Целуй меня, идиот!

      Гарри Поттер резко забежал в гостиную Гриффиндора. Он присел на кресло и прикрыв глаза, начал размышлять. Он кинул в Драко Малфоя проклятье, которое оказалось не самым безобидным. Увидев, как тот упал и стал истекать кровью, Поттер очень испугался и убежал. Сейчас он очень сильно жалел об этом, ведь вдруг того никто не найдёт и он истечёт кровью по вине Гарри. Он всего лишь хотел припугнуть школьного врага, но сейчас безумно переживает за него. Уже не в силах сидеть, Гарри вскочил и стал ходить по гостиной. Он пытался понять, почему так сильно переживает за Малфоя. Ведь раньше они не редко очень сильно дрались и проклинали друг друга, и конечно, Гарри переживал, но только за то, что ему влетит. Но сейчас было какое-то совершенно другое чувство. Непонятное. И парень никак не мог понять, откуда оно взялось. А появилось оно ещё месяц назад. Самые странные мысли про Малфоя могли появиться в его голове. И большинства из них совершенно не враждебные, а наоборот.       «Ну не влюбился ли я часом?» — нервно подумал Гарри и хмыкнул. Эта мысль казалась до жути абсурдной и совершенно невозможной. Тут в гостиную зашли Гермиона Грейнджер и Рон Уизли, о чём-то очень оживленно разговаривая. Завидев Гарри, мельтешащего по комнате, Рон его окликнул. Поттер подошёл и, выдал что-то на подобии улыбки. — Гарри, ты не поверишь! Малфоя нашли истекающего кровью в туалете. Круто, да? Ой, то есть, какой кошмар, ну надо же такому случиться, — быстро поправился Рон, увидев гневный взгляд Гермионы. — Рон, это ужасно! А если бы он умер? Какой бы он не был плохой, такого никто не заслуживает! Надеюсь, того кто это сделал найдут и накажут, — Гермиона нахмурилась и вдруг окинула Гарри обеспокоенным взглядом. — Гарри, ты какой-то странный, все хорошо? — Что? А да, все отлично, я просто задумался. — Гарри провёл рукой по волосам. Гермиона устремила на него пытливый взгляд, и Гарри попытался принять совершенно обычный вид. — Гарри, а где ты был? — Гермиона прищурила глаза. — Я? В гостиной, а что? — Точно? — недоверчиво переспросила Грейнджер. Гарри поднял на неё возмущённые глаза. — Ты что, меня в чём-то подозреваешь? Герми, я бы даже Малфою не вспорол грудь! — обиженно прикрикнул тот. — Гарри, мм… — вмешался Рон. — Я, конечно, не хочу тебя обижать, но… эм… мы тебе не говорили, что ему вспороли грудь. Гарри похолодел. Так глупо попасться! — Я не хотел его ранить! Просто я попробовал на нем заклинание из той книжки по зельеделию, для врагов, не думал, что оно такое опасное! — быстро затараторил Поттер. — Гарри, а если он нажалуется? Тебя исключат! Тебе и так много чего прощали, но после такого тебя обязаны будут исключить! Ты вообще, о чем думал, применяя незнакомое заклятье? А если бы оно его убило? — Герми, успокойся! Не убило же, уже хорошо. — попытался успокоить девушку Рон, но увидев её разъярённое лицо, быстро умолк. Гарри же молча потупил и отвел взгляд в сторону. В душе он понимал, что подруга абсолютно права.       В его голове начали вырисовываться картинки: вот к нему подходит взбешенная Макгонагалл и отводит к директору. Там уже стоит злобно ухмыляющийся Снейп, и отпускает едкое замечание в сторону героя. Дамблдор окидывает Гарри Поттера разочарованным взглядом, и говорит Гарри, что он поступил безрассудно и такого уже он не потерпит. Гарри уезжает на следующий же день, ломают его волшебную палочку, все вслед кричат ему «Убийца!», «Как таких земля вообще носит!» и тому подобное. Из мрачных мыслей его вывел голос Гермионы. — Гарри, я считаю, что так эту ситуацию оставлять нельзя и тебе надо пойти и извиниться перед Малфоем. Да, для тебя это слишком, я понимаю, но это будет самый твой правильный поступок за сегодняшний день. Ты же, я так понимаю, оставил его там истекать кровью, да? — Гермиона, я не хочу об этом говорить, — грубо отрезал Гарри, и тут же пожалел, заметив, как Гермиона обиженно поджала губы. Ему было стыдно признаться друзьям, что он испугался и просто убежал.       Ещё Гарри до сих пор не разобрался, чем были вызваны те чувства. Решив свалить все на адреналин, парень стал размышлять, когда лучше зайти к Малфою. Мысль, что ему придется извиняться перед давним школьным врагом, совсем не грела сердце. «Может вообще не идти извиняться? Не, тогда меня сначала съест совесть, а потом Гермиона», — Гарри поморщился. Чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей, Поттер принялся делать задание по зельеделию.

***

***       Драко Малфой лежал в лазарете и смотрел в потолок. На соседней койке лежал какой-то семикурсник, который жутко храпел.       В последнее время Драко думал только об одном человеке. О Гарри Поттере. Драко размышлял, когда же он дошел до того, что фамилия Поттер не вызывает отвращение, а скорее наоборот. Он заметил это не сразу. Сначала он вообще не осознавал, что всегда подаётся вперед и прислушивается, когда речь идёт о Поттере. Что начинает даже спрашивать какие-то подробности о его жизни, а не высказывать ядовитые подколки.       Всё это он осознал, когда Блейз Забини в компании пошутил, не влюбился ли Малфой в Поттера. Ответив другу довольно-таки грубо, Драко удалился в свою спальню. И тогда он задумался. Он долго копался в себе, пытаясь понять, что послужило такое его внимание к Гарри Поттеру. И Драко понял, что влюбился. Сначала было отрицание данного факта. Потом Драко запирался в туалете Миртл, и рыдал навзрыд. Рыдал, что он не сможет быть с Поттером. Ибо тот никогда и ни за что не захочет быть с Малфоем. Поэтому Драко решил его не донимать, ну или в крайнем случае истерики, донимать, чтобы тот хоть как-то обращал на Драко внимание.       Драко так хотел прикоснуться к Гарри, провести по его вечно взлохмаченным волосам, заглянуть в его зелёные глаза, увидеть в них теплые искорки, почувствовать его руки на своей талии. Но все это кажется невозможным, призрачными мечтами. На глаза снова навернулись слёзы. Всхлипнув, Драко через боль вытер щеки. Вдруг над ним возвысилась знакомая голова Панси Паркинсон. — Драко, как ты? Черт, ты опять рыдаешь из-за этого придурка? — девушка скривилась. — Панси, он не придурок! — возмутился Драко. — Просто… мы с ним никогда не будем вместе и все. — Драко, ты тоже придурок. Где твоё природное обаяние? Лучше расскажи, кто тебя так! — она гневно прищурилась. — Нет… пообещай, что, услышав имя, ты не побежишь его проклинать. — Ладно, ладно, обещаю, ну? — торопливо согласилась Паркинсон и еще любопытнее взглянула на Драко. — Поттер, — тихо прошептал Малфой. — Что? — крикнула Панси и услышала грозное «ш-ш» от мадам Помфри, которая через две койки вливала какому-то третьекурснику зелье. — Драко, как так? Что это вообще такое?! Тут меня удерживает только моё обещание! — она злобно выдохнула. — Думаю, он не знал, что делает это заклятье… — поморщился Драко. Панси вопросительно прищурила глаза и склонила голову, в ожидании ответа. — Понимаешь, я знаю это заклятье, и он его ни в какой книжке прочитать не мог. Вот. — Драко, ты просто хочешь видеть в нём лучшее! Может он тебя вообще хотел убить. Твоя версия, конечно, тоже имеет место быть, но всё же. Будь осторожнее, тем более в нынешнее время, — девушка тяжело вздохнула. — Драко, я очень за тебя переживаю. Сам знаешь из-за чего.       Последние слова Паркинсон почти прошептала. По её щеке скатилась слеза, которую она быстро смахнула. Друзья ещё немного поболтали, после чего Панси выгнала мадам Помфри.

***

***       Панси Паркинсон, гневно сверкая глазами и поджав губы, шла на ужин в Большой Зал. Она была настроена очень решительно. Её жутко раздражал этот придурок Гарри Поттер, так как из-за него страдает Драко. Пусть друг и просил не вмешиваться, но Панси всего лишь поговорит. Да и то, что он сделал было уже слишком. Поэтому, войдя в большое помещение, Паркинсон быстрым шагом направилась к Гриффиндорскому столу. — Поттер! — злобно прошипела над ухом у помянутого Панси. Тот вздрогнул и непонимающе посмотрел на Паркинсон. — Надо поговорить, тащи свою задницу в коридор, — девушка брезгливо поморщилась, посмотрев на Рона, который уминал курицу руками. Когда парочка вышла в коридор, то повисло неловкое молчание. Первым не выдержал Гарри. — Ну? Что не так? — он недовольно посмотрел на слизеринку. — Драко не так! Какого чёрта ты его чуть не убил?! — Паркинсон, успокойся. Я… я не хотел понимаешь?.. Я думал это безобидное проклятье, и оно его просто запугает! — Ты придурок, Поттер! А ты не боишься, что он тебя сдаст? Ну, или я? — Панси хитро улыбнулась. — Боюсь, но… я приму это, ведь я заслужил, — Гарри поднял на Паркинсон виноватый взгляд. — Мда… Поттер, мне конечно отвратно тебя об этом просить, — Паркинсон закатила глаза, и Гарри вдруг неожиданно подметил, что у Драко выходит более лучше и драматичнее, — но не обижай его, пожалуйста. Ему сейчас очень трудно. В частности из-за тебя. — Паркинсон смерила его презрительным взглядом. Затем она круто развернулась на каблуках и пошла обратно на ужин, а Гарри остался стоять и смотреть ей вслед, думая об её последних словах. Поняв, что аппетит окончательно испорчен, он направился туда, куда должен был пойти ещё давно.

***

***       Гарри зашёл в лазарет. Он не очень любил это место, и понятно почему. Тут он провёл не самые лучшие часы своей жизни. Гарри поморщился. Действительно, не самое лучшее место для извинений. На пороге его встретила мадам Помфри. — Гарри, у тебя что-то случилось? — обеспокоенно спросила женщина. — Нет, у меня все хорошо, — Гарри улыбнулся. — Я бы хотел навести Драко Малфоя, у нас с ним совместный проект по, э-э, зельеделию, — на ходу придумал Гарри. — Знаешь, ему сейчас нужен покой… — Мадам Помфри, я на пять минуточек, ну пожалуйста! — заканючил Гарри. — Хорошо, но только на пять минут! — она пригрозила парню пальцем и удалилась. Гарри победно улыбнулся.       Подойдя к койке Малфоя, Гарри начал всматриваться в лицо слизеринца, пытаясь понять, спит тот или нет. Оказалось, что спит. Решив не тревожить больного, Гарри притянул стул и сел рядом. Гарри, от нечего делать, стал рассматривать лицо соперника. Волосы, которые раньше были всегда красиво уложены, сейчас были растрёпаны и разбросаны по подушке. Лицо было безмятежным, и такой Малфой нравится Гарри гораздо больше. Поймав себе на мысли, что спящий Драко Малфой довольно-таки милый, Гарри дёрнулся.       Он не понимал, что с ним происходит. Он начал себя ловить на странных мыслях. К примеру, когда Рон начинал не очень культурно есть, Гарри неожиданно вспоминал Малфоя и его великолепную манеру держаться, и понял, что так ему нравится больше. Ещё Поттер подметил, что ему чертовски нравится, когда Драко элегантно закатывает глаза. Но сама мысль об этом пугала, и он пытался засунуть ее в самый далёкий ящик. Но смотря в это бледное лицо, Гарри пытался отложить в голове каждую черту лица Малфоя. Поттер, поняв, о чем думает, резко задёргал головой. Прикрыв лицо руками, он тяжело вздохнул, и решил все-таки разбудить больного. Когда Гарри встал и подошёл к Малфою тот резко открыл красные, опухшие глаза и хитро прищурился. — Я думал, ты прожжёшь во мне дыру, Поттер. Ах, ну ты дыру то уже сделал, — и театрально вскинул руку ко лбу. — Пришёл поглумиться? Ну давай, только быстрее, а то я всё-таки хочу поспать.       Драко приподнялся, немного поморщившись, что не укрылось от глаз Гарри. — Малфой, оставь, не в твоем положении сейчас мне грубить, — и Поттер насмешливо поднял бровь. — Вообще, эм, я… хотел извиниться, — тихо выдохнул Поттер. — Стой, Поттер, что ты хотел? А то я не расслышал, — Малфой ядовито улыбнулся. — Прости меня, черт возьми! Я не хотел тебя ранить. Вот, — и резко встал. — Ну, а теперь, я пошел! — и гневно сверкнув глазами в лицо школьного врага, собрался уже припустить, но вдруг был остановлен тихой просьбой. — Останься, — сказал Драко.       Одно слово. Оно вырвалось совсем неожиданно, и слизеринец сам не понял, как такое произошло. И он очень испугался. Вдруг его сейчас засмеют, скажут, что он жалок. Но в ответ он не услышал ничего из ожидаемого, Гарри, напротив, сел спокойно обратно на кресло и выжидающе посмотрел на Драко. Тот же не мог понять, какие эмоции застряли в этих глубоких зелёных глазах.       У Гарри же это слово вызвало совершенно новое чувство в отношении к Малфоя. Даже если бы он хотел, он бы не смог не подчиниться этой просьбе. Он был как будто бы под добровольным проклятием подвластия, и чтобы его сейчас не попросил Драко, он сделает все. Но следующая просьба перекрыла Гарри воздух. Он готов был провалиться, он хотел убежать, и точно хотел исполнить её. — Поцелуй меня. Мадам Помфри сказала, что поцелуй… эм… облегчит мои страдания. — Драко готов был ударить себя за эту глупость. Но это все, что он придумал. Гарри подался вперёд, но вдруг встал и гневно процедил: — Твои шуточки сейчас неуместны, Малфой. Я действительно пришёл сюда извиниться, даже хотел наладить с тобой отношения, а ты повёл себя как сволочь, что, в прочем, неудивительно, — и гордо задрав голову, удалился, споткнулся о свою же ногу и процедил маггловские проклятья, о существовании которых, Драко до этого не подозревал.

***

***       В голове Гарри крутилось только одно слово «Идиот». Гарри не понимал, как он мог поверить в то, что сможет поладить с Малфоем? Сейчас эта мысль казалась совершенно глупой и абсурдной.       Но почему тогда так забилось сердце от этих слов? Почему завязался тугой узел внизу живота? Гарри тихо застонал. Он спиной прижался к стенке и сполз по ней вниз. Он стал осознавать неизбежное. Это чувство охватило его, и от этого никак не избавиться. Оно накрыло с головой, медленно поглощая его. И от понимания хотелось разрыдаться. Он влюбился в Драко Малфоя. И для Гарри это было очень странно. Для Гарри это было невозможно. И Гарри знал только одного человека, который сможет ему помочь. И поэтому тот в спешке направился в Гриффиндорскую гостиную.       Гермиона Грейнджер доделывала сочинение по превращениям. Положив перо и свернув свитки с сочинением, она откинулась в кресле. Она очень сильно переживала из-за Гарри. Сегодня к ней подошли два каких-то когтевранца и спросили, правда ли, что Гарри может быть причастен к ранению Драко. Гермиона окинула их равнодушным взглядом и пошла дальше. Правда, на сердце было очень неспокойно. Кто видел, как Гарри убегает? И был ли Гарри в крови после того как убежал?       Ещё и Панси Паркинсон, которая что-то очень яростно втолковывала Поттеру, очень насторожила Гермиону. После этого она не видела Гарри, и волновалась, как бы тот чего не натворил и не усугубил положения.       Только она об этом подумала, как в гостиную ворвался встревоженный и помятый Гарри. Найдя Гермиону глазами, он стремглав понёсся к ней и сел в кресло напротив, которое заранее перетащил поближе к подруге. — Гарри, что случилось? — встревоженно поинтересовалась Грейнджер. — Малфой случилось! — гневно прошептал Гарри. — Ну? — Он решил поиздеваться надо мной! Представляешь, сначала нагрубил меня, потом попросил остаться, а после попросил поцеловать! Ну вот я и убежал, — на одном дыхании выпалил Поттер. — Эм, Гарри, можешь, пожалуйста, рассказать то же самое, но уже с подробностями. И Гарри рассказал абсолютно все. Как он стал ловить себя на странных мыслях, как переживал за Малфоя, и свои ощущение от просьбы выше упомянутого. Гермиона слушала, старалась не перебивать, лишь изредка задавая наводящие вопросы. — Ну, что ж, поздравляю, ты действительно влюбился, — и усмехнулась. — Гермиона, но как это возможно? — прохныкал Поттер. — Я же раньше его ненавидел! Что значит влюбился? — Ну, видимо, ты начал правильно трактовать свою ненависть. Насчёт тебя я сейчас никак не скажу, но знаешь, ты тоже Малфою небезразличен. — Ага, в качестве объекта ненависти, — горько сказал Гарри. — Нет, наоборот. Ты ему тоже нравишься, поверь мне, и я думаю, это была реальная просьба Малфоя. А теперь, мне надо готовить домашнее задание к арифмантике.       Гермиона принялась очень увлечённо читать учебник, показывая, что разговор окончен. ***       Драко готов был лезть на стену. Ну как можно было сморозить такую глупость? Конечно же Поттер бы к нему и ни на шаг не подошёл. Это было сразу понятно. Что же он теперь подумает о нём? Что он как продажная шлюха просит вместо извинений поцелуи?       Драко очень хотел сейчас поговорить с кем-нибудь. Но уже ночь, и Панси к нему точно не придёт. Грустно вздохнув, он вспомнил, как Поттер по одной только просьбе Драко остался, и на губах появилась улыбка.       «Интересно, он в постели такой же послушный?» — проскользнула непристойная мысль, от которой Драко тяжело выдохнул и прикусил губу. Интересно, вся ли школа будет завтра знать, как Драко Малфой, сын бывшего Пожирателя Смерти, пытался соблазнить мальчика, которого почти убил предводитель тех же Пожирателей. Смешно, ничего не скажешь.       Но Поттер… он всегда казался таким недоступным. Сначала просто в дружбе, потом уже в чём-то большем. Драко страдал. Он не ненавидел Гарри Поттера, просто его бесил тот факт, что тот предпочёл ему других, нищенку и какую-то грязнокровку. Драко ведь в несколько раз лучше них. Уизли — идиот, который не знает об обычном понятии манер. Ещё и говорит постоянно какую-то ерунду. Грейнджер — не совсем, конечно, дура, но постоянное её подпрыгивание на месте и вытянутая рука очень раздражали. Да и вообще Драко считал, что умный человек никогда не будет постоянно демонстрировать это, как делает Грейнджер.       Но как же все-таки было глупо подумать, что Поттер кинется с поцелуями и объятиями! Может, тот правда хотел наладить контакт, а Драко все испортил? Тогда становится все ещё только хуже.       По щекам начали течь слезы. Драко стал беззвучно рыдать, смотря в одно точку. Вся его жизнь состоит из каких-то постоянных проблем и недопониманий. Отец, Тёмный лорд, Поттер. Отец, который каждый день кричит на Драко, поставив заглушающее. Волан-де-морт, который каждый день демонстрировал непростительные. Малфой случайно прикусил губу. На каникулах было невозможно находиться дома, но он возвращался только ради матери. Дома он изматывался от постоянного контроля мыслями. Никто не знал, что он сопротивляется Тёмному лорду, только Снейп.       Всё это ему наст очертило. Он не хотел жить. Но каждый день он просыпался только ради матери, крёстного и чертового Поттера, который прописался во всех снах Малфоя. Вдруг он услышал какой-то шум, при том, что в лазарете было пусто. Потом до слуха дошли уже знакомые ругательства. — Поттер? — прошептал Драко. — Да! — потом послышалось ещё одно ругательство. — Ни хрена не вижу! Люмос, — появился синий огонёк, но обладателя не было видно. Свет был уже вплотную к кровати, и наконец, сам хозяин появился. Положив на тумбочку серебристую мантию, зелёные глаза хитро прищурились. — Ты зачем пришёл? Ты чего удумал, идиот! — вскрикнул Драко. — Хорошо, что я поставил заглушающее. Необязательно так орать, ну, — Поттер закатил глаза и взобравшись на кровать Драко, грубо подвинул его бедром. Малфой чуть не задохнулся от возмущения. — Так что тебе надо? — Драко задрал гордо голову и отвёл взгляд в сторону, чтобы скрыть счастливый блеск в глазах. — Ты, — короткий ответ, и кожа Драко покрылась многочисленными мурашками. — Смешно, ха-ха, пришёл поиздеваться над моими чувствами? Круто. — Так это правда? Тебя как жабу надо поцеловать, и ты станешь принцессой? — Сам ты жаба, Поттер! — Ну? — Возможно, — и снова этот хитрый блеск зелёных глаз. — Уверен? — Поттер подвигал бровями, до жути глупый, но такой возбуждающий жест. Драко сглотнул и яростно прошипел: — Целуй меня уже, идиот! И Гарри поцеловал. Сначала он просто прикоснулся к губам Малфоя, целомудренно, но потом… Гарри перекинул ногу и уже оказался на Драко, не прерывая поцелуй. От такого Драко тихо застонал в поцелуй. Гарри провёл по нижней губе Драко языком, тот в свою очередь зарылся рукой в густые черные волосы, и не церемонясь, прижал Поттера к себе, дерзко вторгаясь в его рот. Гарри застонал в поцелуй. Миллион бабочек в его животе взлетели вверх. Он немного подался бёдрами вперёд и услышал блаженное мычание в поцелуй. Внизу живота значительно потянуло у обоих. Парочка с большой неохотой оторвалась друг от друга. — Ммм, Драко, прости меня за сегодняшнее… — Не переживай ты уже расплатился. И можешь проваливать отсюда, я собираюсь спать, — Драко окинул Поттера холодным взглядом, хотя внутри все трепетало. — Повинуюсь, сэр, — встав, Поттер подтянул джинсы. После чего получил значительный шлепок по пятой точке. — Ауч! — За то, что светишь своей золотой задницей где попало, — Драко издал ехидный смешок. — До завтра, дорогой, — лёгкий поцелуй в щеку, и вот Поттер уже исчез под мантией невидимкой. Дождавшись, когда шаги утихнут, Драко издал радостный вопль, и коснувшись головой подушки, уснул.