Противоположности притягиваются?

      У Гроффа с Эффионгом всегда были плохие отношения. Они не любили друг друга (мягко говоря). Адам всегда издевался над Эриком, забирал его обед, его шоколадный батончик (НЕТ, ТОЛЬКО НЕ ШОКОЛАДНЫЙ БАТОНЧИК!). Сын директора школы угрожал ему и просто не давал прохода. Они были две полные противоположности друг другу. Эрик вообще мало кому нравился, но у него был один лучший друг — Отис Милбёрн. С ним он мог разделить всё: свои проблемы, свои удачи, взлёты и падения. Эффионг рассказывал Отису даже про парня, который ему нравится. В общем доверие в их отношениях было далеко не на последнем месте, если не на первом.       Потом произошла ссора. У двух друзей всегда была традиция: они каждый год вместе смотрели фильм «Хедвиг», наряжались в соответствующие костюмы. Но в этом году плану не суждено было сбыться. Отис правда хотел успеть, он не хотел бросать Эрика одного в их день, но Мэйв Уайли попросила помочь. Эта девушка, хоть они и общались не так много, успела понравиться Милбёрну. По его подсчёту он должен был успеть на встречу с Эриком, но Мэйв убедила его, что их клиенту нужна помощь, поведав свою историю позора, в которую все верили, но которая на самом деле не являлась правдой. «Никто не достоин такого позора» она убедилась в этом на собственном опыте. В итоге, он опоздал на автобус и так и не встретился со своим лучшим другом.       У Эрика выдался ужасный день. У него украли деньги, его избили, тем самым испортили всё настроение, которого итак было не особо много. Всё потому, что он не такой, как все. Он одевается по другому, красится косметикой, что ему нравится, но все осуждают его за это. Непонимание со стороны родителей, друзей, сверстников не давало ему покоя.       Эффионг начал понемногу закрываться. Перестал носить свои любимые вещи, вместо них начал одевать обычную одежду, которую его родители считали нормальной. Из его жизни начали уходить прежние краски. Всё становилось уныло и скучно. Он поехал с родными в церковь и там его переубедили, сказали, что он такой какой есть и в этом его фишка, его всегда примут таким. И Эрик решил, что настала пора что-то менять.       Предстоял карнавал. Надев свой костюм, который тот долго подготавливал, он начал наносить макияж, подвёл глаза, веки и надел серьги. Наконец-то, он чувствовал себя в своей тарелке. Теперь он понял, что так и должно быть, плевать на непонимание других людей, на их мнение, на унижения. Он полностью отдался моменту.       Адам в это время переносит на себе агрессию со стороны отца, его постоянные угрозы отстранить того от школы, если он не подтянет свои оценки. Последняя надежда была на Мэйв, которая написала за Гроффа младшего сочинение. За которое, в последствие, была получена награда, которая должна была достаться по праву той, которая и написала это сочинение. Но и эта надежда теперь была мертва. По последующим расспросам родителей, других родственников, да и других учителей Отец Адама понял, что не его сын писал это сочинение, мало того он даже понятия не имеет о том, что вроде как написал сам. Грофф старший ясно дал понять сыну, что тот позорит его, ведь он уважаемый человек, как никак директор школы. Адам всегда был плохим учеником, хулиганом, который обижал всех, кого встретит на своем пути, тем самым навлекая на себя и частично на отца плохую репутацию. Он не хотел уезжать отсюда, но выхода практически не оставалось.       Уже после карнавала у Эрика было хорошее настроение: он полностью насладился этим вечером, помирился со своим лучшим другом. Выходив из здания школы, Эрик увидел на крыльце Адама. Тот снова начал угрожать ему, но на этот раз Эрик не повелся на его провокации: — Давай, если ты хочешь ударить меня, то ударь, — Ничуть не испугавшись ответил Эффионг, на что Адам только удивлённо распахнул глаза и даже не двинулся с места, после этого Эрик просто ушёл. Теперь Адам где-то в глубине души восхищался им: его открытостью, умению принять себя, умению не бежать от своих проблем. Он не показывал этого открыто, ещё чего. Но даже такой парень как Грофф иногда нуждался в поддержке, пытаясь это скрыть маской бесчувствия и грубости по отношению к окружающим.

***

Какое гадство! Их вместе поставили отбывать наказание. Для Эрика это был ужас. Что это было для Адама? Что ж, Противоположности притягиваются? Учитель оставил их наедине, и немного осмотревшись Эрик принялся за работу, но немного помедлив, решился на разговор. — Ты родился вредным или ты такой из-за своего отца? — спросил Эрик с некоторой долей вызова. «Бессмертный что-ли?» мысленно поправил он себя. После недолгого переброса фразами, Адам снова назвал Эрика Тромбохреном (такая кличка была у него в школе).       Эрик сразу понял, что лучше прекратить этот разговор и начал заниматься делом, чем быстрее начну, тем быстрее закончу, разберусь в этой кладовке, да и дело с концом. Он начал возиться с какой-то фигнёй, пытаясь несколько раз его согнуть, он получил в ответ только фырканье от своего напарника. — Ты всё делаешь неправильно, дай сюда — сказал ему Адам, медленно подходя к нему. Он попытался забрать эту штуку, но Эрик ему не отдал. — Всё нормально, я справлюсь, — Эрик настаивал на своём. Он не хотел, чтобы тот ему помогал.       Посмотрев ещё немного на всю эту картину Адам снова попытался вырвать её из рук противника? — Дай сюда, — уже более настойчивым голосом повторил Адам, он не любил ждать. Пытаясь забрать друг у друга эту (?), они перешли в схватку, борясь друг с другом. Спустя несколько мгновений, Адам-таки смог выхватить её из рук Эрика и закинуть куда подальше. — Да что с тобой такое? — спрашивает Эффионг с удивлённым видом, не понимая, что только что произошло с его напарником.       Грофф младший начинает медленно приближаться к нему, смотря Эрику прямо в глаза, когда между ними остаётся не больше полуметра, тот жёстко толкает его в стену. Как только Эффионг с силой отшатывается от него, то сразу же наносит Адаму ответный удар. Начинается потасовка.       В один момент Эрик толкает своего оппонента на пол, но Адам, изловчившись, оказывается сверху, на лежащем на спине Эрике. Не переставая бороться Эффионг опрокидывает его вниз, в этот же момент оказываясь сверху, чтобы полностью контролировать ситуацию. Он боялся, что Грофф ударит его. Спустя пару мгновений, Адам Грофф берёт его за плечи, с усилием поворачивает и снова поджимает по себя. Теперь он снова сверху, Адам берёт руки Эрика и сцепляет их у него над головой, чтобы тот не предпринял никаких попыток снова взять преимущество в свои руки. После ещё некоторых притираний они всё же ненадолго успокаиваются.       Они смотрят друг другу в глаза. Между ними не проскочила искра, между ними пролетела молния. Эрик, всё ещё боясь что-то сделать, смотрит на своего… кого? Кто он ему теперь? Они оба ещё не до конца верят во всё происходящее, но их тянет друг другу.       Находясь сверху, Адам начинает медленно опускаться к нему. Эрик тянется к нему на встречу, но получается не очень, так как он всё ещё не может двигать руками. Дистанция между ними постепенно сокращается, всего несколько секунд и их губы соприкасаются.       Этот поцелуй был нерешительным, но скоро перерос в нечто большее. Эрик притянул его ближе к себе и углубил поцелуй. Страсть захлестнула их обоих с головой, не давая опомниться от происходящего.       Адам медленно перешел на его шею, и Эрик полностью отдался своим ощущениям, наслаждаясь процессом. Он уж точно не мог предвидеть такого исхода. И решив что все мысли нужно отложить на потом, Эффионг снова вернулся к своему занятию.       Грофф начал опускаться вниз. Вздёрнув рубашку вверх, он начал медленно прокладывать дорожку из поцелуев, от рёбер до низа живота. Не ожидав такого от самого себя, Эрик громко ахнул, чем только побудил Адама к дальнейшим действиям.       — Не сдерживайся, — прошептал Адам, уже не в силах сказать чего-то более вразумительного. Адам, поудобнее устраиваясь, уже оказался между его ног, он никогда не был с парнем, поэтому поначалу его движения были неуверенными, но желание затмило неуверенность и заняло её место. Эрик теперь только метался под своим другом любовником, пытаясь произнести его имя, и срывался на хриплый шёпот от переизбытка ощущений.

***

— Что это было? — произносит Эрик уже одевшись. — Если ты хоть кому-нибудь об это расскажешь, то я тебя убью, — с угрозой заявил Адам. Он уверенно заглянул в его глаза, как бы вселяя в него уверенность. — Я никому ничего не скажу. — прошептал Эрик Эффионг. — Если ты волнуешься об этом только и успел добавить он перед тем как Адам покинул кладовку.

***

      Немного опоздав на урок, Адам заходит в кабинет. Извиняясь за опоздание, он уже спешит занять место, и только потом замечает, что единственное свободное место находится рядом с Эриком Эффионгом. Немного посидев, привыкая друг к другу, Адам решил действовать. Он медленно пододвигает свою руку к середине парты, ожидая тем самым ответного действия от своего соседа. Тот кидает на него косой взгляд, явно не решаясь пойти на это. Не бросая попытки Адам соприкасается с Эриком ногами под партой. Потом уже увереннее он втянет руку ещё ближе к соседу. Тот, наконец решившись, тянется к нему навстречу едва соприкасаясь мизинцами. Но этого хватает им обоим, чтобы понять, что теперь они вместе, их тянет друг к другу.