Спиной к спине

***

Хоть одна половина лавочки уже занята, вторая все еще тоскует в одиночестве. Тем более и что с того, если она подсядет? Здесь же нет ничего такого, так ведь? Подумаешь что в такую холодрыгу никто по паркам не ходит, а дома сидят? Подумаешь что в парке немереное количество лавочек, а она решила сесть именно на эту? И что ему с того?.. Василиса была не самой смелой, но сегодняшнее настроение не позволяло отступать. Хотя по правде все ее эмоции можно было описать одним словом «пофиг». На неожиданное шуршание листьев под ногами, незнакомец мельком повернул, свою голову в черном капюшоне, из-за которого было видно прекрасные шоколадные волосы и кончик прямого носа. Даже той полсекунды хватило Василисе чтобы рассмотреть его каждую неприкрытую тканью деталь. На удивление, за этот мимолетный миг она уже полюбила эти черты лица. В душе проснулось давно забытое чувство восхищения. Оно не появлялось очень давно, еще с последней встречи с Марком. Да, именно тогда она также рассматривала пепельные волосы, прекрасные глаза, скулы, губы. Все было открыто для неё. Но тогда она увидела все лицо, а сейчас только краем ока что-то успела разглядеть. Разве это одно и тоже?! Хотя какая уже разница. Марк пройдённый этап, а это всего лишь незнакомец. Присев на лавочку с своей стороны, Василиса полностью откинулась на аккуратную спинку и, посмотрев на серое облачное небо, прикрыла глаза. Время под липой шло в своем темпе. Оно то летело как сумасшедшее, то замирало вокруг. Казалось, что сейчас есть только ты, липа, нависшая высоким куполом, и ветер, который беспрерывно летал в еще не опавших листьях. Он шатал бедное дерево из стороны в сторону и все под нею было укутано в шум листвы. В этом месте хотелось остаться навечно. Просто утонуть в этих листьях и растворится в этом шуме, стать единым целым с этим местом, чтобы никто не нарушил ваш покой… С противоположной стороны раздается кашель, нарушая гармонию человека и природы. Сначала все казалось обычностью, но потом незнакомец начал задыхался от постоянного кашля. Слушая это, нельзя было не заволноваться. Она думала: «Как ты еще не порвал себе легкие? И где же тебя угораздило?! Увидела бы Диана, моментально был бы под домашним арестом, в плену кровати, укутанный в одеяло как в смирительную рубашку, и поддавался кормлению не менее трех раз в сутки. И регулярный мега сладкий чай с малиной еще не самое худшее! Вот есть лимон или пить ужасно невкусные таблетки куда хуже. Ну зато с этой садисткой можно договориться. Если будешь вести себя хорошо, то тебе положенный гарячий чай с медом… и пряниками… мои любимые». Дальше она просто позволила себе расслабиться и ни о чем не думать. Хотя чем дольше она сидела, тем сильнее дрожали от холода руки и ноги. Погода портилась, становилось еще холоднее, но уходить отсюда не было ни капли желания. Василиса решила сидеть здесь, пока не станет совсем туго. И если она все глубже ныряла в свой теплый шарф и укутывалась в мех капюшона, то сосед по ту сторону вовсе расклеился. В один момент, когда она сняла перчатку чтобы разблокировать телефон, её сдуло сильным потоком ветра. Василиса собиралась сама ее поднять, но незнакомец быстро подобрал вещь, сел со своей стороны и протянул Василисе её перчатку. Он даже лица не показывал. Только протянул руку и продолжил смотреть вперед. Его кисть была очень тонкой, длинные белоснежные пальцы держали вещь очень бережно. Хоть она просто забрала перчатку из его руки, этого хватило чтобы почувствовать насколько холодная у него кожа и как сильно он дрожит от холода… . — С-спасибо. — А? — Спасибо что подал. — Да на здоровье, — в его отстранённом голосе звучало безразличие. Он точно витал где-то далеко отсюда. Больше он ничего не сказал. Так прошла минута, три… он молчал, она молчала. Тишина до этого казалась такой умиротворенной и спокойной, но сейчас она наоборот казалась лишней. Чего то не хватало. И Василиса решила перешагнуть свою робость и рискнуть. Взрослые говорили что заговорить с кем-то просто. Это же просто беседа с незнакомым человеком. Даже если что-то пойдет не так, то и пусть, все равно ты не знаешь его, а он не знает тебя. Жизнь не остановится, мир не рухнет. Вычеркнуть его из своей жизни проще простого, но даже если так то это не значит что он бесполезная трата времени. Это шанс найти друга, получить совет или послушать новую историю. Как не посмотри ты и так и так в выигрыше. Но на самом деле перешагнуть через свой страх сложно… Ну жить без приключений скучно, так чтооооо… — Тебе не холодно? — да, Василиса знала что с такой погодой и цокотом его зубов, ответ более чем очевиден, но главное что из этого вопроса может завязаться хоть какой-то диалог. — А? — Тебе не холодно? — … *хмык* А тебе то какое дело? — хоть голос и полон «дружелюбности», его беспрерывный цокот портил всю ту надменность. Пропустив вопрос мимо ушей, Василиса стянула вторую перчатку* и протянула её собеседнику. — Вот, возьми. — Зачем она мне? — Ты замерз, а так хоть немного теплее станет. — И с чего ты взяла что я возьму её? — Ну ты ведь дрожишь, — после этих слов он попытался это отрицать, так как на пару секунд цокот прекратился, но сразу же вернулся, указывая на то насколько она права, — или дело в размере? — она и забыла что женская крохотная вещица может быть напросто не по размеру парню. — … даешь только одну? — этого вопроса Василиса не ожидала. Но подумав, поняла что предлагать только одну не очень вежливо. Получается что она вроде хочет помочь, но ей жалко отдавать все и мерзнуть самой. Некрасиво вышло. Поэтому не медля она протянула ему другую перчатку. — Вот. Бери обе. Парень молча повернулся к ней, посмотрел на неё, на перчатки… и еще раз хмыкнув, взял их. Поблагодарил он очень тихо. Василиса даже подумала, не показалось ли ей. Они просто сидели в тишине. А Василиса все никак не могла угомониться. Она думала что еще можно сказать? Чем можно помочь? Что сделать? Но тут её мысли прерывает хриплый кашель. И шестеренки в её голове начинают крутиться с новой скоростью. — Ты простудился? — … — в ответ тишина. Василиса подумала что он решил её игнорировать, но он ответил, — и что с того? — Почему тогда сидишь здесь? Тебе ведь станет хуже. — Уже не важно.

Flashback

POV Василиса

— Маар, мне снег за шиворот попал! Я же теперь от холода умру. — Не умрешь. — А вдруг! И что ты потом делать будешь? Кто с тобой варежкой поделится когда ты свои дома оставишь? Кто тебе так же классно снежком в глаз зарядит? — И правда. И как же мне тогда быть? — его сарказму нет предела! Такой шкет, а наглости не занимать, — Ладно, прости меня. Вот всегда с Мааром так. Из-за чего бы не поссорились, какой чепухи не наговорили, а долго дуться на друг друга не можем. И как на него вообще можно обижаться? Вот посмотришь на эти зеленые глаза, доверху наполнены добротой и радостью, так сразу же забываешь обо всем. — На вот. Маар подходит ко мне, снимает свой шарф и с какой-то братской заботой наматывает его мне на шею. А шарф невероятно теплый. Шерстяной, хоть и кусючий, но такой приятный. И пахнет братиком Мааром. Весь мокрый, после наших снежных войн. И кажется что это тепло я никогда не забуду.

Flashback окончен

— Давай я еще и шарф тебе отдам? — Что? — Ну, я просто дам тебе шарф. — Да не нужен мне шарф. — Ну возьми пожалуйста. Тебе будет теплее. — Отстань. — Ну давай. — Да не буду я ничего брать. Тем более у незнакомки! — Я Василиса. Теперь ты меня знаешь. — Да что ты пристала? — и закашлял. Василиса решила действовать решительно. Она сняла с себя теплый красный шарф, подаренный ей Диарой на 15 день рождения, забралась на лавочку с ногами и, удобно усевшись, начала наматывать его. Капюшон к тому времени уже давно спал. Парень от удивления даже кашлять перестал. Только обернулся. Но несмотря на его ужасно смешную удивленную рожицу, Василиса напустила на себя всю свою невозмутимость и продолжила осторожно укутывать чужую шею. Закончив она немного отдалилась, оценила взглядом проделанную работу и довольно хмыкнув, посмотрела парню в глаза. В его прекрасные ярко-голубые, наполненные непониманием, глаза. — Ну как тебе? Теперь не так холодно, скажи? Но собеседник молчал. — Я сильно затянула шарф? Она потянулась чтобы немного ослабить, но он отдернулся от её руки. — Да ладно тебе, я только поправлю. — и она снова протянула руку к нему. На этот раз он сидел неподвижно. Только плечи немного дрожали. Она начала поправлять шарф, но немного дотронувшись до его кожи он резко отпрянул. — Прости, прости, прости. Я не нарочно. — Нормально. — Что? — Шарф ты завязала нормально. — А. Хорошо. — Зачем? — Что? — Зачем ты отдала мне свои перчатки? Тебе тоже холодно, — он сразу заметил что губы у неё синие, а когда она поправляла шарф до него будто ледышку приложили. — Да что со мной будет. Не пропаду. Дома отогреюсь и нормально. Тебе они сейчас нужнее. И шарф тоже! — А если заболеешь? — А если ты заболеешь? Еще сильнее. От этих слов он замер. Неотрывно смотрел в её глаза, будто в попытке найти какой-то подвох. А она смотрела на него. На его лицо, волосы, брови, нос, … Даже ужасно красные щеки выглядели очень милыми. Василиса начала жалеть что пока возилась с шарфом, ненароком не дотронулась до них. Эх, а такой шанс был. В кармане завибрировал телефон. Обое будто очнулись после глубокого транса… — Диана? Да, все нормально. — Что у тебя с голосом? — А что у меня с голосом? — Он веселее обычного. — Не говори чушь. — Это не чушь! Ты с кем-то познакомилась? — и почему Диана знает её настолько хорошо?! Как ей удается лишь с двух слов узнать Василисино эмоциональное состояние, отследить местонахождение, действия и еще сразу же, используя вселенские махинации, манипуляторством превратить Огневу в кого угодно, а чаще всего в помидора. Чертовка. Ничего от неё утаить нельзя. — НЕТ! — Значит ДА! — Нет, нет, нет, … — ПРИХОДИТЕ К НАМ НА ЧАЙ!!! — Что?! — У НАС ЕСТЬ ПЕЧЕНЬЕ, ПРЯНИКИ И ПЯТЬ ВИДОВ ЧАЯ! … — не успела Диана договорить свое «рекламное» объявление, как Василиса уже отключилась. Во время всего разговора незнакомец не вмешивался. Не говорил, тихо смеялся не смеялся, даже не поворачивался, но похоже приглашение на чаепитие он расслышал. — Тебе вернуть перчатки? — Что? — Тебя наверное ждут дома. А еще ты точно замерзла. — Да нет. Что ты. Диана просто волновалась. И домой я не спешу. На эти слова он саркастично поднял левую бровь и недоверчиво посмотрел на девушку. После не спеша снял перчатки и протянул их ей. — Держи. — Но я еще никуда не иду! — У тебя губы синие, — после этих слов она наконец-то вспомнила о том что ей и правда немного холодно. Ну как немного… дрожит всем телом, рук и ног почти не чувствует. — А у тебя они красные. Ты наконец-то согрелся. — Далеко? — Что? — До твоего дома? — А?.. Минут пятнадцать. А что? — Ну меня как-бы на чай позвали, — он впервые улыбнулся, — Хоть отогреюсь, — эти слова были ответом на Василисину приставучую заботу. Но почему-то от этих слов стало невероятно тепло и приятно на душе.