ныне, присно, бесконечно

мотыльки на свет летели много-много лет назад, а теперь лишь хлопья пепла со стальных небес летят, свет замкнулся в абсолюте, отравив весь град собой. цвет болезни, цвет безумья - этот сладко-золотой, кто ещё собой владеет в вашем сумрачном мирке? кто оценит представленье, перед кем плясать и петь? впрочем, так ли это важно, нет оваций или есть - славься вечно, обречённый, зачумлённый Халлоунест! всё расписано по нотам, всё разбито по шагам, и фонарь багрово-алый издали сияет нам, в каждом городе раскинем наш узорчатый шатёр, и мистерию кошмара воспоёт нестройный хор. тени грезят вечным жаром, в воздухе клубится дым - мы обманем смерть сегодня и сыграем вместе в жизнь, все клялись здесь, всех связали узы тёмного огня. чем погост чужих иллюзий позабавит Короля? кто остался - собирайтесь, ибо шоу ждёт вас здесь: Князь Кошмаров вам покажет нынче чудо из чудес, в тонких пальцах прячет пламя, плащ взметается крылом, тени зыбкие танцуют в отражении кривом. вкус кошмаров прян и терпок, я слижу его со жвал; здесь, в давно погибшем мире, и начнётся Ритуал. это ты позвал нас, странник? очевидно, так и есть - что ж, дружок, подай мне руку, окажи Маэстро честь; слиться нам пора настала в танце стали и огня, слышишь - зал нам рукоплещет и приветствует тебя! ныне, присно, бесконечно, не проклятье и не дар - в мироздании застряли, кровью подписав контракт. я иду тропой без света, я - скользящий в темноте, но Кошмара сердце бьётся - моего оно древней. нас в кострище целых трое - я, ещё раз я и я, и отец шагает в пламя, чтобы накормить дитя. сотня тысяч Ритуалов, неразорванная нить - пусть актёр уйдёт со сцены, есть кому его сменить, роль ведущая почётна, хоть порой и нелегка. труппа следует по кругу, не свернуть ей никогда, вечный голод, зов, скитанья, медно-кислый вкус во рту - всё отступит пред заветом: умирай, живи, танцуй! не дано увидеть смертным, что за таинством стоит, что рождается в завесе, что народец мой хранит. бог мой - пёстрый и лоскутный, бог мой - жар углей и страсть, я ему дарую тело - он не даст огню пропасть. я смеюсь, сгорая в пепел и отвесив всем поклон - это был прекрасный танец, как и сотни до него.