Испуг

— Кто-нибудь видел А-Лина? — спросил Цзян Чэн, забеспокоившись. Они с племянником вышли на охоту в лес, сопровождаемые адептами орденов Цзян и Цзинь, но Цзинь Лин внезапно пропал из поля зрения. А-Лину, конечно, уже шесть лет, и его знаний достаточно, чтобы не пропасть даже оставшись в дремучем лесу в одиночестве, но все же Ваньинь терпеть не мог, когда племянник отходил от него на слишком большое расстояние. Зато тот, как специально, очень любил сбегать. Адепты в фиолетовом и адепты в бело-золотом одновременно покачали головами, уперевшись взглядом в землю. Цзян Чэн удивленно вскинул брови: — То есть вы хотите сказать, что никто из вас — ни единый чертов заклинатель — не заметил, куда пропал маленький ребенок? — Его челюсть сжалась. Адепты бормотали какие-то глупые оправдания и бесполезные извинения. Цзян Чэн лишь раздраженно закатил глаза и вздохнул. Вечно все приходится делать самому. — Рассредоточиться по лесу и искать Цзинь Лина. — Перепуганные адепты не двигались с места. — Мне еще раз повторить?! — Он сорвался на крик: — Немедленно расползлись по территории и принялись искать будущего главу клана Цзинь! Немедленно! Заклинатели бросились врассыпную. Оставшись один, Ваньинь приложил руку к груди. — Ну и где искать этого маленького негодника? — бубнил он себе под нос. Цзян Чэн решил, что далеко мальчик уйти не мог и стал тоже бродить по лесу. Он шел в обратном направлении — на случай, если А-Лин просто отстал в пути. Он осмотрел все тропинки, по которым они недавно проходили — нигде ни следа Цзинь Лина. И лишь спустя полчаса блужданий он что-то услышал и замер. Навострив уши, он понял, что из кустов неподалеку доносятся тихие всхлипы. — А-Лин? — Он подошел к дикому кустарнику и развел в сторону его ветви. Именно там он и обнаружил племянника — тот сидел на земле и горько плакал, обхватив колени ладонями. — А-Лин! Кто тебя обидел?! Что случилось? — Цзян Чэн присел возле ребенка. Он обхватил его голову ладонями и крутил в разные стороны, проверяя не ранен ли тот. Кровь отлила от лица Ваньиня, а сердце бешено стучало. Он не припоминал, когда в последний раз так сильно пугался. Цзян Чэн просто не пережил бы, если бы с А-Лином что-то произошло. — Где-то болит? На тебя кто-то напал? Только скажи и я… Мальчик отрицательно покачал головой, не в силах выдавить из себя ни слова и только тихо задыхаясь от слез. — Что тогда? — недоумевал Цзян Чэн. Уровень его тревоги зашкаливал. Он уже успел полностью осмотреть Цзинь Лина и его одежды — ребенок был в полном порядке. — Там, — выдавил из себя мальчик и показал на дерево неподалеку пальцем. Ваньинь сразу же вытащил из ножен Саньду и направился к стволу дерева, на которое указал племянник. Он был готов ко всему. — Белки?.. — недоумевал Цзян Чэн. Он ожидал увидеть там духа или нечисть, ну или что-то, что способно напугать шестилетнего ребенка. Но все, что он увидел — это дупло внутри широкого ствола, в котором обитали две взрослые белки и один крошечный бельчонок, которого они чем-то кормили. С минуту Ваньинь лишь оторопело наблюдал за жизнью беличьего семейства, пытаясь понять, что так шокировало А-Лина. Он боялся грызунов? Или впервые увидел белок? Вряд ли… Это всего лишь безобидное семейство… И тут до него дошло — семейство. Цзян Чэн убрал меч в ножны и опустил голову. Ему понадобилось какое-то время, чтобы вернуть себе самообладание. Он понял, что так задело племянника… Как же тяжело ему было видеть его страдания. Сколько бы он и Цзинь Гуанъяо ни старались — они никогда не смогут заменить Цзинь Лину полноценную семью. Тяжело вздохнув, Ваньинь ненадолго зажмурился. Если бы он только мог что-то сделать! Если бы только мог… — А-Лин, — твердым голосом сказал он, поворачиваясь к ребенку лицом. — Ты развел тут сырость из-за каких-то белок? Что за ерунда?! Разве этому я тебя учил?! А если бы на тебя сейчас напали? Мы тут на охоте, или ты забыл? — Его брови сошлись на переносице. — Быстро поднимай свою маленькую задницу и вперед! Некогда рассиживаться! Тебе однажды предстоит управлять тысячами людей, перед ними ты тоже будешь сопли на кулак наматывать? — Нет, дядя, — А-Лин поднялся на ноги, все еще всхлипывая и подрагивая. Цзян Чэн подошел к мальчику и грубовато отряхнул его запылившиеся одежды. — А теперь иди вперед и подай знак остальным адептам, чтобы возвращались. — Да, дядя, — он понуро поплелся вглубь леса. Цзян Чэн же был не в силах пошевелиться. Он молча смотрел племяннику вслед. — Сестра, я ведь правильно все делаю, да? — Он возвел взгляд к небу. — А-Лин должен быть сильным. Ради всех нас. — Недолго помолчав, он добавил: — Прости. Я буду стараться.