Спасите несчастных пожирателей

— Мистер Малфой, слезьте с меня, — разбудил мужчину холодный голос юноши. Он еще был хриплым от недавнего сна, а сам подросток, хоть и, по его словам, хотел освободиться, но сложил ладони на широких мужских плечах. Глаза его светились, а сам он, похоже, был доволен и счастлив. — Обязательно, если мой хозяин отпустит меня, — прохрипел в ответ Малфой, склоняясь к самому уху юноши. Он понаблюдал, как по шее пробежалась стая мурашек, прячась за ворот пижамной рубашки, а потом с грациозной легкостью поднялся. — Могу я узнать причину такого хорошего настроения или же мне стоит наслаждаться этим, пока наш злобный темный Лорд не проснулся? — А могу я узнать, что Вы делали в моей постели? — молодой человек усмехается, а потом замолкает, задумываясь. — Что значит Темный Лорд? Мальчишка будто почувствовал напряжение, которое вдруг стало исходить от мужчины. Он проследил, как Люциус снова оказался с ним рядом, присев на самый край постели. — Гарри, мы думаем, что та часть Лорда, которая хранилась в тебе, слилась с твоей душой. Поэтому теперь ты словно новый человек, и мы не знаем, можем ли это исправить. — А кто вам сказал, что во мне что-то нужно менять? Не нравлюсь вам такой, а? — изумрудные глаза вспыхнули жгучей яростью, а подросток вскочил на ноги, сжимая палочку в руке. — Ты не представляешь, как сильно я хочу заавадить тебя. То, что я не такой наивный гриффиндурок, как в школе, не значит, что я теперь наполовину Лорд, понятно?! Я — это я! Голос парня иногда срывался, но он продолжать кричать, доказывая Люциусу, что не испытывает никакого влияния. Да, он слаб сейчас, но разве хоть одному человеку война могла пойти на пользу? Конечно, Гарри понимал, что дело не только  в войне, но даже предположить не мог, что с ним происходит нечто настолько ужасное. И как ему с этим справляться? Единственный человек, кто мог его поддержать, это Герми, но ведь и она заслужила просто пожить. Сейчас она, наверное, с Виктором. А Гарри один. Снова. Всегда. Даже после стольких лет. Друзья растворились, казались чем-то противным, от чего тянет прощаться с каждым приемом пищи. Гарри снова затошнило, и Люциус остался в комнате один. Как же объяснить парню, что если Северусу не удастся "вытравить" душу Тома, то Гарри придется научиться жить с этим? Принять и учиться контролировать. Это казалось действительно нереальным, поэтому Люциус привел себя в порядок, а потом приказал готовить завтрак домовикам. Гарри все еще сидел на полу в личной ванной, когда Малфой вошел к нему, даже не стучась. — Вставай, Гарри. Зелья, завтрак, дела рода, обед, сон, торжество, — мужчина перечислял, даже не смотря на подростка, выставляя на край раковины зелья, которые, конечно, бывший пожиратель носил с собой. Когда ты являешься правой рукой безумного и жестоко чудовища, нужно быть готовым ко всему. — А после торжества, я жду тебя у себя. Видимо, без серьезного разговора тут не обойтись. Люциус уже минут пять назад покинул ванную, а Гарри все еще затуманенным разумом пытался понять, что хотел сказать маг. Когда он с трудом поднялся, его взору открылась неприятная картина: дюжина различных зелий, и среди них не было того самого. Черт! Он же не выдержит! — Люциус! — крикнул парень, выпивая последнее зелье. Он уже принял душ, и оделся, осталось лишь причесаться, чем он и занимался. Он услышал, как дверь скрипнула, и статный мужчина вошел в комнату. — Тут нет нужного зелья. Почему Северус не готовит его или хотя бы то, которое он придумал? — Оно тебе не нужно, — легко ответил старший, собираясь уйти, но был остановлен мальчишкой. — Как это не нужно?! Нужно! Очень нужно! — парень снова начал истерить, что порядком раздражало такого терпеливого Малфоя, но вот он заметил, как искрилась магия Гарри. Слушая крики Гарри, Люциус понял, что попросту не успеет попросить Северуса прислать чертово зелье, а сам Гарри на разговор не шел. Мгновение. Лишь оно отделило Лорда Малфоя от смерти, но он успел. Теперь Гарри Поттер, мальчишка, как считал сам Люциус, мычал в губы старшего. И лишь когда воздух в легких кончился полностью, Гарри смог расслабиться, отвечая на требовательный поцелуй и сжимая крепкую шею руками. А в голове Люциус было одно: "Прости, любимая" Когда Люциус отстранился, он выглядел абсолютно таким же, как и до поцелуя, чего не скажешь о Гарри. Смущение, недовольство и... Желание? Да, определенно, мужчина был интересным, но... Гарри гей? Только сейчас парень задумался об этом. Он смотрел мужчине в глаза и думал, чего хочет. Хочет снова целоваться, хочет, чтобы Люциус ухаживал за ним, а он сам отдавал Малфою не меньше. Он хотел отношений, любви и... Малфоя? Стыдливый румянец покрыл всю шею подростка, что уж говорить про лицо и ушки, а сам Малфой выглядел слишком довольным. — Передайте Снейпу, что он получит круциатус, если не принесет мне зелье до вечера, а сейчас Вы свободны, — увидев прощальный поклон, парень не сдержался и схватил разворачивающегося Люциуса за руку. Его голос звучал слишком напряженным. — Вы же придете вечером? Ответом ему стал еще один молчаливый кивок головой. Бал проходил слишком напряженно, по мнению Гарри. Зелье он так и не получил, зато пришла Джинни, и Гарри приходилось обнимать и целовать свою невесту, которая вырядилась как портовая шлюха. Как бы он хотел ее уничтожить. Что же, из всего нужно получать выгоду, не так ли? Поэтому, отложив мысли о поцелуе с мужчиной, об их будущем разговоре,  Гарольд Поттер-Блэк отправился прямиком к Кингсли, ведь их дорогой министр не откажет в небольшой помощи. —Кингсли, добрый вечер, — Гарри улыбался, будто не видел напряжения в мужчине, которое появилось лишь с приходом Поттера. Конечно, тот жизнерадостно улыбнулся парню, не показывая своего недовольства. Министр рассчитывал, что после речи Гарри все же покинет их. В конце концов, его не было видно все лето, и вот чертов мальчишка вылез. Мысленно чертыхнувшись, министр молчаливо слушал, как Гарри напоминает, что у всей Британии, но у Кингсли особенно, есть должок перед Гарри. Все-таки он так удачно занял место в министерстве, а Гарри оказал ему в этом вопросе поддержку перед общественностью, которая, к несчастью ордена, обожала Национального героя. — Говорят, Люциус Малфой потерял былую власть. Да и в министерстве его понизили. Так вот, верни все, как было, Кинг, — юный волшебник смотрел мужчине прямо в глаза, внушая ему мысль, как собаке, о том, что стоит послушаться Гарри. — И могу я узнать, зачем тебе это? — министр выглядел настолько недовольным, что Гарри испугался, а не попросил ли он воскресить Темного Лорда? — Скажем так, в интересах моих Родов. Поверь, Люциус не сделает ничего, ради своей выгоды. Не посмеет, — Гарри знал, раз уж он говорит, что Малфой не посмеет расстроить Гарри, то министр поймет: Поттера действительно не стоит расстраивать или, тем более, злить. — Сделаю все, что могу, Гарри. А теперь прости, мне пора, — Гарри с победной улыбкой предвкушал вечер после этого отвратительного торжества, не замечая больше лица министра. Неужели, Кингсли сбежал после их разговора? Это так развеселило Поттера, что он на минуту забыл о злости, которую вызывал Снейп. Что же, он еще его накажет, а сейчас, Гарри может еще немного выпить и расслабиться. Тем временем в доме семейства Уизли вспыхнул камин, выпуская из зеленого пламени, Кингсли. Оповещая хозяина дома встревоженным громким голосом: — Собирай всех, Артур. У нас проблемы!