Ростки Гармонии

      Гарри Поттер вышел из аппарации и тихо зевнул, прикрыв глаза. Проморгавшись, он посмотрел на дом своих предков и улыбнулся.       Хотя кое-что его несколько удивило - в одном из окон дома горел свет.       Слегка выгнув брови, Гарри зашагал в сторону входной двери. Он точно помнил, что никому не сообщал о своём возвращении, так как вернулся на два дня раньше, чем предполагал - командировка, а точнее конференция мракоборцев, завершилась преждевременно из-за некоторых проблем в Европе и в Германии в частности.       Проблем, которые Гарри полностью не касались для разнообразия.       Именно поэтому он и вернулся сегодня, в свой день рождения, посреди ночи. Он определенно не ждал кого-либо в доме.       Задумавшись, Гарри начал перебирать всех тех, кто имел свободный доступ в его дом:       Андромеда и Тедди были первыми кого он вспомнил. Однако Гарри знал точно, что Анди и его крестник сейчас в Испании и должны будут вернуться не раньше 5 августа.       Рон Уизли, его друг и старый товарищ. Но Рон тоже отпадал, так как сейчас был квиддичный сезон и рыжий сообщил в письме, что не сможет приехать на его день рождения.       Джинни... но это точно была не она.       Гарри вздохнул. Его отношения с младшей Уизли были похожи на яркие, но очень обжигающие фейерверки. И так же, как и фейерверки, они потухли так же быстро. Они расстались всего через пару месяцев после Войны, еще в 98-м.       - Хм, - прикусил губу Гарри, взявшись за ручку двери.       Единственный человек, который точно мог сейчас находиться в его доме, так это Гермиона Грейнджер. Его школьная подруга и коллега по Министерству иногда просила его о доступе в Библиотеку. Гермиона работала в Отделе Тайн и ей требовались некоторые книги для исследований.       Гарри всегда отмахивался от её излишне любезных просьб и говорил о том, что она может спокойно посещать его дом и Библиотеку. Даже в его отсутствие.       Войдя в дом, Гарри снял свою темно-синюю мантию сотрудника ДМП и повесил на вешалку. В ту же секунду раздался едва слышимый хлопок.       - С возвращение, мастер Гарри, - сказала Винки.       - Привет, Винки, - улыбнулся Гарри. - Как твои дела?       - С Винки всё в порядке, - кивнула домовичка.       - Я видел свет в окне, - начал Гарри.       - Мисс Гренджи в библиотеке, - закивала Винки.       Гарри кивнул и пошел в сторону лестницы на второй этаж.       - Мастер будет ужинать? - спросила Винки, когда Гарри наступил на первую ступеньку.       - Нет, спасибо, Винки, - обернулся Гарри. - Я поздороваюсь с Гермионой и лягу спать. - Он вздохнул, - Я очень устал. Ты тоже иди отдыхать.       Винки кивнула и, с легким хлопком, исчезла.       Гарри, не смотря на усталость, довольно бодро поднялся по лестнице и пошел в сторону Библиотеки.       Дверь в Библиотеку была не закрыта, поэтому Гарри не потревожил Гермиону, которая была сосредоточена на очередном талмуде, который она читала.       "Это правильный размер для легкого чтения", - мысленно усмехнулся улыбающийся Гарри.       Он уперся плечом в дверной косяк и начал рассматривать Гермиону, которая сидела в кресле возле камина.       Она сидела слегка боком, поджав под себя ноги. Перед креслом были её тапочки-лодочки, которые, как знал Гарри, она принесла и оставила в одной из комнат, что он предоставил для неё в доме. Гермиона была одета в серые домашние штаны и клетчатую рубашку. Её волосы были распушены и представляли собой небольшой взрыв, пусть и прирученный расческой.       Присмотревшись, Гарри понял, что Гермиона совсем недавно была в ванной, так как волосы не только были объемнее, но и завивались чуть сильнее, чем он привык видеть последние пару лет.       Глаза Гермионы быстро бегали по строчкам в книге, улыбка украшала её лицо. Как только она закончила страницу, то её пальцы аккуратно взяли страницу и так же аккуратно перевернули её.       Гарри улыбнулся шире - она всегда была осторожна со старыми книгами.       Однако кое-что в её виде привлекло его внимание - Гермиона была одета в клетчатую рубашку.       Гарри был удивлен, так как прекрасно знал, что она никогда не носила таких рубашек. Более того, когда Гарри сам носил их, то Гермиона фыркала и говорила, что ему не идет. Однако Гарри было всё равно - ему нравились такие рубашки и он носил их дома или когда не был на работе.       "Что заставило её надеть такую рубашку?" - задумался Гарри.       Он слегка прищурился и повнимательнее посмотрел на эту рубашку. Ровно три секунды спустя брови Гарри поползли вверх - эта была его рубашка, которую он носил как раз перед началом своей командировки.       "Но ведь..." - промелькнула мысль у Гарри.       В это время Гермиона слегка сместилась в кресле и поправила воротник рубашки, провела руками по своим плечам. Она вела себя так, как будто ей холодно... хотя было лето и она сидела у камина... и куталась в одежду.       Гарри сглотнул. Он не мог поверить в то, что он видел. А еще больше он не мог поверить в то, что ему говорил внутренний голос.       "Гермиона одета в мою рубашку и ведет себя так, как будто ей очень одиноко без меня", - звучал внутренний голос Гарри. - "Она одела мою рубашку, чтобы чувствовать будто это я её обнимаю..."       Возможно... Возможно Гарри и ошибался... хотя он не хотел, чтобы его внезапная мысль была ошибочной. Ведь тогда... тогда... тогда у него был шанс!       Его разум начал быстро анализировать эти предположения и прошлое.       Гермиона и Рон встречались едва ли не меньше, чем Гарри и Джинни. Рон, в 98-м, пытался отговорить Гермиону от того, чтобы она летела в Австралию и возвращала родителям память. Это привело к множеству споров и криков, пока они проводили те несколько недель в Норе.       Как итог их чрезмерно разгоряченных ссор - они расстались и почти не общались в течение их восьмого года в Хогвартсе, когда всё "Золотое Трио" вернулось ради окончания учебы.       Гарри вспомнил, что ему пришлось приложить массу усилий, чтобы они хотя бы помирились и вновь общались, как раньше.       Однако, даже спустя пять лет они, Рон и Гермиона, едва ли разговаривали. Да и то только на совместных праздниках и встречах друзей.       Рональд, став звездой квиддича, начал получать, как он говорил и назвал, "заслуженную славу". У него были поклонники и поклонницы. У него брали интервью и он получал дивиденды от рекламы.       И довольно часто говорил, что имеет очень многое в личной жизни.       Гарри мало обращал внимание на слова Рона, хотя его, Гарри, личная жизнь не особо была активна - после Джинни у него были девушки, но эти отношения никогда не заходили дальше простых свиданий.       Что-то, и Гарри не знал, что именно, не позволяло ему завести длительных и серьезных отношений с девушками.       Было весьма странно, но, как знал Гарри, Гермиона была в точно таких же обстоятельствах.       Однако Гарри не понимал, почему именно сейчас? Почему спустя столько лет... после того танца в палатке... он вновь задумался от том, что он и Гермиона могли бы...       Его серьезное лицо было слегка напряжено из-за активных мыслей. Он быстро думал, анализировал и разбирал последние пару лет своей жизни.       Внезапно лицо Гарри озарила улыбка, а в глазах заплясали шаловливые искорки. У него возникла идея.       Он осторожно и тихо подошел к креслу, на котором сидела Гермиона, и встал на одно колено. Его руки уперлись в подлокотники.       Он смотрел на лицо Гермионы прямым взглядом, но не привлекая её внимания каким-либо действием или звуком.       Гермиона перевернула очередную страницу и, прикусив губу, внимательно продолжила читать.       Улыбка Гарри стала еще шире - она его даже не заметила.       Он перешел к следующему шагу своей шалости.       Гарри медленно и осторожно взял книгу и резко выхватил её из рук Гермионы.       - ЧТО?! - выкрикнула Гермиона.       Она с шоком и не понимаем смотрела на Гарри, который держал книгу в руках. Гермиона моргала и то открывала, то закрывал рот.       Гарри усмехнулся и положил книгу на пол возле себя. Он внимательно наблюдал за тем, что же предпримет Гермиона.       Она продолжала пытаться найти слова, чтобы, как считал Гарри, отругать его. И как только она начала хмуриться, то Гарри резко вытянул руку и положил её Гермионе на затылок, притягивая к себе.       Гермиона удивленно пискнула, когда их губы соприкоснулись. Её глаза были широко раскрыты от удивления, но стоило им встретиться с глазами Гарри, то она начала медленно их закрывать.       Гарри, видя это, тоже прикрыл глаза и начал мягко ласкать губы Гермионы своими. Его рука мягко сжимала затылок Гермионы, запутываясь в её волосах.       Мягкий и едва слышимый стон Гермионы, ворвался в разум Гарри, как громогласный взрыв. Он так же почувствовал, как руки Гермионы схватили его жилетку и потянули Гарри в её сторону.       Когда Руки Гермионы обернулись вокруг шеи Гарри, Гарри обернул другую свою руку вокруг талии Гермионы, крепче прижимаясь к ней.       Стоило только их губам расстаться, то Гарри услышал тихое недовольство Гермионы, а так же увидел возмущение в её приоткрытых глазах.       - Привет, - прошептал ухмыляющийся Гарри. - А что ты здесь делаешь?       - Привет, - улыбнулась Гермиона. - Я читала. Гарри...       - Снова какие-то исследования в Отделе Тайн?       - Да, - кивнула она. - Но ты знаешь, что я не могу тебе про них рассказать. Гарри...       - Я скучал, - снова перебил он её.       - Я тоже, - ответила она, - но Гарри...       Гарри в третий раз не дал ей задать вопрос. Он вновь поцеловал её. Гермиона глубоко и шумно вдохнула, но не разорвала поцелуй. Наоборот, Гермиона еще крепче обняла Гарри.       Гермиона пискнула, когда рука Гарри, что обнимала её за талию, скользнула по её бедру и опустилась на ягодицу, слегка её сжав.       - Гарри... - выдохнула Гермиона, как только их губы вновь разошлись.       - Что? - усмехнулся Гарри.       - Почему...       -Почему ты в моей рубашке? - немного опередил её Гарри с вопросом.       Гарри заметил, как Гермиона очаровательно покраснела и попыталась отвести взгляд, но рука Гарри на её затылке не дала ей это сделать.       - Я жду ответа, мисс Грейнджер, - с усмешкой сказал Гарри.       - Я... - Гермиона краснела, пока пыталась подобрать ответ. - Это... Это первое, что попалось мне в руки, когда я вышла из ванной.       - Понятно, - протянул Гарри, улыбаясь. - А ничего то, что эта рубашка висела в моем шкафу?       Гермиона резко раскрыла глаза, когда поняла, что её отговорка не прошла. Её взгляд вновь заметался из стороны в сторону.       Гарри продолжал улыбаться. Честно сказать ему было плевать на то, что она была одета в его рубашку... Точнее не плевать, а даже наоборот - это его очень сильно завело. Именно поэтому он и встал на колени.       Иначе бы она увидела, как сильно он возбудился. Особенно после их поцелуев.       - Я... - начала Гермиона.       Но она замолчала, когда заметила движение головы Гарри - он вновь собирался её поцеловать. И не то, чтобы она была против, но у неё были вопросы. И так как её руки обвивали его шею, то Гермиона сжала в кулак волосы Гарри и слегка оттянула его голову назад.       - Гермиона! - сморщился Гарри. - Мне больно!        - Я знаю, - с показушно-злобной улыбкой сказала она. - Но ты снова решил меня перебить, Гарри Поттер. А ты знаешь, как я не люблю, когда меня перебивают.       - Знаю, - вздохнул Гарри и расслабился. - Что ты хотела сказать?       - Не сказать, а спросить, - поправила она его. Перестав тянуть его за волосы, Гермиона посмотрела прямо ему в глаза и спросила, - Почему ты меня поцеловал? Что привело к этому?       Гарри вздохнул и прикрыл глаза. Он предполагал, что рано или поздно... но лучше бы немного попозже... она всё же заставит его ответить на этот вопрос.       - Ну, - пытался он найти идеальный ответ. - Я соскучился...       - Это ты уже говорил, - кивнула она. - Но это не повод целовать меня.       - Почему нет? - удивился Гарри. - Ты всегда меня целуешь, когда мы встречаемся!       - Но не в губы, - фыркнула она.       - И почему нет? - пожал он плечами. - Мне понравилось тебя целовать.       - Гарри, мы не встречаемся, - сказала она. - И, разве ты не встречаешься с... - Она задумалась, - Кейси, да?       - Мы расстались с ней перед моей командировкой, - слегка покачал головой Гарри. - В любом случае, это всё было не серьезно... - и со вздохом добавил, - как и с другими раньше.       - Но почему? - Гермиона не могла понять.       - До сегодняшнего дня я и сам не мог этого понять, - с небольшой улыбкой ответил Гарри. Он посмотрел ей в глаза и сказал, - Ты была главной причиной.       Гермиона от шока открыла рот и заморгала. Гарри улыбнулся шире и продолжил говорить, пока она не начала возмущаться или задавать массу вопросов:       - Как оказалось, после моих умозаключений, я всегда сравнивал каждую из этих, - он мотнул головой в сторону, - девушек с тобой. Знаешь, - он прикрыл один глаз и опустил голову к левому плечу, - парни обычно сравнивают девушек со своими матерями, но в моей ситуации... - Он пожал плечами, - Поэтому я и делал нечто подобное. Неосознанно, но всё-таки делал. Раньше я не мог этого понять, как и того, почему же я отказывался от более серьезных отношений с ними. Но, - он улыбнулся и посмотрел на внимательно слушающую его Гермиону, - сегодня я кое-что понял.       - И что же? - спросила она.       - Что я идиот, который не видит самого дорого и близкого человека в правильном свете.       - Гарри, я...       - Ты. Да, - он кивнул, - я говорю про тебя, Гермиона. Стоило мне войти в Библиотеку и увидеть тебя, как я сразу же почувствовал это. - Он прикрыл глаза и глубоко вдохнул, - Я вернулся домой. И это не значило, что я вернулся именно в этот дом. - Он вновь посмотрел ей в глаза, - Это значило, что я вернулся в место, где была именно ты. Ты, Гермиона, символ, оплот моего дома. Того уюта, безопасности и мира, которые я искал всегда. - Он слегка опустил голову, - И я так же вспомнил наш с тобой танец в палатке... Как и свои мысли после него.       - Какие мысли? - прошептала Гермиона. Она всё еще была в шоке от такого откровения Гарри.       - В тот вечер, когда мы танцевали, - смущенно покраснев, отвечал Гарри, - у меня возникли мысли бросить Охоту, взять тебя в охапку и увезти на край света. Бросить магию и просто жить. Я так хотел поцеловать тебя в тот вечер...       - Но почему ты не сделал этого?       - Не знаю, - покачал головой Гарри. - Я так и не смог найти ответ на этот вопрос.       Он поднял взгляд. Его зеленые глаза встретились с её карими. Глаза Гермиона искрились в свете камина, и Гарри чувствовал, как эти омуты притягивают его, призывают нырнуть с головой... и он это сделал.       - Только сейчас я понял насколько сильно я люблю тебя, Гермиона, - сказал Гарри. - Понял, что просто терял время в попытках найти что-то в других девушках. Пусть и каждая из них могла дать мне что-то, но только одно. В то же время, когда то, что я искал в них, всё это было в руках одного человека. Одной очень близкой и дорогой мне девушке. - Гарри сделал глубокий вдох, - И когда я понял это, то просто не смог найти ни одной причины, чтобы не поцеловать тебя и не рассказать тебе всё это.       Гермиона видела, как он прикрыл глаза, закончив говорить. Всем своим видом Гарри показывал, что ждет от неё ответа и, самое главное, вердикта на его действия.       То, чего не заметил Гарри, было тем, что по мере того, как он говорил, изливая душу, в уголках глаз Гермионы собирались слезы.       "Это самое трогательное, что мне говорил любой парень с которым я пыталась заводить отношения", - мысленно сказала она сама себе.       Шмыгнув носом, Гермиона притянула голову Гарри к себе и поцеловала его. Всего секунду Гарри не реагировал, но потом начал отвечать на поцелуй Гермионы со всей страстью и чувством.       Гермиона подалась вперед, в попытке стать немного ближе к Гарри... и в следующую секунду, они упали на ковер.       Гарри почувствовал удар об пол своим затылком, а так же столкновение его зубов с зубами Гермионы.       - Ой, - пискнула Гермиона.       Она подняла голову и виновато посмотрела на него.       - Извини, - сказала она. - Я не ожидала, что мы упадем. Ты не ударился?       Гарри, прищурив глаза, слегка нахмурился, но ответил:       - Немного. Но поцелуй всё исправит.       Гермиона засмеялась и начала опускать голову:       - С днем рождения, Гарри!