Часть 1
28 июля 2019 г., 17:52
Хван Бонхи просыпается за несколько секунд до будильника. Сердце тревожно сжато в груди, она вновь чувствует ложный хруст собственных рёбер, привкус железа во рту, а в носу стоит запах гари. Глаза едва открываются, спать хочется до невозможности. Выписанные доктором лекарства действуют хорошо, но недостаточно; тело протестует, отвергает. Она вновь в холодном поту, а в горле застрявшее имя погибшего напарника — Ким Тэхёна.
Хван Бонхи ненавидит понедельники всем свои существом. Главная задача на понедельник — не утонуть в собственной боли, не захлебнуться горечью потери. Просто не сойти с ума. Бонхи не может спокойно спать по понедельникам, кошмары сменяются глубокой бессонницей. Так каждый грёбаный ненавистный понедельник.
Другое дело — вторник.
По вторникам Бонхи хорошо высыпается, хорошо кушает, тренируется. По вторникам она красит губы в темно-бордовый цвет, надевает рваные джинсы, за которые начальник её опять отругает, а она по-детски покажет ему язык. По вторникам ей вновь возвращают изъятое огнестрельное оружие. По вторникам она вновь рисует линию на карте Сеула, желтыми кнопками оставляя отметины преступлений грёбаного ублюдка, который убил её напарника. Во вторник она знакомится со своим новым слишком заносчивым, прямолинейным, расчетливым напарником.
Ким Сокджин до чёртиков спокоен, пунктуален совсем не как Ким Тэхён. Хван Бонхи злится каждый вторник, входя в участок и натыкаясь на надменный взгляд нового напарника. Бонхи хочется врезать Сокджину так, чтобы из носа кровь хлестала без остановки, чтобы заткнулся и не начинал свои тирады о том, что ей нужно смириться и принять факт смерти Тэхёна.
— Мне не нравится! — холодным тоном заявляет Ким Сокджин.
Опрятный, одетый всегда как с иголочки, идеальный Ким Сокджин. Вечно думает, прежде чем что-то сделать, взвешивает все «за» и «против». Он наизусть знает, законы и права, но не умеет обращаться с огнестрельным оружием. Он даже в подмётки не годился Ким Тэхёну.
— Тебе всегда были не по душе мои методы, — практически шепчет Бонхи, проглатывая застрявший комок страха в горле.
— Я. Тебя. Не брошу! — даже в такой ситуации он оставался спокойным, полностью совладал собой.
В голове Бонхи мелькает мысль, что есть всё-таки кое-что общее между её погибшим напарником и живым — «оба идиоты!».
День недели — проклятый понедельник, у неё вновь сломаны несколько рёбер, разбита губа, и тело казалось ватным. Этот понедельник мог бы оказаться последним в её жизни, если бы вовремя не явившийся напарник. Сокджин крепко держит её на руках, хотя у самого ножевое ранение. Преступник, которого она так яростно преследовала, — мёртв.
— Ты слишком близко, — ворчит Бонхи, чувствуя на своей шее рваное дыхание напарника.
— Это похоже на сексуальное домогательство, — не угомонится она.
Объятья Сокджина надёжные. Бонхи чувствует себя в безопасности в крепком кольце его рук.
— Заяви тогда на меня, — тихо произносит Сокджин, прежде чем прикоснуться пересохшими губами ко лбу своей напарницы. — Я научу тебя любить понедельники, — быстро добавляет он.
