Книга огня (Азер и Караджа)

Караджа была довольна: всё больше попаданий по бутылкам, всё податливее педаль газа. Скоро она получит права и разрешение на оружие и станет полностью автономна. Бабушка была при параде. - Ты куда-то ходила? - спросила Караджа. - А ты опять стреляла? - Я пахну порохом? - Нет, у тебя слишком довольное лицо. ... Охранник подошёл ближе к Азеру и с нетерпением начал докладывать свою сенсацию: - Эта девушка села в машину Салиха, а за рулём был увалень Медет. До посадки он с Салихом не расставался. Скорее всего, она - Караджа Кочовалы. - Внучка или невестка? - Дочь Селима. Из груди Азера вырвался выдох облегчения. Он вспомнил о записке и подумал: "Вот каков предмет твоей благодарности, Селим эфенди..." Мимо проходил охранник, которому была поручена организация вечера. Азеру неудержимо захотелось подколоть его: - У тебя рот от радости не закрывается. - Я сегодня залью в него бутылку текилы. - Смотри, поставлю на караул – будешь только наблюдать. - Воля твоя, аби, пусть будет, как ты скажешь. Повеселевший Азер потрепал придурка по волосам. Хоть громила и был на пару голов выше хозяина, но умом не отличался. Зато готов был за него умереть на месте. Настоящий сын благословенной земли Юрегира. Иные и не попадали в банду Куртулуша. ... Султан выслушала впечатления Караджи от встречи с отцом. - Конечно, он винит себя, но мы виноваты не меньше. - Обиженный ребёнок мстит, так ведь говорят? - Я была у Азера Куртулуша. Если он меня услышал, то исходу дела больше всех обрадуется Саадет. - Ты засватала ему химика? - Его склад уничтожен, и чтобы не терять позиции, Азеру придётся нарастить производство. - Каков он собой? - Он так держится... - Словно у него дракон есть? Эта надпись красовалась на одной из стен Чукура ещё с весны и породила так много шуток, что можно было не стесняясь цитировать её при бабушке. - Может быть, драконы водятся в Адане? - едва слышно добавила Караджа. ... Азер пожелал матери спокойной ночи и отключил телефон. С улицы доносились звуки вечеринки. Он налил себе виски и вышел на балкон. В бассейне было больше женских тел, чем воды. После разговора с матерью ему захотелось немного подумать в одиночестве. Его покой нарушило громкое гоготание. Дверь распахнулась, и в комнату ворвалась пьяная девка с бутылкой в руках. Похоже, что она искала не его, но узнав хозяина, захлопнула дверь и направилась к балкону. ... Караджа смахивала слёзы с маминых щёк и утыкалась носом в её волосы. - Может быть, вы с папой ещё будете вместе? Айше расхохоталась: - Милая, я плачу не из-за него, я просто счастлива, что ты у нас есть. Пора было оставить маму в одиночестве, она не любит долго демонстрировать свои чувства. Сон не шёл. В голове было слишком много мыслей, голосов, запахов. Стены изолятора, новые морщины на лбу отца, тяжесть пистолета в руке, звук разбивающихся бутылок. Улыбка, обнажающая клыки, касание ладони, пульсирующая венка под левым глазом. "Уберёшь руку?" Погружаясь в сон, она прогоняла в голове мысль за мыслью: "Медет будет счастлив, но мне придётся ездить на отцовской машине... Надо было вернуться в изолятор и дождаться, когда он выйдет... У этого точно есть дракон". ... - Сядь там в углу. Не раздевайся. Азер продолжал смотреть на двор с террасы. - Ты умеешь петь? - Даже если бы умела, то уже не в состоянии, - пьяным голосом пролепетала девица. - Пусть придёт та, что в состоянии. Девица, успевшая снять туфли, пошлёпала прочь из комнаты. Мама заметила, что Азер принял важное решение. По голосу поняла, что ему стало легче. Он не доверял Султан, но хотел верить Саадеттину. В этот раз он позволил добавить себя в игру. Но если это добровольный шаг и всё под его контролем, то тогда игра - и его тоже. "Значит, гроза морей Медет, вы охраняете сокровище дома Кочовалы?" - подумал он, вспомнив историю Саадеттина, и залился тихим, чуть хмельным смехом. Азер обернулся на звук открывающейся двери. Высокий женский голос с едва слышной хрипотцой произнёс: - Вы просили спеть вам песню? Азер подозвал гостью к себе. Высокая женщина подошла к балкону, вколачивая каблуки в пол и шелестя пайетками на платье. Она остановилась в проёме и тепло улыбнулась. Немолодая, трезвая, с лисьим взглядом – она не была похожа на девушек, которых сюда обычно привозили. Может быть, понравилась кому-то из охраны или её привели сюда петь? - Ты знаешь "Зелло"? - Южный свадебный напев? Только мелодию, без слов. - Так даже лучше, пой. Веки Азера тяжелели, пение ночной гостьи и допитая бутылка перемешали его сны с явью. Перед глазами всплывали впечатления прошедшего дня. Смех Саадеттина, вопли охранников, визг девок во дворе. И тяжёлая дверь изолятора, а за ней - глаза испуганной косули, приоткрытый рот и маленькая девичья ладонь, схватившая его за ворот. Когда в полудрёме ему привиделись прохладные каналы родной реки Сейхан, он открыл глаза и попросил воды. Певица поднесла стакан к его губам и помогла подняться. Рухнув на кровать, Азер указал ей на пачку денег на столе. Еле ворочая языком, он спросил: - Как твоё имя? - Йылдыз. - Спасибо, Йылдыз, ты можешь идти. … Караджа разливала яичную смесь по двум сковородам с дымящимися овощами. - Которая из них мне, сестрёнка? Даже взгляд Акына из-под изогнутой брови не испортит настроение Карадже этим утром. - Твоя слева, абиджим. Кто только ест менемен без лука? Айше прикусила язык, чтобы не выругаться вслух. - Кахраман редко ел менемен, но всегда без лука, - громко сказала Султан, - обычно он просил варить ему яйца всмятку, да, Саадет? Глаза Саадет уже были на мокром месте. Мама Султан так полюбила маленького Идриса, но никогда не простит его отца. "Салих, как проходит твоё утро? Ты ведь скучаешь по моему завтраку?" Саадет совсем поникла от этих мыслей. Айше безучастно наматывала прядь волос на палец. Султан начинала накаляться. Караджа бросилась из кухни на звук подъехавшей машины. - Мне пора в столовую! С тех пор, как Акын захватил власть, Султан отказалась быть номинальной матерью Чукура при внуке-молокососе и не показывалась на главной улице. ... Холодная ладонь коснулась лба Азера. Ему было жарко и хотелось пить. Это было не похмелье – он всё ещё был пьян. "Напои меня, мама", - прошептал он сухими губами. Он принял стакан из холодных рук и, напившись, снова уснул. ... Караджа была на подъёме. Все гнетущие впечатления вчерашнего дня улетучились, оставив место лишь одному. Ложбинка между ключицами, ямочка на подбородке, взгляд в упор. Она усмехнулась вчерашней мысли о том, чтобы подстеречь его у изолятора. Они обязательно встретятся снова... Нашла: вот с какой мыслью она сегодня проснулась, вот какое знание заряжало её энергией. ... Солнце больно било в глаза Азеру, но у него не было сил встать и задёрнуть шторы. До него дошло, что он спит в одежде и даже пряжка ремня всё ещё застёгнута. Он стянул носки, освободился от ремня и расстегнул рубашку рывком руки. Верхняя пуговица оторвалась и покатилась по полу. Азер накрыл глаза подушкой и погрузился в мучительный похмельный сон. … Йылдыз стояла у плиты на кухне особняка Куртулуша. Охранник попросил её приготовить ему завтрак. - Я бы уехала на такси. - Поем и поедем. - Ты уснёшь на ходу. - Значит, сварим кофе покрепче. - Ты уверен, что хозяин не проснулся? - Он пил один? - Да, допил бутылку. - Закусывал? - Эээ, льдом, разве что. - Вот видишь! Парням можно было не спешить с уборкой, хотя, в этот раз и убирать было нечего. Разве что, девочек развезли. Если бы аби спустился вниз, на Стамбул обрушилась бы буря. Хорошо, что твоё пение её успокоило. Йылдыз рассмеялась. Она понравилась парню с первого взгляда в кабаре. Он не сводил с неё глаз и даже принёс ей тапочки, чтобы она не стояла на каблуках. ... - Купил булгур? - Купил, на этот раз хороший купил. Сказал, что я от Кочовалы, и мне дали тот, что вы всегда брали. - Медет, ты завтракал? - Нет. - Приготовим менемен в столовой? - С закрытыми глазами приготовлю! Женщины в столовой уже сварили похлёбку для бедняков. Караджа поблагодарила и отпустила их. - Ну что, Медет, я нарежу овощи? - Ни в коем случае, я сам. - Хотя бы яйца разобью? - Ты вверена мне моим аби, разве я позволю тебе взять в руки нож? - Тогда торопись, пока кухня в нашем распоряжении. ... Азер стоял под душем без единой мысли в голове. Ему хотелось впитать всю воду мира, в том числе через кожу. Казалось, выпей он ведро воды - ему будет мало. Нужна была таблетка. ... Медет с аппетитом уплетал менемен. Он осунулся в тоске по аби, но распоряжения Караджи тормошили его. Ведь она тоже по-своему заботилась о нём: придумывала ему занятия, чтобы он совсем не скис. - Ты же из деревни, Медет? - Пожалуйста, не спрашивай меня о семье. - Я и не собиралась. Просто, я в деревне никогда не была. Я даже гусей видела только на картинке. Какие они? - Гуси? Задиристые, тебе бы понравились. … - Йылдыз, как можно так вкусно приготовить простой омлет? - Ты ещё хинкали не пробовал и долму из капусты. - Ты с севера? Йылдыз улыбнулась и запела весёлую лазскую песню. - Значит, мой сын перешёл на черноморскую кухню? При виде Фадик-ханым охранник остолбенел. Он сидит на кухне с проституткой средь бела дня на глазах у матери хозяина. Азер его прикончит. ... Выйдя из ванной, Азер открыл шкаф. На нижней полке лежал молитвенный коврик. Нет, с него ещё недостаточно сошёл хмель, и наверное, он уснёт, едва коснувшись пола лбом. "Ближайшие часы надо провести в вертикальном положении", - подумал Азер и достал из шкафа мягкие домашние штаны. ... Фадик оглядела Йылдыз с ног до головы и связала увиденное с нынешним состоянием сына, который лежит наверху еле живой. Охранник не позволил бы себе привести сюда любовницу, а в доме, полном молодых южных мужчин, Азер держал только прислугу в возрасте. ... Одна из них проходила мимо открытой двери комнаты Азера, и он дал ей понять, что можно начинать уборку. Она взяла в руки белую рубашку, в которой Азер провёл прошедшие сутки. Азер остановил её: - Я, кажется, оторвал пуговицу. - Вот она, сейчас постираю и пришью. - Пришей другую, а эту дай мне. Женщина посмотрела на него с недоумением, но ничего не сказала. Азер сжал пуговицу в ладони и, усмехнувшись, спрятал в карман. ... - Я думал, ты приснилась мне, мама, - сказал Азер, не отрывая губ от руки Фадик. - Какие тёплые у тебя руки, а когда я спал, были ледяными. - Это потому, что ты горел. - Это потому, что ты знаешь, что мне нужно. - Тебе нужен айран. - А в нём можно растворить аспирин? … В столовую ворвалась упитанная хохотушка: - Смена караула, патрон Караджа. Все наши на точке, поезжайте, а я послежу за столовой - Медет, ты едешь на пассажирском сиденье, - Караджа не захотела упускать последнюю возможность порулить машиной Вартолу. - Медет? - Слушаю, кызым. - А почему ты всё время говоришь, что ничего не знаешь? Этот вопрос не требовал ответа и Караджа рассмеялась, чтобы не выпалить Медету новость о скором освобождении Салиха. ... - А мы с твоей кухаркой беседуем о черноморской кухне, - сказала Фадик. Азер посмотрел на Йылдыз. Хороша была кухарка: сверкающее платье, только спереди прикрытое фартуком, вечерний боевой раскрас и мужские тапочки на ногах. - Спасибо за кофе, Йылдыз, - сказал Азер. Она не знала, как к нему правильно обратиться и просто кивнула в ответ. Охранник понял, что пора уводить её. - Я отвезу тебя домой. - По пути подбросишь меня в магазин, - скомандовала Фадик. Парень посмотрел с недоумением, но произнёс лишь: - Будем ждать вас в машине. ... "Точкой", где Караджа собирала девочек, был балетный зал музыкальной школы. Прикрытием матери Чукура могли служить тренировка, концерт или просто общение с детьми. Когда Караджа вошла, девочки уже сели в круг. Она нашла себе место среди них и приготовилась слушать информацию, которую они собрали на улицах. ... - Кто подослал сюда эту девку? Давно она тут ошивается? - Мама, я впервые увидел её этой ночью. Наверное, сняли в кабаре, вот этот парень любит там бывать. Она мне пела, только и всего. - Ничего не успела узнать за ночь? - Даже меня не узнала, ты же видела, я спал одетым. Фадик прикрыла его рот рукой: - Только этих глупостей я от тебя ещё не слышала. - Мама, она мне пела "Зелло", - Азер сел на пол у ног матери и заглянул ей в глаза. - Когда уже ты найдёшь тот "дом с деревянным забором"? - Эти заборы остались в Газиантепе, как и эта песня. Здесь не знают её слов, а ограды строят из кирпича. - Но ведь и за ними прячутся невесты, дитя? … Фадик села на заднее сиденье рядом с Йылдыз. - Поехали, родной, сначала девушку довезём. - Матушка, она живёт далеко. - Ничего, я давно не была в Стамбуле, хоть город посмотрю. ... Когда вошёл начальник охраны, Азер понял, что придётся сменить пижаму на что-то другое. Пусть снова будет белая рубашка: жарко же. - Докладывай обстановку. - Суд над Салихом назначен на завтра, к обеду он будет свободен. А я сейчас проверю состояние дома, который он для себя заказал. Азер вспомнил слова Саадеттина. Это рядом с домом Кочовалы. - Едем вдвоём, возьми машину поскромнее. ... С тех пор, как Йылдыз покинула Чукур, её жизнь несильно изменилась. Кабаре ночью, готовка обеда под утро, сон днём. Иногда какой-нибудь персональный заказ вроде вчерашнего. Её радовала пачка денег в сумке, но она готова была придушить эту мафиозную мамашу. Они подъезжали к дому, где Йылдыз снимала квартиру. Фатма была во дворе. Увидев маму, она бросилась к ней со всех ног: - А Мелек и Мустафа подрались подушками. - Почему же ты их не разняла? - Не успела, - Фатма пожала плечами и потянулась к маме. Фадик обратилась к Йылдыз: - У тебя трое детей и ты оставляешь их одних на ночь, не зная, вернёшься ли к обеду? ... Караджа заварила чай и вынесла поднос на террасу. Айше всматривалась в соседский двор. - Дочка, там появились люди, кто-то въезжает, что ли? - Наверное, Акын подселяет к нам поближе кого-то из новых партнёров, - предположила Султан, - Караджа, принеси бинокль. Караджа понеслась на верхнюю террасу. Дядя Салих или Акын? Кому и зачем понадобился этот дом? Она схватила бинокль и стала рассматривать соседский двор. Сердце колотилось от быстрого подъёма по лестнице. Она навела бинокль на балкон. Там было трое мужчин: один был внутри, а двое стояли спиной ко двору. Караджа стала рассматривать широкую мужскую спину в белой рубашке с закатанными рукавами. Мужчина отошёл от собеседников, развернулся и облокотился о перила балкона. Караджа увидела его лицо. Её щёки запылали.