Арена

      Лексус не знает, зачем пошел в Магнолию вместе с Драгнилом, стоило им встретиться после выполненых заданий. Наткнулся он на огненного убийцу драконов совершенно случайно, на лесной тропе, по пути к одному из городов, дорогой через который он хотел попасть в Магнолию. Нацу его затею поддержал, начав что-то быстро говорить и рассказывать под звонкие поддакивания и смешки своего кота. Поначалу Дреяру это действовало на нервы, он сжимал зубы и стремился оторваться от назойливого парнишки, ещё слишком молодого для познания истинного счастья в одиночестве.       Нацу в глазах внука мастера был простаком и слепцом. Таким непроходимо наивным в своей глупости, что сковывало небо, а руки чесались, чтобы встряхнуть розоволосого за плечи и прокричать в лицо: «‎Прийди в себя». Но раз за разом Лексус останавливался, не желая вмешиваться в этот сложный процесс взросления юноши и как-то на него влиять. Он сам не был примером для подражания, да и не желал им никогда быть, желал лишь разделения между ним и его прославленным в их кругах дедом. Не примером. Слишком уж большим грузом это стало бы для него, ведь делов у мага молний было и так навалом.       Он глубоко вздохнул, натягивая капюшон плаща, стоило им зайти в город. Холодный тёмный материал приятно прошёлся по рукам, открытым сейчас в безрукавке, а густая тень скрыла лицо от слишком любознательных и многознающих. Всегда в толпе находился кто-то, знающий волшебников Хвоста Феи, норовящий выкрикнуть имя и повыше махнуть рукой. Кажется, люди и не понимали, что путешествовать волшебникам лучше не привлекая особого внимания.       – Что-то народу совсем нет, а, Лексус? – к нему повернулся Нацу, задумчиво хмурящий брови и почёсывающий подбородок. Блондин и сам оглянулся, отмечая пустующие закрытые лавочки и всего пару человек на привычно людной улочке. Дреяр вздохнул, вынужденный согласиться с Драгнилом, ожидая, что паренёк направится искать причину такого непонятка.       – Наверняка на арене собрались, – спокойно проговорил он, припоминая строение города и ту самую арену. Это было действительно большое сооружение, подстать городу, который в размерах превышал Магнолию в несколько раз. Пусть она была отстроена в основном из дерева, без красивых каменных арок, но большое количество мест и крупная арена для сражений внушали какой-то позабытый трепет.       – А что, там проводят бои? – Нацу выглядел каким-то слишком ошарашенным для такого всесильного, какого он из себя строил.       – Не знаю, как часто, но слышал, что бывает съезжаются торговцы душами и устраивают схватки между своими бойцами. – Мужчина неловко пнул носком сапога камешек валяющийся на земле, прислушиваясь ко всеобщему гомону разносившемуся гулом по улицам.       – Разве такое ещё существует?– поёжился котёнок, поглядывая то на Нацу, то на Лексуса.       – Рабовладение в сущности запретили, – задумчиво проговорил Дреяр, следуя за Драгнилом; впереди уже показывалась высокая постройка арены, – но они нашли выход, завладевая душами и магией людей, в перерывы между боями сковывая их.       – Значит, они держат в рабстве волшебников? – удивленно встрепенулся Хэппи, прикладывая маленькие лапки к отрытому рту.       – Кто-то да, но таких совсем мало. – Лексус пристально оглядел стражников, стоящих у широкого входа на арену, те смерили их взглядом, пропуская вперёд и что-то хмыкая себе под нос. – В основном они тренируют и выпускают на бойни людей.       – И власти допускают такое?       – Все эти бои — хорошее средство для сбора денег, сейчас и с нас плату потребуют. Не такая большая, но... – мужчина со смешком кивнул, завидев аккуратный столик-кассу, за которым восседал слишком уж напыщенный паренёк, – с учетом того, как много на них ходит народу, все окупается в огромных размерах. – Лексус с мелодичным звоном отсыпал сотню драгоценных за себя, поражаясь тому, как Нацу, пролетев вперёд, успел расплатиться. Но не стал заострять на этом внимание, проходя по широкой лестнице к трибунам и замечая там спину согильдийца.       Драгнил стоял, оперевшись светлыми ладонями на скрипящие перила и наклонившись вперёд, слегка щуря глаза. Зрение в последние годы у молодого парня начало слишком уж стремительно падать, а если он забывал пить настойки от Полюшки, то и того быстрее. Нацу возмущался и злился, но продолжал читать ежедневные газеты, напечатанные слишком мелким шрифтом. Дреяр вздохнул, так же опираясь на перила и устремляя взгляд на арену.       Там, в самом центре, трое на трое сражались явно люди, судя по тому, что Лексус не видел и не чувствовал в них даже малюсенького магического ядра. Они беспорядочно в своих движениях нападали друг на друга: кто с копьями, кто с мечами. Был один, что смело замахивался увесистым топором, все приближаясь к соперникам.       Кровь брызнула ярким алым на землю, когда он, в скудном обмундировании, но не обделённый силой, перерубил несчастно скрипнувший доспех рослого копьеносца. Он режуще закричал, хватаясь за перерубленное плечо и пытаясь дрожащей рукой стянуть рваные края слишком глубокой раны. Лексус заранее знал, что он покойник, и даже самый одарённый врачеватель не сможет помочь ему. Потому, новый удар, перерубающий так же закованную в доспех шею, Лексус встретил спокойно, в отличие от разразившейся воскликами толпы.       – И чего они так радуются? – недовольно ворчит Нацу себе под нос, сцепляя пальцы и сильнее подаваясь вперёд.       – Может тогда пойдём? – так же ворчливо и недовольно спрашивает Лексус, даже не жалея отданных денег. Но маг огня почему-то упорно качает головой, тверже вставая, будто маг молний вот-вот потащит его силком.       – Я слышал, они ждут последних сражений, тогда-то и покажут магов, – поясняет Нацу свою упорность, нетерпеливо постукивая пальцами по перилам и прикидывая, сколько времени прошло с начала боев. Они пришли где-то к середине, так что ждать совсем недолго. Паренёк усерднее подпирает подбородок рукой, чтобы ничего не затекало. Он совсем не заботится о слетевшем плаще и о чуть приоткрытой из-под рукава татуировки гильдии.       Лексус вздыхает, тоже вставая поудобнее и прислушиваясь ко всеобщему гомону. Народ не замолкает ни на минуту, то и дело восклицая и вереща. Бойцы сменяются один за другим, победителям лавр почти не достаётся, лишь скупо поднятая к верху рука и жидкие овации, больше ничего. Дреяр подумывает посчитать их, но сбивается где-то на первых числах, ведь бои людей слишком скучные.       Трибуны оживают сильнее, когда последнюю пару уводят. Точнее уводят одного, второго оттаскивают за ногу, прослеживая кровавое пятно до самых ворот арены. Гажилу может и могло такое понравиться, ведь железный убийца драконов был весьма суров, но Лексус поймал себя на мысли, что лучше бы они продолжили путь, так и не дожидаясь поединков магов.       Он облегченно вздохнул одновременно с Нацу, когда судья громогласно протрубил в рупор о начале соревнований между волшебниками. Наверняка зрелище должно было быть схоже с магическими играми, в которых Хвост Феи уже не первый год принимал участие. «Это должно скрасить скуку», – подумал Дреяр, оценивая взрослого волшебника выведенного на один конец поля. Он был огромен, литые мышцы, перекатывающиеся под загорелой кожей, маг молний мог разглядеть даже со своего места. Руфус – кажется, так его назвал судья, – вышел под одобрительный гомон женской половины пришедших. Кто-то даже задушевно завизжал, стоило волшебнику криво улыбнуться, искажая и без того не самое приятное лицо. Лексус поморщился, понимая, что со сравнением с магическими играми он переборщил и наверняка сейчас будет обычная для этого места кровавая бойня – с хлюпающими звуками и удушливым карканьем павших.       Блондин заинтересованно посмотрел на второй конец поля, куда, судя по гомону, уже вывели второго бойца. «Ну точно бойня», – подумал он, окинув взглядом стройную девушку в коротких шортах, темной водолазке и сапогах. Блондинка аккуратно прошла под темным сводом входа, чуть морща аккуратный нос и прищуривая глаза, одним только своим видом заявляя, что она не простая деревенская поселенка. Наверняка бывшая аристократка или, может, одна из внебрачных дочерей. В девушке Лексус явственно ощущал благородное для таких боев происхождение. Она твёрдо остановилась на своём месте, доставая из-под водолазки цепочку с ключами и выбирая один.       – Они что, решили просто расправиться с ней? – возмущённо запричитал Нацу рядом с ним. Из-за этого Дреяр прослушал, как назвали волшебницу, и вздохнул в возмущении. Высказывать что-то Нацу не имело никакого смысла – он кивнёт, почешет подбородок, да продолжит в том же духе в силу своей юношеской нестабильности.       – Смотри, – лишь коротко бросает мужчина, подаваясь вперёд, стоит судье объявить о начале боя, а девчонке выкинуть руку с зажатым в ней ключом вверх. Она что-то звонко кричит в наступившей тишине арены, мелкими шажками отходя назад, пока её фигуру окутывает легкая дымка света.       Руфус на другом конце поля тоже что-то говорит, собирая вокруг себя оранжевую магию и старательно преобразовывая её в копьё. Определенно он знал о противнице лучше, чем она о нем, раз стремительно не шёл в лобовую атаку, рассчитывая на свою силу и хлипкость девчонки. Нет, Дреяр видел это отчетливо, он собирает магию, чтобы седлать решительный молниеносный удар и им выбить дух из соперницы одним махом.       – Ещё один волшебник перевооружения? – удивленно лопочет Нацу, все ещё смотря в тот конец поля, где стоит блондинка. Лексус и сам переводит на неё взгляд, сразу натыкаясь на яркую зелень открытого костюма и сжатого в руке лука. Она выглядит решительной, сильнее сжимает украшенное резьбой древко и откидывает назад золотистые пряди волос. Что-то не позволяет Дреяру так же предполагать, что магия девчонки схожа с магией их согильдийки. Он сражался с Эльзой бок о бок не один раз и то, как происходит перевоплощение, запомнил. То, что сейчас делала девушка на арене, было совершенно противоположным магии Эльзы. Да, костюмчик она сменила на более открытый, какой-то даже слишком летний для сквозняков, гуляющих по арене, но не было ли благоразумнее сменить его на доспех?       – Не думаю, – заявляет Драгнилу Лексус, когда рядом с блондинкой из такой же легкой световой дымки появляется лошадь. Темно-коричневого цвета скакун полностью пропитан магией, внутри него даже колышется маленькое магическое ядрышко, подкрепляющее мышастое сильное тело животного.       Все в мгновение прерывается, а в глаза летит пыль, когда сгусток магии, преобразованный в огромное копьё, летит в блондинку, видимо попадая, судя по в одночасье наступившей тишине. Нацу и Хэппи рядом с ним кашляют и старательно отплевываются от песка и пыли, вглядываясь в центр поля. Руфус уже стоит там, одухотворенный своим первым ударом, с надеждой вглядывается в поднятый песок. Но стоит завесе немного упасть, как из пыли стрелой выпрыгивает блондинка верхом на наколдованной лошади.       Она едет прямиком на мужчину, усердно натягивая тетиву и удерживая в пальцах три магические стрелы. Они светятся солнцем в её руках, и даже когда она их отпускает, словно яркие искры летят в мужчину. Руфус успевает поставить щит на шею и грудь, пропуская стрелу, что прилетела ему чуть ниже рёбер. Он что-то кричит блондинке, но за гомоном толпы Лексус и слова разобрать не может, замечает лишь как он скорее собирает магию и ударяет в землю прямо под ноги темной лошади. Животное, созданное из магии, совсем как живое задушено вскрикивает перед тем, как раствориться в воздухе, а девчонка летит на землю. Убийца драконов рядом с ним в ожидании замирает, явно не желая видеть смерть девчонки, сжимает кулаки, готовый вот-вот сорваться вниз и встать на её защиту. Лексус не двигается, не выражает такое же несогласие, как мальчишка, просто потому, что видит.       Блондинка лежит на земле, по-прежнему крепко сжимая лук, упорно строя из себя обессиленную. Но ядро, сверкающее у неё в груди, ещё почти полное до магии, не даёт Дреяру усомниться в том, что с девушкой все хорошо. Противник знал её, наверняка наблюдал за её боями раньше, потому действовал так решительно, но и она знала его. Сделала ставку на воодушевленность волшебника собственной победой и, кажется, не прогадала, когда свалилась с лошади, распуская её магию.       Руфус подходит к ней ближе, настолько, что это становится опасным, маг молний знает об этом не понаслышке, слишком уж велик риск. Но волшебник идёт смело, поднимая шаркающими шагами пыль у самого лица девушки и чуть наклоняясь к ней. «Зря», – только и успевает подумать блондин, как девчонка подрывается с места, ударяет противника в кровивший от её стрелы бок и запрыгивает ему на плечи. Она ловко перетягивает ему шею своим луком, продавливая настолько сильно, что даже хрипы, свидетельствующие об удушье, не вырываются из посиневших губ мужчины. Его глаза наливаются кровью так стремительно, что никто не сомневается, что девчонка использует магию, полагаясь не только на свои силы. «Иначе свалилась бы», – со смешком думает Лексус, замечая, как сильно вцепился в светлые ноги Руфус в надежде сбросить девчонку с себя.       Когда он валится наземь, потерявший сознание, но не мертвый, она быстро с него соскакивает, отходя в сторону и наблюдая за тем, как стражники выходят на арену. Они обступают и её, и его. Кажется, к мужчине подбегает врачеватель, фиксирующий все увечья. Около блондинки стоит всего пара стражников, она рядом с ними кажется ещё меньше, чем рядом с недавно поверженным магом. Сжимается в плечах и скидывает легкий наряд, возвращаясь в своё первоначальное одеяние.       – Думаю, Дедушка будет не особо против, если мы её заберём к нам, – с каким-то предвкушением проговаривает Драгнил, разминая руки и готовясь к прыжку.       – Нацу, не думай даже, – пытается предостеречь его Лексус, но драконоборец уже летит вниз, подцепляемый у самой земли своим котом. Руки у него уже все в огне, а плащ неряшливо повязан вокруг бёдер.       – Я её забираю! – кричит Драгнил на всю арену, наслаждаясь эхом не умолкающим ещё в течении пары минут. Он усиливает огонь, подходя к стражникам, явно простым людям, приготовившимся уже залезть в драку.       – Все здесь имеет свою цену, волшебник, – выплевывает стоящий ближе всего стражник, приготовив копьё к атаке. Но фраза, брошенная, чтобы успокоить вспыльчивого юнца, на него совсем не действует. Она лишь веселит Драгнила, который тут же заходится в смехе.       – Моя цена... – задумчиво бормочет он, постукивая пальцем по подбородку, словно не знает, что сказать дальше. Лексус уверен, что слова, наперёд сказанные голосом мальчишки в его голове, верны, а он лишь подтверждает их, голося уверенно и во всеуслышанье. – Я заберу девушку и взамен ничего здесь не разнесу.       – Думаешь, таких, как ты, тут мало? – стражник делает ещё шаг вперёд, отдавая какую-то команду своим соратникам, что мгновенно подскакивают к волшебнице со спины, скручивая её руки.       Нацу со скучающим видом цыкает, осматривая арену и с запалом ударяет огнём в одну из деревянных арок, прекрасно зная, что даже на расстоянии жар чувствуется прекрасно. Он проходится горячей волной по коже, наверняка стражникам в их доспехах припекает куда сильнее.       – Как видишь, я не те многие, о которых ты говоришь, раз до этого момента арена была все ещё цела, – веселится Драгнил, переступая с ноги на ногу, но Лексус прекрасно видит, что даже несмотря на такое показное дурачество, он готов к схватке. – Отдашь мне её и не сгоришь в пламени дракона.       – Что скажет Ирил?– взволнованно спрашивает один из стражников у другого, видимо называя имя своего хозяина.       – Думаю, ваш хозяин больше расстроится потере места, где он может заработать на сборах, чем потере одной из душ, – вступается за Драгнила Лексус, так и не сняв капюшон и оставаясь на месте. Он небрежно взмахивает рукой так, что под ноги близ стоящего к Нацу стражника ударяет яркой вспышкой молния. Она скрипит и извивается змеей перед тут же задрожавшим со страха мужчиной, пока не угасает по такому же небрежному взмаху.       Стоит блондину это сделать, как он чувствует на себе взгляд девчонки, задумчивый и странный, оставляющий две прорези в его груди, куда она и уставилась. Она смотрит на него с непонятным выражением на лице, и Дреяр уже решает, что зря он показался тут, зря помог Драгнилу в его препираниях за девчонку и что стоило её оставить тут. Но что-то так же упорно не даёт ему отвернуться от неё, заставляет рассматривать бледную кожу, золото волос и уже проступившие легкой краснотой синяки на ногах.       Нацу быстро подходит к освобождённой стражниками девушке, накидывая ей на плечи свой плащ и протягивая руку. «Ну и чего ты копаешься», – хочется раздраженно крикнуть Драгнилу, но маг молний молчит, наблюдая за потупившей взгляд блондинкой, так и не решающейся вложить свою руку в ладонь огненного волшебника. Она колеблется, не зная, чего будет стоить её освобождение, но когда стремительно хватается за предложенную ладонь, Лексус видит на её лице лишь решимость.       Им легко позволяют покинуть город, провожая озадаченными взглядами и тихими вздохами. Позволяя Драгнилу увести девчонку за узкие плечи, обтянутые плащом, подальше от этого злополучного места. ***       Лес встречает путников приятной прохладой и тишиной, когда они выходят на одну из хорошо знакомых Лексусу троп. Дорожка мягкая, даже ветви не хрустят под ногами, а гомон птиц не утихает. Мужчина замечает, как девчонка озадаченно останавливается на месте, пристально заглядываясь в зелень листьев и глубже вдыхая лесную прохладу. Он говорит себе "не смотри", но смотрит, пялится, как придурок Нацу, разве что не улыбается так засалено.       – Давно не была в лесу, а, Хартфилия?– со смешком выдаёт он тут же поёжившейся девушке, что сразу переводит взгляд на своих спасителей. Лексус замечает, как она сминает край плаща тонкими пальцами, обдумывая слова, которые определенно должна сказать в ответ.       – Откуда ты?.. – она не договаривает, прищурив глаза и уставившись на Нацу. Переступает с ноги на ногу в нерешительности.       – Кто-то из толпы пару раз бросил, – легко отвечает Нацу, пожимая плечами и поглядывая на застывшего в воздухе кота.       – Не зови меня так, – твёрдо заявляет она, распрямляя спину и чуть выпячивая вперёд грудь. Лексус поражается настолько быстрому преображению девчонки с нерешительного до внушающего. Он смешно смеряет её взглядом, который она успешно игнорирует. – Я Люси, – спешно добавляет она, переводя взгляд с одного её освободителя на другого.       – Я Нацу, а это, – парень поворачивается в его сторону, неопределённо кивает, словно выискивает его из толпы, – это Лексус.       – Я Хэппи, – быстро подлетает к девчонке иксид, застывая на уровне её глаз и вызывая мягкую улыбку на розоватых губах.       – Спасибо, что освободили, – с той же улыбкой, говорит она им, почесывая кота за мягким ухом и буквально светясь от сковавшего её волнения вперемешку с счастьем.       – Да нам это не в тягость, – отмахивается Нацу, приобнимая девчонку за плечи и утягивая вслед за продолжившим шаг Лексусом. – Вот придем к нам в гильдию, мастер наверняка обрадуется новому сильному волшебнику, – с предвкушением проговаривает парень так быстро, что девушке требуется ещё пара минут, чтобы полностью понять смысл сказанного.       – Как быстро ты за меня все решил, – маг молний, идущий впереди, прекрасно слышит в её голосе улыбку, а смешок огненного волшебника лишь подтверждает его догадку.       Он не уверен в правильности решения, принятого его другом, боится прогадать и остаться на первом же ночном привале с перерезанной глоткой. Да, пусть внешне девушка и внушает доверие, выглядя до зубовного скрежета невинной, но он не слепец и прекрасно видел, как она сражалась. Быть может сейчас блондинка воспринимает их совсем как своего соперника, к которому для победы нужно хорошенько притереться.       Дреяр морщится, скидывая с жары капюшон и продолжает идти дальше, совершенно не обращая внимание на гомон голосов позади. Единственное, за что он благодарен девчонке, что та отвлекает Драгнила от него, и мальчишка не пристает со своими речами и теориями. Девчонка же слушает его пристально и внимательно, стараясь вникнуть в сказанное и понять Нацу, любящего обрываться на полуслове, кидая незаконченную мысль в пропасть. Люси, кажется так её зовут, припоминает Дреяр, идёт с драконоборцем нога в ногу, не отстаёт и не ноет, поспевает за быстрым темпом.       Мельком оглянувшись, Лексус замечает, как она незаметно проводит рукой над ногами, и как магия устремляется к её сапогам, оплетая их в легком свечении. Но она не срывается с места, как могла бы, наполнив ноги магией, все ещё идёт рядом, старается лишь не отставать. «Высокий для неё темп», – понимает Лексус, чуть сбавляя в шаге и чувствуя, как магия девушки начинает потихоньку успокаиваться.       И все-таки доверия она ему не внушает. Хартфилия. Он не понаслышке знает эту фамилию, помнит ещё, как кричали заголовки газет о пропаже дочери одного из самых влиятельных банкиров Магнолии, помнит, как эта чертова фамилия так ему остервенела, что он прекратил покупать те самые пестрящие газеты. Лексус помнит и совершенно не понимает, зачем стоило создавать столько шума, если вот она, была совсем неподалёку от Магнолии, живая и, кажется, невредимая. До поры до времени, конечно, ведь найдись противник на арене посильнее, точно раскрошил бы хрустальную фигурку девушки о землю, оставляя от неё лишь грязный кровавый след и груду косточек. Она была так близко к своему отцу, наверняка прекрасно знала о его малоудачных и не пылающих инициативой поисках, ведь трубили об исчезновении девчонки кажется всего-то лет пять назад и не слишком долго. Лексус задумчиво вздыхает, потирая переносицу и чувствуя, как напряженные скулы сводит от боли. Он оглядывает местность, прикидывая, что до Магнолии им ещё где-то день пути.       Блондин поворачивается к драконоборцу, совершенно увлечённому разговору с девушкой. Кажется, отойди сейчас Лексус к деревьям, Драгнил прошёл бы мимо, попросту не заметив его.       На небе уже начинают появляться первые звезды, когда они разжигают костёр. В темноте видно, как он выплевывает звонкие искры прямиком к синему небосводу. Девчонка сидит рядом, аккуратно расстилая плащ и поглядывая на Нацу, которого и холод-то особо не заботит. Он со спокойствием на лице расстилает вытащенный из походного рюкзака плед, чуть ли не вплотную к костру. Огонь ему нипочем, это в гильдии знали все, да и сам Драгнил не раз давал убедиться в этом друзьям, проглатывая горящие спички и фитили свечей.       – Оружие, – вздыхает Лексус, понимая, что Нацу этого делать не намерен, и протягивая руку к блондинке. Она замирает под его настойчивым взглядом диким оленем, так, что её почти медового цвета глаза переливаются в огне настоящим золотом. Она мелко кивает, поднимая руки к шее и с тихим щелканьем снимает с себя цепочку, полную ключей.       – Лексус, – ворчит Нацу, но замолкает под серьезным взглядом согильдийца и спокойным девушки, которую поведение мужчины нисколько не удивляет. Она бы и сама так поступила. Разве есть ему прок доверять девчонке, которую он увидел сегодня, тем более забрал с арены? «Разумеется нет», – решает Люси, снова защёлкивая замок цепочки и протягивая её волшебнику. Ключи весело звенят переливами звука, когда мужчина аккуратно кладёт их в свой, в сравнении с Нацу, маленький походный мешок.       – Это все? – настороженно спрашивает он, изгибая светлую бровь, и блондинка напротив него застывает в нерешительности, разглядывая его и одновременно думая о чём-то своём. Лексус бы прокашлялся в своей обычной манере, сгоняя наваждение с девицы, но отчего-то этого не делает, так же пристально разглядывая девушку.       – Все оружие у моих духов, – мягко говорит она, разводя руки и как бы демонстрируя то, что из оружия у неё ничего не осталось. Лексус в ответ на её объяснения лишь кивает, удовлетворённый сказанным, и отворачивается обратно к костру.       – Духи? – озадаченно спрашивает Нацу, приподнимаясь со своей лежанки. – Ты же переодевалась...       – Это звездное одеяние, которое мне дарует дух, – тихо посмеивается над наивностью парня девушка, расслабляя шнуровку сапог.       – И много у тебя таких?       – Только те, что даруют духи золотых ключей, их у меня всего десять, – спокойно объясняет девушка, кивая в такт своим словам. – Ирил не скупился на орудия, ведь они довольно быстро окупались после боев.       – У тебя же не только золотые ключи? – припомнил недавно спрятанные в сумку ключи Лексус, прищурившись смотря на блондинку. Она слегка стушевалась под его взглядом, тут же упираясь глазами в яркое пламя, танцующее рыжими лентами.       – Есть пара серебряных, они бесполезны в бою, только, может, для особых случаев, – нерешительно начинает она, проводя тонкими ладонями по плечам. Лексус жалеет, что вообще раскрыл рот, видит, как девушке неудобно и совсем не хочется говорить на эту тему.       – Тогда зачем твой хозяин их покупал? – влезает Нацу, не желая называть имени того, кто все это время держал девушку.       – Они достались мне ещё от матери, – продолжает она, задумчиво уставившись на костёр. – Не знаю, отчего он не забрал их, может хотел сохранить память о том, чью дочь он удержал в своей власти?       – Ты же могла с ними легко расправиться, – непонимающе бормочет Хэппи, придвигаясь к девушке поближе и подсовывая голову под ласкающую руку.       – А куда бы я потом пошла? Не думаю, что у меня вышло бы вот так просто уйти с вами, будь Ирил в городе. Обычно, стоило поединку окончиться, ко мне подоспевало куда больше стражников и надевался какой-то, – она морщится, подбирая слово, – ошейник, сдерживающий магическую силу. Ирил очень пёкся о своей безопасности, а как уехал, так они и позабыли об этом, – смеясь, заканчивает девушка, растягивая губы в какой-то вымученной улыбке.       – Во всяком случае, ты теперь с нами, – твёрдо говорит Нацу, и Лексус на мгновение, когда девушка отрывает глаза от костра, видит блеснувшую в них влагу. – Вступишь в гильдию, там и жильё и задания, а хозяин вряд ли захочет стать врагом Хвоста Феи.       – Так вы из Хвоста Феи?– удивленно восклицает она и оба драконоборца уже думают, что сейчас Хартфилия припомнит все грешки на счету их гильдии, весьма разрушительные для городов и поселений. Но Люси только сильнее загорается, старательно перетягивая мысли на новый лад, не желая омрачать вечер грустью воспоминаний.       – Да, – тянет Драгнил, скованно проходясь рукой по и без того растрепанным волосам.       – Я много слышала о вас, наверное, не сложись все так, как сложилось, даже попыталась бы сама к вам вступить, – мечтательно возводит девчонка глаза к небу, и Лексус понимает, что уж кто-кто, а он с ней не особо сдружится. Слишком уж сложно ему было в прошлом подступиться к единственной девушке в команде Громовержцев, понять её склад ума, как тут ещё одна.       Нет, такая мечтательная, с ворохом прошлого, она наверняка так и останется подле Драгнила, слишком уж его волшебный кот ластится к ней. «Они сдружатся», – с каким-то внутренним волнением вперемешку с горечью думает мужчина, вспоминая Титанию и Грея, которые наверняка также не обойдут девчонку стороной. Весь её облик сейчас кажется ему пенно-воздушным, таким, что дунешь – и она улетит в небо, складываясь пузырьками в сердечко, не иначе. С такими девушками работать Лексус не любил: размечтаются ещё. Чего стоила Локсар на магических играх, с треском проваливающая испытания только из-за близости Фуллбастера. Второй Джувии, хоть с первой он не особо-то контактировал, Лексус в своей жизни боялся не пережить.       – Мечты сбываются, Люси, – нарушает его размышления огненный волшебник, ярко улыбаясь девушке.       – Это точно, – задумчиво, но оттого не менее доброжелательно, говорит она, прослеживая взглядом за новой вылетевшей из костра искрой, грозящейся достать до самого небосвода в ярком блеске пламени. ***       Как Лексус и ожидал, волшебницу принимает гильдия с распростертыми объятиями. Кажется, лишь Джувия что-то возмущённо ворчит, но даже громовержцы и те довольны. Сильная новенькая уж точно не будет лишней на магических играх. Пусть они и состоятся только где-то через полгода, но все же. За это время она наверняка станет ещё сильнее, так что гильдия поддержала девушку всеобщим гомоном. Со второго этажа Дреяр прекрасно видит, как его догадки подтверждаются, как Титания увлечённо что-то с ней обсуждает, а Грей и Нацу сидят наконец спокойно, о чем-то разговаривая. Фуллбастер даже почти одет, разве что рубашка расстегнута, но это куда лучше его обычной сверкающей светлой задницы. Лексус тихо хмыкает себе под нос, размеренно попивая апельсиновый сок и в пол-уха слушая разговор команды. Они спокойно что-то обсуждают, изредка посмеиваясь и что-то пережёвывая. Наконец, маг молний спокойно вздыхает. Оказаться в кругу друзей невероятно успокаивающе. Он даже на мгновение забывает о приманивающей взгляд блондинке, что уже, кажется, потихоньку вливается в коллектив, просто, словно ножом по маслу.       – Леви в общежитии выбила целую комнату под библиотеку, – с тихим смехом говорит Эвергрин, поправляя очки на носу и улыбаясь. – Наконец можно будет не таскаться в гильдию за новыми томиками.       – Ну это если тебе повезёт и там они окажутся, – посмеивается в ответ Фрид, откидывая струящиеся зеленью пряди за широкие плечи.       – О, я уверена, то – точно будет, – Ела снова смеётся, доставая из складок плаща любовный роман, щедро расписанный сердцами и звездами.       – Наверняка новенькую заселят где-то рядом с ней, – маг молний даже слегка дергается от упоминания юной волшебницы, притащенной им и Драгнилом в гильдию. Взгляд снова находит девчонку, стремительно вылавливает золото волос из толпы, одновременно улавливая нежные переливы голоса. Она о чём-то все ещё говорит с Эльзой, Лексус даже удивляется тому, что суровая и привередливая Титания так просто нашла общий язык с девчонкой.       Нацу что-то верещит о новом задании, голосит новый состав команды, приписывая туда блондинку и уже поднимая кружку с элем.       – Она вроде неплохая, – так же находит блондинку взглядом единственная девушка в команде Громовержцев. – А ты что скажешь? – тут же переводит острый взгляд на Лексуса, пытаясь разглядеть все нутро. Маг молний быстро нацепляет на себя маску безразличия, не желая, чтобы девушка разглядывала то, в чем он и сам пока не разобрался.       – Обычная, – кривит Лексус губы, делая новый глоток сока и чувствуя, как нёбо приятно щиплет ноткой горечи.       – Такая уж и обычная, что вы её в гильдию притащили, – смеётся Бикслоу, стреляя глазами и пряча усмешку за деревянной кружкой.       – Слышал, она с арены,– добавляет Фрид, задумчиво хмуря брови, его лицо кривится в гримасе, что на секунду умаляет аристократичную его красоту.       – Да, мы забрели на соревнования подражающие магическим играм, там её и нашли. – Лексус старательно лепит из себя пренебрежение, отчего-то чувствуя, что с треском проваливается ещё в попытках.       – Дорого стоила? – поправляет на носу очки Эвергрин, заинтересованно блеснув глазами.       – Нисколько, – со смешком бросает ей Лексус, удерживая себя от того, чтобы не бросить взгляд на блондинку, сидящую внизу.       – Какая ценность, – бормочет Фрид, переводя тему разговора в другой лад и что-то рассказывая. Дреяр даже благодарен ему за это, снова погружаясь в свои мысли под размеренную речь товарищей. ***       Лексус не знает, зачем сюда пришёл, проходя мимо пустующей стойки управляющей в женском общежитии спустя пару недель с того момента, как они притащили заклинательницу духов в гильдию. Он, по рассказам Елы, слышал о том, что комната девчонки и вправду находится близь комнаты Леви и импровизированной библиотеки устроенной ей же. Даже сама Эвергрин сдружилась с новенькой за обсуждениями каких-то новомодных романов, коих в библиотеке Леви было навалом. Она что-то рассказывала за их столиком, когда они собирались перед заданием или после, но Лексус не участвовал в обсуждениях новенькой. Раз она влилась в коллектив и весьма дружна с ним, то и всякая ответственность с него, как с того, кто и притащил девчонку, спадает. Но тогда почему он здесь?       Лексус не знает ответа на этот вопрос, качает головой в такт своим шагам, рассматривая исписанную цветами дверь, где в завитках угадывается «Библиотека». Отчего-то он уверен, что найдёт девчонку здесь, ведь Нацу сейчас сидит в гильдии вместе с Фуллбастером и Хэппи, а если уж куда и намылился бы, то непременно прихватил её с собой.       Это стало какой-то традицией, думал каждый раз Дреяр, наблюдая за тем, как драконоборец хватает блондинку за тонкое запястье и волочит из гильдии вслед за Фуллбастером. После этого Джувия обязательно оставалась горевать где-то в стороне, ведь её любимый Грей охотнее берет на задание странную новенькую, чем её. «Странную», – повторил про себя Лексус, словно слышал это слово впервые и сейчас пробовал его на вкус. Люси была с чудинкой, этого нельзя было не заметить, но это же Хвост Феи, тут у каждого есть какая-то диковатость. Кана пьёт беспробудно, Титания, несмотря на свою прославленную стойкость и беспощадность, просто исходит слюной по выпечке, Фуллбастер раздевается, Громовержцы и те временами больше походят на его команду поддержки, ну, а Люси...       Лексус приметил это ещё в первые её дни в гильдии, когда на вырученные деньги с первого задания девчонка купила себе новою одежду, оправдывая себя тем, что та безнадёжна испорчена. А ведь водолазка и шорты действительно были не самые лучшие, весьма протертые и выцветшие, так что, если Ирил и не скупился на орудие, то на одежду его щедрость не распространялась. Так что, девушка быстро избавилась от старого тряпья, которое сидело слишком уж в облипку к её ладной фигурке, практически не оставляя места для воображения. И ладно бы взяла что-то более закрытое, напоминающее платье Миражанны или той же Эльзы. Но нет, девушка прикупила себе ещё пару костюмчиков с не менее коротким низом, будь то шорты или юбки, и облегающим верхом, порой скрашиваемом рукавами, переманивающими на мгновение внимание с открытой груди. Она быстро заработала себе прозвище «болельщица», которое Гажил одним только зычным воскликом закрепил за девчонкой, стоило ей в таком виде показаться в гильдии. «Он попал прямо в точку», – думал каждый раз Лексус, рассматривая сидящую или заходящую в гильдию девушку, что так и не меняла откровенные наряды на что-то более скромное. Мужчина лишь вздыхал, слыша пару раз её бескомпромиссное оправдание своему внешнему виду: «Мне нравится так одеваться, что в этом плохого? Вон, Грей голым щеголяет постоянно».       Да, девчонке посчастливилось повидать две ямочки над упругой задницей Фуллбастера, так картинно заалев, что стоило с неё в этот момент писать портрет. Ведь в кои-то веки взгляд не норовил проскользнуть по мягким округлостям груди, осиной талии, спускаясь к плавному изгибу бёдер и к длинным ногам. Быть может, займись девчонка позированием, вскоре переплюнула бы Миражанну с её количеством обложек и статей. Но она подалась в задания, усердно совершенствуя свою магию и смешливо отвечая на предложения мага огня и льда смахнуться расплывчатым согласием.       Она ещё ни разу не дралась в гильдии, только на заданиях, но в общих потасовках и стабильных схватках на заднем дворе не участвовала, предпочитая оставаться в стороне, когда тот же Нацу все время рвался в бой. Мальчишка даже как-то прокричал, что в команде с Люси наверняка уделает и его, что не мало развеселило блондина. Он улыбнулся тогда, видя ошарашенное выражение лица девчонки, что явно не ожидала такой подножки от друга. Но благо мастер тогда лишь скрипуче посмеялся, выставляя на бой Эльфмана с Джувией. Но и Лексус тогда задумался: неужели сила девушки была настолько велика, что ранее помалкивающий Нацу кидал ему вызов. Это внушало какое-то сладкое предвкушение от долгого ожидания демонстрации сил девушки.       Мужчина снова вздохнул, рассматривая витиеватый узор, над которым старались явно не один час. Он легко ухватился за ручки, с тихим скрипом открывая дверь и заходя в светлое помещение, от которого глаза поначалу неприятно закололо. Дреяр поморщился, опуская взгляд в пол, а по возвращении нормального зрения провёл взглядом по высоким узким полкам заполненными книгами. Леви и вправду постаралась на славу, обставляя это место со всей своей любовью к книгам. В середине зала был большой длинный стол, за которым и сейчас читая сидели пара человек. Лексус застыл, рассматривая светлую девичью макушку, склоненную над книгой. Девушка усердно что-то записывала в маленький голубой блокнот.       Он, мягко ступая по полу, прошёл к столу, захватывая по пути какую-то книгу и приземляясь прямо напротив девушки. Хартфелия легко вздрогнула, словно от холода, стоило ей поднять на него взгляд, застывая пойманным зверем. Она в удивлении подняла брови, проходясь рукой по лбу, на котором не было привычной светлой челки, сейчас заколотой у самого лба. Лексус пристально оглядел девчонку, рассматривая её широко распахнутые глаза медового цвета, тонкую лебединую шею, хрустальные крылья ключиц, открытые в очередном смелом вырезе майки. Она, отделанная темным кружевом по краю, перетекала по плавным изгибам шёлковыми бликами, слишком тонкими лямками зацепившись за плечи. Лексус вздохнул, понимая, что вряд ли одетая лишь в одну ночнушку девушка надеялась встретить здесь кого-то из гильдии, не принадлежащего к общежитию. Об этом говорил и маков цвет, заливший скулы и нос девушки.       – Блондинка, – доброжелательно сказал он, кладя на стол книгу и улавливая краем глаза обложку, полную сердец. Мужчина рвано вздохнул, быстро переворачивая книгу обложкой вниз под тихий смешок девушки. Уж Хартфилия-то наверняка успела разглядеть назойливые сердца, которых, к слову, и на обратной стороне книги было достаточно. Лексус недовольно цыкнул, снова ловя мягкий смешок блондинки.       – Блондин, – весело сказала она, наклоняя голову в сторону и улыбаясь ему. Робость, которая овладела девушкой поначалу, отошла на второй план, оставляя после себя непонятное ему состояние. Болельщица сидела перед ним со все ещё раскрытой книгой и тонким пальцем, приставленным к одной из витиеватых строчек. Она чуть наклонилась вперёд, быстро дописывая что-то в блокнот, тут же возвращая взгляд обратно на парня, сидящего напротив.       – Я хотела поблагодарить тебя, – закрывая блокнот с синим дельфином, сказала Люси, усердно не поднимая на него глаз. Это Лексуса развеселило, и кривая ухмылка почти против воли появилась на его губах.       – Уже благодарила, – волшебник откинулся на мягкую спинку стула, разминая плечи, но так и не спуская взгляда с болельщицы.       – Нет, не так, – шире улыбается Хартфелия, прокручивая цепочку с ключами меж пальцев и подыскивая слова. – Думаю, не вступись ты тогда за меня, Нацу бы ещё долго препирался, – с трепетом заключает девушка, и Дреяр улавливает её нежность по отношению к новоприобретенному другу. Он чувствует как что-то внутри горько колышется, когда девушка так упоминает дурачка Нацу, но после замечает, что влюблённостью, о которой он сначала подумал, тут и не пахнет. Может Хартфилия и привязана к драконоборцу, но это точно не больше, чем дружба, разве будет так себя вести влюблённая девушка? Джувия встаёт в голове напоминанием о самом ужасном варианте того, как может себя вести таковая девушка, вызывая лишь головную боль.       – Или в одночасье разрушил бы всё, – говорит Лексус, кивая заключению болельщицы и чуть улыбаясь. И в истории Нацу были смешные погромы, после которых гильдии краснеть приходилось по минимуму, ведь все стеснение перекрывал гомон и веселье. Наверняка, разгроми Драгнил тогда арену, это разрушение причислили бы к тем же, качая головой да приговаривая: «Ай да Нацу».       – Или так, – соглашается с ним девушка, снова коротко смеясь, но неловко замолкая в библиотечной тишине.       – Почему ты все ещё не участвовала в боях?– Хартфелия удивленно поднимает брови на вопрос и пучит красивые глаза, что кажется вот-вот и выпадут из глазниц.       – Я участвую, – упорно заявляет она, прикладывая руку к груди и с каким-то негодование вперемешку с достоинством откидывает пряди волос за спину.       – Не помню, чтобы ты вызывалась, когда Макаров спрашивал желающих, – продолжает гнуть свою линию блондин, удовлетворенно скалясь, когда замечает, как Люси начинает суетливо бегать глазами по помещению в поисках ответа.       – Не помню, чтобы и ты вызывался, – отвечает она, хоть заранее и понимает, что проиграла эту словесную перепалку.       – Может тебе стоит проявлять себя не только на заданиях, но и в гильдии?       – Может тебе, раз так сильно хочется, стоило бы сходить со мной на задание да посмотреть?       Лексус прыскает, смеясь в полтона, не забывая, где находится, под таким же веселым взглядом девушки. Они выровняли счёт, идут бок о бок, и это кажется Лексусу настолько привычным, словно перепалки эти случались с ними каждый божий день. Мужчина задумчиво хмыкает, решая, стоит ли продолжать, – все-таки у блондинки язык подвешен.       – Так и быть, блондинка, вызовешься у Макарова, и я вызовусь тоже.       – Боюсь, Нацу быстро спихнёт меня с этого места, ведь и сам желает помериться с тобой силой, – пожимает плечами девушка, снова вспоминая друга и уже представляя его удивленное лицо, когда Дреяр вызовется сравнить силы с ней.       – А что до тебя? – не отстаёт волшебник, пристальнее вглядываясь ей в глаза. На мгновение Люси кажется, что она одна из проткнутых в грудине бабочек, украшающих высохший гербарий. Она норовит провести рукой по груди, проверяя нет ли там и вправду дыры, но удерживает себя, лишь старательнее разводя плечи.       – Не думаю, что ты мне по силам, – задумчиво говорит она, снова хватаясь за цепочку и с тихим перезвоном перекатывает по ней ключи.       – Верно мыслишь, болельщица, – заключает он, не зная, как продолжить разговор, да и стоит ли вообще продолжать.       – Нацу говорил мне с тобой не связываться, так многие говорят, – легко начинает девушка, словно молчания, неловкостью воцарившегося между ними, и не было.       – Тебе не привыкать кого-то слушаться, – маг молний чувствует, как внутри что-то колышется от произнесённых девушкой слов, а потому он не задумываясь бьет в ответ. Тут же ловит разозлённые взгляд медовый глаз на себе, слышит, как сильно она сжимает тонкие пальцы в кулаки.       – Это точно, – зло проговаривает она сквозь зубы, тут же забывая весь былой благожелательной настрой, – наверное, стоило и вправду послушать.       – И что же ты хочешь этим сказать, болельщица? – устало выдаёт он, чувствуя нарастающее в груди волнение, но кроме как постукиванием пальца по столу, ничем старается себя не выдавать.       – Ничего, Лексус, – девчонка снова открывает блокнот, возвращаясь к книге и игнорируя его присутствие в комнате, делая ударение на его имени. На секунду мужчина чувствует себя пристыженным и колеблется в следующем действии.       Когда листок с заданием приземляется на желтоватые страницы книги, и девушка вопросительно поднимает на него взгляд, Лексус встаёт со стула. Он пару секунд молчит, решая, не ошибся ли он в своём предложении девушке, но что-то внутри упорно твердит, что все сделал верно.       – Раз ты так хочешь, – решает сыграть он на более дружелюбном их диалоге, по промелькнувшей улыбке девушки понимая, что та принимает новые правила и понимает причины внезапно наступившего разлада.       – Нет, Лексус, – она качает головой из стороны в сторону, не прекращая улыбаться и смотреть на него. Много ли людей отказывает так, глядя в глаза и так сладко улыбаясь? На своей памяти Лексус знал всего пару таких человек, и вот одна из их представительниц сидит прямо перед ним, разминая узкие плечи. Вся её напущенная уверенность крошится хрусталем, из которого, кажется, и сделана девушка, когда она продолжает говорить, – это ты этого хочешь.       Дожидаясь её наверняка в одном из слишком открытых костюмов у входа в общежитие, Лексус думает, что новенькая не такая уж и не приметная и подозрительная, как он думал раньше. Да и на глупую подружку Нацу не смахивает, наверняка же уже пару раз успела благоразумием спасти его подпаленную задницу из передряг. Пару раз даже Фуллбастер с облегчением заявлял в гильдии, что верно они поступили, взяв с собой заклинательницу духов, игнорируя непонимание со стороны предводителя громовержцев и яд, испускаемый магичкой воды.       Он криво улыбается ей, когда девчонка почти выпрыгивает из ворот в новых сапогах, шортах и водолазке, сидящей на ней второй кожей. Она снова подвязала волосы в два хвоста, что золотыми прядями струятся по плечам, отражая солнце и всякий свет. Люси совсем чуточку смущена под его пристальным взглядом, но упорно разведённые плечи и устойчиво расставленные стройные ноги говорят громовержцу о серьезном настрое девушки.       – Хоть в этот раз надела бы что-нибудь поприличнее, – с улыбкой бормочет он, проходя вслед за блондинкой и наблюдая за тем, как виляя бёдрами она шагает.       – Мне так удобно, – оборачивается на него Хартфилия, легко улыбаясь, совсем не так, как улыбается тому же Нацу. Она успевает отвернуться раньше, чем Лексус замечает румянец на её щеках, но мужчина отчетливо слышит ускорившийся гомон сердца девушки и сбившееся в волнении дыхание. «Это должно быть забавно», – решает Лексус наперёд, так и не находя в себе сил, чтобы стереть улыбку, все ещё играющую на губах.