Спасти профессора Снейпа

Аппарация прошла более чем удачно, если не считать пары синяков у мистера Уизли и разбитой коленки у мисс Грейнджер, кои образовались в результате падения на жесткий пол Хижины. Гермиона моментально вскочила на ноги и помчалась к лежащему неподвижно профессору. Рон что-то проворчал про несвоевременные открытия, но девушка уже склонилась над будущим кавалером Ордена Мерлина. — Ну, давайте же! Сделайте над собой последнее усилие! Вы не можете умереть, не сняв с меня баллы за стырен…то есть позаимствованные ингредиенты! И вообще, профессор, я же еще ни разу не пришла к вам на отработку! Как вы можете поступить со мной так несправедливо? Тело Снейпа еле заметно дернулось. Гермиона так и подпрыгнула, а потом наклонилась и прижалась ухом к груди горячо обожаемого... то есть уважаемого профессора. — Ура! Заработало! — возликовала девушка. Рон, уже по традиции нашедший, что пожевать, поперхнулся и воззрился на сокурсницу. — Сердце! Сердце бьется! — восклицала Гермиона в ответ на неосмысленный взгляд мистера Уизли. — А. Я рад. Теперь, надеюсь, мы сможем поесть? — Рон, какая еда! За ним нужен глаз да глаз, в смысле бережный уход, я его даже в больничное крыло не рискну отправить, а ты все о бренном желудке. Кстати, что ты там жуешь?? — Мармелад какой-то. Кислющий страшно, аж аппетит разыгрался. — Лимонные дольки??? Еще одна конвульсия быстрой волной прошла по телу профессора Снейпа. Гермиону тут же перестали интересовать вопросы питания; она схватила второй пузырек с лично изобретенной жидкостью и с превеликим усердием вылила все его содержимое профессору в рот. — Э, подруга, ты что? — ахнул Рон. — Он же подавится! — Ни в коем случае, — возразила Гермиона. — У меня все просчитано. И вообще, тебе-то какая разница? — Никакой, — согласился рыжий. — Просто интересно. — он вытащил из мешочка пригоршню конфет. — Хочешь? — Нет, — автоматически ответила мисс Грейнджер. — И вообще, где ты взял эту гадость??? — Тут в углу лежали. И почему гадость? — Рон сунул в рот очередную дольку. — Они вкусные. Гермиона одарила его взглядом «хватай мешки — вокзал поехал» и достала третью пробирку с розоватым зельем. Рон почему-то вспомнил, что от сладкого можно заработать неприятные маггловские болезни, положил мешок на место и изобразил любопытство. — Что это? — Рон, ты бы на зельях списывал хотя бы у Гарри, — ответила Гермиона, бережно прикладывая вату к шее профессора. — И как ты еще получил «выше ожидаемого»... — Так я и списывал, — честно признался Рон. — Только у тебя. Но я все равно ничего не понимаю. — Помнишь, на первом уроке профессор нас пугал? Ну, там сварить удачу, разлить славу, закупорить смерть? Хорошо, что я тогда записывала все подряд, и особенно замечательно, что Гарри догадался заглядывать ко мне в тетрадь. — И почему это хорошо? — раздался голос невесть откуда взявшегося Гарри. — Потому что профессор всегда говорил наиважнейшие наинужнейшие вещи... — начала Гермиона, но тут же подпрыгнула на месте, обернулась и вскрикнула. — Гарри! Невилл! — заорал Рон. — Что вы тут делаете??? — А вы? — спросил Невилл. — Спасаем профессора Снейпа, — уверенно ответила Гермиона. — И как, успешно? — поинтересовался Гарри. — Пока да, — пожала плечами Гермиона. — Осталось только добавить эссенцию Витрум-Сомениум и дождаться реакции Сипельникова... — О, откуда это? — Гарри поднял с пола черную тетрадку. — Еще и учебник Принца-Полукровки... Странное сочетание, правда, Невилл? — Дай сюда! — отобрала тетрадку Гермиона. — Тебе она без надобности. Ты все равно никогда не понимал, что у тебя там написано. Гарри Поттер страшно оскорбился, но виду не подал. — Знаешь, Гарри, — вдруг сказал Невилл. — Я, кажется, понял, как эта тетрадка оказалась в кабинете профессора. — Ничего особенного, Невилл, — поспешил разочаровать его мальчик-который-войдет-в-историю-человечества. — Наверно, я ее забыл в конце первого курса. — А я думаю, что все далеко не так просто, — возразил юный соратник Героя всея Британии. — Я всегда терял вещи и часто находил их именно тогда, когда они были нужны мне больше всего. И меня заинтересовала эта тема. Как-то летом я прочитал одну книгу из библиотеки моей бабушки, в которой говорилось, что в нужный момент Хогвартс сам подкладывает нам необходимые предметы, чтобы мы сделали то, что обязательно должны сделать… — Ничего не понимаю, — прервала его размышления Гермиона. — По всем расчетам профессор уже давно должен быть в сознании. Гриффиндорцы переглянулись. — Мы можем что-нибудь сделать? — спросил Гарри. Гермиона лихорадочно листала конспект. — Нужна сильная эссенция, наподобие маггловских карбоновых кислот, — ответила она. — Но я без понятия, где ее взять. Хогвартс разрушен, до Хогсмида далеко, да и искать нам некогда... — Лимонную дольку? — предложил Рон. — Рон, сейчас как бы не чаепитие. — Погоди, — сказал Гарри. — Рон правильно говорит. В дамблдоровых конфетках кислоты немерено. Гермиона недоверчиво взяла пригоршню мармелада. — Ты уверен? — спросила она у Гарри. — Ну, хуже уже явно не будет, — ответил магический герой. Гермиона пожала плечами, словно снимая с себя ответственность за несовместимость полукровных особей со специфическими сладостями, и аккуратно положила лимонную дольку профессору в рот. Снейп проглотил ее рефлекторным движением и тут же судорожно вздохнул. — Ему плохо? — забеспокоился Невилл. — Ему лучше, чем нам, — философски сказал Гарри. — Он еще не знает, что мы тут натворили. — А чего такого? — не понял Рон. — Всего-то нарушили пару школьных правил. Не в первый раз ведь. Гарри толкнул друга локтем и поспешил сменить тему. — Гермиона, как тебе это удалось? — спросил он. — Яд Нагайны сильнее мышьяка… — Да ничего особенного, — слегка смутилась довольная Гермиона. — Витрум Сомениум — зелье, в основе своей обратное Глотку Живой Смерти. Одна из научных находок профессора. Сильнейший антидот к ядам животного происхождения. Вот здесь, на странице 315 написан рецепт… — Нифига себе… — обалдел Рон. — А мы вообще это проходили?… — почесав в затылке, спросил Гарри. — Я такого даже не видел никогда. — Конечно, откуда тебе его видеть, — сказала Гермиона. — Ты ведь так и не прочитал учебник дальше Сектумсемпры. — Ну, извини, — развел руками Гарри. — Я же не предполагал, что профессор изобретал не только непростительные. — Я не изобретал непростительные, — сказал все еще неподвижно лежащий Снейп, не открывая глаз. — Я всего лишь убил директора. — Профессор, вы очнулись! — радостно закричала Гермиона. — Вашими стараниями вы и Мерлина возродите, — проговорил Снейп, открыв глаза и узрев счастливое лицо Поттера. — Я надеюсь, вы не заказывали салют в мою честь? — С возвращением, профессор, — просиял Гарри. — Вы совсем не изменились! — Гриффиндор в полном составе... — простонал Снейп. — Лили... за что мне все это!.. Снейп закрыл глаза и почти сразу же все понял. Он мог остаться в межвременьи навечно, но просто должен был вернуться. Он должен. Как всегда… Герои притихли и во все глаза глядели на своего теперь уже без сомнения самого любимого профессора. Да, именно самого любимого, потому что Гермиона всегда восхищалась его умом, строгостью и харизмой, и давно уже смотрела на него не как ученица, Рон завидовал его силе характера, и даже Невилл уже не видел мастера зелий в боггарте. Северус вновь открыл глаза и осмотрелся. — Полагаю, я стал жертвой вашего рвения, мисс Грейнджер? — поинтересовался он. — Э-э-э… — смутилась та. — Да, профессор… — Я искренне надеюсь, что изыскания носили чисто научный характер, — зельевар пристально посмотрел на девушку, но на легилименцию сил не хватило. Гермиона покраснела и уткнулась в учебник по зельям. Разглядев экслибрис, Снейп поперхнулся. Теперь понятно: мисс Грейнджер плюс его научные наработки равно новая жизнь любимому профессору. Довольно банально, хотя и весьма приятно. — Разрешите доложить. Жертв нет, Волдеморт побежден, Хогвартс разрушен, — отрапортовал Гарри Поттер, от чего профессор еще сильнее закашлялся. — Я в вас не сомневался, Поттер, — зельевар по-прежнему пытался язвить, но злоба из его голоса бесследно исчезла. — Вам нужно в больничное крыло, профессор, — быстро заговорила Гермиона. — Я уже проинспектировала ваше общее физическое состояние и ауру вашей магии, но думаю, что мадам Помфри… — Не стоит беспокоиться, мисс Грейнджер, — перебил ее Снейп. — Я в полном порядке. — Да, сэр, но… — Никаких но. Вы, кажется, все еще называете меня профессором? Так вот. Распоряжение первое: немедленно отправляйтесь в Хогсмид и разыщите мистера Драко Малфоя. Да, Поттер, мистер Малфой предпочел не покидать Британию, а, пардон, стащить у вас мантию-невидимку и развернуть личную кампанию против Темного Лорда. — Идиот… — вырвалось у Рона. — Согласен с вами, мистер Уизли, как ни странно, — заметил Снейп под дружный стук упавших челюстей. — Смею надеяться, вы уже догадались, что за распоряжением первым следует второе: обогреть и накормить мистера Малфоя, а также разъяснить ему нынешнее политическое положение в Британии. Можно примерно так же, как и мне, — добавил профессор, видя понимание только в глазах мисс Грейнджер, что, впрочем, его уже давно не удивляло. Гриффиндорская четверка согласно закивала и синхронно аппарировала к воротам Хогвартса. Зельевар в последний раз осмотрел Хижину, наложил заклятие уничтожения замедленного действия и поспешил за детьми. В том, что отныне не только Драко, но и эта гриффиндорская компания — его дети, он уже не сомневался.