sweater weather

Киту холодно. Он просыпается, потому что всё его тело трясёт мелкой дрожью, а кожа моментально неприятно покрывается мурашками. Кажется, что двух пледов поверх одеяла и тёплой худи с капюшоном как будто и в помине нет, а сам он лежит в одних шортах посреди улицы в снегопад. Зимой всегда хуже всего. Кит озирается, инстинктивно обнимая себя руками, и смотрит на часы. Пять тридцать. Паршиво. Разочарованно простонав, он поджал ноги к груди и закутался в одеяла, словно пытаясь свить кокон, температура внутри которого будет как минимум градусов 30. Каникулы почти закончились, а он вставал в такую рань из-за чёртового соулмейта, который всё ещё не соизволил явиться и «подарить ему долгожданное ощущение тепла». Кит аж фыркнул от одного только воспоминания о том самом разговоре с Широ. Он, скорее, ненавидел своего соулмейта заранее, даже не встретив его, потому что по его милости он провёл все свои двадцать лет жизни в постоянной дрожи, мурашках и с полным гардеробом тёплой одежды, в то время как его ровесники уже планировали свадьбы. Цыкнув в очередной раз, он уселся на кровати, не покидая кокона и едва не сшибив книги с прикроватной тумбочки краем одеяла. Спать больше не хотелось. На улице всегда было хорошо в такое время. Кит часто бегал в шесть или в семь утра, поскольку холод он чувствовал постоянно, а бег лучше всего помогал хоть немного с ним справиться, если это вообще было возможно в его положении. Физическую составляющую всё-таки не обманешь: даже если холод от отсутствия родственной души был по большей части психологическим, на организм можно было повлиять, разогнав горячую кровь по всему телу насильно. Он не очень любил спорт, но зато благодаря таким пробежкам он мог заедать одиночество картошкой фри без плачевных последствий для фигуры. Приятный бонус. От лёгкого покалывания на кончиках пальцев и в районе щёк даже дышать становилось как будто бы легче. Кит наматывал круги по району, прекрасно ориентируясь в хитросплетениях однообразных улочек, и с особым остервенением старался продлить то мимолётное ощущение теплоты хоть в какой-то части собстенного тела. Однако этого всегда было мало, всегда недостаточно. Как бы он ни надрывался, под конец пробежки едва не выплёвывая лёгкие и хрипя пересохшим горлом, Кит снова чувствовал его. Всепоглощающий холод, поселившийся в каждой клеточке его тела и явно не намеревавшийся покидать понравившуюся территорию. Холод, от которого не спрятаться. — Опять? Грустный голос Широ прокатился по кухне, заставив Кита одёрнуть руки от газовой горелки, на которой как раз грелась сковородка. Такое тоже случалось частенько. Он старался приблизиться к огню как можно ближе, чтобы согреться, но тепло всё равно покидало тело слишком быстро, оставляя на коже только долго заживающие ожоги. Паршиво номер два. Приходилось теперь постоянно носить перчатки без пальцев. — Всё хорошо, я контролировал ситуацию, — соврал Кит, не надеясь, что ему поверят, а просто по привычке. — Давай я займусь завтраком? Кивнув, Кит с реверансом освободил место у плиты и уселся на островок, отважно борясь с желанием зевнуть в тысячный раз за это утро. Он никогда в этом не признается, но наблюдать, как готовит Такаши было верхом удовольствия. Особенно с этого излюбленного Китом блатного места. Широ украдкой включил обогреватель, который висел практически в каждой комнате, но Кит заметил и по привычке закатил глаза, спрятав руки в рукавах толстовки. Он знал, что Широ жарко даже в одном тонком джемпере, и вся эта херня с обогревателями и отоплением с отрегулированной до максимальной температурой была только для Кита. И это раздражало. — Адам уже ушёл? — Нет, у него выходной сегодня. Мы собирались пройтись по парку, не хочешь с нами? — Широ стоял спиной, но Кит был уверен, что на лице его было то самое умоляющее выражение. — Пас. Гулять с парочкой стариков-влюблённых я не намерен. — Кит, мне всего 27, я не… — он снял сковородку с плиты и едва не бросил её на столешницу со всей своей немалой силы. — Пойми, тебе нельзя сидеть дома постоянно. Сейчас каникулы, и я знаю, что у тебя есть друзья. Предложи кому-нибудь сходить в кино, или в магазин, или ещё куда. Кит знал, что всё приведёт их именно к этому разговору, так всегда происходило, но всё равно устало помассировал виски и прикрыл глаза в надежде, что если ничего не отвечать, то его опекун всё же успокоится сам. Но нет. Буря пришла оттуда, откуда её не ждали. — Кит, ты меня слышал? — но тот делал вид, что сильно занят пережёвыванием как всегда идеальной глазуньи с беконом, и гипнотизировал исцарапанное дно красной тарелки. — Выбирай, с кем пойдёшь гулять сегодня, а я куплю вам два билета в кино. У тебя есть полчаса. — Что? — прошипел Кит. Он ненавидел больше всего на свете, когда Широ примерял на себя роль строгого папаши, разбрасываясь приказами и устрашающе сверкая глазами из-под хмурых, сведённых к переносице бровей. Для пущей уверенности он ещё иногда скрещивал на груди руки, что визуально делало его бицепсы ещё огромнее, и не моргая прожигал в Ките дыру укоризненным взглядом, надеясь добраться до совести, которой, к сожалению, там и в помине не было. Эта роль, к слову, больше шла Адаму. Он был учителем, так что знал все секретные приёмы воздействия на подростков и молодёжь, против которых Кит почему-то не мог противостоять. — Ты всё слышал. — Все мои друзья заняты. — Чем? Сейчас каникулы. — Развлекаются со своими соулмейтами, конечно же. Широ прикрыл рот, из которого готова была вырваться ответная реплика с нравоучениями, и с шумом выдохнул. Кит засчитал это как собственную победу и тихо усмехнулся. Приём был запрещённый, но работал, как часы. Он же уже упомянул, что совести у него нет, так? — А та девушка… Кэти? Ты говорил, что её соулмейт живёт в другом штате. Она наверняка сможет выкроить на тебя время. — Она… её нет в городе, — Кит посыпался, ох, он знал, что посыпался, но старался хотя бы сохранить лицо. — Адам видел её вчера, сидела в библиотеке и скучала. — Пидж никогда не скучает. Она, скорее всего, придумывала какой-нибудь новый код, чтобы взломать чей-нибудь аккаунт в твиттере и постить свои собственные отстойные мемы. — Кит! — предостерегающе начал Широ, и парню пришлось сдаться. — Хорошо, хорошо! Я напишу ей. Только не смей покупать никакие билеты. Я не доверяю твоему выбору фильмов. — Это ещё почему? — Потому что ты потащил нас на «Землю будущего», — раздался сонный голос Адама, который стоял в дверном проёме и с раздражением почёсывал глаз, не снимая очков. — Худшие два часа в моей жизни. Кит усмехнулся, позволяя мужчине потрепать себя по голове, что уже вошло в привычку, и согласно пожал плечами в ответ на озадаченный взгляд Такаши. Тот на автомате подставил Адаму щёку, которую он проигнорировал, и чмокнул мужчину прямо в приоткрытые губы. Мерзость. — Не обижайся, дорогой, это же было давно. — Но вы сказали, что вам понравилось… Предатели. Кит в очередной раз переглянулся с Адамом, и оба расхохотались, игнорируя ворчание Широ. После еды всегда становилось получше, так что пока действовал термический эффект пищи, Кит включил компьютер и настрочил Пидж сообщение, чтобы не передумать. Конечно, встречаться ни с кем не хотелось, но по-настоящему ссориться с Широ ему не хотелось ещё больше, так как это чревато куда более страшными последствиями. Тем более, в его словах была правда. Поняв, что обречён на вечный холод, Кит и правда перестал даже пытаться влиться в общество. В детстве, слушая рассказы мамы о том, как прекрасно чувствовать тепло и как важно, что это тепло вы делите на двоих, он не мог дождаться момента, когда пойдёт в школу и познакомится с кучей новых ребят, среди которых обязательно будет его родственная душа. Но потом родители как-то неожиданно погибли, а Кита затянуло в беспросветную пучину приютов и приёмных семей. Он начал драться в надежде, что адреналин поможет ему согреться, и поджигать всё подряд в попытках устроить настолько большой костёр, чтобы он смог растопить его замёрзшее тело. Там его и нашёл Широ, который, будучи пожарным, вытащил его из горящего здания, забрал к себе и отправил в хорошую частную школу. Поначалу было неплохо, но и там его начали дразнить, потому что под конец обучения только он и ещё парочка неудачников продолжали ходить зимой в двух куртках. К колледжу Кит настолько привык быть один, что людей вокруг даже замечать перестал, прекрасно обходясь и без их общества. С Пидж они познакомились случайно, когда обоим присвоили первое место на олимпиаде по латыни. Кит учил её сам, по большей части от нечего делать, а Пидж научил её старший брат Мэтт, как раз получивший недавно диплом врача. Пока администрация колледжа решала, как с ними быть, они устроили забавную перепалку на той же латыни, что больше походило на экзорцизм со стороны, но на деле представляло собой отрывок из Энеиды. В конце концов им обоим выдали по грамоте и сфотографировали для местной газеты. После они зависли в Старбаксе, где, как оказалось, работал Ханк, лучший друг и одногруппник Пидж. Они учились вместе на программировании, в то время как Кит осваивал астрономию. Кэти: Йоу, собаки! Я думала ты умер. Конечно я за, куда хочешь пойти?

Вы: И тебя рад слышать. Кафе? Ханк ещё в отпуске?

Кэти: Да, они с Шэй покоряют Колорадо. Но мы можем пойти в наш Старбакс.

Вы: Без скидки мы оставим там все бабки, Пидж.

Кэти: Ну… Кэти: Возможно у меня есть шанс выбить нам скидку.

Вы: Серьёзно? У тебя?

Кэти: Эй, грубо! Кэти: Ханк оставил мне свою карточку работника.

Вы: Ого, как мило с его стороны.

Кэти: Давай через часик там.

Вы: Лады, увидимся.

Отложив телефон, Кит уставился на шкаф в надежде просканировать его, не открывая, и выбрать в чём идти. Это довольно легко и сложно одновременно. Легко, потому что всё можно спрятать под длинной паркой и шарфом, а сложно, потому что способность выглядеть стильно в парке и шарфе доступна не всем. Широ и Адам ушли минут через двадцать, заглянув к нему в комнату и пожелав удачи. Кит лишь отмахнулся, и попросил вести себя адекватно, чтобы ему потом не пришлось за них краснеть. Оставшись в одиночестве, Кит вдруг ощутил необычайно сильную волну холода, пронзившую его тело насквозь и пробираясь до самых костей. Последний раз такое случалось пару лет назад, когда Кит ездил с Широ в Канаду, навестить его родителей. Они свалили всё на разницу в температуре — в Канаде в любое время года дубак даже по меркам обычного человека, не то что Кита, но сейчас температура была точно не при чём. Руки выглядели вполне нормально, даже мурашек не было, но только Кит никак не мог унять их дрожи, как бы сильно ни сжимал кулаки или, наоборот, ни старался расслабиться. Обогреватель работал, отопление тоже. Кит был одет так, словно собирался на Северный полюс. Он мысленно представлял сраные Гавайи, бормотал, что это всё не реально, как учил Адам, но холод не отступал, будто бы его целью было здесь и сейчас убить Кита, превратив его сердце в ледышку. «Но это же не возможно, так?» — думал Кит, свернувшись калачиком на полу и стараясь согреть онемевшие пальцы дыханием. Так какого же тогда хрена?