Долг перед родом?

      Драко любил Поттера. До дрожи в коленях, до боли в сердце, до умопомрачительных ночей со своей правой рукой. Вот только, черт, Гарри был уже занят. А отец требовал от него наследника.       Но у Малфоя тупо не вставал больше ни на кого. Даже с завязанными глазами и заткнутым носом — матерое тело будто бы знало ауру Героя и не желало никого к себе подпускать. Астория обзывала импотентом, недовольно морща свой приторный острый намалеванный носик, разворачивалась на каблуках и говорила, что придёт позже.        Нет, Гринграсс была неплохой девушкой, с ней можно поговорить о многом, как с хорошей подругой детства, юная чистокровная ведьма просто воспринимала все это как квест, и, когда благодаря закрытым глазам и мыслям о Поттере вставший член Драко в очередной раз падает при ее приближении хотя бы на метр, ей остаётся только лапать его и уходить в итоге ни с чем.        Люциус долго хмурился, когда смущенный сын поставил его перед фактом — встаёт только на одного, а после удалился в кабинет, пригласил в мэнор Снейпа и достал из сейфа дорогую бутылку виски.        Вейла в предках взяла верх — был вердикт. Не полноценная, но именно младшему-Малфою она решила дать небольшое наследие, выбрав себе партнера.        И дабы их род не прервался, ему придётся затащить в постель Поттера хотя бы на одну ночь, после того как они вернутся с рождественских каникул в школу.        Втроём Малфои и Снейп долго разрабатывали план. Только лишь из-за того, что были пьяны.  — В последнее время Поттер и Уизли-младшая часто ссорятся, так что предлагаю выждать очередную ссору и соблазнить мальчишку, я намекну когда, — предложил Снейп, ставя стакан на стол.        Но Драко не надо было намекать. Он и так знал — где, когда и как. Это был выпускной. Взбешённый выкрутасами рыжей предательницы крови брюнет был схвачен за локоть и втянут в темный пустующий годами класс на третьем этаже. Его палочка была тут же отброшена Экспеллиармусом в сторону. Малфой был быстр, трезв, настроен на победу и движим долгом перед родом, а брюнет просто пьян. В дупло пьян. Алкоголь знатно уменьшил реакцию тела.  — К-кто ты?! — выкрикнул герой, остановленный обездвиживающим, пытаясь пошевелиться, как мог.  — Не бойся, Поттер, я всего лишь хочу разок подставить тебе свой зад, — в своей ехидной манере произнёс Драко, хмыкнул и приблизился к Гарри, проводя большим пальцем по его губам. Брюнет замер и глубоко задышал.  — Малфой, что за шутки? — трезвым голосом серьезно спросил тот, сквозь темноту смотря на фигуру Слизеринца, который медленно опускался пред ним на колени, успевая попутно обследовать все тело Национального достояния худыми пальцами. Не отвечая, он быстро трансфигурировал небольшую односпальную кровать, произнёс заклинания запирающего и заглушки, привстал, надавливая на грудь выжидающего Гарри, резко толкнул его на нее и сел сверху, прикусывая место между ключицами, руками надавливая на образовавшийся бугорок на штанах Гриффиндорца.  — Сука, Хорёк, что ты со мной делаешь? — послышался отчаянный стон «Жертвы». Малфой вздрогнул, когда почувствовал, как его резко поджимают под себя и впиваются в губы жарким поцелуем с привкусом алкоголя.  — Неужели ты думал, что я не справлюсь с обездвиживающим, Малфой? — произнёс он, и блондин почувствовал его улыбку в районе своего живота, простонав, окончательно сводя этим с ума Героя.

***

       Малфой активировал порт-ключ в мэнор сразу же после того, как Поттер уснул прямо на его многострадальном теле, и приказал Тикси быстро и тихо забрать свою одежду. Точнее, остатки от неё. Драко криво улыбнулся, пытаясь подавить накатившую горечь. Национальное достояние, оказывается, очень страстное и властное в постели. И как теперь это забыть?       Вечно чопорный Снейп накинул на него мантию и сказал, что проверить наличие беременности сможет только через неделю, а бледный Люциус, у которого болело за сына сердце, пьяно отсалютовав бокалом с виски, сказал, что у вейлы с партнером беременность всегда стопроцентная. Проверено его пра-пра-пра-пра-прадедом. Пэрон Герадольф Малфой был одинок — его партнёр также не смог с ним быть и выбрал какую-то женщину. И если Драко все же принял бы полное наследство, то умер сразу же после родов.        Природа Вейлы мрачна.        Появившаяся через несколько минут Нарцисса слабо улыбнулась сыну и молча обняла его.        Через неделю Драко Малфой отправился во Францию. А вернётся он — сам не знает когда.

***

       Беременность прошла как обычно, и, как пишут о ней ведьмочки в глупых женских журналах: токсикоз, странные вкусы и постоянно болящая на больших сроках спина. Северус потирал руки и с предвкушением уверял: из-за того, что беременность магическая — его ребёнок будет сильным магом, а учитывая то, что магический партнёр — сам мастер невербальных заклинаний с большим резервом магии и талантом Гарри Джеймс Поттер, то зельевар и сам не знал, что выйдет за маленький монстрик.        Люциус, смирившийся с участью сына, с нетерпением ждал внука, а Нарцисса постоянно приезжала к своему чаду во Францию и тащила в детские магазины, даже маггловские.        Драко понял, что у него есть ребёнок, только тогда, когда к нему, бледному и запыхавшемуся после родов, как обычной девушке, положили на грудь орущего красного сына. Тут же он понял свою вечно-добрую, готовую всегда защищать Нарциссу.        И, что бы кто ни говорил, его сын — самое прелестное существо в мире.        Скорпиус Гарольд Малфой, Драко был непреклонен в имени своего сына. Маленький блондинчик с зелёными глазами. Точь-в-точь как у его отца-Героя, необычный яркий цвет.        Люциус рвал на себе волосы. Мало того, что привычный серый цвет глаз, свойственный совершенно всем Малфоям вот уже двадцать два поколения, канул в лету, так ещё и все в Англии прекрасно знали эти глаза, газеты и журналы чуть ли не серенады в честь них пели, так ещё и сын упёртый. «Гарольд». Серьезно?        Скорпиус рос во Франции. Драко параллельно учился на колдомедика, и никто даже не заметил, как время пролетело и его сыну вот-вот стукнет три года, им пора возвращаться в Британию.       Блейз Забини, встречавший своего лучшего друга и крестника в Малфой-Мэноре, скептически оглядел подросшего Скорпиуса и выгнул бровь в Малфоевской манере.  — Знаешь, он ещё больше стал походить на Поттера, похоже, только волосы и вздернутый нос у него от тебя, — усмехнулся тот, подбадривающе обнимая побледневшего друга за плечи.        Малфой нахмурился и по-свойски подхватил бегающего вокруг сына на руки, прижимая к себе крепче.  — Забини, что бы ты там ни говорил, он только мой сын, — шикнул Слизеринский принц, развернулся и пошёл к родителям, до этого тактично о чем-то молчавших. Ей-богу, согласись они сейчас с Забини, Драко точно истерика в конвульсиях хватит.  — Papa, я хочу кушать, — требовательно произнёс Скорпи после того, как приветствовал своих бабушку и дедушку. До этого хмуро выглядящий Малфой-средний тут же подобрел лицом, засиял, мило улыбнулся и, игнорируя тут же появившегося эльфа, стартанул на кухню.  — Он любит мою кухню, — пояснил тот зашедшим шокированным мужчинам и хитро улыбающейся Нарциссе, — что ты хочешь, милый?  — Овощной Террин, — самодовольно улыбнулся мальчишка и в ожидании сел на один из стульев, постоянно ерзая.  — Цисси, неужели нашего самовлюбленного сына укротили? — подергал жену за край мантии Люциус, во все глаза уставившись на то, как Драко умело орудует на кухне.  — А если бы больше от своей работы отвлекался и навещал его чаще, чем раз в полгода, то знал бы, что наш сын души не чает в хитрюге-Скорпиусе, — она подмигнула появившемуся в дверях Снейпу и вышла из кухни, позвав за собой всех трёх мужчин в гостиную, предвкушая прекрасный Террин, который изумительно получается у Драко.        Накрыв, наконец, на стол, Драко помогал есть сыну, но тот игнорировал его попытки, заявлял о своей самостоятельности, глупо надув щеки и демонстративно отсев подальше. Растерявшийся блондин посмотрел на вилку и не понял, что сделал не так. Он на глазах погрустнел, поник плечами, принявшись без интереса ковыряться в своей тарелке, пока Скорпи не вернулся назад и не вручил ему свою вилку.  — Последний раз, Papa, — произнёс тот, потянувшись и потрогав своего папу по волосам в утешающем жесте. Драко тут же засветился и начал кормить своего ребёнка.        Люциус, которого с головой унесло в рай от божественного вкуса блюда, тут же вернулся с небес на землю. Он все больше поражался сообразительностью своего внука — точно Слизеринец будет! И никакой Поттер своими Гриффиндорскими генами это не испортит.  — Так вот, о чем мы говорили, — кашлянул Снейп в кулак, когда его тарелка опустела, и продолжил:  — В Мунго действительно требуется специалист, я разговаривал с директором, он готов тебя принять на работу при предоставлении диплома об окончании.  — Будешь работать со мной в одном отделе, — подмигнул Блейз, на что Драко слабо улыбнулся.  — Что-то не очень привлекательно, Забини, — он нахально ухмыльнулся, подал салфетку Скорпиусу и сел ровно, наконец, принявшись за своё остывшее блюдо.  — Papa, тебя часто не будет дома? — расстроенно спросил мальчик, изображая на своём лице вселенское страдание, и Драко дернулся, испуганно посмотрев на него.  — Что ты, Скорпи, милый, можешь ходить на работу со мной, только не плачь, — он схватил его за плечи и торопливо обнял, медленно поворачивая как в лучших фильмах ужасов голову в сторону Блейза.  — Малфой, ты же не собираешься..! Не..!       Но видя его зверски раздражённые глаза, он только смирился.  — Ладно, так действительно можно.        Ребёнок тут же повеселел, крепко обняв отца за шею. И только похолодевшие от ужаса Люциус, Снейп и Блейз видели его самодовольно-садистское лицо. Что же вырастет из этого…малыша?

***

       Драко перевязывал рану очередному пациенту, пока Скорпи с интересом наблюдал за отцом. Вот уже три месяца Малфой работает в отделении срочной помощи Мунго и постоянно приводит с собой сына, который, к сожалению, очень даже заинтересовался работой отца. Сделав грустные глазки — он тут же получил нужное, а именно возможность наблюдать и, даже, помогать.       Как только аврор ушёл, блондин полез в тумбочку за запасами обезболивающего зелья, низко нагнувшись, чертыхаясь от того, что никак не найдёт нужное. Поэтому он не увидел, кто зашёл, лишь услышал смутно знакомый хриплый голос:  — Простите, меня направили к вам…  — Да-да, садитесь, секунду, — быстро протараторил тот, кряхтя от неудобной позы.       Скорпиус внимательно осматривал зашедшего мужчину через свою секретную дырку в штоке, чтобы тот не заметил, поправив очки на носу. Широкоплечий, высокий, в разорванной местами темной аврорской мантии, повсюду царапины, он зажимал плечо там, где одежда окрасилась в темно-красный цвет и с интересом осматривал помещение.  — Нашёл! — выкрикнул Драко и с довольной улыбкой обернулся к пациенту. И тут же выронил драгоценную склянку из рук, та разбилась с громким звенящим звуком. Гарри уставился во все глаза на колдомедика.  — Поттер? — неверяще произнёс Драко, резко снова нагибаясь за новым зельем, практически паникуя.  — Выглядит зазывающе, Малфой, — послышался все тот же еле знакомый грубый голос с небольшой усталой насмешкой. Драко буквально чувствовал его обжигающий взгляд, но пытался собрать себя в руки: брюнет же ранен!       Быстро влив зелье в Гарри, он магией заставил аврорскую мантию и верхнюю часть формы сложиться на тумбочке и обошёл бывшего врага сзади, всматриваясь в рану, проводя диагностику.  — Благо, не глубокая, — выдохнул он прямо в шею Гриффиндорца, не замечая, как Гарри напрягся, сжимая костяшки пальцы до побеления.  — Малфой, не думал, что ты станешь колдомедиком, — вяло сказал тот, чувствуя, как зелье начинает действовать, а колдомедицинская магия начинает потихонечку заживлять рану.        Драко молчал, не вслушиваясь в слова, с болью в глазах наблюдая за многочисленными шрамами на спине своего сумасшествия. Какие же раны он получил, что даже колдомедицина не смогла избавиться от них? Чертов Поттер. Чертов герой. Какого хрена ты выбрал такую отвратительную профессию?       Отстранившись, блондин уже было хотел пойти за заживляющей мазью, как почувствовал на своём запястье грубую мозолистую руку. Нацепив маску, он с вопросом уставился на пациента.  — Драко, почему ты…  — Papa! — Скорпиус появился как гром с небес на землю, хватая руку, за которую схватил странный аврор его папу. Огорошенный Гарри тут же выпустил руку, во все глаза уставившись на белобрысый затылок ребёнка.  — Papa, почему он тянет к тебе свои руки? — на французском произнёс тот и требовательно посмотрел на Драко, который, в свою очередь, присел на корточки, мягко улыбнулся и легонько сжал нос сына.  — Вот же маленький ревнивец, — произнёс он и вздрогнул, когда услышал звук закрывающейся двери. Поттер ушёл. И, если бы не Скорпи, Драко, наверное, уже забился бы в угол, пустившись в тихую истерику.

***

       В следующий раз Гарри привёз уже взволнованный Рон, который, завидев Малфоя, лишь кивнул ему, без лишних вскриков, и переложил друга на кушетку. Драко позеленел от ужаса, когда обнаружил трудновыводимый яд паука Зоз, может, он именно поэтому излишне быстро нашёл противоядие и долго высасывал магией остатки, чтобы организму было легче все это перенести.       Скорпиус, чувствуя панику своего отца, со всей серьёзностью выполнял ему привычные задачи, подавал какие-то колбочки и мазал какой-то мазью там, где надо.  — Жить будет, пусть пока спит, — Малфой осел на пол, оперевшись спиной о стену и не заметил, как Уизли удивлённо рассматривает маленького зеленоглазого мальчика в круглых очках, переводя взгляд то на раненого, то на Скорпиуса.       Гарри очнулся спустя день. Но уже будучи переведённым в обычную палату. И не мог понять, почему его друг смотрит на него слишком уж серьезно.

***

 — Малфой, — брюнет снова схватил того за запястье, как тогда, в первый их приём. Драко, вспоминая, сколько ещё раз странный аврор к нему попадал, понимал, что этот имбецил слишком много подставляется на заданиях.  — Да, господин Главный Аврор Поттер? — он обернулся, но смотрел куда-то на щеку Героя, избегая глаз.  — Нам надо поговорить, — он потянул руку на себя, так резко, что колдомедик уместился на коленях аврора. Как назло именно сегодня Скорпи забрала Нарцисса, чтобы показать своим подругам.  — О чем, господин Главный Аврор Поттер? — Малфой правда пытался встать с колен, но железная хватка натренированных мышц сжала только сильнее. И он безвольной куклой расслабился, чувствуя, как внутренности постепенно скручивает, сердце пускается в бешеный ритм, а ниже пояса тяжелеет. И он знал, что Поттер все чувствует.  — Драко, я не могу больше, — он зарывается носом в шею, жадно вдыхая любимый запах яблок и скошенной травы вперемешку с медикаментами.  — Я не могу без тебя, Драко, невыносимо люблю, курса с четвёртого, а потом этот выпускной и твоя пропажа, думал, сдохну, искал, не находил, — он ощутимо укусил за шею, — не отпущу больше, мой, и не важно, чей ребенок Скорпи, я готов растить этого маленького засранца вместе с тобой.        Малфой сглотнул, чувствуя, как магия внутри медленно подбирается к запястью.  — Гарри, ты действительно готов со мной..? Ведь это на всю жизнь, понимаешь?  — Я готов с тобой быть целую вечность, хоть сейчас магический брак пойдём заключать, лишь бы ты рядом, — он провёл языком по очередной ранке от его зубов и вздрогнул, когда почувствовал небольшое покалывание на своём запястье. Аккуратный золотой узор сформировался вокруг их запястий. Гарри непонимающе уставился на возлюбленного, а Драко лишь хихикнул и прижался лбом к его плечу.  — Во мне какая-то там часть Вейлы, а ты, Поттер, мой магический партнёр, — блондин потерся щекой о его шею и продолжил:  — А Скорпиусу скоро три, умеешь считать?        Что ж, такой реакции следовало бы ожидать. Герой подскочил, придерживая свою долгожданную ношу за бёдра, и закружил, все больше углубляя поцелуй.

***

 — Мерлин, у меня есть сын, — неверяще сказал аврор, жадно смотря на Скорпиуса. Как он мог не замечать, что мальчишка так сильно похож на него?  — Даже я быстрей тебя догадался, — жестко отчеканил мелкий, отправляя в рот Киш папиного приготовления.  — Только попробуй довести моего Papa до слез, в порошок сотру, — ухмыльнулся на старый Малфоевский манер, — отец.  — А ты довольно суровый, — Гарри тут же включил аврора на допросах, скрестив руки. Малфой, который отошёл на минут десять, дабы его самые важные в мире люди спокойно поговорили, все ещё не вернулся.  — Я катастрофический собственник-гений, привыкай, — он аккуратно протер губы салфетками и вытянулся, наблюдая, с каким восторгом его новый Papa поглощает еду.  — Не такой уж ты и плохой, кажется, — произнёс он напоследок на французском и задорно засмеялся. Гарри же сделал вид, что не изучал французский последние пять лет.