О скуке и ее последствиях.

Им вообще не следовало ехать в тот клуб. Но на гастролях в маленьком городке, к концу недели хотелось лезть на стенку от скуки. Еще один, заключительный спектакль был в воскресенье, а пока тянулся вечер пятницы. Вся труппа, кто с горя, кто с радости, собралась в фойе и поехала знакомиться с местными увесилительными заведениями. Микеле и Флоран остались в номерах. Локонте весь день ходил дерганный, уставший и намеревался завалиться спать. Мот, который мало смысла видел в вечеринках, составил ему компанию. Но время шло неприлично медленно, и не думая приближаться к полуночи, фильмы были пересмотрены, песни перепеты, косточки знакомым - перемыты. На улицу все равно пришлось выбираться, тем более, Фло арендовал машину, что позволяло покататься по городу. Скучно. - В клуб? Мрачноватое заведение, единственное на весь городок. Никого из своих они там так и не встретили, то ли разминулись по дороге, то ли те засели в ресторане. Второсортная выпивка по бешеным ценам, сомнительная публика,- Фло еще тогда предлагал уйти. Но Локонте огрызнулся и обреченно пошел к барной стойке. Бокал, другой, третий. В пьяных разговорах есть свое очарование. Равно как и в танцах спьяну, которые затеял Микеле на пустом танцполе. Не столь вызывающие, как обычно, плавные, соблазнительные движения. Плечами, бедрами, поворот. Откинуть голову, протянуть руку. Блестящий шар под потолком напоминает ему об образе Мелиссы. А еще - о Земле, которая сегодня вертится исключительно вокруг него. Флоран смотрит на это со стороны. Флорану очень хочется стать ближе. А Микеле... Микеле нравится, когда на него смотрят. Он подходит сзади, скользит руками по его рубашке, манит: - Танцуй со мной. От количества выпитого Фло почти падает на него, смеется и кричит: - Да я же для тебя все, что угодно, сейчас сделаю! Микеле качает головой и повторяет: - Все, что угодно... Его ладонь соскальзывает с талии Флорана на ягодицы, мнет их, хлопает по ним, как в дешевом порно. А Фло все смеется и пытается двигаться так, как Локонте, чувствуя, какой хреновый из него подражатель. Он заправляет ему прядку за ухо и повторяет: - Все, что захочешь. Мелодия заканчивается, и Микеле резко дергает Мота на себя, мимолетно целуя в губы и толкая в темный коридор. Уборная встречает их ярким, искусственным светом и чем-то напоминает хирургическое отделение. Здесь пугающе тихо, и Локонте разбивает этот вакуум самыми пошлыми строчками из Тату-муа, надавливая ладонями Фло на плечи. Флоран безропотно опускается перед ним на колени, и это шокирует, смущает, заводит. Микеле знает, что все неправильно, не так, как должно быть, но уже не может отказаться. Слишком восхитительно чувствовать себя желанным. Он зарывается ладонью в темные волосы на затылке и прижимает его лицо к своей ширинке. - Ну же, давай. Фло неловко управляется с его ремнем, дрожащими пальцами дергает вниз джинсы и белье, беря вставший член ладонью и приближая к губам. Локонте запрокидывает голову и гипнотизирует колонку, из которой доносится чарующая композиция Боно. Наслаждение. Чистое, первородное. Он чувствует ритмичные движения губ Мота, гладит себя по груди и легонько прикусывает язык, прогибаясь в пояснице. Ему бы,наверное, стоило сейчас посмотреть на Флорана, поймать его взгляд, дотронуться до лица. Тот рисует на его животе кончиками пальцев, и через эти касания течет нежность. Но Микеле так невыносимо хорошо, что чужие чувства его совершенно не волнуют. Он умудряется вспомнить слова песни и мурлыкать припев, вторя динамикам, толкаясь во влажный рот, чувствуя как горячее дыхание опаляет головку. Флоран встает, прижимается к нему, хочет целоваться, и Локонте безмолвно подставляет ему лицо, как подставляет его каждый день многим восторженным девочкам - поклонницам. Совесть вяло укоряет его за такое поведение, но он лишь криво ухмыляется своим мыслям и закрывает глаза. Не хочет и не целуется. Микеле пару раз проводит рукой по члену и доводит себя до оргазма, блаженно съезжая на пол по прохладной кафельной стене, и увлекая за собой Флорана. Тот прижимается губами к его шее, обнимает двумя руками, что-то тихо говорит. Все равно. По-прежнему не открывая глаз Локонте растирает его бедро, опуская руку между ног и чуть сжимая пальцы. - Хочешь меня? – Безразлично спрашивает он, чуть хмуря брови. - Да, - Очевидное признание выходит у Мота стыдливым и каким-то извиняющимся. Он сбивчиво дышит Микеле на ухо и расстегивает брюки,чертыхаясь. Нервничает. Локонте лениво встает на четвереньки, расставляя ноги шире, трется щекой о стену и протяжно стонет. Еще одно представление. Сольное. Для Флорана. Тот заходит ему за спину, гладит ягодицы,целует позвонки на шее. - У нас ничего нет. Презервативов, смазки. Микеле капризно дергает плечом и ничего не отвечает. Если он хочет, чтобы его взяли, его нужно взять. - Тебе будет больно. - Не так больно, как ты думаешь, цветочек. Я так хочу. У Флорана стучит в ушах от полной нереальности происходящего. Ему страшно, он боится незнакомого Микеле, себя и своих желаний. Защитите его от них. Мот прикасается языком к отверстию, смачивает его слюной, проникает кончиком внутрь. Стоять коленями на плитке становится больно, и он рывком поднимает Микеле с пола, прижимая к стене, входит постепенно, жалея Локонте. Тот шипит, ударяет кулаком в стену и успокаивается, постанывая от нежных поцелуев в плечо. Фло обхватывает его поперек груди, глубже насаживает на себя, вбиваясь в податливое тело. Микеле вскрикивает, быстро - быстро повторяет его имя, вновь возбуждает себя ладонью. Флоран проводит языком по его родинкам, двигает бедрами сильнее и кончает одновременно с Локонте, прикусывая мочку его уха. Едва отдышавшись, Мот открывает на полную кран с холодной водой, пытаясь просунуть под него голову. Он молится, чтобы в этот злосчастный туалет никто не зашел, вытирает себя и Микеле грубыми и жесткими салфетками из газетной бумаги. Локонте поджимает ноги под себя и норовит заснуть, причмокивая губами, прямо на полу. Флоран взваливает его на себя и выносит из клуба почти что на руках. Садиться за руль в таком состоянии смешно. Он сгружает Микеле на заднее сиденье, сам скрючивается на передних и проваливается в небытие. Первые минуты на него волнами накатывает тошнота, а голову сдавливает тисками. Но вскоре он забывается, засыпая тяжелым сном. Когда Мот открывает глаза, на улице серое и тусклое предрассветное время. Все тело ломит так, будто его самого хорошенько поимели. С трудом усаживаясь и прислоняясь к стеклу, он видит, что Микеле уже проснулся и смотрит враждебно и настороженно. В салоне бесконечно холодно, события прошлой ночи в красках разворачиваются в памяти, перед глазами все плывет, а Локонте ерзает по сиденью, морщась от боли. Любое движение резко отдается в пояснице. На его шее виднеются лиловые пятна, и у Фло выступают предательские слезы на глазах. Что же они наделали. Микеле сверлит его взглядом и просит: - Поехали в отель. Флоран не осмеливается выйти покурить, сразу заводит мотор, пытаясь размять плечи. - Я так и думал, что ты тоже, - раздается сзади. - Тоже что? - По парням.- Флоран вздрагивает и нажимает на газ сильнее. - Микеле, это не...Ты мне нравишься. Твою мать. Локонте молчит всю дорогу,представляя, во что влип. О чем он только думал, неужели верил, что с Флораном возможен вариант на одну ночь? Мот ничего не спрашивает, ни на что не рассчитывает. Не на что, этой ночью он сам поставил крест на потенциально возможных отношениях. Скрывать от человека чувства и в итоге перепихнуться в сортире провинциального клуба, что могло быть хуже? Они доезжают до гостиницы и расходятся по номерам, как чужие. Фло пытается думать о чем угодно, кроме случившегося. Головная боль помогает, затмевает вчерашние воспоминания. Мот не может вспомнить все, только отдельные отрывки. Микеле не может забыть. Ближе к вечеру он стоит у двери номера Флорана, готовый к серьезному разговору. О том, что нужно оставить все, как есть, что они хорошие друзья, и не должны позволить одной ошибке все перечеркнуть. Тот появляется на пороге, растерянный, с таким отчаянием в глазах,что хочется выть. И говорит Фло как раз все то, что хотел сказать Микеле: - Ты мой лучший друг, не могу тебя потерять, нам нужно забыть об этом, случилось и случилось, ошибка. Говорит, как заводная кукла. Микеле думал, что хочет это услышать. Но неожиданно слова задевают и обижают, вызывая недоумение. Когда это вопрос о чувствах решали без него? -Не такая уж и ошибка, если ты сказал правду, когда мы ехали сюда. Флоран осекается и чудом успевает вдохнуть перед тем, как Микеле нежно накрывает его губы своими. - Начнем сначала? Ты и я, никаких клубов? Я хочу попробовать… Нас с тобой вместе. Фло остается только кивнуть и раствориться в ощущениях ответного поцелуя.