Ростки Гармонии

Хогвартс.       Мадам Помфри закончила обход своих пациентов, которые находились в лазарете Замка. Встав перед дверьми, она еще раз посмотрела на тех, кому не хватило отдельных палат, и слабо улыбнулась. Она рассчитывала на более худшее положение после Битвы, но всё, в каком-то смысле, обошлось.       Выйдя через двери, Поппи сразу же столкнулась с Джинни Уизли. - Мадам Помфри! – сказала она. – Могу я пройти к Гарри? - Нет, - покачала головой Поппи. - Но… - Во-первых, он всё еще не пришел в сознание, - перебила её Поппи. – Во-вторых, правила для всех одни, мисс Уизли. Я могу допускать до пациентов лишь их родных. - Но, мадам Помфри, - протестовала Джинни. – У Гарри нет семьи… - Но это не дает вам права врываться сюда, - осадила её Поппи. – А теперь идите, вам тоже требуется отдых.       Джинни опустила голову и отошла в сторону. Подойдя к лавочке, на которой сидел Рон, Джинни села там и тяжело вздохнула.       В этот момент, к мадам Помфри подошла Гермиона. - Мадам Помфри, я понимаю, но… - Гермиона не смогла закончить фразу и опустила голову. - Всё в порядке, моя дорогая, - улыбнулась Поппи. – Можешь пройти к нему. Уверена, что вам обоим это необходимо.       Гермиона слабо улыбнулась и вошла в лазарет. Джинни смотрела на то, как Гермиону свободно пропустили туда, куда минуту назад не пустили её, она резко поднялась и подошла к целительнице. - Мадам Помфри, - сказала она. – Гермиона тоже не семья Гарри, так почему… - А почему миссис Поттер не может пройти к мистеру Поттеру? – перебив, спросила Поппи.       Посмотрев на открывшую в шоке рот Джинни, Поппи фыркнула и ушла в свой кабинет. Джинни хлопала глазами, не в силах поверить в то, что только что услышала.       Она резко развернулась к брату и грозно на него посмотрела. - Ты был вместе с ними всё время! – заявила она. – Почему ты не сказал мне об этом? - Не всё время, - тихо сказал Рон. - ЧТО?! – вскрикнула Джинни. - Я не всё время был с ними, - ответил Рон, закрыв глаза. – Был момент, - он сглотнул, - когда я сорвался и… мы поругались. – Он вздохнул, - Меня не было с ними примерно три месяца, Джинни. Возможно... в это время… - Он покачал головой, - Я не знаю, точно…       Хотя, он понимал, что именно в этот период и произошло то, о чем они только что услышали и узнали.       Джинни смотрела на Рона с не скрываемым гневом. - Трус! – прошипела она. – Ублюдок!       Джинни зарыдала и убежала. Рон тяжело вздохнул и откинулся на стену – Он не мог… не имел права злиться на своих друзей и винить Джинни в несдержанности. Он сам понимал, что всё это была отчасти и его вина.

***

      Гермиона подошла к кровати Гарри и посмотрела на него. Гарри лежал и спал, его тело было почти полностью перебинтовано.       Гермиона села на край кровати и погладила его по щеке. Как часто за все эти годы в Хогвартсе, она вот так приходила к нему и сидела… порой часами… у его кровати, пока он восстанавливался от очередной травмы… полученной либо на поле для квиддича, либо из-за их очередного «приключения».       Гермиона покачала головой, она уже и не помнила, когда же осознала свои чувства к нему. Чувства, что решила загнать поглубже в душу, чтобы ей не было так мучительно больно, если он погибнет.       Но… всё равно… они нагнали её и взвыли в отчаяние в один момент.       Гермиона стерла слезы с лица и слабо улыбнулась – Они победили и, главное, выжили. Но еще важнее то, что они вместе.       Гермиона сняла с себя обувь и куртку, а потом легла к Гарри под бок и прикрыла глаза. Она хотела быть первой, кто увидит его, когда он очнется. Ведь, по словам мадам Помфри, у Гарри просто сильное истощение после сражения. А раны… они не так уж и серьезные: пара сломанных ребер, ожог левой руки и масса ссадин, правда по всему телу.       Положив свою голову на подушку, рядом с его головой, Гермиона слегка потянулась в его сторону и поцеловала в щеку.

***

В одном из классов Замка собралась почти вся семья Уизли. Отсутствовали лишь три человека, но по важным причинам.       Артур и Перси, вместе с Кингсли Шаклболтом и Аврорами, что участвовали в Битве за Хогвартс отправились в Министерство, чтобы выбить последних Пожирателей, что были у власти, а также сообщить всей Британии о «Победе над Темным Лордом».       Ну, и Фред… который погиб в этой Битве…       Матриарх семьи смотрела на то, как её дети сидят за столами и ходила из стороны в сторону. - То есть, - говорила она, - ты, Рональд, солгал нам? – Она остановилась и посмотрела на него, - Я правильно поняла то, что мне сказала Джинни? - Да, - кивнул Рон. - А теперь, - она нависла над ним, - расскажи всё, как было на самом деле!       Рон смотрел на то, как его мать нависала над ним, как Хвосторога над тем, кто решил похитить её яйца. Он сглотнул и опустил голову. - После того, - начал Рон, спустя пару минут, - когда мы вырвались из Министерства, - он сглотнул, - когда забрали хоркрукс-медальон, мы жили в палатке в лесу. - Это я знаю, - сказала Молли. – Дальше. - В общем, чтобы не потерять его, хоркрукс, - продолжил Рон. – Мы носили его по очереди… - Это же опасно, - сказал Билл. – Я немного знаком с такими вещами, и они… - Билл, - посмотрела на него мать, - дай ему сказать. Потом мы всё обсудим. – Она посмотрела на Рона, - Продолжай. - Короче, - Рон посмотрел на свою семью, - когда я носил медальон то, он нашептывал мне всякое… - Он прикрыл глаза, - И я еще слушал радио, опасаясь услышать ваши имена среди списка погибших. – Он вздохнул, - Думаю, что вся эта тяжесть… медальон и страх за вас… и, - он опять вздохнул, - и заставило меня раскрыть рот и накричать на них... - То есть, - перебила его Молли, - ты не смог выдержать давления обстоятельств и сбежал, предварительно наорав на своих друзей? - Да, - повинно склонил голову Рон. - Так… - протянула Молли. - Мам, дай мне кое-что сказать, - попросил Билл. - Хорошо, Билл, - кивнула Молли. - Как я и сказал, - начал Билл, - я кое-что знаю о подобных вещах. Как Разрушитель Проклятий я сталкивался с разными проклятыми и зачарованными темной магией предметами. – Он пожал плечами, - В каком-то смысле, я понимаю причины Рона, но… - Дело не в том, что он не смог противостоять темной магией, Билл, - сказала Молли. – А в том, что он бросил тех, кому наша семья обязана! – Она вздохнула, - Мы обязаны Гарри, он спас Джинни из Тайной Комнаты, во-первых. Именно его сообщение о том, что на вашего отца напали в Отделе Тайн, и это стало возможностью спасти его, во-вторых. – Она повернулась лицо к Рону, - Гарри спас твою жизнь, Рональд, когда ты отравился той медовухой! Это, в-третьих! - Я знаю, - кивал он. – И я понимаю, если Гарри и Гермиона меня ненавидят. Я заслужил это… - Ты прав, - кивнула Молли. – Но, что более важно, ты солгал своей семье! Ты сказал, что на вас напали и вы разделились. Ты прожил почти два месяца в доме своего брата, пока твои друзья рисковали свей жизнью, скрываясь где-то! – Она перевела дыхание, - Мы, Уизли, имеем три «Долга Жизни» перед ним, а ты… - Достаточно, Молли, - сказал Артур, входя в класс. – Помолчи, пожалуйста. - Хорошо, - вздохнула Молли и села на стул. - Рональд, - обратился к нему отец. – Я не ожидал от тебя подобного. Я не воспитывал вас так, чтобы когда-нибудь услышать, что кто-то из моих детей трусливо предает своих друзей. Рон не смотрел на своего отца, он был бледен, как смерть. Рон ждал, какой вердикт ему вынесет его семья. - Но ты мой сын, и я не могу злиться на тебя, - вздохнул Артур. – Я могу понять твои причины. Надеюсь лишь на то, что Гарри и Гермиона смогут простить тебя когда-нибудь. - Я тоже, папа, - сказал Рон, не поднимая головы. – Но, даже если этого не случится, я пойму. - Он вздохнул, - Всё же мы так долго были друзьями... - А обо мне кто-нибудь подумал? – взвилась Джинни. – Из-за того, что он сбежал, я узнаю о том, что они поженились и… - Прекрати Джиневра, - перебил её Артур. – Мне надоело слушать про то, как ты мечтаешь «выйти замуж за мальчика-который-выжил». – Он посмотрел на неё, - Гарри и Гермиона твои друзья, а ты думаешь лишь о собственном эгоизме. - ПАПА! – крикнула Джинни. – Я и Гарри… - Насколько мне известно, - снова перебил её Артур, - ты и Гарри расстались. Я не слышал, чтобы он что-то говорил о своих намерениях восстановить ваши отношения после окончания Войны. Так что… - ПАПА! – плаксиво прокричала Джинни. - ХВАТИТ! – повысил голос Артур. – Ты не посмеешь вмешиваться в их жизнь. Я ясно выразился, Джиневра?       Он подошел к дочери и хмуро на неё посмотрел. - Если я узнаю, что ты что-то скажешь им, - говорил Артур, - или сделаешь им, то я даже не знаю, что я сделаю с тобой, Джиневра. Помни, у тебя перед Гарри «Долг Жизни», и ты не посмеешь использовать его, чтобы стать его женой. - Он уже женат, - выплюнула Джинни. – На Гермионе. - Тем более, - сказал Артур. – Мы, вся семья, поддержим их. – Он вздохнул, - Тем более сейчас. - Как в Министерстве, пап? – спросил Билл, желая сменить тему. - Всё нормально, - ответил за отца Перси. – Мы сделали то, за чем ходили. Меченные чиновники арестованы, кто-то конечно ссылался на «Империус», но Кингсли сказал, что им дадут право высказаться на суде, - он усмехнулся, - под действием «Сыворотки Правды». - Вся эта ерунда с «Нежелательным Лицом №1» закончилась, - продолжил Артур. – Амбридж тоже была арестована. А все лагеря, что она создала для магглорожденных разблокированы, а пленные отпущены. - Хорошо, - вздохнул Билл. Все остальные тоже кивали.

***

      Гермиона просыпалась от того, что кто-то гладил её по щеке. Резко раскрыв глаза, она встретилась в двумя изумрудными омутами, которые никогда не смогла бы забыть.       Гарри лежал на боку и смотрел на неё. Он улыбался, пока нежно гладил Гермиону по щеке. - Привет, - прошептал Гарри. - Привет, - прошептала Гермиона. – Как ты себя чувствуешь? - Гораздо лучше, - усмехнулся Гарри, - если бы тебя не было рядом.       Гермиона слабо улыбнулась и протянула к нему свои руки, обняв его и прижимаясь всем телом. Она уткнулась ему в шею носом и заплакала.       Гарри видя её такой, обернул вокруг неё свои руки и крепко сжал. - Всё в порядке, Гермиона, - прошептал он. – Всё в порядке… - Ничего не в порядке, - сквозь слезы сказала Гермиона. – Как ты мог, Гарри? Как ты мог уйти умирать и ничего не сказать мне? – Она посмотрела на него полными слез глазами, - Ты хоть понимаешь, что я почувствовала, когда увидела тебя на руках Хагрида?! - Я слышал твой крик, - ответил Гарри. – Но я не мог не пойти туда, Гермиона. - ЗАЧЕМ?! – вопрошала она. - Я… - он прикрыл глаза. – Ты должна была догадаться… - Догадаться о чем? – не понимала Гермиона. - О том, что мой шрам – хоркрукс, - сказал Гарри, не открывая глаз. – Я подозревал об этом с того момента, как Дамблдор рассказал мне о них.       Гермиона ахнула и крепче сжала его руками. Она поняла, почему он ничего не сказал ей. - Всё равно, - говорила она, - всё равно, ты должен был сказать мне об этом, Гарри! - Я знаю, - кивнул Гарри, открыв глаза. – Но я не смог. – Он сморгнул свои слезы, - Если бы я подошел к тебе в тот момент, то вся моя решимость бы пропала. – Он уперся своим лбом в её, - И более того, я не мог допустить того, чтобы ты пошла со мной или за мной. – Он слабо покачал головой, - Я не мог допустить того, чтобы ты погибла. - Гарри, - прошептала Гермиона.       Она моргнула и впилась в его губы, отчаянно желая показать всё то, что было у неё на сердце. Гарри сжимал её своими руками, также, отчаянно, отвечая на её поцелуй. - Кхм-кхм, - послышался кашель.       Они резко повернули головы, но увидели лишь улыбающуюся мадам Помфри. - Я всё понимаю, - сказала она с усмешкой, - но, если миссис Поттер позволит, то мне надо провести осмотр мистера Поттера. - Д-д-да, конечно, - закивала Гермиона и быстро отстранилась от Гарри.       Она попыталась встать с кровати, но Поппи остановила её. - Если вы будете рядом, то мне не придется пересказывать вам его состояние, - улыбнулась Поппи. – Просто дайте мне пару минут и всё.       Гермиона кивнула, а Гарри усмехнулся и сжал её руку своей. Мадам Помфри достала палочку и начала махать ею над Гарри. С каждым движением палочки, её лицо становилось расслабление и спокойнее. - Вот и всё, - сказала она, убрав палочку. - И как я? – спросил Гарри. – Когда меня отпустят на волю? - Ох, Гарри, - закатила глаза Гермиона. - Мистер Поттер, - качала головой Поппи, - вы как всегда. - А что мне еще спрашивать? – усмехнулся Гарри. – Итак? - С вами всё нормально, - ответила Поппи. – Вашим ребрам потребуется пара порций «Костероста» и всё. – Она вздохнула, - Повязку с руки мы снимем чуть позже, лечение ожога требует минимум четыре дня лечебного воздействия мази. Что сказать про ваше истощение, - Гарри смотрел интересом, - то ваше ядро почти полное. Вы идете на поправку. - И когда… - ГАРРИ! – шикнула на него Гермиона.       Он пожал плечами, что он мог еще сказать. Поппи усмехнулась. - Думаю, что завтра я вас выпущу, мистер Поттер, - сказала Поппи. – Я пойду, распоряжусь, чтобы вам принесли обед.       После этого, мадам Помфри покинула отдельную палату, что она когда-то закрепила за Гарри Поттером. Он слишком часто попадал в её владения, пока был студентом.       Гермиона протяжно вздохнула, вес волнения с её плеч исчез. Она посмотрел на Гарри, который смотрел на неё и улыбался. Она не смогла не улыбнуться ему в ответ. - Итак? – произнес Гарри. - Что, итак? – спросила в ответ Гермиона. - Что будем делать дальше? – спросил он. - Не знаю, - вздохнула Гермиона. – Но я предчувствую проблемы, Гарри. - Они поймут, - сказал он. – А если не смогут, то мы всегда можем уехать куда-нибудь.       Он сжал её руку и требовательно потянул её к себе. Гермиона легла на кровать рядом с Гарри и посмотрела ему в глаза. - И куда мы поедем? – спросила она. - Для начала, - он тяжело вздохнул, - мы должны отправиться к твоим родителям.       Гермиона широко раскрыла глаза, в которых начали собираться слезы. - Мия, не плачь, - сказал Гарри, положив ей на лицо свою ладонь. – Мы всё объясним им, и, я уверен, они поймут, почему ты так поступила. – Он уверенно кивнул, - Более того, я должен буду извиниться перед твоими родителями… - Из-за чего? – удивилась Гермиона. - Из-за того, что лишил их возможности побывать на нашей свадьбе, - виновато улыбнулся Гарри. – Всё же это был поступок отчаяния. - Они не будут злиться, Гарри, - сказала Гермиона. – Я уверена, папа и мама будут рады тебе. - Если так, то я рад, - кивнул Гарри.

***

Австралия.       Спустя неделю, после того, как Гарри очнулся, он и Гермиона отправились в Австралию. Чтобы не ждать, когда Министерство восстановит всю свою работу в полной мере, Гермиона предложила отправиться на самолете, Гарри согласился – он всегда хотел полетать на самолете.       Прибыв в Австралию, им потребовалось два дня, чтобы найти местожительства Уилкинсов, как звались Грейнджеры в Австралии. Еще им потребовались почти сутки, чтобы привести родителей в нормальное состояние и закончить со своей историей.       Дэниел и Эмма слегка, как выглядело со стороны, поругали Гермиону за то, что она не стала им ничего говорить, а просто отправила их в эту страну. Потом, Эмма утянула Гермиону для личного разговора, только девочки, а Дэн, достав из холодильника пару бутылок с пивом, решил кое-что узнать у Гарри. - Итак, - поставив пиво на стол, начал Дэн, - и как же так получилось, что вы так внезапно поженились? - Мистер Грейнджер… - начал Гарри. - Зови меня Дэн, Гарри, - перебил его Дэн. – Всё-таки мы теперь семья. - Хорошо, Дэн, - кивнул Гарри. – Знаете, это можно назвать поступком от отчаяния…       Дэн не торопил его, понимая, что парню требуется собраться с мыслями и уже потом высказаться. - Мы почти три месяца были лишь вдвоем, - открыв своё пиво и сделав глоток, продолжил Гарри, - и я уговорил Гермиону отправиться в Годрикову Впадину. – Он вздохнул, - Я думал, что там можно будет найти один из хоркруксов или подсказку для их поиска, или что-то, что нам мог оставить Дамблдор. - Типа меча, про который ты и Гермиона говорили? - Да, - кивнул Гарри. – Но и еще потому, что я никогда там не был. – Гарри повесил голову, - Я… с того момента, как я узнал, что я волшебник и то, как именно погибли мои родители… я ни разу не был на их могилах… я… - Он тяжело вздохнул, - Когда мы прибыли туда, был Сочельник. – Он слабо улыбнулся, - Мы притворялись семейной парой. – Гарри посмотрел на Дэна, - Когда мы аппарировали туда, а потом вышли на площадь… Знаете, там стоит памятник, если на него смотрят не волшебники, то видят какого-то героя войны, - он пожал плечами, - то ли второй мировой, то ли какой-то еще. – Гарри прикрыл глаза, - Но если волшебник подходит поближе к нему, то чары иллюзии спадают и показывается памятник трех человек – Мои родители и я, младенец на руках у матери. - Хм, - Дэн откинулся на кресле. – Странная благодарность для твоей семьи, за то, что твои родители пожертвовали собой. - Верно, - хмыкнул Гарри. – Эти трусы, которые ни разу не решились противостоять Пожирателям, считали, что так они могут почтить их память. - Считаешь их трусами? – удивился Дэн. - Знаете, Дэн, сколько волшебников живет на Британских островах? – Дэн покачал головой на вопрос Гарри. – Примерно 15 тысяч. Не так много, но и не мало. – Гарри сделал глоток из бутылки, - Если сравнить с тем количеством, сколько сражалось в Битве у Хогвартса, то это огромное количество людей. - А сколько участвовало в битве? - Со стороны Пожирателей было около трех сотен, - сказал Гарри. – Но там были не только волшебники, но и великаны, оборотни и прочие твари. Если говорить о тех, кто действительно был опасен, то их было не больше тридцати. - Тридцать человек? - Да, это был костяк Пожирателей, - сказал Гарри. – Можно сказать элита чистокровных. – Он пожал плечами, - Остальные просто преступники, которые в обычное время боялись даже нос высунуть на свет. - А с вашей стороны? – спросил Дэн. - С нашей, - Гарри опустил голову к плечу и прищурился, - где-то около сорока студентов, что рискнули остаться в Замке, а не эвакуироваться. – Он хмыкнул, - Слизеринцев решили запереть в подвалах, чтобы избежать утечки информации. – Гарри прокашлялся, - Еще среди нас было около десятка преподавателей, члены Ордена, но это около двадцати человек, плюс около трех десятков отставных Авроров, что пришли на помощь и всё. - Так мало, - удивленно вздохнул Дэн. – И вы победили. - Да, но какой ценой, - вздохнул Гарри. – Но я отвлекся. - Верно, - кивнул Дэн. – Ты сказал, что вы с Гермионой аппарировали в эту деревню. - Да, - кивнул Гарри. – Мы притворялись супружеской парой. – Он слабо улыбнулся, - И когда проходили мимо церкви, я посмотрел на неё и мне так… - Гарри вздохнул. – Я осознал, что, если не в этот момент, то я никогда не смогу сказать Гермионе правду о том, что чувствую к ней…       Гарри поставил бутылку с пивом на стол и снял очки, потерев лицо ладонями. - Меня охватило такое отчаяние, - продолжил Гарри, - что я не мог ни о чем думать, кроме того, что, если я промолчу, то я потеряю её навсегда. - Как давно ты понял свои чувства? – спросил Дэн. - На четвертом курсе, - сказал Гарри. – Я так был растерян из-за этого, что упустил возможность пригласить её на тот Бал. – Гарри покачал головой, - Она была так прекрасна в тот вечер, что… - вздох. – Я просто не знал, что и сказать. - Знаешь, - проговорил Дэн, - насколько я знаю, Гермиона была обижена на тебя из-за этого. - О, да, - кивал Гарри. – Я знаю. - Но почему ты не сказал ей о своих чувствах потом? - Не знаю, - ответил Гарри. – Я думал об этом, но потом Темный Лорд возродился и я решил отказаться от своих чувств к ней… - Он опустил голову и уперся локтями в колени, - Я посчитал, что для неё будет слишком опасно, если мы будем вместе. – Вздох, - Я был главной целью врага, а Гермиона могла стать мишенью… Пострадать из-за меня... - Понимаю, - кивнул Дэн. - Вот поэтому я и молчал, - сказал Гарри. – А потом в тот вечер, в Сочельник… - Он покачал головой, - На меня навалилось такое отчаяние, что я не смог смолчать. И когда начал говорить, думая, что испорчу все наши отношения, Гермиона так сильно обхватила меня руками и поцеловала, что…       Дэн видел, как Гарри качает головой, но улыбается. Он хотел что-то сказать, но Гарри опередил его. - А потом, она сказала, что тоже очень давно скрывала от меня, да и себя, чувства ко мне, и потянула меня в церковь, - продолжил Гарри с улыбкой. – Она уговорила священника обвенчать нас, предполагая, что придется его заколдовать, чтобы никто не узнал об этом. Но священник оказался магглорожденным волшебником, которому разрешено проводить церемонии для волшебников. – Гарри прикрыл глаза, вспоминая, - Пока он готовил все необходимое для этого, он рассказал, как однажды к нему пришла пара. - Гарри усмехнулся, - Точно также, девушка втянула в церковь парня. - Забавно, – улыбнулся Дэн. - Верно, - кивнул Гарри. – Но более забавно было то, что когда священник узнал наши имена, он посмеялся и сказал, что это были мои родители. - Серьезно? – удивленно спросил Дэн. - Да, - ответил Гарри. – Он сказал, что это было в Сочельник 77-го. Папа и мама проводили Рождество вместе и были в том доме, где мы и жили до… - А почему они не пригласили никого из своих друзей? – спросил Дэн. – Или твоих бабушку и дедушку? - Насколько мне известно, - сказал Гарри. – Папа и мама стали встречаться на шестом курсе, в самом начале года. А ближе к концу учебного года, отцу сообщили о том, что дедушка и бабушка умерли. А родители мамы… они почти не общались к тому времени. - Что? - В тот период по стране ходила эпидемия Перуанской Драконьей Оспы, - сказал Гарри. – Не все могут пережить её, а лечения всё еще не найдено. Лишь единицы смогли пережить болезнь. - Понятно, - вздохнул Дэн. – Печально. - Согласен, - кивнул Гарри. - И, Гермиона убедила тебя, что вам следует пожениться? – с усмешкой спросил Дэн, чтобы немного сменить направление разговора. - О, да, - улыбнулся Гарри. – Гермиона всегда была очень решительной девушкой. – Он счастливо вздохнул, - Именно из-за этой особенности её характера я и влюбился неё. - Ты говорил ей об этом? – спросил Дэн, - Обо всём, что чувствовал и думал? - Конечно, - кивнул Гарри. – Я никогда не лгал вашей дочери. Она слишком для меня важна. – Гарри выпрямился на кресле, - Гермиона моя жизнь, моё сердце. Я вряд ли смогу жить, если с ней что-то случится. - Я тоже, Гарри, - сказал Гермиона, обняв его за шею, сев на подлокотник кресла. – Поэтому, никогда не рискуй своей жизнью понапрасну… - Гермиона? – Гарри посмотрел на неё. - Или не посоветовавшись со мной, - закончила она. – Я не желаю снова чувствовать то отчаяние, когда думала, что ты погиб, Гарри Поттер. Ты меня понял! - Да, - слабо улыбаясь, ответил Гарри.