Огонь моего сердца

Вода была чудесной. Солнце было чудесным. Лес был чудесным. Маринетт была чудесной. Она так забавно морщилась от солнечного света. Весело возмущалась, когда кто-то облил ее водой. И просто потрясающе смеялась. Лука не мог оторвать от нее взгляда. И это, видимо не осталось незамеченным. На обратном пути его остановила Алья и произнесла: — Я скажу тебе лишь две вещи: Адриан Агрест нашел своего соулмейта, и Маринетт об этом знает. И пошла вперед. А Лука остановился, как вкопанный. Смысл сказанного дошел до него в мгновение ока, и он принял решение. Он добьется своего, добьется Маринетт Дюпен-Чен.

***

Отдых был просто замечательным. Маринетт от души веселилась вместе со всеми. Они купались. Ходили по лесу. Жарили шашлыки и рыбу. Готовили салаты. А вечерами они рассказывали страшилки. Пели песни под гитару. Играли в забавные игры. Но было кое-что, что смущало Маринетт. Лука Куффен. Он будто изменился. Стал проявлять к ней внимание. Втягивал в разговор. Как будто… ухаживал. Конечно, у девушки было немного опыта в отношениях, точнее совсем не было, но отловленная вечером в душе Алья, сказала, что Лука глаз не сводит с Дюпен-Чен. И что его влюбленность в нее довольно очевидна. Такой задумчивой брюнетку не видели еще ни разу. А Маринетт думала и думала. Неужели она настолько слепа, что ничего не заметила. Неужели она как Агрест? Но ведь Лука не проявлял ничего такого… Хотя и она не особо хороша. Все, что видел Адриан, вряд ли намекало ему на какие-то особые чувства. В тот вечер впервые воспоминания об Адриане Агресте не задели ничего в душе. Ничего толком не решив, Дюпен-Чен решила вести себя как обычно. Но получалось это не очень хорошо. Начать с того, что неуклюжесть вернулась. Стоило только Куффену пройти рядом, как Мари все роняла, спотыкалась и заикалась. И даже пару раз упала прямо в объятия Луки. А Алья словно сговорилась с Лукой. Притащив как-то из палатки карты, Сезер предложила сыграть в дурака на желание. Но когда всем надоело прыгать, бегать и кукарекать, то рыжеволосой в голову не пришло ничего лучше, как предложить игру на поцелуй (в щеку). Проигравший целует первого выбывшего. В общем Куффен играл лучше всех и получил поцелуи ото всех, даже от Нино. А апофеозом смущения Маринетт стала игра под названием «Втяни и дунь». Суть состояла в том, чтобы передать карту игроку, используя не руки, а губы. Парней посадили друг напротив друга, а между ними по две девушки. По иронии судьбы, или по задумке Альи, Дюпен-Чен села справа от Луки. Господи, так сильно девушка еще не краснела. Но самое главное, что смущало брюнетку и заставляло ее задуматься, так это то, что от действий Луки, от его взгляда и его заботы, в душе становилось теплее.

***

На третий день у ребят почти кончились напитки и еда. И если отсутствие соков и газировки можно было пережить, то вот отсутствие мяса и овощей — нет. Всеобщим решением было решено, что толпой идти нерационально, поэтому пойдут двое. Словно сама судьба насмехалась над бедной девушкой. Ну конечно жребий выпал Маринетт и Луке. Половина пути прошла в неловком молчании. Не выдержав тишины, Дюпен-Чен начала говорить. Буквально обо всем. А началось все с погоды. Светило солнышко, и стояла жара. Как-то незаметно беседа перетекла на любимые цветы, а затем уже и на соулмейтов. — То есть мы с тобой, как собратья по несчастью, да? — спросила девушка. — Можно и так сказать. Однако, надежды я не теряю. Сколько себя помню, всегда мечтал найти свою пару. И всегда верил. — Я иногда смотрю на Алью с Нино и завидую им. Так хочется быть кому-то нужной. — Ты нужна многим людям. Главное оставайся собой, Мари… В душе девушки, что-то екнуло, а потом там будто спичку зажгли. В душе Маринетт Дюпен-Чен затеплился новый огонек.