Бабл-гам

      Мобэй крепко спал после бессонных ночей, проведённых перед кипой бумаг. Работа, работа и снова работа. Кому же она нужна была, когда ему хотелось хорошенько отдохнуть и чувствовать сопящее тёплое тело под боком? До Цинхуа, проклятия всей его жизни, было рукой подать. Он был так близко, что дыхание замирало при виде этого домашнего умиротворенного лица. Но Мобэй Цзюнь был таким правильным следователем своего верного пути, и отвлечься делами грешников было сверх его сил. Мужчина сдерживался, причём очень сильно. Обычное «погладить по волосам и поцеловать в губы» было поражением стойкого и серьёзного Мобэя перед робким любовником. И стоит отметить, что, хоть робким был Цинхуа, но сдавался именно Мобэй.       Неправильно для сложенных веками стереотипов.       За утренней трапезой Мобэй лишь посылал ему любовные и пытливые взгляды, когда как Цинхуа очередной раз взорвался хохотом после неудачно снятого видео. И, когда он увлечённо начал тыкать на своём ноутбуке, мужчина измученно улыбнулся и, поцеловав любимого в висок, покинул квартиру.       Расстояние убивало. Словно яд, медленно растекающийся по венам, гонимый кровью по всему телу. Мобэй сильнее вцепился в руль и успокоил шум в голове.       Ничего, сегодня вечером Цинхуа, тёплый и нежный, укутанный в зимнее одеяло, будет ждать его с чашкой чая в руках. Эта мысль дарила радость и облегчение.

***

      Нырнув в гущу событий и не в состоянии оторваться от деловых переговоров, Мобэй буквально летел между кабинетами. Несмотря на то, что он начальник, он не бегал, а просто… Летел. Его обычно спокойная секретарша сонными глазами следила за скоростью шефа и просто поражалась его порыву. Сосредоточенный взгляд ледяных глаз буквально прожигал дыру в каждой ошибке идеально прописанных документов… И шеф летел обратно на два этажа ниже. Секретарша прыснула без слов, но тут же была одарена холодным взглядом босса.       Знала бы эта девица про мечту босса поваляться в объятиях любимого на этих выходных, совсем не смеялась бы. Ведь эти выходные нужны и тебе, вредная.       К шестому часу вечера Мобэй с облегчением опустился в своё кресло и довольно похлопал по папке с файлами. Ему показалось, что он проделал десятидневную работу наперёд. Может, добрые люди сжалятся над ним и дадут отдых на десять дней? Уставший и проторчавший на работе до самого вечера, он только сейчас услышал мелодичное пение со стороны двери. Слишком знакомый голос, чтобы взять и перепутать. Не веря своим ушам, Мобэй с силой потянул на себя дверь кабинета. Как и ожидалось, возле приёмной на коричневом кожаном диване сидел Цинхуа и тихо качал головой под ритм одной песни. И почему-то секретарша исчезла из виду. Мобэй изогнул брови в непонимании и приблизился к мужчине. Тот уже снизил голос и сейчас просто шептал без конца.       — Целую, целую, целую, целую вечность целую, целую тебя…       Мобэй усмехнулся и провёл ладонью по волосам любимого. Тот же встрепенулся, прикусил нижнюю губу и подпевал дальше. Глаза Цинхуа улыбались так же, как во время покупки уличного разливного мороженого. По его словам, он вдохновлялся, пока лизал вкусный бабл-гам и когда его язык становился весь голубым. Мужчина не знал, к чему может привести эта любовь к мороженому. И, чёрт знает, чем это несчастное мороженое могло его вдохновить, но по возвращению домой Цинхуа по два-три часа засиживался перед ноутбуком. Со временем Мобэй даже смирился с этим.       Облизнувшись, Цинхуа коротко поцеловал мужчину в губы и, поднимаясь с места, произнёс:       — Как насчёт фильма про Короля Льва? Мой герой, ты проделал огромную работу на этой неделе, и Шан Цинхуа от всей души хочет подарить тебе хорошее настроение, — ответил он, зашуршав двумя билетами в руках. Мобэй многозначительно хмыкнул. Чем был вызван порыв неожиданно пойти в кинотеатр? Ведь его любимый домашний кот почти не вылезал из дома.       Мобэй вдруг схватил его за рукав одежды и тихо спросил:       — Продолжишь песню?       Удивлённый мужчина некоторое время таращился на своего парня и смущённо начал переминаться с ноги на ногу.       — Пошли в кинотеатр.       Довольный мужчина оставил влажный поцелуй на лбу любимого, закрыл двери кабинета и спустился на лифте под возмущения своей катастрофы.       — Даже не вздумай, без мороженого! — Цинхуа предупредительно скрестил руки на груди, прислонившись к зеркальной поверхности лифта. Мобэй проделал то же самое и ответил холодным взглядом.       — Заметь, ты сам затронул эту тему.       — Ну нет же! Посмотрим фильм и спокойно вернёмся домой! — не унимался мужчина, эмоционально жестикулируя руками. — Не то я просто превращу тебя в синего человека.       — То, что надо, — заметил явно повеселевший Мобэй.       Шум от голоса Цинхуа не утихал, но приятно ласкал уши Мобэя, который за целый день устал от звука кондиционера.       Звуки шагов становились всё дальше и дальше.