуть парня своей холодностью и взыванию к здравому смыслу, он всегда каким-то образом умудрялся подыскать ко мне нужный ключик. С каждым днем он становился мне ближе, дороже, и , честно, от этого становилось страшно…Неужели я опять совершу эту ошибку?? — … да, и я тебя. Пока, — услышав прощальную реплику Эни и ее приближающие шаги, я поспешно встала со стула, уступая единственное место. — Я могу подарить тебе чехольчик на веревочке. Носишь телефон на шее, как бабулька, и не забываешь дома. Очень удобно. — Ой, можно подумать, ты не рада приехать сюда? — Анита снисходительно скривила губы. От такой наглости я даже не сразу нашлась, что ответить, лишь раздраженно фыркнула, сунула руки в карманы и отвела взгляд в сторону съемочной площадки. — Тэхён переодевается, — Эни опустилась на стул и лукаво улыбнулась. — Уже скоро должен выйти. — Я ведь не спрашивала, где он, — я беззаботно пожала плечами, разгоняя волнение. — Ну, само собой, — подмигнула Эни, и как ни в чем не бывало, продолжила. — Только что отсняли часть, где он нырял вон в тот аквариум, и он сильно замерз. — А тут в курсе, что есть такая профессия «дублер»? — волнение таки вырвалось само собой. — Зачем его в холодную воду засунули? — Ну, во-первых, мы ему предлагали, но он сам захотел выполнять трюки. Во-вторых, обычно на съемочных площадках дежурит врач, если ты забыла, и он следит за его самочувствием, — Эни успокаивающе подняла ладонь. — Не переживай ты так за своего Тэхёна. — Он не мой, — огрызнулась я, отворачиваясь. Щеки вспыхнули, едва мне стоило представить, что с ним могло что-то случиться во время съемок. — У меня работа такая, переживать за них. За всех. — Естееественно, — не унималась Эни. — Только вот когда Чимина заставили на байдарке сплавляться, ты ни слова не сказала. — Ты здесь? — послышался взволнованный голос, отчего в груди зажало, и я резко обернулась. Тэхён стоял позади, глядя то на меня, то на Эни. Его волосы были не до конца высушены и откинуты назад, и без грима, с полотенцем на плечах, он выглядел ещё домашнее и уютнее. — У тебя ведь выходной. Мать твою, это просто влажные волосы, это просто капли воды, стекающие вниз по мраморной коже, так какого хрена внутри такой пожар? — Ой, кажется, меня Джей-Хоуп зовет, — Эни «как-будто не специально» вскочила на ноги и поскакала к Хосоку, который что-то увлеченно обсуждал с Намджуном, видимо даже не подозревая, что он только что «кого-то позвал». — У тебя ведь сегодня выходной, — повторил Тэхён, кивая в сторону отходящей подруги. — Эни забыла дома телефон, я ей привезла, — я перекатилась с пяток на носки, прокручивая в голове подходящие вопросы. — Эммм… Чем занимался последние двое суток? — Ничем особенным, — парень безразлично пожал плечами, а я лишь многозначительно хмыкнула, поджав губы, стараясь унять вновь вскипающую лаву в крови. Я судорожно прикидывала, чтобы такое выдать, чтобы скрыть свое волнение, но тут он сделал шаг ближе и протянул руку к моему лицу. — У тебя... ресничка упала. Мир словно замер, когда он коснулся моей кожи, не подозревая, что от этого прошел дикий резонанс по всему телу, до самой души. В горле пересохло, а сердце просто заходилось в груди, когда он большим пальцем провел неспешную линию по скуле. Парень чуть отстранился, не убирая ладонь от моего лица. — Я скучал по тебе. Я давно не видел тебя, — почти шепот, поглощаемый фоновой музыкой, и, тем не менее, он прогремел громче набата. Я не смогла выдавить ни звука, стараясь просто дышать, глядя в его кофейные глаза. И я тонула в них, тонула нещадно. У меня не было шанса спастись от них. Ни единого… Мы стояли и смотрели друг на друга, что не сразу заметили приближающегося ассистента. Ви тут же оторвался от меня, сделав жест, будто смахивает ту самую ресничку. — Ви, ты в норме? — подошедший мужчина поздоровался со мной кивком головы, а затем повернулся к Тэхёну, хлопнув того по плечу. — Продолжать сможешь? — Да, сейчас. Удовлетворенный его ответом, мужчина вернулся к оператору. — Извини, — Тэхён проводил его взглядом, и виноватым тоном прошептал. — Мне пора. — Конечно, — я покорно отошла в сторону, давая ему возможность пройти к группе. — Увидимся завтра. Едва он отошел на приличное расстояние, как тут же рядом со мной образовалась Эни, тепло обнимая за плечи. — Мне кажется, или со стороны вы ну просто идеально смотритесь? — Кажется, — отрезала я, загоняя будоражившие мысли обратно, и очень умело перевела тему, хотя внутри просто все кипело. — Я поеду домой. И насчет веревочки подумай.***
На следующий день, когда я подъехала к высотному зданию, бантаны уже стояли на улице, вжав голову в плечи от сухого зимнего воздуха. Сделав вид, что у меня безумно важное дело в телефоне, я скомкано поздоровалась с ними, и лишь когда они уселись на свои места и мы тронулись, позволила взглянуть на них в зеркало заднего вида. Я все же смогла посмотреть на Тэхёна, смиренно дремавшего на плече макнэ: он выглядел больше болезненно, чем устало. «Что-то не так» — волнение все же всколыхнуло только что успокоившееся нутро. Я выскочила на улицу, и, не дожидаясь пока машину покинут все мемберы, залезла в салон. Присев на корточки перед так и не открывшим глаза Тэхёном, я с замиранием сердца коснулась ладонью его вспотевшего лба. Тот лишь едва слышно простонал, прильнув ко мне ближе. — У него жар, — я окинула взглядом столпившихся около него мемберов. Чонгук недоверчиво протянул свою ладонь, проверяя правдивость моих слов. — Я в порядке, — едва слышно промямлил Тэхён, даже не шелохнувшись. — Да он горит весь, — макнэ кинул тревожный взгляд на посерьезневшего Намдужна, который тут же стал отчитывать полуживого парня. — Я же предупреждал тебя, что можешь заболеть. — И что будем делать? — даже Чимин вмиг взбодрился. — Всё нормально, — слабым голосом повторил Тэхён, попытавшись встать, но тут же был заботливо уложен Юнги. — Ты как овощ, — констатировал репер. — Тебе нужно домой. — Я смогу… — Давай без героизма, пожалуйста, — на этот раз не выдержала я. Парень впервые открыл глаза и посмотрел прямо на меня. — Я не позволю тебе выйти в таком состоянии. — Чонгук, — лидер обратился к макнэ. — Ты же сможешь исполнить его партию? — Без проблем, — с готовностью отозвался парень, и все, не сговариваясь, согласно закивали. — Но… — Даже не обсуждается, — слабая попытка Тэхёна была безжалостно прервана лидером. — На тебе места живого нет. Хайди, ты останешься с ним? — Конечно, — не вставая, я повернулась к лидеру. — Я позвоню Юмин, чтоб забрала вас после эфира.***
— Я вколол ему жаропонижающее, оно начнет действовать через полчаса, — укладывая в рабочий чемоданчик свои инструменты, дежурный врач инструктировал меня перед уходом. — Горячее не давать, желательно раздеть, пока жар окончательно не спадет. Можно положить на лоб холодное влажное полотенце. — Спасибо, Анбин-сонбеним, — я поклонилась мужчине и проводила его до выхода. Только дверь за ним закрылась, я со вздохом прильнула спиной к стене, глядя на винтовую лестницу. Когда я вошла снова, парень лежал с закрытыми глазами, укутанный по шею в одеяло, скрючившись и едва слышно постанывая. Комнату освещал лишь неяркий свет торшера. На носочках, чтобы не тревожить его, я подошла поближе и ласково погладила его по взлохмаченным волосам. — Тебе нельзя кутаться, иначе будет хуже. — Холодно, — дрожащим голосом ответил парень, не глядя на меня. Я присела рядом, положив полотенце на тумбочку, и, заставив его развернуться на спину, медленно стала стягивать одеяло ниже. — Нужно чуть-чуть потерпеть, скоро лекарство подействует. Тэхён сжался, но все же послушно позволил стащить с себя одеяло, согревающее его. Мне казалось, что сердце просто бьется в истерике о грудную клетку, когда взгляд скользнул по его телу. Нервно сглотнув, я аккуратно положила холодное полотенце на лоб. Парень вздрогнул, но промолчал. — Так стыдно перед ребятами, я их сильно подвел, — он чуть приоткрыл глаза. — Как они там? — Вот что за человек, а? Сам еле шевелится… — я с укором покачала головой, поправляя полотенце, но добавила. — Я звонила Намджуну, когда врач тебя осматривал. Все в порядке, эфир скоро начнется. Они уже разогрелись, и Чонгук настроился, чтобы за двоих отработать. Успокоившись от моих слов, парень слабо улыбнулся и прикрыл глаза. Меня его забота о близких, такая жертвенная самоотдача тронула до глубины души. Еще пару лет назад я бы ни за что не поверила, что на Земле существуют такие искренние и добрые люди… — О чем ты сейчас думаешь? — спокойный, почти умиротворенный голос разрушил тишину. — Теперь я начинаю понимать, почему ваша группа имеет такой успех. Вы меняете людей, их сознание, их привычный уклад. Своей музыкой, своим творчеством, своими действиями вы показываете миру, что так можно и нужно жить, — я глубоко вздохнула. Слова лились сами, словно эта истина давно прижигала сердце и лишь ждала момента, когда ей дадут жизнь. — Вы влияете на все, что вас окружает, делаете это лучше, совершенствуетесь сами, и неосознанно совершенствуя все вокруг. — Ты удивительная девушка, Хайди, — парень посмотрел на меня с восхищением, что немного меня смутило. — Ты так редко позволяешь себе высказываться, думая, что людям не интересно твое мнение. Однако, стоит тебя лишь спросить, ты не сможешь солгать, и ответишь честно. — Разве? — я удивленно вскинула бровью, смущенно теребя край одеяла. — Никогда не замечала… — Расскажи о себе, — вдруг попросил парень. — О детстве, о семье. Я хочу узнать тебя. — История моей жизни не такая уж удивительная, и точно не из разряда добрых сказок на ночь, — я горько усмехнулась. То, что Тэхён возымел на меня невероятное влияние, пугало, но в то же время хотелось отдаться этому порыву, почувствовать себя нужной. Ведь он был прав: я действительно считала, что миру не обязательно знать о моих мыслях. Всем достаточно того, что я делаю, как я стараюсь, чтобы бы меня хотя бы заметили, и я довольствовалась этими крохами, ставя свои чувства на второй план… — Боишься, что я разочаруюсь в тебе? — он словно читал мои мысли. Я ничего не ответила. — Если так, то расскажи свою историю, чтобы она была похожа на сказку. — Сказку? — пренебрежительно фыркнула я, но все же, подтянув одну ногу, облокотилась на нее, наклонив к руке голову. Прочистила горло и тихим, спокойным голосом начала. — В одном небольшом провинциальном городке жила-была маленькая девочка. Отец бросил мать, когда та еще была беременна. Девочка была очень сильно похожа на мужчину, которого женщина так безответно и яро любила, и на пепле этой любви взросла и лютая ненависть к нему. Это ненависть вскоре перешла на невинную девочку, которая так и не могла понять, почему мама так холодно относится к единственной дочери. Вскоре эта женщина снова вышла замуж, у них родился сын. Девочка и раньше чувствовала себя невероятно одинокой и ненужной, а после рождения брата ее и вовсе перестали замечать. Всем было все равно, что она ест, где она спит и в чем она ходит. Так шли годы, девочка выросла в сдержанную и холодную девушку, и, однажды, когда у неё был день рождения, ее мать позволила себе немного лишнего и призналась, что лучше бы она избавилась от нее еще до ее рождения. Это окончательно сломило ее. Этой же ночью она собралась и уехала в столицу. Там ей пришлось не просто — бабушек и дедушек у неё не было, лишь сестра матери, чудная женщина, у которой она на время и остановилась. Но, так как у тетушки было четверо детей, долго жить она себе там не позволила, поэтому нашла работу, и после первой выплаты сняла себе небольшую каморку на окраине столицы. Она была еще слишком молода, чтобы обучаться каким-либо наукам, да и денег едва хватало на жизнь. Она подрабатывала в таверне, разносила путникам еду и напитки. Однажды вместе с ней стала работать еще девушка, которая сначала ей не понравилась. Своенравная дочь богатых родителей решила доказать, что сможет прожить без их денег. Но так случилось, что они подружились, ведь та оказалась единственной, кто смог разглядеть в закоптившейся душе девушки светлую искорку, раздула ее и заставила хотя бы попытаться любить этот мир. Она стала для неё всем — и сестрой, и подругой, и матерью… Противный слезливый ком забился в горле, не давая проронить и звука. От теплых, единственных теплых воспоминаний из жизни невольно улыбнулась. — Вскоре девушки стали обучаться в одном высокородном заведении, но разному ремеслу. Они весьма преуспели в своих профессиях, и по окончании учебы жизнь сложилась так, что подруга покинула свою страну, а девушка осталась в столице, и стала работать у одного очень известного… увеселительных дел мастера. Без подруги, конечно, стало плохо, но девушка держалась. Однако боль все равно душила ее, и поэтому она нашла лишь единственный способ закрыться от нее… — И что случилось потом? — тихий, но немного взволнованный голос Тэхёна раздался совсем рядом, и я повернула голову. Окунувшись в тот темный омут, я не заметила, как парень теперь не лежал, а сидел около меня. Его рука в несмелой попытке лежала около моей кисти, в надежде коснуться, и мне так захотелось прильнуть к ней, ощутить тепло желанного тела. — Вскоре подруга забрала девушку к себе, — он буквально вырывал из меня признание, вытаскивал наружу то, в чем я сама едва могла себе признаться. — Там она познакомилась с удивительными парнями, которые неумолимо изменили ее взгляд на жизнь, ее мировоззрение и… Можно сказать, что там девушка потихоньку становится той, кем хотела быть всегда. Прикусив губу, и снова повернулась к Тэхёну, который сидел передо мной, опустив глаза. Мне хотелось посмотреть в них, чтобы узнать, понял ли он меня, как я этого ожидала, почувствует ли мою тяжесть, разделит ли ее со мной? Или же я оказалась глупой и неразумной девчушкой, понадеявшись, что моя история достойна сопереживания. — Мне кажется, ты не права, — наконец, он поднял глаза. — В чем же? — мой голос был тихим. — Что твоя жизнь не похожа на сказку, — я не ожидала услышать этих слов, и сердце от этого пропустило пару ударов. — Я, как никто другой, знаю, что сказки не всегда начинаются хорошо. Как правило, у главных героев не простая судьба. Но они справляются, проходят все трудности, и в итоге становятся счастливыми, именно поэтому они главные. Я надеюсь, девушка не будет глупить и позволит себе стать счастливее. — Это ты так самодовольно намекаешь, что ей необычайно повезло, что она встретилась с этими парнями? — я тихонько засмеялась. — Я считаю, что ничего в мире не происходит просто так, — он присел поближе, поправляя перед собой одеяло. — Вселенная просчитывает каждый шаг, каждое дуновение ветерка, каждый восход солнца, чтобы нужные друг другу люди встретились и полюбили. — Получается, от нас ничего не зависит? — я недоверчиво скривилась. — Какой тогда смысл стараться и делать что-то в жизни, если Вселенная сделает все за тебя? Не думаю, что ты добился бы такого успеха, если бы полагался только на Вселенную. — Я не про то, чего добивается человек трудом и упорством, — возразил Тэхён. — Я говорю про чувства. Те, что распаляют душу, не дают спокойно спать и есть. Те, что греешь внутри в надежде, что они взаимные. — Слишком сильные чувства делают человека слабым и практически беспомощным. Если мир знает о твоей слабости, то не побрезгует воспользоваться ею, — мой голос дрожал. — Ты должен это понимать. Разве тебе не страшно влюбляться? — В тебя — нет… Не уверена, что я дышала в этот момент. Только сейчас я поняла, что мы одни, в пустом доме, и нас освещает лишь приглушенный свет. От волнения, от его близости, от жара, что плавил кожу, в горле пересохло, и голова закружилась. Кажется, воздух вокруг нас раскалился, обжигая легкие, а в голове колоколом били его слова. Это же почти признание! И, то ли разыгравшееся воображение, то ли от неистового желания мозг коверкал реальность, только мне казалось, что Тэхён нестерпимо близко. Так, словно я слышала его заходившееся сердце в груди. Или это мое так стучало? Слышал ли он его? —Хайди… — едва слышно прошептал парень. Никто и никогда не называл мое имя так… волнующе. Губы горели в изнеможении, а тело требовало тепла… Нет, нельзя! — Кажется, тебе уже лучше, — мой голос был хриплый. Я рванула с постели, хватая куртку и вылетая из комнаты. — Я пойду тогда, у меня много дел. Не оборачиваясь, я выскочила из общежития и побежала по пустынной дороге, с распахнутой курткой, в надежде, что зимний холодный воздух собьет это пламя внутри.
