Ersatz

Тайлер всегда знал, что отличался от других мальчиков. Он понимал это далеко до того, как психолог, нервно теребя в руках очки, пыталась донести для него эту мысль. Ему тяжелее, чем другим, и он давно это заметил, но не до такой же степени. Выходя из кабинета врача, его мать, широко улыбаясь, предложила ему лечь в больницу. Врач одобрительно кивал. В ту минуту он подумал: «Все что угодно, но только не больница», но его страх не оправдался, все были на его стороне. Тайлеру удалось убедить всех в том, что он все держит под контролем и вовсе не собирается вскрывать вены в ванной сегодня ночью. А ведь собирался. Придя домой, он бросил портфель и упал на кровать. Всякий раз, когда он бывает в этом месте, из него будто выкачивают все силы. Эти разговоры, эта напряженная атмосфера, этот запах, этот цвет, этот человек. Фразы, которые он не готов произносить как в постороннем присутствии, так и наедине с собой. Фразы, от которых он начинает плакать. Слишком личное. Слишком запретное. Но он вынужден это делать, чтобы ему назначали новые лекарства. Честно говоря, он уже не видит в этом смысл. Уходит одно — приходит другое. Он стал нормально есть, но его бессонница обострилась. Его зуд прошел, но появилась привычка вырывать волосы. Каждый день он задает себе вопрос «За что?». Он смотрит на других, и ему стыдно за свое существование. Почему он не может быть как они? Однако одним приемом поход не закончился. Ему приходилось каждую неделю топать на психотерапию, глотать разные виды антидепрессантов и нейролептиков, нервничать под взглядом родителей. Но только сейчас Тайлер понял, что все его прошлые страдания — хуйня по сравнению с тем, что произошло в тот день. В тот самый день его кошмар вышел за пределы длительных и мучительных снов. То существо, которое пожирало его каждой ночью, к которому Тайлер питал самые сильные страхи, оно просто взяло и появилось в реальности. Блуррифейс — так оно себя называло. Впервые Тайлер увидел его, когда принимал ванну, и его чуть не стошнило от смеси паники, страха и отвращения, которую он испытал тогда. Он не мог поверить, что не спит, но, ущипнув себя, ужаснулся еще сильнее. Не спит. Все реально. Поначалу он ничего не говорил — просто смотрел своими яркими красными глазами. Говоря о его внешности, это был парень возраста Тайлера, одетый в черную майку и шорты, красные носки, которые вылезали у него из-под таких же черных кроссовок. Но то, что отличало его от обычных людей, были покрытые черной краской руки и шея. Когда Тайлер смотрел на него, он чем-то напоминал ему злодеев из старых мультиков про супергероев, однако он был гораздо хуже. Он — все самые большие страхи Тайлера. Он — вся тьма, что в нем есть. Тайлер видел его не всегда. Он также появлялся во снах, но наяву он мог увидеть его 2 раза за день. Это его успокаивало. Тайлер думал о том, что стоит сказать об этом своему врачу или, хотя бы, родителям, но, почитав стратью в интернете «Через что проходят больные шизофренией», он понял, что это плохая идея. Раньше он был причиной, по которой Тайлер так активно отказывался ото сна. В его кошмарах Блурри разбирал его жизнь по частицам, проматывая вновь и вновь худшие моменты существования. Он издевался над ним, вселял неуверенность и страх поменяться. Когда он услышал его впервые, а это было перед сном, то целую ночь не мог уснуть и перестать думать об этом. Одна фраза перед исчезновением, и он не смог даже пойти на следующий день в школу. «Рад встретить тебя здесь, Тай». Именно эти события послужили причиной отдаления Тайлера от всех близких ему людей. Хотя о чем он говорит. У него никогда не было друзей. Точнее был. Один. — Но с ним все сложно, не так ли, — Тайлер вздрогнул от неожиданного появления Блурри. Да, с ним и правда было все сложно. Основной проблемой было то, что Тайлер был влюблен в него, но тот всегда держал расстояние между ними даже в контексте дружбы. Ему было противно от себя за это, хоть он и понимал, что не виноват. Вся его уверенность в себе погибала от одних слов Блурри. «Педик, и как тебя земля носит. Влюбился в лучшего друга. Просто представь, каково ему будет знать, что на него запал такой урод, как ты?». Для него Джош был как прогулка по цветочному полю, как любование звездами поздно ночью в деревне, как запах шумного, но невероятно красивого моря. Джош был как самый сладкий тортик из магазина, которого выбрала мама, чтобы устроить своему ребенку незабываемый праздник. Тайлер восхищался им издалека, потому что ближе ему подходить было запрещено. Все что он получал каждый раз, когда снова и снова пытался наладить контакт — сочувствующий взгляд с его стороны, будто это совсем не вина Тайлера, а что-то таинственное происходит между ними. Тем временем Блурри задумал для Джоша нечто ужасающее. — Заткнись, заткнись, заткнись! — Тайлер зашипел, сжимая волосы на своей голове, — неужели ты не можешь просто уйти? — Я же тебе лучше делаю, — снова эта беспечная улыбка, — никто кроме меня тебе правды не скажет, котеночек. От этого прозвища у Тайлера случился рвотный позыв. Как же отвратительно. — Знаешь, что я попрошу тебя сделать в этот раз? — боже, не снова. — Что тебе нужно? — Тайлер всегда боялся таких заявлений. В последний раз, когда блурри просил его о чем-то, было просто повторить за ним какую-то унизительную фразу, но Тайлер не мог отказать. Ведь тогда он разозлится. — Агаа. Принеси-ка кухонный нож, — Тайлеру показалось, что его сердце остановилось. Может все-таки стоит рассказать об этом психиатору? — Я не буду этого делать, — в конце-концов, он не настолько не в себе, чтобы подчиняться больным фантазиям его головы. Или настолько. Тайлер действительно очень сильно боялся Блурри, в основном из-за того, что он предполагал его не только как шизофрению, но и как раздвоение личности. Что будет, если он возьмет контроль? Убьет всю его семью? Убьет Джоша? Ах, да, он же знает все то, что знает Тайлер, так что теперь ему точно несдобровать. И что он собирается делать с ножом? Отрежет ему кусочек торта? Его переполняла паника. — Да что ты говоришь. Ты ведь знаешь наши правила, Тайлер. Я никуда не уйду, пока ты не выполнишь мои условия. Или мне стоит применить другие меры наказания? Тай, ты такой глупый, раз считаешь, что все, на что я способен — сидеть и говорить с тобой. Ему казалось, что комната потемнела. Или же что-то в его голове потемнело. Он не видел разницы между галлюцинациями и реальностью, все мерцало, а моя голова все сильнее болела. Почему его мозг делает это с ним? Тайлер нервно вздохнул и вышел из комнаты. Пока он идет за холодным оружием, у него есть минута, чтобы придумать план, как выйти из этой ситуации живым. Ах, точно, Блурри ведь знает, о чем тот думает, так что все бесполезно. Тайлер взял нож, но он тут же выпал, потому что его руки дико тряслись. А что, если он и впрямь заставит его убить себя? От этого вопроса живот Тайлера будто стянулся в огромный больной узел. Когда он вернулся, в глазах Блурри горел огонек интереса. — Как меня зовут, котенок? — отвратительно. — Блурри. — Что у тебя с лицом? Улыбайся, когда смотришь на меня, — в горле стал комок наплывающих слез. Ему пришлось ущипнуть себя, чтобы это не вышло наружу. Он натянул самую лживую маску улыбки в моей жизни. На самом деле, он никогда не чувствовал себя хуже. — Твоё имя Блуррифейс. — Молодец. Тебе осталось вырезать это на своем животе, — это то, о чем он предполагал. Его это пугало. Но что он мог сделать? С каждым днем он чувствовал себя все дальше от того, что происходит вокруг него, все ближе погружаясь в окружение своих собственных демонов. Ему казалось, что уже ничто не способно спасти его. Он схватил лезвие и как можно быстрее начал выводить буквы. — Глубже. Он нажал еще сильнее. Струйка крови потекла по его животу и обжигающая боль заставила лицо скривиться. По крайней мере, чувствуя физическую боль, он отвлекается от душевной, которая сейчас так хотела показать себя. — Мне больно. — В этом и смысл, дурачок. В комнате становилось все холоднее. Кто открыл окно? — Я. — Что? — Я слышу, о чем ты думаешь. Закончив надпись, он откинул лезвие под кровать. Сильная боль живота и отвращение от самого себя все-таки заставили Тайлера заплакать. Он сделал узел над ранкой и продолжал тихо плакать, смотря на одну точку. Потом он взглянул на часы — 2 часа ночи. Он отправился в ванную за аптечкой. Все спали. Когда Тайлер огляделся, никого не было. Блурри исчез.