Ростки Гармонии

      Гермиона Грейнджер шла с осторожностью по вечернему Парижу. Она скрывалась.       Вот уже год кто-то её преследовал. Она не могла сказать кто это, но она отчетливо чувствовала слежку за собой.       Пока Гермиона шла по оживленной парижской улице, она вспоминала то, где она была год назад.       Еще год назад, Гермиона Грейнджер, лучшая выпускница Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, которая имела столько вакансий в волшебном мире, что она не могла выбрать, за что браться.       Первоначально, Гермиона была счастлива, её труд окупился. Все семь лет учебы в Хогвартсе, она рвала свои жилы, чтобы не отставать от тех студентов, для которых магия была частью жизни с самого рождения. Она специально ставила себя именно так, чтобы быть независимой и лучшей в школе. И поступив в Хогвартс, она стала студенткой факультета Равенкло – лучшего, по её мнению, факультета, где обучаются многие ученые волшебного мира.       Будучи Вороном, Гермиона полностью погрузилась в изучение такой новой для неё науки, как Магия. И она преуспевала в этом. Многие чистокровные скрипели зубами, когда какая-то магглорожденная обходила их на всех занятиях или экзаменах. Их вид забавлял Гермиону, она чувствовала над ними превосходство.       Правда были и отрицательные стороны этого – она была одинока. Гермиона никогда не могла завести друзей… и она знала, что именно её привычка ставить учебу превыше всего остального и стала причиной этого.       Хотя… среди студентов Хогвартса был и тот, кто не видел в этом никаких проблем. Гарри Поттер, студент факультета Слизерин, потомственный маг… Хотя, Гермиона слышала о том, что он был полукровкой.       Родители Гарри Поттера были среди погибших во время нападения магов-террористов на Косой Переулок, в Хэллоуин 81-го. В тот вечер погибли многие волшебники, что были на торговой улице. Сам Гарри Поттер был там же, но он выжил. Его мать закрыла его собой от взрыва нестабильного взрывного зелья.       Гарри был весьма спокойным парнем, он не был тем, кто оскорблял кого-то… по крайней мере без причины, как знала Гермиона. В любом случае, её он никогда не оскорблял.       Более того, в Хэллоуин, на первом курсе, когда она плакала в туалете для девочек, Гарри пришел за ней и помог добраться до гостиной её факультета… Так как Квиринус Квирелл, ради Хеллоуинской шутки, впустил в Школу горного тролля.       Они не стали друзьями, но смогли спокойно разговаривать в библиотеке.       Она часто слышала о том, что другие Слизеринцы с непониманием относились к тому, что Поттер общается с «грязнокровкой». Но он не обращал на эти высказывания внимания, да и Гермионе посоветовал не обращать внимания на идиотов.       Вот так и проходило их общение – лишь совместное время в библиотеке и всё… да и то не долго.       Гермиона вздохнула, она до сих пор не знала, как она относится к Гарри Поттеру. Ведь, если говорить о романтике, то у них было лишь одно свидание… которое было испорчено другими девушками… после того, как тот вечер почти закончился… А Гермиона начала его избегать.       Вечер Святочного Бала, на их четвертом году, Гермиона запомнила надолго. Она и Гарри были в саду, гуляли после танцев. Она видела, что Гарри собирался что-то сказать ей, но им помешали...       Как оказалось, несколько девушек со всех четырех факультетов, что остались без партнеров и не пошли на Бал, решили отыграться на ней и… Подкараулив Гермиону и Гарри. Они испортили её платье, облив Гермиону каким-то зельем и начав оскорблять её.       Конечно, Гарри не стал себя сдерживать и встал на её защиту, но… всё что он получил, так это два месяца отработок за нападение на студентов Хогвартса. А Гермиона больше не рискнула с ним разговаривать, так как считала, что это её вина.       Она видела, что Гарри был обижен тем, что она односторонне разорвала их отношения… но она не смогла убедить себя поговорить с ним.       Так продолжалось три года.       В течение этих трех лет, Гермиона полностью погрузилась в изучение магии и не особо смотрела на то, что происходило вокруг неё. И лишь на седьмом году, она заметила, что с ним происходит что-то странное. Гарри осунулся, стал более бледнее и временами выглядел болезненным. Однажды, Гермиона даже видела, как он упал в обморок - Она отнесла его в лазарет, оставив на попечение умелых рук мадам Помфри.       А потом, после Рождества 97-го года, в выпуске «Ежедневного Пророка» вышла статья о том, что «Последний представитель древнейшего и благороднейшего Рода Поттер, Гарри Джеймс Поттер, скончался от неизвестного заболевания». Некролог был таким коротким, что Гермиона не могла ни о чем и думать.       В газете не сообщалось, что послужило его болезни. Но среди студентов, особенно среди чистокровных, ходили разговоры о том, кому же достанутся все накопления и владения Поттеров. Даже те, кто называл себя друзьями Гарри, смеялись над тем, что кто-то из них получит наследство.       Но Гарри Поттер пошутил над всеми ними и над всей Британией – Деньги Поттеров не достались никому из них. Даже его тело было конфисковано Гринготтсом… Как оказалось, Гарри Поттер скончался в кабинете своего менеджера в Гринготтсе.       Министерство давило на Нацию Гоблинов, на Банк Гринготтс, но не добилось ничего. Завещание Поттера было ратифицировано Международным Конгломератом Волшебников. Даже Альбус Дамблдор, тот, кто считался опекуном Гарри Поттера ничего не смог сделать.       Все эти люди остались ни с чем. Некто, носящий имя Джеймс Певерелл стал наследником Гарри Поттера. Но кто это – никто не знал. Его никто не видел.       Гермиона поправила свой шарф и осмотрелась. В этот вечер на улице было много народу. Всё-таки скоро Рождество, а потом Новый… 2000-й год.       Гермиона вздрогнула и посмотрела назад. Она снова почувствовала чей-то взгляд на себе.       Повернувшись назад, она стала смотреть в толпу народа, пытаясь определить – Кто же её преследует.       Но никого не увидела… Кроме… - Не может быть! – прошептала Гермиона.       Среди толпы людей она увидела человека, который был очень похож на Гарри Поттера.       У этого незнакомца были те же черные неукротимые волосы... Те же зеленые глаза, что скрываются за круглыми очками... Даже такой же медальон, что Гарри носил с четвертого курса – треугольник с вписанным в него кругом и вертикальной чертой по центру. Он был полностью в черном – Пальто, шарф, кофта, джинсы, туфли. Лишь медальон сверкал серебром.       Гарри рассказывал ей о медальоне и о той легенде, что ходит вокруг этого символа. Точнее, он дал Гермионе книжку со сказками, а потом объяснил часть того, что знал по поводу сказки «О трех Братьях». Этот символ принадлежал братьям из сказки и считался символом «Даров Смерти».       Конечно, Гермиона не верила в эти сказки, а Гарри лишь усмехнулся на это.       Мужчина шел по улице, смотря себе пол ноги, его нижнюю часть лица прикрывал шарф. Он не смотрел на неё, но она могла видеть его глаза.       Он остановился, видимо почувствовал взгляд направленный на него, и поднял свои глаза. Гермиона ахнула, когда увидела его шок. - Гарри, - одними губами, прошептала Гермиона.       Он стоял с шоком в глазах… пока не закрыл их и не покачал головой. Он сделал небольшой шаг назад и начал поворачиваться… - Попалась! – позади Гермионы раздался голос.       Кто-то, кто стоял позади, схватил её за руку и… Гермиона почувствовала, как её сжимает воронка аппарации.       Спустя мгновение, она почувствовала, как её отпустили, а также ветер в лицо. Широко раскрыв глаза, Гермиона поняла, что она находится на Эйфелевой башне. - ЁК! – вскрикнула Гермиона.       Гермиона никогда не любила высокие места или летать. Повернувшись в сторону, она увидела рыжего парня, что стоял в паре метрах от неё. - Р-р-рон? – заикаясь, спросила Гермиона.       Он кивнул и улыбнулся столь безумно, что Гермионе стало страшно.       Рон Уизли, однокурсник Гермиона, но с факультета Гриффиндора. Он не давал ей покоя с пятого курса… с того момента, как она и он стали старостами своих факультетов. Рон пытался всеми силами сделать её своей девушкой – дарил цветы, конфеты… но Гермиона отказывалась от всего этого.       Рон не был плохим парнем, но он был глупым, по мнению Гермионы, неопрятным и… его безумная нацеленность на Гермиону, вызывала у неё страх.       Гермиона просила его отстать, просила о помощи профессоров… но никто не стал её слушать.       Хотя, однажды, кто-то отправил Уизли в Сент-Мунго на несколько месяцев, на пятом курсе. На шестом, Рона опоили какими-то зельями – он бегал сразу за несколькими девушками… голый по Школе. В общем, его продержали три месяца в Сент-Мунго, пока разобрались, что к чему. - Да-а-а, - Рон оскалился, смотря на неё. – Я давно искал тебя, Гермиона. - Что тебе от меня надо? – произнесла Гермиона.       Она решила потянуть время, пока пыталась вытащить палочку из кармана. - Ты! – выкрикнул Рон и сделал шаг в её сторону. - Не подходи! – выкрикнула Гермиона, выхватив свою палочку. - Что? – усмехнулся Рон. – Убьешь меня?       Его лицо исказила безумная ухмылка. - А получится? – он насмехался. – Просто расслабься, Грейнджер. Я получу от тебя, грязнокровки, то, что мне нужно, а потом… - Хочешь сдохнуть? – послышался спокойный голос со стороны.       И Рон, и Гермиона повернули головы в сторону голоса и увидели того, кто говорил. В стороне стоял тот, кого Гермиона приняла за Гарри Поттера. - Ты еще кто? – выкрикнул Рон и выхватил палочку. – УБИРАЙСЯ! ЭТО МОЯ ДОБЫЧА! - Жалкий низший, - фыркнул парень в черном, делая шаг вперед. – Ты хоть понимаешь на кого наставил оружие?       Гермиона почувствовала волну магии и угрозы, что исходила от этого человека… правда всё это было направлено не на неё, а на Рона Уизли. По словам о «добыче» и «низшим», Гермиона поняла, что перед ней два вампира. И она стала камнем преткновения для них.       Рон прорычал и дернулся, хватая Гермиону, и попытался аппарировать. Но он остался на месте. - ЧТО? – кричал Рон. - Глупец, - всё также спокойно, ответил незнакомец. – Отпусти её и проваливай из моего города, пока я не развеял тебя. - Придурок, - выкрикнул Рон. – Мой клан отомстит за меня… - Никто не будет мстить за тебя, имбецил, - выплюнул незнакомец. – Тебе запрещено охотиться во Франции, как и твоему клану, в принципе, запрещено находиться тут. - ЧТО? – выкрикнул Рон.       Он выставил Гермиону перед собой, как щит. - Херов птенец, не знающий простейших истин, - прорычал незнакомец в черном. – Даже если я убью тебя, мне ничего не будет за это. – Он встал в паре метров от Рона и Гермионы, - Отпусти её и проваливай, пока можешь. - Не рыпайся, - прорычал Рон, приставив клыки к горлу Гермионы. – Она моя! - Ты так хочешь крови… - фыркнул незнакомец.       Он поднял руки, выставив их перед собой, и разрезал левую ладонь ногтем правой. Гермиона в шоке смотрела на то, как один из пальцев его правой руки слегка удлиняется и режет кожу ладони. - Вот, - он протянул в сторону Рона ладонь, - тебя моя кровь…       Рон приподнял голову, убирая клыки, и оттолкнул Гермиону. Она упала у самого края, едва не проломив ограждения.       Гермиона подняла взгляд, видя, как Рон медленно идет к незнакомцу, который продолжал держать вытянутой левую руку, с которой капала кровь… - ЕДА! – прорычал Рон и дернулся в его сторону.       Незнакомец уклонился, зайдя Рону за спину, и резким ударом пробил ему грудь… вырвав сердце из груди. - КХА, - Рон выплюнул кровь изо рта. – Ты солгал! - Просто ты идиот, - сказал незнакомец и сжал руку.       Он раздавил сердце Рона, вырывая свою руку, и отбросил его через ограждения.       Гермиона смотрела на это шокированным взглядом. Она лишь читала о том, как сражаются вампиры, она никогда не могла подумать о том, что когда-нибудь станет свидетелем такой битвы. - Черт, - пробормотал незнакомец, - испачкал костюм. – Он закатил глаза и вздохнул. – Придется возвращаться домой раньше, чем хотел.       Гермиона встала на ноги, не сводя глаз с незнакомца. Она крепко держала в руке свою палочку, предполагая, что на неё нападут. - Я голоден, - сказал незнакомец. - Не надо, - прошептала Гермиона. - Прошу прощения, – пожал он плечами. – Но вы просто появились не в том месте, не в то время.       Он сделал резкий шаг к ней, встав вплотную, и прижал её к ограждениям. Гермиона даже не успела отреагировать на его движение, не то, чтобы применить магию. Её рука с палочкой была в стороне, вампир держал её крепко.       Гермиона держала глаза закрытыми, ожидая боли… Но слышала лишь то, как он дышит. В попытке перебороть страх, она открыла глаза и встретилась с вампиром взглядом. - Гарри? – спросила она, смотря ему в глаза. - Что если, да? – спросил он в ответ. - Но, ты же… - Да, - кивнул он. – Гарри Поттер умер, но после этого родился Джеймс Певерелл. – Он улыбнулся, - Тот, кто стал вампиром.       Он закрыл глаза и наклонился к её шее, шумно вдохнув. - Ты так приятно пахнешь, - сказал он. – Как тебя зовут? – спросил он, поднимая взгляд. – А то не совсем честно, ты меня знаешь… точнее прошлого меня. – Он посмотрел ей в глаза, - А вот я тебя нет. - Гермиона, - ответила она, сглотнув. - Гермиона Грейнджер.       Гермиона видела, как его глаза слегка расширились в удивлении, а потом он резко прищурился. Его лицо было спокойным, но глаза выражали какую-то скрытую и не понятную эмоцию. Он медлил. - Ты убьешь меня? – спросила Гермиона. - Правильный вампир не убивает, - ответил Джеймс. – Правильный вампир пьет кровь своей жертвы, а потом стирает ей память. - Но, – Гермиона была шокирована, - тогда я стану… - Нет, - перебил её Джеймс. – Ты станешь вампиром, если выпьешь моей крови, Гермиона. – Он усмехнулся, - Хочешь?       Он смотрел ей в глаза. Гермиона еще по Школе никогда не могла не то, чтобы говорить, а даже думать, когда встречалась с ним взглядом. - Хорошо, - ответил он и опустил голову.       Гермиона ахнула, когда почувствовала, как его клыки касаются её шеи. А потом, он резко вонзает их в неё. - АХ! – вскрикнула Гермиона.       Она чувствовала, как Джеймс пьет её кровь. Чувствовала, как он обнимает её за талию одной рукой, а другой поддерживает её голову. Гермиона даже не заметила то, когда он отпустил её руку с палочкой.       Почувствовав слабость в ногах и головокружение, Гермиона всхлипнула, понимая, что жизнь уходит из неё… Но не могла ничего сделать.       Они медленного опустились на пол, и Джеймс положил её себе на колени. Он смотрел ей в глаза, о чем-то думая. Ухмыльнувшись окровавленными губами, он поднял правую руку и надкусил её. - Пей, - сказал он, приложив ладонь к губам Гермионы.       Гермиона не в силах что-либо сказать, почувствовала, как что-то жидкое и соленое попало ей в рот. Она непроизвольно сделал глоток, когда рот был наполнен. - Молодец, - сказал Джеймс. - А теперь, мы пойдем ко мне домой. – Он приподнял её голову, широко ухмыляясь, смотря ей в глаза. – Теперь ты моя, как я того и хотел когда-то.       Он поцеловал её и аппарировал.