Не живет

Гарри с детства улыбается неправильно. В ее глазах нет того радостного блеска детства. Она даже не старается скрыть бесполезную улыбку и продолжает растягивать губы, без интереса смотря непроницаемыми глазами. Зеленые радужки, радостно искрившие на манер ярких изумрудов, уже давно превратились в болотные осколки стекла. Гарри спокойно выполняет все, на что ей указывают родственники. Бездушно оформляет сад, что также сияет прекрасным ничто. Делает домашние задания наоборот, исправно получая ноль баллов. Остается дома у миссис Фигг, подкармливая домашних питомцев старушки, но всегда забывая о себе. Безмолвно идет за великаном с простой и доброй улыбкой, даже не стараясь показать надуманный интерес к миру, к которому уже давно не стремится. Гарри говорили улыбаться, чтобы не пугать всех этих суеверных граждан. Она натягивает на уста улыбку. Гарри говорили молчать, чтобы не смела болтать попусту. Она уже давно забыла собственный голос. Гарри говорили не быть лучше Дадли в учебе. Она не будет. Гарри говорили не использовать ненормальщину. Она не использует и ломает себя окончательно. В Хогвартсе также. Гарри улыбается, когда в поезде с ней ведут монологи. Она пугает других безжизненным потускневшим взглядом и растянутыми в улыбке обескровленными губами, потрескавшимися от холода сада. Гарри молчит, ведь слишком давно атрофировались связки. Когда-то давно, до бездушных улыбок, ее улыбка была яркой, глаза сверкали, а голос мягко говорил, шепелявя. Но неправильный вопрос тете навсегда заткнул Гарри голос. Гарри не колдует, когда вокруг все заняты поднятием пера или превращением спички в иголку. В ее голове два наказа: "Не будь лучше Дадли в учебе" и "Не используй ненормальщину". При первом - она должна плохо учится. При втором - не колдовать. Все просто, верно? Гарри словно кукла. Она призраком ходит на занятия, пугая других бездушным взглядом. Не делает домашние задание, иногда по вечерам от скуки готовя хорошие (не лучше и не хуже) зелья из маминого дневника в заброшенных классах, но на занятиях исправно получая тролль у профессора Снейпа. С Гарри говорили. Ее декан - Профессор Спраут вопрошала мягким голосом, с заботой спрашивала, что происходит, жалостливо смотрела на худенького ребенка. Заместитель директора - Профессор Макгонагал говорила резко, сухо и строго. Она показывала пергаменты с троллем на полях, громко спрашивала, что происходит и приказывала учиться лучше. Директор Дамблдор вел монолог добрым старческим голосом. Наставлял на путь истинный, рассказывал истории, шутил, приводя примеры. Но в ответ им всем - лишь растянутая улыбка и бездушные глаза. И лишь Профессор Снейп, позвав на очередную отработку, действовал жестко. Он не вопрошал, не спрашивал, не говорил. Он смотрел. Глаза в глаза. Считывал воспоминания. Но ничего в конце не сказал. Лишь молча налил стакан огневиски, разбив одну из рюмок, и прогнал Гарри прочь. Она послушно вышла из класса.