Шаг за шагом

Вэнь Нин смотрит по сторонам немного затравленно: толпа всегда пугала его, давила, вытягивала жизненные силы. Вот и сейчас идёт он чуть переставляя ноги, на каждый шаг вперёд хочется сделать минимум два назад, а лучше того уйти вовсе, вернуться домой, закрыть двери и окна и не выходить больше никогда. Но нельзя, он обещал, он почти на месте, он проделал огромную работу. Он не позволит всему пойти прахом, не сдастся так просто. Вэнь Нин пытается отвлечься от людей, что спешат по своим делам, ходят очень близко, почти задевают плечами, наступают на ноги. Люди везде: переходят дорогу, заходят в магазины и дома по пути, сидят в кафе – Вэнь Нин проходит мимо уже третьего и это только на этой улице. А ещё кругом шумно, гул от машин заглушает голоса людей, что говорят, кричат иногда, что-то в телефоны или на ухо другим пешеходам. И как от такого можно отвлечься? Оживлённый участок заканчивается быстро: вот Вэнь Нину приходилось чуть ли не прижимать руки к груди и то и дело лавировать, чтобы не врезаться в кого-либо, а вот он спокойно идёт, не боясь быть сбитым с ног или сбить кого-то самому. Это лучше и хуже одновременно: в толпе его точно не замечали, быстро отводили глаза, но сейчас кажется, что каждый взгляд направлен на него одного. Это не так, он знает, но поделать ничего не может; мысль об этом гнёт спину, заставляет опустить голову. Хочется исчезнуть, не существовать. Вэнь Нин вдыхает и выдыхает пару раз, усилием воли расправляет плечи. Он почти добрался, стоит только перейти улицу и он будет на месте. Последние сотни метров даются легче, он уже может видеть кованую ограду, что отделяет парк от остального города. А ещё Вэнь Нин замечает ждущего его человека и улыбается. Впервые за сегодня. Вэй Ина сложно проглядеть. Одет он в футболку совершенно невообразимого красного цвета и черные джинсы с дырками на коленях. Вэнь Нин вздыхает – Вэй Ину идёт. На самом деле ему всё идёт, но особенно красный, чёрный и вот этот низкий хвост, скреплённые резинкой сомнительного происхождения: остальные, судя по всему, были потеряны или порваны. А ещё Вэй Ин улыбается так, будто может заменить солнце, а Вэнь Нин, глядя на эту улыбку, думает, что был бы рад такой замене. –Привет, - звучит звонко, мелодично – у Вэй Ина, ко всему прочему, красивый голос. Вэй Ин обнимает его, просто прижимается на несколько секунд и быстро отстраняется. Это успокаивает, греет, разливает тепло от быстрее забившегося сердца по всем венам и артериям. От этого хорошо, радостно даже. Едкий страх, если и не растворяется полностью, то уж точно отступает под подобным напором. Вэй Ин много говорит, рассказывает последние новости, сыплет фактами и именами, старательно припоминает даты и общих знакомых. А ещё больше расспрашивает самого Вэнь Нина о всяких глупостях. И слушает, со всем вниманием слушает его слегка сбивчивые ответы, иногда уточняет, иногда смеётся, но не перебивает, каждый раз даёт собраться с мыслями. Голос у Вэнь Нина тихий, а кругом достаточно шумно, хотя и не так, как вблизи скопища машин. Вэй Ин подходит всё ближе, а потом и вовсе берёт его за руку. Вэнь Нин сбивается, начинает заикаться, но быстро успокаивается, сжимает чужую ладонь в ответ. Они гуляют так до самого вечера. Домой Вэнь Нин возвращается уставшим и совершенно счастливым.