Вот так встреча

      Я переехал жить к Панси. Не от хорошей жизни, конечно. Отец перестал меня финансировать, разозлился, что я пошел не по его стопам. Пришлось искать работу, не сказать, что у меня было много вариантов. Я устроился в больницу Святого Мунго на нищенскую зарплату лаборанта по зельям. Было стыдно просить школьную подругу платить за меня, но мы договорились, что она все расходы запишет на мой счет.       Панс была не против совместного проживания, нас связывали платонические чувства дружбы. В таком тесном проживании есть свои минусы, мне приходилось частенько самостоятельно применять заглушающие чары. Мерлина ради, она была просто какой-то сексуально озабоченной. Хорошо сейчас ее выбор остановился на Забини. Так что живу я в шоколаде — рядом друзья.       В моей жизни сейчас нет ничего кроме учебы и работы. Подготовительные курсы в аврорате Министерства выкачивали все силы и энергию не хуже дементоров. Я устаю как пес на этих тренировках. Это студенческорабочая жизнь порядком стала угнетать меня, никаких увеселительных мероприятий, которые я бы мог посещать в столь юном возрасте, дабы умерить свой пыл. Да и вечно трахающаяся подружка за стеной не сильно облегчала мою жизнь.       На работе же все было прекрасно. Я на своей волне, делаю то, что умею. Кстати, у меня замечательная напарница — Кира, правда мне показалось, она была лесбиянкой, так что и это не скрашивало мою участь. Она меня прикрывала, если я косячил, что было редко, или опаздывал, что не удивительно, так как совсем не высыпался.       Сегодня суббота и в моих планах было проваляться до обеда, быстро собраться и свалить на работу. Увы, моим мечтам не повезло сбыться. Я проснулся от женского истерического хохота. Панси всегда заразительно смеялась. Правда, в семейном кругу она была Персефоной — аристократкой до мозга костей, которая не могла себе позволить таких вольностей. Никаких выражений эмоций и высказываний, чистый, мать его, аристократизм. Сейчас она смеясь, материла кого-то и к ней присоединился милейший голосок. Две женщины в квартире, день начинается интересно. Окончательно проснувшись, понимаю, что у меня снова каменный стояк. Это воздержание точно не доведет меня до добра! Стоит принять душ, да здравая идея. Стоя под струями воды, вспоминая сон с обладательницей нежнейшего ротика, который мне подкидывает мое подсознание, я знакомыми манипуляциями возвращаю себя из мира изощренного секса, на землю позорного недотраха. За стеной ванной комнаты я слышу все те же два голоса, они что-то заинтересованно обсуждают. Пока я бреюсь, пытаюсь понять о чем идет речь и вспоминаю, что забыл свежие трусы на кровати. Радует только, что с кухни не проглядывается вид на мою комнату. Я бы с удовольствием познакомился с леди в одном полотенце, спасибо тренировкам и генофонду, но у нас уговор с Паркинсон — мы не ходим голые друг перед другом. Закрепив на скорую руку полотенце на бедрах тороплюсь попасть в свои апартаменты. Видимо, я слишком поторопился, потому что в следующую секунду оказываюсь на полу с ушибленной головой и полотенцем у ног.       — Твою мать! — не успел я подумать о том, что в этой квартире слишком узкие коридоры, слышу приближающийся, тот самый, милый голосок. Голос, принадлежавший, Салазар меня прости, Грейнджер.       — Панси, почему ты не рассказала мне, что живешь с Малфоем? Ты сильно ушибся? Давай помогу! — она так сосредоточенно смотрит мне в глаза, видимо, пытаясь понять в каком я состоянии. Я в состоянии шока, мать мою волшебницу. Заучка всея Гриффиндор даже не обращает внимание, что я голый.       — Сейчас проверю твою голову. — Она облизывает нижнюю губу и шепчет заклинание. Почему я не могу сдвинуться?!       — Эй, прикройся! — кричит Паркинсон, — пойду поищу мазь от ушибов. — и уходит.       Как по команде я резко пытаюсь встать, Грейнджер отскакивает от меня, я кое-как умудряюсь зацепить это проклятое полотенце, чтобы прикрыть себя. Ныряю в комнату и закрываю дверь. Мерлиновы кальсоны, блять, как такое возможно вообще? Пытаюсь отдышаться и отделаться от чувства стыда. Быстро переодеваюсь в черные джинсы и серую рубашку. В дверь стучат и я слышу ее голос:       — Открой дверь, твоя соседка отдала мне мазь и убежала на свидание. — Грейнджер говорит таким тоном будто я не Драко Малфой, а ее обожаемый Поттер.       Открывая дверь, я ожидал увидеть все, что угодно, но не этот взгляд. Изучающий и … заинтересованный? Похоже я нормально приложился. Пока она меня «реанимировала» даже не успел ее толком разглядеть. На ней была обтягивающая футболка, так маняще выделяющая ее грудь и лосины, так прекрасно показывающие наличие округлых бедер. Я задержал взгляд на баночке с мазью, чтобы отогнать наваждение. Воздержание и вправду не доведет меня до добра, раз я начал облизываться при ее виде, но признаться, она — хороша. Не знаю, сколько я пялился на нее. Я замечаю, как она подходит ближе ко мне и кладет мне в руку передачку от Панс, ловит мой взгляд и с улыбкой произносит то ли комплимент, то ли укор:       — Плохая реакция для будущего аврора, Драко. Вид был восхитителен! — разворачивается и уходит из моей квартиры.