Вот так встреча

      На балконе уже так темно, хоть глаз выколи. Вижу только луну и огонёк у рта Малфоя. Сигареты? Я загляделась им на секунду. Никогда не думала, что можно так сексуально выдыхать дым.       — Закрой дверь. Твоя подружка терпеть не может, — произнёс точно копируя голос Панси, — когда табаком воняет на всю квартиру. — Его пародия вызывает улыбку.       — Странно, что она не выталкивает тебя из квартиры на улицу.       — О, ее милость распространяется на меня, когда с ней рядом Забини.       — Да, они дополняют друг друга. — Протягиваю руку и забираю сигарету из его рта. — Угостишь?       Я вижу в его глазах удивление, но выражение лица совсем не меняется. Как он вообще так может следить за своими эмоциями? Затягиваюсь его сигаретой, представляя его язык у себя во рту. И все же он продолжает разговор:       — Не думал, что ты куришь.       Выдыхаю дым, поднимая бровь в немом вопросе.       — Где лучшая и самая правильная на свете золотая девочка Гермиона Грейнджер? — обворожительно улыбается, не догадываясь, что сокрушает всю мою уверенность. — Возможно, ты не такая уж послушная?       Выпить. Мне срочно нужен глоток хоть чего-нибудь. От его голоса, в котором явно читался подтекст, задыхаюсь дымом. Кашель сковал мои легкие, но я умудряюсь отдышаться. Слышу его смех.       — Не смешно, Малфой! Пройдём в комнату, я замёрзла. — Разворачиваюсь к выходу и порыв ветра слегка приподнимает подол юбки сарафана, оголяя нижнюю часть задницы.       — Ух, блять! — слышу бубнеж за спиной. Сложно сдержаться и победно не захихикать, но, предполагаю, мой спутник хотел остаться незамеченным.       В комнате гораздо теплее, а вино уже открытое, стоит на столе.       — Где ребята? — ища их глазами, спрашивает Драко.       — Они подумали, что в доме слишком жарко и решили прогуляться вместе с Панси. — я краснею понимая, как это звучит. Он напрягся. Нужно настроить его на другой лад.       — Вина?       — Пожалуй. — Разливает вино по бокалам. И снова тишина. Разговор не клеится, хотя минутой ранее общались совершенно спокойно.       — Предлагаю поиграть? — мысленно закатываю глаза, да я просто победительница двусмысленности. — Правила простые: задаешь вопрос — отвечаешь, не хочешь отвечать — пьёшь. Как тебе?       — Нуу, мне нравится. Только давай без дебильных вопросов в стиле «как дела?» Начнёшь?       — Ты же джентльмен?       — Я же просил без дебильных вопросов. — Мерлин, ну нельзя так обезоруживающее улыбаться. — Моя очередь.       — Это не честно, то был не вопрос. — Он сдаётся и уступает мне. Каков нахал. Обворожительней нахал. — Ты собирал информацию обо мне?       Вот сейчас наконец-то вижу эмоции на его прекрасном лице. Привычная нечитаемая маска слетела с его лица. Я уже подумала он не ответит, как:       — Собирал. — от удивления открываю рот. — Что? Нужно уметь задавать вопросы правильно. Уже заранее знаю, кто проиграет. — подмигивает своими магнетическими глазами.       — Это будешь ты, Драко, поверь мне.       — Никогда не закатывай при мне глаза, а то, поверь мне., — передразнивает, змей.       — Очень интригующе…- Это уже выпитое вино даёт мне по мозгам или…       — Какая была настоящая причина расставания с Уизли?       Я ожидала этот вопрос.       — Предполагаю, ты знаешь ответ. Нежелание выйти за него замуж. — выдаю официальную версию.       Он прищуривает глаза, будто пытается сделать рентген.       — Врешь. Пей. Три глотка.       — Мы не договаривались так. — мне нравится его тон. Такой подчиняющий. Я б точно согласилась на все, что было бы сказано именно так.       — Мы на моей территории, делай, как я сказал.       — Сомнительное утверждение, фактически это…       — Пей! — не успеваю я сделать третий глоток, он продолжает — И я задаю следующий вопрос. Почему Теодор?       Дурацкий вопрос, потому что он был рядом, потому что хорош собой, потому что тоже хотел, потому что был не против быть со мной без обязательств. И это было -то всего пару раз. А Малфой напрягся так, будто мы с Тео трахались годами.       — Вероятно потому, что он замечательный любовник.       Слизеринец так скривился, будто съел тысячу лимонов или оказался на уроке у Хагрида.       — Раз уж мы так откровенны, кхм, когда последний раз ты был с девушкой? В сексуальном плане, конечно же.       — Около 9 месяцев. Учеба в аврорате забирает много сил. Работаю я последние три, угу… А что? Рассчитываешь начать новое летоисчисление?       Я не ожидала, думала подловить его. Так странно, что он откровенен со мной. Глоток вина, даю себе волю насладиться его видом вдоволь. Он молчит и выжидающе смотрит на меня. Замечаю его широкие плечи, накаченные руки, исчерченные венами, с длинными тонкими пальцами. Синяя футболка прекрасно оттеняет его кожу и цвет глаз. Глаза, жидкий металл, разливает по мне тепло слово лава. Ответ на вопрос очевиден — да! Ещё глоточек.       — Не хочешь отвечать. — сам спасает меня от ответа. — Почему ты вчера так быстро убежала?       Я все пью и пью, не замечая, когда он успевает наполнять мой бокал.       — Этого не должно было произойти, возможно я испугалась. — испугалась тепла зародившегося во мне, — вспоминаешь поцелуй? — боюсь услышать, что он скажет. Может Панс права и я слишком самонадеянна?! Не хочу получить отрицательный ответ. Встаю с дивана, голова кружится. Сколько градусов в этом вине? Может здесь слишком душно? Я не умею пить, мы же совсем не закусывали. Блин! Дойдя до него, облокачиваюсь на подлокотники кресла, заглядываю в эти бескрайние омуты:       — Ну что, будешь отвечать?       — Не буду. — по ощущениям прошла целая вечность, но уже через мгновение чувствую только его губы на своих губах. Его руку на моем затылке, которая притягивает меня все сильнее. Язык, изучающий мой рот, лижущий мой язык. Он также горяч, как вчера. Чувствую давление его рук на поясницу и присаживаюсь на колени. Хорошо, что это кресло такое широкое. Обхватываю ногами его бёдра, чувствую, как он напряжен. Где мои руки, где его, понятия не имею. Я потерялась в ощущениях. Пока мы целуемся, его руки снимают лямки сарафана. Он опускается к шее, целует ключицу. Очень медленно проводит языком до уха, всасывая мочку прикусывает. Звук, вырывающийся из моего рта настолько пошлый, что мне кажется будто это вовсе не я. Трусь о него как кошка. Его джинсы, в области паха, выпирают так сильно, что я чувствую его боль. Он закрывает глаза и прикусывает губу. Стонет, так красиво, гортанно, по-мужски. Все ещё нежно держа меня за бёдра помогает мне двигаться на нем. Я слишком возбуждена, боюсь оставить след на его, наверняка дорогущих, штанах. Хочу, чтобы он меня взял, прямо сейчас, в этом кресле. Но он так осторожен и нетороплив. — Можешь быть смелее. Мне нравится, когда со мной обращаются пожёстче. — его цвет глаз, как по волшебству, меняется на более чёрный. Резко хватает меня за волосы, от неожиданности вцепляюсь в его футболку. Помогаю ему снять ее. Трусь о него все яростней. Он каменный, совершенно полностью твёрдый. Его торс мощный, в мелких шрамах от заклятий. Наклоняюсь, лаская его шею, оставляя такой же засос, как на моей, прикусываю и зализываю.       — Ты совершенно не послушная, Грейнджер. Ты бестия. — Стискиваю его плечи пальцами, произношу на ухо:       — Возьми меня сейчас. Я хочу тебя. — мотает головой. Тянусь руками к ширинке брюк, обхватываю уже увиденный и оценённый мной член через ткань трусов, как он кончает. С рыком. С сильно зажмуренными глазами. С частым дыханием. Восхитительно. Невозможно налюбоваться им. Такой красивый и невинный. Невинный лорд Малфой, усмехаюсь этой дурацкой мысли.       — Прости. — Произносит так измученно, будто стыдится себя. Молчит что-то обдумывая. — Знаешь ли, длительное воздержание не творит чудес. — Запускает руку в волосы, взлохмачивая их, — мне нужно в душ, присоединишься?       Взяв мою руку, тянет в сторону ванной комнаты. Не раздеваясь до конца, помогает мне, задевая все мои эрогенные точки. Хотя сейчас, я точно одна большая эрогенная зона. Я обнажена перед ним полностью. Захожу в ванную и включаю душ. Через пару секунд Малфой заходит следом.       — Можно помыть тебя? — спрашиваю, уже совершенно ничего не боясь. Теперь уверенность в своих действиях снова пришла ко мне. Осознание того, что он в моей власти опьяняет меня.       Мылю свои руки гелем и аккуратно делаю ему массаж, нежно касаюсь его. Зажимаю в ладони, провожу по всей длине. Вижу и чувствую, как он заново возбуждается. Хочу попробовать его на вкус. Он не даёт мне опуститься.       — Моя очередь. — склоняется передо мной на колени. Моя фантазия будто ожила. Целует мой живот, обводя языком пупок.       — Ты можешь позволить себе все. — я действительно ему доверяю.       Касается носом лобка, вдыхая мой запах. И это со мной делает Слизеринский принц, на второй день встречи. Притрагивается пальцами к половым губам, приподнимая взгляд, будто спрашивая разрешения. Хорошо, что мы под душем, он не поймёт, насколько я мокрая, бесстыдно мокрая.       — Я — твоя.       После этих слов у него будто срывает крючок, и он резко вводит меня пальцы.       — Аах! — хватаюсь за стену. — Боже, боже, боже… — быстро, затрагивая точки, о которых я даже не подозревала. Такого со мной ещё никто не делал. Никто так не ласкал меня. Это сочетание нежного языка и грубых пальцев, скользящих во мне, опьянеет больше, чем вино. Хватаю его за волосы, притягивая еще ближе.       — Да! Да, пожалуйста! Драко! — он останавливается так же быстро, как начал.       Слишком медленно вытаскивает пальцы и вводит свой язык, прямо в мое нутро. Он что видел мой сон? Большим пальцем продолжает массировать клитор. Свободной рукой гладит мою попку и направляется к заветной дырочке. Гладит пальцем сфинктер. Длинно облизывает меня. Один раз, два, я уже на грани, как он резко разворачивает меня, наклоняет так, что бы хорошо было видно анус, начинает облизывать его. Не ожидая таких ощущений, я бью ладонями по кафелю. А он продолжает эту сладкую пытку. Его пальцы в моем влагалище, язык ласкает попку. Я вся трясусь, колени подгибаются и мне страшно от того, что я могу упасть.       Сквозь шум воды слышу повелительное «кончай!», и я взрываюсь. Тысячами осколков, миллионами. Выкрикиваю его имя, как ненормальная. Славно, что мы дома одни, но, думаю, стоит поставить заглушку. Невероятно.       Я позволила ему делать со мной что угодно, и он выбрал доставить удовольствие мне. Ещё несколько раз подряд, на его кровати, не прерываясь не на секунду, он творит что-то неизведанное ранее мной. Совершенно обессиленная ложусь на его грудь, засыпая, признаю, что сейчас окончательно и бесповоротно влюбляюсь в него…