О рабочей форме и развлечениях

Лучшая часть работы в видеомагазине, по мнению Робин, — это то, что она, в принципе, не особо отличается от работы в магазине мороженого. Стив всё ещё с ней, покупатели всё ещё немного тупые, а начальник всё ещё немного странный, но, в конце концов, это простая работа — им лишь не надо больше носить дурацкую униформу. Вот только Стив и Робин, похоже, единственные, кто не скучает по этой дурацкой форме. — Я тебя едва узнал в нормальной одежде, Харрингтон, — говорит Билли Харгроув с улыбкой всякий раз, когда заходит к ним в магазин. — Я-то уже привык видеть тебя в откровенных шортиках. — Чувак, ты когда-нибудь забудешь об этом? — ноет Стив, стоит тому подойти к стойке. — И ты не можешь называть мою форму мороженщика откровенной, когда сам разгуливал на своей работе в одних только плавках! Начинается, думает Робин и незаметно двигается, чтобы найти место для обзора получше. Если честно, появления Харгроува по праву можно назвать лучшей частью рабочего дня. Эти двое прямо чистое развлечение. — Это была обязательная униформа, Харрингтон. К тому же, я выглядел отлично. На последней реплике в его голосе слышится некоторая тоска, и Робин не может не опустить взгляд на светло-голубую рубашку, в которой он сегодня. Верхняя пуговица расстегнута. Однако, только верхняя. С тех пор, как всё это сумасшествие закончилось, Билли Харгроув ни разу не появлялся без футболки, и она не знает, какие шрамы скрываются под его одеждой, но может представить. Она видела его мельком как раз после того, как всё успокоилось. То, что он пережил, никак не может не оставить следов. Может быть, Стив почувствовал изменение в тоне, а может быть, он просто решил продолжить защищать свою честь — зная Стива, могло быть и то, и другое — потому что он застыл только на секунду и сузил глаза, тыкая в Харгроува. — Моя форма тоже была обязательной! Или ты думаешь я её носил веселья ради? И Харгроув снова начинает улыбаться, отчего Робин выпускает облегченный вздох, потому что они вернулись к привычному поддразниванию. — Не знаю, — говорит он. — По крайней мере, покупателям было весело. Стив морщится, и Билли улыбается шире. — А ещё, Харрингтон, я не мог не заметить, что ты не спорил с тем фактом, что я выглядел отлично. Стив возмущенно шипит, а колокольчик над дверью оповещает Робин о новом посетителе. Хотя это просто Дастин. Робин снова прислоняется к полке с улыбкой и устраивается покомфортнее — день обещает стать ещё интереснее. — Кто выглядел отлично? — спрашивает Дастин, потому что он никогда не упускает шанса вступить в диалог. — Я, — отвечает Билли, едва ли обращая на него внимание. — Кто это сказал? — смеется мальчик. — Харрингтон. — Что? Стив?! Стив переглядывается между этими двумя и качает головой. — Чего? Не говорил я такого, Билли! Дастин, он врет. — Я сказал, что выглядел отлично в своей рабочей форме, а он и не спорил. — Стив! — Я отвлекся! Харгроув улыбается, как акула, почуявшая кровь, и Робин мечтает, чтоб перед ней оказалась пачка поп-корна. — Ох, ну, я могу тебя понять. Ты не единственный, кто… отвлекался… стоило увидеть меня у бассейна. Стив стонет и прячет лицо в ладонях. — Я не это имел в виду, и ты, Билли, сам это знаешь. Хватит придираться к моим словам. — Да, отстань от него, — поддакивает Дастин, будучи верным другом. — В любом случае, ты выглядел отлично в своей форме только тогда, когда монстр из другого измерения был в твоем теле и покрывал с головы до ног. Ииииии, как оказалось, Стив не единственный человек, кто плохо чувствует атмосферу в комнате. Господи. Билли дергается, Робин закатывает глаза и даже Стив начинает хмуриться. Дастин сто процентов не заметил этого, так как беззаботно продолжил. — Стив же, напротив, всегда хорошо смотрелся в своей униформе. Он, буквально сияя, поворачивается к Стиву, который переводит взгляд с мальчика на Билли и выглядит так, будто не знает, что сказать. — Эм, спасибо? Харгроув издает хриплый смешок, который не может одурачить никого, кроме, может быть, Дастина, и заметно пытается взять себя в руки. — Что ж, с этим я спорить не буду, пацан. Ты смотрелся очень хорошо в тех шортиках, красавчик. — Заткнись, — Стив наверняка сейчас мечтал о том, чтобы сказать что-то получше простого «заткнись». Робин почти стало жалко друга, когда его уши покраснели. Ключевое слово почти. — Я, на самом деле, поверить не могу, что ты смог надрать задницу в этом костюме! — возбужденно пролепетал Дастин, и Робин прикусила улыбку. О, она знает, что будет дальше. Конечно же Харгроув аж воспрял духом, когда Стив прикрыл в отчаянии глаза. — О, да! — говорит Билли и полностью поворачивается к Дастину. — Расскажи-ка ещё раз, как это произошло? На лице Дастина появляется солнечная улыбка, потому что это его любимая история (Робин знает это наверняка, ведь он рассказывал её тысячу раз, совершенно не замечая, что его попытки выставить Стива крутым только смущают Харрингтона до лихорадочного румянца и заикания). — Дастин, нет! — Дастин, да! — кричит Робин и невинно пожимает плечами на преданный взгляд Стива. Что? Сегодня было очень скучно, а девушке же надо хоть где-то найти причину для смеха. Хендерсон подозрительно оглядывает их троих и наконец-то приходит к какому-то выводу. — Я разве уже не рассказывал тебе? — Много раз, — соглашается Харгроув. — Но от этого история не становится менее ху… крутой. Дастин всё ещё не уверен, так что Билли натягивает самую дружелюбную свою улыбку и говорит: — Пожалуйста. И не то чтобы Дастин когда-либо отказался бы от возможности снова пересказать такой момент, вот вообще когда-либо. Поэтому он с энтузиазмом начинает, и Стив сокрушенно роняет голову на стойку. Робин же, будучи хорошей подругой, машинально хлопает его по спине. Из-за этого Харгроув пронзает её чересчур внимательным взглядом, и, если честно, Бакли приходится прикусить язык, чтобы не засмеяться. Просто чтобы поиздеваться над Билли, она кладет руку Стиву на голову и любовно ерошит волосы. Если бы взгляды могли убивать, она бы уже лежала в гробу. Но Стив сразу же вскакивает, пялится на неё и начинает ныть о том, что теперь ему надо поправлять прическу, а когда девушка отходит на пару шагов, Харгроув с явным усилием возвращает своё внимание на Дастина. — …И там стоял этот охранник, ну он естественно нас увидел, так? Но Стив ему даже не оставил шанса объявить тревогу, а сразу же сбил этого парня с ног! Типа, буквально надрал задницу русскому солдату! — И всё это в костюме мороженщика? — спрашивает Билли, хоть и знает точный ответ. — Ага, в костюме мороженщика! — соглашается Дастин. Харгроув смотрит на Стива и улыбается, наверное думая, что никто, кроме Харрингтона, не догадывается, в какие степи ушли его мысли. Однако фигушки ему, потому что Робин бегло знает множество языков, и язык тела определенно входит в это число. — Что же Стив сделал дальше? В своей форме-то? — Ну, — говорит Дастин, слава богу, не понимая, какой подтекст несет милый голосок Билли, — потом он просто вырубил того чувака телефоном! Такой бам! Вот так! — мальчик начинает показывать руками какие-то дикие пируэты, похожие скорее на мельницу. Харгроув явно борется с улыбкой и натягивает на своё лицо маску более-менее спокойной заинтересованности. — О, правда? А дальше что? Пока Дастин продолжает повествование, Стив смотрит на Робин и одними губами говорит: «я тебя ненавижу». Девушка ласково ему улыбается и, когда Билли начинает смотреть на них, прищурив глаза, посылает воздушный поцелуй, который оказывается проигнорирован. Робин улыбается. Вот же ж люди. Она обожает свою работу. — Эй, — вклинивается Стив и обходит стойку, чтобы встать между Дастином и Билли, глядя в лицо последнему. — Чтоб ты знал: несмотря на то, что ты сейчас смеешься надо мной, я действительно надрал задницу тому русскому. Харгроув начинает светиться, словно рождественская ёлка. — Пока был в своем маленьком костюме морячка. — Не в этом смысл! — О, а я не согласен. Они подходят всё ближе и ближе друг к другу, и Робин задерживает дыхание. Неужели сегодня тот самый день, когда они наконец-то… — Смысл в том, что он был таким крутым и в кой-то веке победил в драке! — перебивает их Дастин и влезает между парнями, разбивая всё напряжение. Робин вздыхает. Кайфолом. Харгроув лениво ухмыляется. — Я-то думал, весь смысл в том, что вы попались в плен кучке русских… — он аккуратно не напоминает о пережитых ими побоях и наркотическом опьянении, хотя Робин знает, что он знает обо всем этом, и тогда до неё доходит: Билли Харгроув, возможно, единственный человек в её нынешнем окружении, который реально думает, прежде чем что-то сказать. — …и вас пришлось спасать двум десятилеткам. — Эй, мне не десять! — возмущается Дастин, но его игнорируют. Спор продолжается, но Робин приходится выпрямиться и попытаться выглядеть профессионально, потому что Кит вернулся с обеда и сейчас направлялся прямо к ней. И Кит, конечно, что-то с чем-то, но он все-таки их босс, так что… Он останавливается рядом с ней и смотрит на развернувшуюся в пустом магазине сцену. — Ты говорила, что если я найму Стива Харрингтона, то сюда наплывут девчонки, Робин, — тихо говорит он. — Это правда! — отвечает она. — Тут постоянно девчонки. — Билли Харгроув явно не девчонка, Робин. — Справедливо, — медленно кивает девушка и поглядывает на начальника. — Он тут постоянно. — Я знаю, — кивает она снова, потому что нельзя отрицать данный факт. — Он отпугивает всех посетителей… Она резко к нему поворачивается. — Так, ты же сам знаешь, что это неправда. Ты посмотри на него! — Робин жестом указывает на Харгроува, который, глядя на активно жестикулирующего руками Стива, улыбается так, что половина девушек Хокинса с удовольствием выпрыгнули бы из своих трусов. — Да его присутствие заставит ещё больше девочек приходить сюда! Если они со Стивом будут тут вдвоем, то этот магазин станет новой горячей точкой для всех горячих девчонок, Кит. — Если тут будут они вдвоем, — хмурится тот. — Здесь не останется девчонок для меня. Робин приходится отвернуться и сымитировать кашель, чтобы не рассмеяться собственному начальнику в лицо. Пока она пытается отдышаться, звон колокольчика над дверью заставляет её поднять взгляд туда, где Келли Дэвис заходит в магазин в компании своей младшей сестренки и её мелких громких подружек — одна из них, кстати, Эрика Синклер. Келли выглядит отлично с этими её мягкими волосами, что обрамляют красивое лицо, и большими желтыми серьгами. — Тебе надо волноваться не из-за этих двух, — говорит Робин себе под нос. — Что? — переспрашивает Кит. Робин натягивает на лицо улыбку и поворачивается к нему. — Я сказала, что тебе не о чем волноваться. Видишь, тут сейчас стоит девушка. Одна из многих, я уверена. А теперь извини, но мне надо работой заняться. Она обходит Кита и направляется к Келли, стоящей около стойки. — Привет, Келли. Нужна какая-нибудь помощь? Келли улыбается. Она такая красивая с улыбкой на лице. — Эм, вообще-то, да. Я сегодня нянчусь с этими мелкими, и самый простой способ заставить их сидеть максимально тихо — это посадить перед телевизором, так что… что-нибудь, что займет их часа на полтора, было бы отлично? — она заправляет прядь волос за ухо. — Какие есть предложения? Робин прикусывает губу. — У меня их целая куча. Подожди, я покажу. Пока она обходит стойку, чтобы подойти к Келли и её банде поближе, Эрика незаметно подкрадывается к ней и тыкает острым локтем в бок, глядя на двух очевидно влюбленных друг в друга парней, которые до сих пор спорят. — Они всё ещё не поцеловались? — Не-а. — Черт. Чего ж так долго? — Без понятия. Эрика вздыхает так тяжело, словно человек, что повидал всякого и уже устал от жизни, и качает головой. — Мальчики такие тупые. Робин смотрит от Билли и Стива — которые каким-то образом встали ещё ближе, наверно потому, что Стив тыкал Харгроува в грудь, к превеликому удовольствию самого Харгроува — до Дастина, который отошел от них и сейчас дрался с картонной фигурой Карате-пацана; и до Кита, который умудрился пролить на себя кофе за те тридцать секунд, что Робин оставила его наедине. — Что ж, ты не неправа. А потом она встает напротив Келли и не может не подпрыгнуть от восторга, когда улыбается ей — настоящей улыбкой, а не чисто из вежливости — и говорит: — Так, что ты предпочитаешь: комедию… или романтику? И Келли смеется, игнорируя выкрики девочек вокруг неё, и смотрит Робин прямо в глаза. — Может быть, немного и того, и другого? Робин кивает. Она обожает эту работу.