music of our feelings

      Новый учебный год — новый шанс изменить себя к лучшему. Колледж Франсуа Дюпон наполнен кучей разных ребят, у которых свои истории, таланты и внутренние демоны. В первый учебный день все хотят увидеть друг друга после каникул, рассказать самые свежие новости и сплетни. Но есть и те, которые не очень любят весь этот ажиотаж, и просто сидят наведение со своими мыслями. Одна из таких — Мишель Маланфан. Раньше первый учебный день приносил ей радость, но сейчас она приравнивает его к такому же обыкновенному учебному дню. — Хэй, Мишель! — к девушке подбежала одна из её одноклассниц. — Ну что, как провела лето? — Как обычно, — Мишель немного пригрустнула. — Были в старом доме в Страсбурге.       Девушка хоть и прожила всю жизнь в Париже, но её родители планировали жить в Страсбурге, но после того, как отец Мишель оставил жену с грудным ребёнком, женщина искала пути, чтобы переехать в Париж. Благо, удача повернулась к Амели Маланфан, матери Мишель, лицом. — Твоя мать никак не перестанет туда кататься? — вздохнула Беатрис, одноклассница Мишель. — Нет, — спокойно ответила девушка. — Она говорит, что её как будто что-то тянет туда, но она никак не поймёт, что же это… — Понятненько, — Беатрис устала стоять, и подсела к подруге. — А мы в этом году не стали выезжать заграницу, и отдохнули в Ницце. — Рада за тебя, — Мишель мило улыбнулась. — Кстати, тебе очень идёт эта стрижка. — Ну хоть кто-то сказал! — раньше у неё были довольно длинные волосы, но она решила подстричь их до лопаток. Также Беатрис немного осветлила свои волосы, и они стали более блондинистыми. — А я смотрю, ты никак не хочешь сменить имидж. — Да ну, зачем? — Мишель отмахнулась. — Пока меня всё устраивает.       У девушки были прекрасные, тёмные, как смоль, волнистые волосы. Длину менять Мишель тоже не хотелось, её волосы были ни длинными, ни короткими. Она любит придерживаться золотой середины во всём.       Пока подруги болтали, время неумолимо шло, и вскоре прозвенел звонок, и пришлось вернуться в класс. Первым уроком в расписании была химия. Мишель и Беатрис сидели на второй парте второго ряда. Девушки сели на свои места, и стали ждать других своих одноклассников, которые не заставили ждать себя. Три парня и две девушки забежали в класс, и тут же сели на свои места. А ещё через некоторое время в класс вошла мадам Менделеева. Она поприветствовала учеников и начала перекличку, взяв в руки список класса. — Аврора Бореаль. — Здесь, — миловидная девушка с длинными блондинистыми волосами, заплетёнными в два хвоста с улыбкой подняла руку. — Мирей Жат. — На месте, — эту девушку вы просто обязаны знать, ведь она соперничала с только что названной Авророй на шоу синоптиков, и баннеры Парижа были украшены её лицом. — Жан Дюпарк. — Тут, — миловидный кареглазый мальчишка тут же ответил на своё имя. — Доминик Будро. — На месте, — кареглазый брюнет, сидящий на задней парте поднял руку, в знак того, что он присутствует в классе. — Жаклин Маруа. — Здесь, — хрупкая девушка с ярко-рыжими волосами, сидящая рядом с Домиником, робко подняла руку. — Эдит Бержерон. — На месте, — белокурая красавица в кофточке мятного цвета никогда бы не услышала своего имени, ведь зеркало само в себя не посмотрит, но сосед по парте любезно ткнул её локтем. — Антуан Шевалье. — Здесь, — блондин в красном свитере, который привёл свою соседку по парте в чувства, ответил не поднимая руки. — Беатрис Сен-Лоран. — На месте, — Беатрис с улыбкой подняла руку, ведь химия — один из её любимых предметов. — Фредерик Норманден. — Здесь, — высокий рыжеволосый парень, деливший другую последнюю парту с другом, смело вытянул руку. — Даниэль Карбонно. — На месте, — смуглокожий шатен с улыбкой поднял руку, и продолжил что-то бурно обсуждать с Фредериком. — Мари Леклерк. — Я тут! — с усмешкой крикнула невысокая девчушка с фиолетовыми волосами и жёлтыми озорными глазами. — Одетт Жирар. — Здесь, — приятным голосом сказала смуглокожая девушка с тёмно-фиолетовыми волнистыми волосами. — Мишель Маланфан. — На месте, — приглушённо-янтарные глаза Мишель сверкнули, и она спокойно подняла руку.       После переклички, мадам Менделеева попросила открыть учебник на шестой странице, и урок начался. В отличии от Беатрис, Мишель химию терпеть не могла, но понимала, что всякое в жизни случается, поэтому читала ненавистные параграфы. Но, к сожалению, хватало её ненадолго, и сейчас, вместо того, чтобы слушать мадам Менделееву, читать учебник, и хоть что-то чиркать в тетради для приличия, Мишель рассматривает то шахматный пол, то раковину с металлическим носиком, которая находилась справа от неё. Когда ей наскучило, она стала смотреть на доску. Всё же, смотреть на то, как на зелёной школьной доске появляются формулы поинтереснее, чем на пол.       Казалось, что урок длился целую вечность, но всё же он закончился. Радости это приносило немного, ведь это лишь первый урок. Впереди ещё история, физкультура, французский, физика, литература… Невыносимо… — Мишель, Беатрис! — выкрикнула Эдит, — С вами я ещё не здоровалась. — Привет, Эдит, — Беатрис мило улыбнулась. — Ну что, как отдохнула? — А я никуда не ездила, — обычно при так ответе многие расстраиваются, но Эдит явно не любила поездки куда-то далеко, поэтому она даже рада. — Девчонки, я так рада вас видеть снова! — вмешалась в разговор юркая Мари — Мы тебе тоже всегда рады, Мари, — улыбнулась Одетт.       Несмотря на противостояние некоторых учеников класса Миз Менделеевой, типа Авроры и Мирей, то в целом ребята очень дружны, и готовы прийти друг другу на помощь. все собрались в одну кучку, и приветствовали тех одноклассников, с которыми не успели поздороваться. Мальчишки болтают о видеоиграх и о том, как бы отсидеть физкультуру, которая настигнет их уже через урок. Девчонки же болтали о моде, косметике, и… о том, как бы отсидеть физкультуру.       Но из разговоры прервал звонок, начался урок истории. В классе их с улыбкой ждала мадам Бюстье, учитель французского языка, истории и литературы, и по совместительству куратор параллельного класса. Никто не понимал, как она всё это успевает. Наверное, она просто очень любит свою работу, ну и детей. — Жан, Антуан, могу ли я попросить вас развесить карты, которые нам понадобятся на сегодня? — мадам Бюстье заправила за ухо рыжую прядь волос, и приятным, таким сладким голосом задала вопрос. — Конечно, мадам Бюстье! — Жан и Антуан тут же подорвались со своих мест и принялись развешивать карты на доске. Через пять минут карты висели ровно и крепко. Мадам Бюстье провела перекличку, и урок начался. — Сегодня мы начнём изучать Испанию. Откройте учебник на двенадцатой странице. — С ума сойти! — Беатрис положила голову на парту. — Как можно запомнить даты всех этих сражений?! — Не знаю, — Мишель с усмешкой пожала руками. — У меня они как-то сами запоминаются. — Тебе легко говорить, у тебя память хорошая! — Беатрис нехотя подняла голову. — Ну, не знаю… Память как память, — Мишель уже не знала как подавить вспышку самоненависти подруги. — Зато после урока мы идём в закусочную, я даже могу угостить тебя твоим любимым пирожным, если хочешь. — Я тебя за язык не тянула, — Беатрис улыбнулась и перевела взгляд на мадам Бюстье, которая уже вовсю размахивала указкой и объясняла материал.       Ну, а Мишель снова отвлеклась на рассматривание кирпичных стен класса и в конечном итоге погрузилась в свои мысли, пока не прозвенел звонок. Весь класс тут же выбежал в коридор и прямиком в столовую, создавая бешенный грохот металлических лестниц.       Когда все получили свои порции, Беатрис с какой-то странной улыбкой посмотрела на Мишель. Вторая по-доброму цокнула, встала из-за стола, а вернулась только с кусочком вкусного чизкейка. Весь класс усмехнулся. — А теперь, — вдруг начал Фредерик. — Давайте думать, что будем делать с физкультурой. — Идти, — как будто отрезала Мари. — Ну не расстраивать же нам месье д’Аржакура в первый же учебный день. — С одной стороны ты права, — Эдит ловко вмешалась в разговор. — Но я не хочу сто раз переодеваться, это долго и муторно. — Эдит, а когда ты вообще последний раз ходила на физкультуру? — усмехнулся Антуан. — Ну, вы тут решайте, решайте, — Мишель встала из-за стола, прихватив с собой поднос. — У меня то освобождение. Беатрис, жду тебя у входа в закусочную.       Брюнетка кивнула головой, и повернулась к другим одноклассникам, которые уже вовсю раздумывают план «побега» с физкультуры, а перед Мишель раскинулись другие классы, у которых тоже свои заботы. Вот, например, параллельный класс, который как раз и курирует мадам Бюстье. Маринетт Дюпэн-Чэн, которая славится своей безграничной добротой и готовностью прийти на помощь, пялится на Адриана Агреста. Кажется, уже весь колледж понимает, что она неровно к нему дышит, кроме самого Агреста. Хлоя, избалованная дочь мэра разговаривает со своей единственной подругой, которая, по сути, является бесплатной служанкой. Жалкое зрелище.       На них можно было смотреть сколько угодно, пока Мишель не почувствовала рядом с собой чьё-то присутствие. Девушка повернула голову влево, рядом с ней стоял высокий молодой человек с тёмно-синими волосами, окрашенные в голубые кончики, который был знаком Мишель. — Лука-а, давно не виделись, — Мишель еле заметно улыбнулась. — Напомни-ка, сколько раз мы пересекались в прошлом году? — Лука усмехнулся и протянул руку Мишель. — Раз пять… Или шесть, — Мишель охотно пожала руку Луки. — Вижу, рассматриваешь… людей? — Куффен опёрся о стенку дверного проёма скрестил руки на груди. — Ну, а почему бы и нет, — не успела Мишель договорить предложение, к ней уже подходила Беатрис. — Ладно, мне пора. — Бывай, — Лука ещё раз улыбнулся, и отправился в кабинет, где проходит урок у его класса. — Ну так что, ты идёшь на физкультуру? — Мишель и Беатрис свернули в сторону раздевалок, чтобы последняя успела переодеться. — Я то иду, а вот что ты делала рядом Лукой мне непонятно, — Беатрис ухмыльнулась только так же, как и в столовой, когда напоминала Мишель про чизкейк. — Рассказывай. — Не поверишь! — Мишель сделала удивлённое выражение лица. — Стояла! — Хм, не знаю, как тебе, — Беатрис начала переодеваться, и попутно беседовать с подругой. — Но мне нравится, как вы смотритесь вместе. — Беатрис, я же тебе говорила… — Я понимаю, что после… Кхм… Того случая, ты не очень хочешь заводить новые отношения, я просто сказала, — Беатрис немного замялась, понимая, что ляпнула чушь. — К тому же, вы ведь просто друзья… Да? — Переодевайся давай, сейчас звонок прозвенит, — Мишель не высокомерно цокнула и покачала головой.       И не ошиблась, уже вскоре звенел звонок. По началу заниматься планировали всего пять человек, но как только месье д’Аржакур упомянул о том, что сегодняшний урок — совмещённый с параллельным классом, количество желающих пойти на физкультуру резко увеличилось, ведь для многих девушек в этом классе не существует понятия параллельный класс, зато существует Адриан Агрест.       Пока одноклассники Мишель скакали на уроке, сама девушка решила сделать хоть немного домашнего задания. Достав из небольшого фиолетового рюкзачка тетрадь, Мишель принялась за историю. Задания были не тяжёлыми, поэтому девушка справилась буквально за десять минут. Также её примеру последовали Одетт, Даниэль и Жаклин, которые всё же не увидели причин, по которым они должны присоединиться к безумным упражнениям месье д’Аржакура. — Эм… Мишель, — Жаклин тихо подсела рядом, пока девушка что-то рисовала в тетради. — Что случилось? — А как ты пятое задание сделала? — Возьми, посмотри, — Мишель протянула Жаклин тетрадку, и большие зелёные глаза последней будто засверкали. — Там ничего сложного. — Спасибо, Мишель! — в знак благодарности рыжеволосая девчонка крепко обняла Мишель, что как всегда вызывало улыбку у обеих девушек, и принялась за остальные задания.       Вскоре и этот урок прошёл, и все, кто пошёл на физкультуру устало опёрлись об свои шкафчики и стали медленно переодеваться. Вот и ответ на вопрос, почему никто не любит физкультуру. Месье д’Аржакур заставляет чуть ли не голове стоять, чтобы заработать высшую оценку. За то такие упражнения считаются действительно эффективными.       Дождавшись Беатрис, девушки вновь отправились в кабинет мадам Бюстье, ведь по расписанию урок французского. В кабинете они оказались одни из первыми. Повесив рюкзак на крючок, Беатрис плюхнулась на стул и тяжело вздохнула. Предстоял длинный и ужасно скучный урок французского, ведь первый урок — это всегда лекции. Так можно было отвлечься, и порисовать в тетради, ну, а когда эти тетради просто не нужны, то деваться некуда. — Лучше бы было две физики, только не скучные лекции по французскому… — Беатрис томно вздохнула. — Я тебе дам! — Мишель в шутку стукнула подругу по голове. — Я две физики не переживу, нет. — А французский ты переживёшь? — усмехнулась Беатрис. — Вполне. — Всё с тобой понятно, будешь снова витать в облаках, — Беатрис вздохнула и опустила голову.       Мишель ничего не ответила, к тому же вскоре прозвенел звонок. Но к этому времени она уже погрузилась в свои мысли. Мишель вспомнила, что сегодня после школы должна куда-то поехать с мамой, от этих мыслей, настроение немного испортилось, ведь ещё надо пережить физику и литературу, а Мишель уже хочет спать. — Мисс Маланфан! — стоило немного отвлечься, как рядом с ней уже стоит мадам Бюстье, а Беатрис безуспешно пытается растолкать её. — Да? — робко ответила Мишель. — Я задала вопрос, — мадам Бюстье тяжело вздохнула. — Может быть ответишь? — Э-э-эмм… — Мишель притворилась, что раздумывает над вопросом, но всем и так понятно, что она его даже не услышала. — Больше не отвлекайся, хорошо? — мадам Бюстье улыбнулась, дожидаясь, когда ученица хотя-бы утвердительно кивнёт.       После этого не очень приятного происшествия, Мишель старалась слушать всё, что говорит учитель. Но тут телефон девушки предательски завибрировал, и, естественно, она не могла не проверить сообщение. Написать посреди урока решилась мать Мишель. Я договорилась с мадам Менделеевой, после этого урока спускаешься, и мы едем оформлять документы. Домашнее задание потом спросишь у одноклассников, я проверю!       Спасение. Подписать пару документов, которые зачем-то срочно понадобились маме гораздо легче, чем отсидеть два наискучнейших урока. Осталось только «обрадовать» Беатрис, и ожидать звонка, до которого осталось… двадцать минут. Это не так уж и долго, но теперь, когда Мишель знает, что после этого урока она уходит, он будет длиться целую вечность, как будто назло ей. Когда чудо свершилось, Мишель пулей собрала свои вещи, и побежала к выходу из школы, где её уже ждала мать. — Привет, мам, — Мишель захлопнула дверь серенькой машины и пристегнулась. — Как дела в школе? — Амели тоже пристегнулась, завела машину и выехала на дорогу. — Нормально, отсидела четыре урока, — зная, что скорее всего на этом разговор закончится, Мишель подвинулась ближе к окну, надела наушники и включила музыку.

***

      Когда Мишель думала, что всё это ненадолго, то очень сильно ошиблась. Документы её мать получала около четырёх часов, и сейчас, придя домой, ей хотелось только упасть на кровать. Но сначала она села перед зеркалом, взяла мицеллярную воду, обронила пару капель на ватный диск, и устало провела по веку, смывая тушь и остатки теней. Процедура снятия макияжа заняла больше времени, чем предполагала Мишель. Она то и дело, засматривалась на своё отражение, накручивая тёмные волосы на палец, и о чём-то задумывалась.       Завершив процедуру, Мишель вспомнила про домашнее задание. Хотя-бы физику, которую она пропустила, сделать нужно. Остальное можно просто списать у друзей, если они, конечно, не откажут. Девушка открыла диалог с Беатрис, узнала задание, и вяло поплелась к письменному столу. — Почему же всё так, — Мишель продолжительно зевнула. — Трудно?       С одной стороны хотелось просто забить на эту физику, переодеться в любимую пижаму и уснуть, но с другой… Ей точно влетит от мадам Менделеевой, по этому пришлось отбросить в сторону мысли о кроватке, и доделать пару несчастных номеров.       Когда с физикой было покончено, Мишель пришлось тащиться в ванную, переодеваться и хотя-бы почистить зубы, о вечернем душе речи уже не было, потому что девушка уже засыпала буквально на ходу. Переодевшись из чёрно-фиолетового костюма в бежевую пижаму, девушка начала выдавливать пасту на щётку, и чистить зубы. После вечерних процедур, Мишель всё так же устало поплелась в свою комнату, которая находилась на втором этаже, рухнула на кровать, и даже не накрываясь одеялом, заснула.