Глава 50 Безлунная Ночь!
13 ноября 2021 г., 23:27
На следующий день. Кварт. Дом Бессмертных. Кай
Впервые за тысячи лет в Доме воцарилась настоящая тишина. Несмотря на все годы, прожитые в нем, он понятия не имел, для чего предназначалось это древнее место. Всё, что он понял, так это то, что он затронул самые глубокие уголки своего разума и даже подчинил само время, что говорило о его безграничной колдовской мощи. Однако, встреча с Цири и Дэни истощила его силу. Тысячи лет сдерживаемой энергии, овивающей этих двух молодых женщин — чуть не сгубили великого чародея.
«Такой огромный потенциал», — размышлял он про себя, открывая глаза, чтобы осмотреть комнату, в которой он медитировал. Переродившись и убив незваных гостей, он удалился в свое святилище в глубине Дома. Даже самые жадные из посвященных не осмеливались грабить эти покои, без сомнения, из страха перед его «спокойным гневом».
В отличие от других пустых комнат Дома, эта была обставлена как жилое помещение на тот день, когда он оживет. Центральная комната предназначалась для отдыха и учебы, импровизированная «кровать» была немногим больше шелковой подстилки-скатки и подушек, где он мог с комфортом медитировать. По бокам стояли бесчисленные книжные шкафы, полные древних томов и свитков, привезенных из таких далеких земель, как Асшай. Древние знания, большая часть которых считается запрещенной, возможно, здесь последние копии в известном мире.
Слева и справа к комнате пристроили коридоры, ведущие в боковые комнаты. Один ход вел к небольшому бассейну для купания, где он провел большую часть вчерашнего дня, отмокая, смывая пепел своих эгоистичных учеников, которые обменяли свои жизни на его. И всё же он не мог отрицать успокаивающего комфорта, который приносила вода, смывая столетия дискомфорта, вызванного тем, что он был пойман в ловушку как Бессмертный.
Другая комната была одновременно кладовой и хранилищем, где находились припасы для его поддержания жизнедеятельности его организма. Большая часть припасов была сухим пайком, еда, которую большинство сочло бы подходящей только для крестьян. И всё же, несмотря на обычный вкус, это было похоже на лучшую еду. Кай мог погрузиться в свои воспоминания, чтобы вспомнить лучшие блюда и напитки, которые он ел за свою долгую жизнь, ничто не могло сравниться с опытом настоящей еды. На этот раз он позволил себе немного расслабиться, чтобы утолить голод, который так долго мучил его.
Наконец, было хранилище, в котором лежали его личные вещи, некоторые из которых он уже надел. Он облачился в свои темно-фиолетовые одежды, вышитые серебряной и золотой нитью в виде тайных знаков, которые образовывали узоры, похожие на созвездия. Перед ним лежало его единственное наследство — богато украшенный посох со звездой в навершии, обвитый кольцами из различных металлов. Это был один из немногих остатков ушедшей эпохи, империи, которая была древнее Валирии и И-Ти. Насколько невежественным был его дед… Дед не знал как обращаться с посохом. Для деда посох был не более чем символом королевской власти, от которой ему посчастливилось произойти. На самом деле посох не был знаком тайной силы, но история, окружающая его, заставила Кая привязаться к нему.
Отбросив прошлое в сторону, он сосредоточился на настоящем, на том, что он мог бы сделать сейчас, когда у него появился этот второй шанс в жизни. Основная угроза в том, что мир был поставлен под угрозу Белым Хладом, Врагом Жизни, который скрывался в самом дальнем уголке Вестероса. Он знал, что Семь Королевств были слишком невежественны и плохо объединены, чтобы противостоять такой угрозе. Но даже если Вестерос сплотиться, их совокупной мощи недостаточно.
«Им потребуется больше. Нужна сила Дэни и Цири для этого». Маг долго, спокойно размышлял. Вопрос был в том, можно ли изменить «её» будущее, несмотря на то, что показывали видения. Дэни могла бы стать как спасителем, так и разрушителем, силой своей родословной и матерью первых драконов за более чем столетие. И всё же он чувствовал, что Цири сможет должным образом направлять её, сделать из Бурерожденной праведного, истинного правителя, несмотря на кровавую историю Таргариенов и валирийцев. Её потенциал стать правителем по собственному выбору был бы непохож ни на что, что когда-либо видела история Планетоса.
«А будет ли Цири готова?» — Её дар силен, но она использовала его только для самых основных концепций. Их битва показала, что она может расширить свои возможности, конфликт всегда лучший учитель. И всё же он был уверен, что испытаний между сегодняшним днем и Долгой Ночью будет недостаточно. Хозяева Залива Работорговцев проиграют битву против «Двух сестер».
— Значит, такова моя судьба? Продолжать быть одновременно врагом и учителем? — Слабая печальная улыбка скользнула по его губам, принимая эту роль. «Каким бы ни был исход, они должны подчиняться его руководству, одержать верх и закалиться для грядущего финального столкновения». С тихим вздохом он потянулся за своим посохом, кольца, продетые в него, зазвенели, когда он оперся на него, чтобы подняться на ноги. Он медленно начал пересекать комнату, направляясь к двери, ведущей обратно в лабиринт Дома.
— Если такова моя судьба, то сначала мне нужно будет освободить Кварт. — спокойно заявил он, прижимая руку к каменной двери, чтобы открыть её. — Его сила и люди снова будут служить мне. — Он медленно вошел в темноту зала, начиная свой долгий путь обратно в город, который построил много веков назад.
***
Раннее утро — дорога, ведущая в Риверран. — Геральт Путь к Риверрану прошел более гладко, чем ожидалось для группы Геральта, тропы, по которым они шли, теперь соединялись с главной дорогой. Они разбили лагерь достаточно далеко, чтобы их не заметили, не желая привлекать внимание солдат Дома Талли. Они уже заметили, что существовал постоянный круговорот из крытых повозок, прибывающих в Риверран и возвращающихся из него. Все были согласны с тем, что в замке происходит что-то странное. — Я начал кое-что замечать, — пробормотал Уильям Геральту, когда все заканчивали завтракать и готовились к новому дню. — Охранники странные… Понимаешь, я заметил, что это одни и те же группы, которые продолжают приходить и уходить… — Должно быть, их заставляют постоянно маршировать… — Геральт задумался. — Хотя это означает две вещи. В Риверране не должно быть так много войск, дислоцированных там, и что они должны путешествовать на небольшое расстояние, чтобы совершать такие быстрые марш-броски. — Вопрос в том, для чего? — спросил Теон, вмешиваясь в разговор. — У меня плохое предчувствие насчет этих солдат. Мы можем наблюдать издалека, но то, как они двигаются… не могу сказать точно, может, устали они… или просто… они — живые мертвецы… — Они действительно ведут себя странно, — согласился Огатто. — Мы должны просто захватить группу. Засада, внезапное нападение и мы сможем усмирить их без проблем. Дейси нахмурилась, услышав предложение дотракийца. — И рискнуть поднять тревогу в замке? Всё, что имеет значение, — это узнать, что находится в этих тележках. В то время как Геральт приветствовал группу, делящуюся идеями, он мог сказать, что тема скатывается к открытому спору. — Мы придерживаемся первоначального плана. Все будут следить за тем, чтобы дорога была должным образом перекрыта, пока я, Теон и Уильям подкрадываемся к фургону, чтобы проверить это. Мы не можем рисковать быть замеченными, так что никакого героизма или чего-то в этом роде. Все согласились с предложением Геральта, бормотанием и кивками в знак согласия. — Хорошо. А теперь давайте приготовимся. Следующий фургон скоро должен отправиться обратно в Риверран, так что всем нужно укрыться. У нас не будет второго шанса на это.***
Геральт, Теон и Уильям лежали ничком в кустах у дороги, стараясь быть как можно ближе, не будучи заметными. В то время как ведьмак и лучник оставались спокойными, Теон казался довольно напряженным, заставляя Уильяма свирепо смотреть на него. Тем не менее, все замолчали, как только услышали скрип дерева дальше по дороге, прежде чем раздался громкий хлопок, когда оно упало. Вскоре после этого подъехала большая повозка, запряженная лошадьми, и сопровождающий её охранник. Они двигались в нормальном темпе, хотя вблизи… троица могла лучше рассмотреть охранников. Их было около дюжины, двое из них охраняли повозку, шестеро ехали верхом, а остальные шли пешком. Издали Геральт заметил, что они казались довольно усталыми, хотя вблизи действительно было видно, насколько они измучены. Их одежда и доспехи были грязными от постоянных путешествий, кожа выглядела странно бледной, а на лицах застыла усталая пассивность… — Полегче! Тьфу… проклятая дорога заблокирована. — Заговорил один из крепких охранников. — Фургон замедлил ход, в то время как сопровождавшие его люди начали выстраиваться друг за другом. — Просто нам не повезло. Лорд Эдмар и Провидицы не обрадуются задержкам, — заворчал тотщий охранник. — Больше никаких жалоб! Давайте подведем одну из лошадей, чтобы она помогла отодвинуть это дерево в сторону. Это не должно занять слишком много времени. Группа тут же приступила к работе, доставая веревки из своих рюкзаков и отвязывая одну из лошадей, чтобы начать сдвигать дерево. Поскольку они были в основном заняты, это был шанс ведьмака подобраться поближе к крытому фургону. Троица выползла из кустов, согнувшись в три погибели и спрятавшись за повозку повозку, чтобы оставаться незамеченной. Геральт шел впереди, но ещё до того, как он добрался до повозки, он почувствовал в ней что-то странное. Прочный брезент, покрывавший её, был пропитан уксусом и травяными смесями, такими вещами, которые использовались для прикрытия особо неприятных запахов. Его прошлый опыт вызвал у него мрачное предчувствие. Уильям и Теон оба почувствовали тошнотворный запах, хотя и продолжали подходить ближе. Наемник в плаще не спускал глаз с охранников, которые уже привязывали веревки между деревом и лошадью, чтобы медленно отодвинуть упавшую древесину в сторону. Теон, тем временем, ослабил тугие узлы, которыми был завязан брезент. Однако, как только узлы развязались, чуткий нюх Геральта смог уловить, почему брезент полили специями так обильно… Что касается Теона, то он увидел вблизи ужасное зрелище. В повозке лежали трупы, более дюжины мужчин и женщин в разной степени разложения. От крестьян до солдат, некоторые выглядели так, словно были убиты в бою или выкопаны из неглубоких могил. Что касается Теона, то он широко раскрытыми глазами уставился на ужасный груз, рука, держащая брезент, слегка дрожала от шока. Геральт знал, что это отличается от смерти и насилия на поле боя. Уильям был удивлен ужасным открытием, хотя и не колебался, и дернул Теона вниз, когда охранники оглянулись на фургон. — Пригни голову, малыш! — Все трое пригнулись за фургоном, несколько охранников вернулись к нему, так как упавшее дерево было почти отодвинуто. Они не могли броситься обратно в кусты, поэтому мужчины заползли под повозку, хотя Геральту и Уильяму пришлось тащить Теона за собой. — Неужели покрывало снова развязалось? — Один охранник пожаловался, другой обошел вокруг, уже работая над тем, чтобы завязать брезент. — Не имеет значения. Они доберутся до Риверрана и ритуал будет завершен, чем скорее мы сможем перейти к Высокому Сердцу, тем лучше. — Добавил ещё один. — Больше никаких подшучиваний! — проговорил главный охранник, лошадей привязали обратно впереди фургона, остальные мужчины вернулись на свои позиции. — Придется «катиться», как только они начнут движение, — прошептал Геральт, выводя Теона из шокированного оцепенения. — Видел колеса? Мы будем раздавлены, если… — И всё же его прервали, когда Уилл пристально посмотрел на него. — Тогда лучше не колебаться! — Повозка заскрипела, лошади заржали, затрещали вожжи. Все трое напряглись, прежде чем изогнуться и откатиться в стороны. Это было быстрое движение, почти размытое, и все трое упали в кусты. Теона чуть не подрезало одно тяжелое колесо. Охранники ничего не знали, они смотрели только вперед — на дорогу к замку. Им потребовалась минута, чтобы уйти достаточно далеко, всё это время трое шли, практически затаив дыхание. Последовал общий вздох, хотя Теон быстро оглянулся, а затем внезапно поспешил глубже в лес. Уилл встал, сбитый с толку тем, что было не так с молодым человеком. — Он побывал в Аду? — вскоре Уилл услышал рвоту и кашель, железнорожденного вырвало. — Как бы ты отреагировал, увидев телегу, полную мертвых жителей деревни? — заметил Геральт, заставив лучника заворчать, так как он не мог придумать для этого веского аргумента. — Из-за мальчишки со слабым желудком нас чуть не поймали! — И всё же он вздохнул, одной рукой потирая покрытое шрамами лицо. — Думаю, поведение Теона не имеет значения. Вопрос в том, почему солдаты Талли таскают тела отовсюду? — Понятия не имею, но они собирают трупы — весьма активно. На некоторых из этих тел были отметины Кровавых Скоморохов. — Что? Это сражение произошло всего неделю назад, и у нас не было никаких контактов с Риверраном… — Это могут быть шпионы… может быть, перебежчики? — Но даже ведьмак знал, что такие новости не могут распространиться так быстро, особенно без почтового ворона… Разговоры охранников о каком-то ритуале наполнили его беспокойством, такой разговор больше подходил для его мира, не для этого. В Риверране происходило что-то очень неправильное, и им нужно было выяснить это сегодня вечером. — Давайте перегруппируемся вместе с остальными. Им нужно знать, что мы выяснили. Уильям кивнул, прежде чем они вдвоем вошли в лес, обнаружив, что Теон ещё несколько раз вздохнул, прежде чем успокоиться. Увидев ведьмака, молодой человек сделал всё возможное, чтобы выпрямиться, несмотря на дрожь. — Геральт… Прости, я… — Мне нужно знать, готов ли ты к этому? Вопрос заставил Грейджоя замолчать, увидев суровый взгляд кошачьих глаз ведьмака. — Внутри замка может быть что-то гораздо худшее. Если ты думаешь, что не сможешь держать себя в руках… — Нет! — Теон заговорил, дрожь в его голосе исчезла. — Это больше не повторится. Прямо сейчас я хочу получить несколько ответов о том, что делает лорд Эдмар! Просто… возить людей, как мясо, это просто… во всем этом есть что-то неестественное… Уильям с сомнением посмотрел на него, но Геральт увидел в глазах Теона новую решимость. — Тогда тебе лучше придерживаться этих слов. Потому что если мы допустим ошибку и всё пойдет наперекосяк… скорее всего, никто из нас не выйдет из Риверрана живым. — С этими словами ведьмак уже направлялся на запад, чтобы встретиться с остальной группой, оставив Уилла и Теона одних. — Он… просто преувеличивает, верно? Уилл только раздраженно вздохнул, легонько шлепнув Теона по затылку. — Он имеет в виду, что больше не облажайся, малыш. Второго шанса не будет. Потирая голову, Теон хмуро посмотрел на наемника, прежде чем последовать за ним, чувствуя, что сегодняшний день и следующая ночь станут для него очень суровым уроком.***
Вечер. Где-то к северу от Ривертри-Холла. Адриан Путешествие по густому лесу было медленным, тем более с большой группой, с которой Адриану приходилось справляться. Во всяком случае, он был удивлен, что люди не пытались отделиться самостоятельно теперь, когда они вышли из туннеля. Возможно, некоторые боялись того, что скрывалось в лесу, или надеялись на чудо теперь, когда леди Кейтилин оказалась на их попечении. Моральный дух был шатким, но всё же это было лучше, чем обреченное мышление, которое было у всех несколько дней назад. — Просто нужно продержаться ещё немного. — Адриан вздохнул, входя в палатку, где отдыхала леди Кейтилин. Она спала уже больше суток, его мейстер сказал, что это было от усталости и внезапного испуга. Прямо сейчас старик осматривал её, убеждаясь, что ей дали воды во время отдыха, сестренка Адриана — Бетани тоже была там. Спала рядом, крепко держа леди Кейтилин за руку. — Леди Кейтилин — сильная женщина. Я не знаю, через что она прошла, но это ужасно напрягло её тело и душу. — Она поправится? Нам нужно знать, что произошло в Риверране. — спросил Адриан своего мейстера. — Ей просто нужно отдохнуть. Если она не проснется к завтрашнему дню, мы попробуем дать ей нюхательную соль, чтобы пробудить её чувства. — Очень хорошо. Пожалуйста, тогда иди позаботься об остальных. Слегка поклонившись, мейстер вышел из палатки и направился в лагерь. Адриан тихо вздохнул, снял свой плащ с перьями ворона и накинул его на спящую сестру. Наклонившись к ней, он нежно поцеловал её в голову, прежде чем сам собрался выйти из палатки, пока не услышал знакомый голос. — Потерявшийся детеныш ищет новую мать… Рычащий голос Рут заставил Адриана бросить взгляд в сторону палатки и увидеть Дитя Леса, низко пригнувшегося к земле и заползшего под брезент. — Она странная женщина. Красивая, холодная… и… глупая…- Последовал низкий гул, глаза человечка сузились в раздумье. — Будет любопытно посмотреть, какую роль она сыграет. — Ты привела её в ту рощу? — спросил Адриан, чувствуя, что Рут приложила к этому руку. Вопрос заставил Дитя Леса кивнуть, острые зубы обнажились в усмешке. — Мальчик, есть одна сила, которая сильнее всего на свете. Боги, магия и сама реальность. Это называется шанс. — Встав, она подошла ближе к спящей паре, каждый шаг человечка казался бесшумным. — Каждый выбор и действие подобны броску костей. Успех, неудача или ничья. В этом случае ей сильно повезло, что она сбежала из Риверрана от этих… Старух-Провидец… — Подожди, Риверран был захвачен, как Воронодрев? — тревожно прошептал он. Рут покачала головой. — Нет, его постигла худшая участь. Замок медленно разлагается… — Внезапно она остановилась, повернув голову, как будто услышав что-то в воздухе, прежде чем оглянуться. — Челюсти Белого Волка рядом с ним, готовые разорвать его нечисть на части. Снова показалось, что человечек мог знать о том, что происходит за много миль от того, как она говорила, очень похоже на то, что она делала внизу в туннеле. — Это… твой земной отец сказал тебе, один из Старых Богов? Его вопрос вызвал ухмылку на её губах. — Голос Йорита правдивый, но такой медленный. Его младший брат Кари, бог ветров, может делиться информацией быстрее, хотя в наши дни это часто непостоянно… Имя, которое она произнесла, казалось непохожим ни на одно из тех, что он слышал, и обладало для них странной силой. — Я должен спросить, сколько всего было Старых Богов? — А я не считала, может быть, дюжина или около того… Его любопытство, казалось, зажгло нетерпеливую энергию в глазах Дитя Леса, когда она повернулась к нему лицом, присев на корточки, чтобы быть ближе к нему лицом. — В сказаниях говорилось о многих богах во Времена Основания, когда в мире устанавливался порядок. — Она говорила спокойно. — За то время, пока мы могли сплетать истории, их осталось сто, остальные исчезли или были убиты своими собратьями… — Подожди… Как боги могут убивать… других богов? — Ха! Ты думаешь, все боги были созданы равными? Многие отличались по силе, некоторые становились слабыми, в то время как другие со временем теряли силу. Они также были из плоти и крови, могущественные, но всё же убиваемые определенными методами… методами, которые вы, люди, в конце концов открыли. Растущие откровения были ошеломляющими, а фразы слишком чуждыми, чтобы по-настоящему понять суть… — Я не понимаю. В сказаниях говорилось о войнах между Первыми Людьми, жившими в мире с вашим видом и Старыми Богами. Легенды, такие как Долгая ночь, основание Севера и война с андалами. — Да, всё это действительно произошло, хотя ваши предки написали это так, как считали нужным, — ответила Рут. — Ты слишком веришь в истории, которые узнаешь, слушая только одну их сторону. Люди находят больше утешения во лжи и обмане, чем в правде. — Истины, которыми ты поделишься со мной? Рут только усмехнулась в ответ. — Со временем, Наследник. По крайней мере, твоё любопытство… — Но внезапно Рут рванула в угол, человечек заполз обратно под палатку со скоростью кролика, исчезнув в ближайших кустах. Адриан был сбит с толку, но тихий шепот заставил его взглянуть на спальный мешок, на котором лежала Кейтилин. Дама зашевелилась, открыв усталые глаза. — Леди Кейтилин! — Он поспешил принести бурдюк с водой и наполнил маленькую чашку для женщины, которая кротко отхлебнула из нее. — Хорошо, что вы проснулись, все беспокоились о вас. — Кажется, я тогда… ничего не видела… — ответила она, переводя взгляд на Бетани, которая всё ещё спала. Теплая улыбка скользнула по её губам, рука провела по темным волосам девушки, прежде чем снова взглянуть на молодого человека. — Я должна поблагодарить вас. Я… полагаю, вы родственник лорда Блэквуда. Я узнаю этот плащ как его. — Да, я… его бастард. Адриан Риверс. Кейтилин потребовалось мгновение, чтобы вспомнить имя, и в её глазах мелькнуло узнавание. — Да, теперь я вспомнила. — Она глубоко вздохнула, на мгновение закрыв глаза. — Рейвентри Холл… захвачен, не так ли? Адриан помолчал, прежде чем кивнуть. — Отец… ушел. Дом Бракен предал нас, они вторглись с… — Он не мог произнести это слово, беспокоясь, насколько безумным это будет для неё. — Монстры. — Её ответ удивил молодого человека, хотя, увидев беспокойство в её глазах, он понял, что она не шутила. — Провидицы… Их создали эти ведьмы. Они довели моего брата до безумия, и теперь… — Она подавила рыдание, отказываясь проливать ещё больше слез. — Куда мы можем пойти сейчас? «Похоже, Рут была права, Риверран действительно был захвачен». — Всё, что осталось — это Ярмарочное Поле. Отец сказал мне, что ваш сын лорд Робб должен был прибыть туда и что некто по имени Геральт возглавляет передовой отряд. Это имя вселило надежду в её глаза, и Кейтилин выпрямилась ещё больше. — Геральт. Да… Если и есть кто-то, кто может спасти нас от этого ужаса, так это он! — Она говорила с такой уверенностью. — Тогда мы должны добраться туда быстро! Мы должны предупредить его о том, что там происходит, пока не стало слишком поздно! — Успокойтесь, миледи! — настаивал Адриан. — Я понимаю риски, но я не планирую никого здесь бросать. Наши разведчики считают, что потребуется неделя, чтобы добраться туда, учитывая лес и численность, которая у нас есть. Усталый вздох вырвался у Кейтилин, прежде чем она снова легла, искра энергии быстро угасла. — Тогда давайте помолимся, чтобы мы не опоздали. — Она сделала паузу, чтобы сделать усталый вдох, слегка прикрыв глаза. — Прости меня, я… мне нужно ещё отдохнуть… — Конечно, леди Старк. Если вам что-нибудь понадобится, позовите одного из охранников. Я обязательно проверю вас утром. Он оставил бурдюк с водой рядом с ней, прежде чем встать, почтительно поклонившись, прежде чем покинуть палатку. Глядя на заходящее солнце, он заметил отсутствие луны над горизонтом. «У меня плохое предчувствие насчет сегодняшнего вечера». Несмотря на свой страх, он отправился поговорить со своими рыцарями и солдатами, чувствуя, что сегодня вечером дозор должен быть удвоен. «Это будет темная ночь… Ужасная ночь»…***
Сумерки. Риверран. Геральт Все были на взводе после мрачного открытия о конвоях Риверрана. Было непонятно, почему люди из дома Талли совершали такие ужасные поступки. Существовали различные теории, члены ополчения внутри лагеря полагали, что кто-то захватил власть в Риверране, чтобы организовать такое безумие. Что было несомненно, так это ответы, все ответы в замке. — Наша цель сейчас — определить судьбу лорда Эдмара и леди Кейтилин, — Геральт уточнил. — Любой из них может быть там пленником, возможно, Эдмар предал нас. В этом случае мы должны схватить его и доставить в Ярмарочное Поле — Кроме того, план проникновения тот же самый, — добавил Огатто. — Мы вырезали быстроходные узкие лодки-каноэ, и Уилл позаботился о том, чтобы брезент был должным образом окрашен для укрытия лодок. Уилл считает что его защитная смесь — сделает нас невидимыми… почти… — Им пришлось бы светить факелом в брезент, чтобы увидеть нас. — Наемник хрипло похвастался. — Хоть бы ваш план сработал, — покачала головой Дейси. — Если нас заметят, мы будем беспомощны на воде, даже с магическими трюками Геральта… В этот момент Геральт снова заговорил. — Я попрошу, чтобы ополченцы оставались на берегу. — Это вызвало жалобы со стороны группы, многие из которых стремились попасть внутрь Риверрана. — Я знаю, что вы хотите помочь, но, учитывая то, что мы нашли… это большой риск. Если мы потерпим неудачу, кто-то должен вернуться в Ярмарочное Поле, чтобы сообщить о случившемся. Учитывая, что ведьмак был настолько не уверен, это заставило всех задуматься о том, что их ждет в замке. Охрана больше не спорила, понимая рассуждения Геральта. — Тогда давай сделаем это! — Огатто усмехнулся, бравада дотракийца вернула немного жизни группе, они совершили свой короткий поход через лес к берегам Красного Зубца. В кустах стояли каноэ, каждое из которых могло вместить по четыре человека. Люди тихонько столкнули лодки в воду, и, прежде чем отплыли дальше, натянули темный брезент, и медленно начали грести к Риверрану. — Боги, как темно, — прошипел Теон, деля каноэ с Геральтом. — С трудом вижу Риверран. В этом месте почти нет охранных костров. — Это странно. — Геральт пробормотал что-то в знак согласия, так как в таком крупном замке, как этот, было бы много работы. Им потребовалось довольно много времени, чтобы подплыть поближе к замку, теперь стены отчетливо видны. Острое зрение Ведьмака заметило какое-то движение вдоль стены, хотя то, что должно было быть дюжиной стражников на этой стороне крепости, было в половину меньше. «Либо там не осталось солдат, либо Риверран не слишком заботится о безопасности»… Все замолчали, когда они начали дрейфовать к скалистому берегу, осторожно причаливая каноэ как можно ближе. Это была самая рискованная часть, так как всё, что потребовалось бы, — это охранник, чтобы взглянуть вниз и заметить их. Пришлось тщательно рассчитать время, чтобы дождаться, пока охранники наверху пройдут, прежде чем были подготовлены и брошены абордажные крюки, Огатто и Геральт смогли с легкостью подбросить каждую из «кошек». Геральт первым поднялся по веревочной лесенке. Вся группа смотрела на ведьмака с благоговением… На зубчатой стене не было стражи, хотя ведьмак знал, что патруль из стражников скоро пройдет через угловую башню. Пока остальные поднимались наверх, он стоял у входной арки, острым слухом улавливая приближающиеся шаги. Один из бледных стражников завернул за угол, пораженный, увидев возвышающегося дотракийца, поднимающегося с уступа. Огатто только ухмыльнулся в ответ, прежде чем Геральт схватил удивленного охранника за плечо и развернул его лицом к себе. Его пальцы сделали Знак Аксии, глаза слабо светились, когда он проговорил: «Засыпай». Глаза охранника закатились к затылку, он потерял сознание, и только хватка ведьмака удержала его от падения. — Хе-х, полезный трюк. — похвалил Огатто, казавшийся ошарашенным от использования магии. Он помог Геральту оттащить охранника в угол, когда последние несколько человек поднимались наверх. — Надо перерезать ему горло, — пробормотал Уильям, заработав сердитый взгляд Дейси. — Есть разница между солдатами Талли и наемниками. Эти люди, без сомнения, введены в заблуждение тем, кто здесь главный. — Сомневаюсь, что их будет волновать, если они загонят нас в угол. Тихий спор закончился, когда Геральт бросил на них суровый взгляд. Все последовали примеру ведьмака и пошли вдоль зубчатой стены. Спустя время, они вошли в одну из ближайших к замку башен, их маршрут был проложен к большому залу, который соединялся с другими секциями замка. Учитывая поздний час, было сомнительно, что там тоже кто-нибудь будет. Это был осторожный спуск на первый этаж, хотя для Геральта это было странно. Помимо собственных шагов его группы, в коридорах не было никакой активности. — Что-то мне не по себе… Уж больно здесь тихо… — пробормотал Теон. Огатто проворчал в знак согласия, сжимая свой большой арах, перекинутый через плечо. — Здесь слишком мало охранников. Это место кажется практически пустынным, — прошептала Дейси. Все остальные были начеку, Теон и другие лучники держали луки наготове, в то время как остальные держали свое собственное оружие. Они прошли через несколько комнат, соединенных между собой складскими помещениями или помещениями для прислуги, которые казались пустыми. Это было так, как будто все просто бросили всё и ушли без следа. Однако, чем дальше они спускались, тем сильнее Геральт чувствовал дрожь на шее, медальон интенсивно завибрировал, когда они добрались до последней винтовой лестницы. Не говоря ни слова, Геральт внезапно остановился, протянув руку назад, чтобы вытащить свой меч, которого ещё никто из Зимних Волков не видел. — Э-э… Геральт? Какого черта этот медальон трясется? — спросил Уильям, будучи достаточно зорким, чтобы заметить колебания подвески. Ведьмак оглянулся, не зная, как правильно объяснить, что это значит. — Серьезная опасность. Такая, с которой я уже имел дело… — Хе-х, здесь есть монстры и чудовища… как в твоих историях? — Теон усмехнулся, хотя и занервничал, увидев немигающий взгляд ведьмака. — Я имею в виду, что это были просто истории, верно? — Вы все должны повернуть назад. Возвращайтесь к стене и… — Нет, — спокойно заявил Огатто. — Я не знаю, что тебя беспокоит, ведьмак, но ни один воин не должен бросать другого. Я буду следовать дальше. Остальные пробормотали что-то в знак согласия, ободренные словами дотракийца. И всё же, несмотря на такую преданность, серьезный взгляд Геральта не дрогнул. Он знал, что не сможет отговорить их, и это заставляло его ещё больше беспокоиться о том, что он ведет их на верную смерть. — Просто держись рядом. Они спустились на первый этаж, хотя ещё до того, как они добрались до него, в воздухе стоял ужасный запах высыхающей крови и грязи. Где-то в конце группы кого-то вырвало, не в силах выносить этот запах. Когда они достигли огромного коридора, который соединял главный переход и внутренний двор, все остановились в полном шоке. — Боги… что, Седьмое Пекло, здесь произошло? — пробормотал Уильям, даже закаленный наемник был потрясен тем, что увидел. Словно коридор стал полем битвы или, скорее, звериной резни. Засохшая кровь и запекшаяся разлилась по всему коридору, в крови стены и высокий потолок. Сооруженные несколько грубых баррикад — разломаны на части, несмотря на то, что они могли бы удержать целый отряд экипированных воинов. Сломанные доспехи, оружие и даже то, что казалось остаткам человеческого тела, намекали на кровавую бойню. — Продолжайте наблюдать. Мне нужно взглянуть на это. — Он спокойно приказал, и никто не высказал несогласия. Шагая дальше по коридору, он сосредоточил свои чувства, чтобы уловить самые мельчайшие детали. Вдоль каменного пола и баррикады было ясно, что никакое обычное оружие не причиняло таких повреждений, отметины были слишком грубыми и более выровненными, как коготь. На первый взгляд, кровь на полу казалась бы одинаковой, но он мог видеть лужи более темного цвета и с более резким запахом. Наконец, были части тела, оторванные куски плоти, которые, казалось, были насильно оторваны или пережеваны. Все подсказки были очевидны, учитывая, что он охотился на сотни таких тварей ещё в Велене. — Упыри… Как, черт возьми, здесь могут быть упыри?! — пробормотал он, сжимая в руке свой медальон, который дрожал все сильнее по мере того, как он приближался к т-образной секции главного коридора. Огромный дверной проем, ведущий в большой зал, был поспешно перекрыт обломками металла и дерева, даже поперечная балка была просунута между массивными дверными ручками, прочное дерево имело трещины, чтобы показать, что кто-то или что-то с другой стороны пыталось пройти. В этот момент он понял, что им нужно убираться отсюда, если здесь действительно были монстры, то Эдмар и Кейтилин наверняка уже ушли. Когда он повернулся, чтобы поговорить со своей группой, внезапно раздался гулкий рев, знакомое рычание упыря где-то в коридорах. Казалось, наконец-то монстры учуяли запах живых людей. — Что это было?! — Одна из щитоносиц Дейси выругалась, вытаскивая свой топор и щит, её боевые сестры сделали то же самое. — Это не было похоже ни на одно животное, которое я слышал раньше, — пробормотал лучник, нащупывая стрелу. — Я слышу, как что-то приближается. Коридор с этой стороны… наверху, — добавил Уильям, уже пятясь к перекрестку холла. Огатто усмехнулся, казалось бы, ничуть не смущенный всем этим. — Прошло слишком много времени с тех пор, как я сталкивался с неизвестным! Пусть они придут к нам! — Он бросил вызов, вытаскивая свой арах и пристегивая щит к левому предплечью. — Постройтесь за мной сейчас же! — крикнул Геральт, и все посмотрели на ведьмака. — Мы беззащитны в этом коридоре. Слишком много направлений, чтобы они могли прийти. — Тогда что нам делать? Мы не можем вернуться тем же путем, каким пришли, — сказал Теон, когда все поспешили к ведьмаку. Взглянув на дверной проем, Геральт выругался, так как было ясно, что у них был только один путь вперед. Это явно была ловушка, либо умри здесь, либо что-то сожрет тебя внутри большого зала. — Рванули в холл… Если мы войдем туда, то сможем сделать круг, вернуться к стенам или даже во внутренний двор. — Дикие звуки и топот ног становились всё ближе. — Дейси, прикажи своим служанкам-защитницам построить стену из щитов. Теон, твои лучники успеют сделать всего один или два выстрела, прежде чем звери доберутся до нас. Возьми щит или копье, всё, что сможешь использовать, чтобы сдержать их… Обе группы кивнули, занимая позиции, чтобы быть равномерно разделенными между двумя коридорами. Уильям остался посередине, готовя свой лук с зазубренной стрелой. — Не жди, что я буду сражаться в ближнем бою. Здесь будет лучше… — пробормотал он, и Геральт не стал спорить по этому поводу. — Огатто, помоги мне с баррикадой. Нужна твоя сила, чтобы расчистить путь… Указания действительно ослабили рвение дотракийца сражаться, но всё же он понимающе зарычал, убирая свой аракх в ножны. — Хорошо, давайте побыстрее покончим с этим! — Топая, здоровяк схватился за сломанный шкаф на пути, кряхтя и отбрасывая его в сторону, потребовалось бы пол дня двум мужчинам, чтобы сдвинуть эту тяжелую мебель. Геральт, в свою очередь, продемонстрировал свою собственную силу, выдергивая металл, который был грубо вбит в дверной проем. Несмотря на то, что он был сосредоточен на своей задаче, он мог сказать, что упыри приближались. — Вот они идут! Не медли, или мы все умрем! В этот момент первый грязный монстр помчался по западному коридору, чуть не кувыркаясь от того, как быстро он двигался. Вид уродливого существа заставил остальных вытаращить глаза, но они пришли в себя от шока только тогда, когда оно зарычало. Уильям не колебался, в отличие от остальных, выпустив две стрелы прямо друг за другом, одну в грудь зверя, а другую в глаз, заставив монстра заскользить по полу и остановиться. Казалось, сила, скрытая за луком из железного дерева, и эти острые стрелы оказались достаточно эффективны. — Один для меня! — пошутил Уилл, как раз перед тем, как ещё двое уродцев скатились по лестнице с другой стороны. Теон и его лучники пустили разом стрелы, но только один упырь упал, сраженный их залпом. У выжившего из плеча торчала стрела, когда он ударился о Дейси и один из щитов её боевой сестры, сила заставила их слегка отодвинуться назад. Он зарычал, впиваясь зубами в верхнюю часть одного щита, его коготь активно царапал другой щит. — Отвали! — Дейси подняла свою булаву, хорошенько замахнувшись, чтобы ударить монстра по голове, частично разбив половину его черепа и разбрызгав кровь. Несмотря на это, упырь всё ещё слабо атаковал, только для того, чтобы топор, одной из щитоносиц, уложил зверя. — Ещё больше приближается, с запада! — Есть ещё один с востока! Постепенно появлялось всё больше и больше упырей, будь то один или пара, их постепенно становилось всё больше. Общий разум стаи этих существ словно притягивал всё больше и больше уродов, пока они не одолеют людей. К этому времени Геральт и Огатто достаточно расчистили баррикаду, чтобы добраться до поперечной балки. — Я понял что делать! Помоги остальным! — крикнул Огатто. Геральт кивнул, вытаскивая свой мощный ручной арбалет, нацеленный вверх, чтобы застрелить упыря в дальнем конце восточного коридора. Усиленный удар пробил закаленный череп монстра, убив его. «Не должно быть так просто». Он пробормотал что-то о том, что эти упыри кажутся более хрупкими, чем в его мире. Ещё трое зверей напирали на защитную стену, трое щитоносиц едва могли устоять, сдерживая существ. Геральт бросился в образовавшуюся щель, серебряное лезвие пронзило закаленную шкуру упыря, как масло. Ударом снизу вверх он почти рассек существо пополам, дав девушкам шанс зарубить двух других упырей. Ещё одно трио атаковало, только для того, чтобы Ведьмак бросил Ярден, светящееся фиолетовое кольцо, окружающее группу. — Сосредоточьтесь на том, чтобы поразить зверей, круг замедлит их движение! — прокричал он девушкам с Медвежьего острова, заметив, что они сбиты с толку использованием магии. Тем не менее, когда их жизни стали на кону, они не остановились, подготовили свое оружие, мчащиеся упыри внезапно начали медленно ползти, когда они вышли на круг. Несколько мощных взмахов опрокинули их, добавив ещё больше мяса к растущей куче трупов. — Тьфу! Я понял! Откройте же эти двери! — крикнул Огатто, бицепсы дотракийца вздулись, когда он поднял перекладину, как дубинку. — Я задержу их! — Группа Теона попятилась, когда налетчик закричал, широко размахивая лучом, чтобы смести двух упырей в стену, прежде чем ударить одним концом вниз, чтобы раздавить череп ползущего зверя в кашу. — Ха, прямо как в тот раз в Браавосе, — пошутил Уильям, наемник прикрывал товарища своей смертоносной стрелой. Теон и его группа врезались в дверной проем, кряхтя, когда они навалились всем своим весом на одну дверь. — Двигайся! Поддайся, пошевелись! — Теон выругался, когда тяжелая дверь постепенно открылась. — Дейси, помоги им. У меня есть эта сторона! — приказал Геральт молодой женщине, которая поначалу казалась смущенной. И всё же она доверяла ведьмаку держать оборону, махая своей группе, чтобы та помогла Теону. На этот раз за ним шли четверо упырей, и на лице Геральта промелькнула легкая усмешка. Несмотря на беспокойство за своих товарищей, его охватила острая жажда крови. В глубине души он скучал по этому, по первобытной радости убийства монстров. Один упырь перепрыгнул через груду мертвецов, но ему отрубили голову в середине прыжка. Следующему отрубили руку, а затем вонзили нож прямо в сердце, оттолкнув лезвие ботинком на металлическом каблуке в лицо. Последние двое двигались вместе, только чтобы быть отброшенными, как тряпичные куклы, когда он выпустил Звук, который пронесся по коридору, тела разбивались о твердый камень. — Она открыта! — крикнул Теон, его группа и группа Дейси поспешили в большой зал за ним. Уильям последовал за ним, сделав ещё несколько выстрелов на ходу, в то время как Огатто и Геральт попятились к двери. — Ха, так ты этими трюками зарабатывал на жизнь? — Огатто рассмеялся, казалось, что он отлично проводит время, несмотря ни на что. — Более или менее, — пробормотал Геральт, не в силах скрыть легкую ухмылку. — Придется забарикадировать дверь с другой стороны… — Понятно. Просто держи этих ублюдков подальше от меня. Дотракиец в последний раз замахнулся на одинокого упыря, прежде чем повернуться к дверному проему и выдвинуть вперед свою перекладину. Геральт попятился к дверному проему, когда за ним последовала самая большая группа упырей, всего шестеро. Собрав их в кучу, он развязал дуэль Игни, полностью сосредоточившись на Знаке, когда пламя подожгло зверей. Он отскочил назад в дверной проем, помогая остальным захлопнуть дверь. С ревом Огатто просунул поперечную балку через ручки, удерживая дверной проем, прежде чем его захлопнули. Все тяжело дышали после этой напряженной схватки, даже если воздух в большом зале казался таким же прогорклым, как и в коридоре. — Близко… чертовски близко… — пробормотал Геральт, прежде чем оглядеть всех. В большом зале было темно, кромешная тьма, благодаря тому, что в комнате ничего не горело, а новолуние не пропускало даже блеклого лунного света через большие окна. — Кто-нибудь пострадал? — Ух… несколько порезов и царапин, — ответила Дейси. — Здесь ни хрена не видно! — Здесь воняет ещё хуже, чем снаружи. — пробормотал Теон, ругаясь, когда, казалось, обо что-то споткнулся. Геральт видел достаточно далеко, он смог разглядеть факелы вдоль стены или разбросанные по земле. Короткий бросок Игни зажег ближайшие из них. — Подберите факелы. Упыри боятся огня, — проговорил ведьмак. — У меня такое чувство, что нам конец, Геральт, — пробормотал Уильям. — Надо было, блядь, уйти, когда твоя безделушка начала танцевать… Ведьмак не мог не согласиться с этим рассуждением, но что сделано, то сделано. — Давай просто уберемся отсюда. Должны быть боковые проходы сзади. — Взяв на себя инициативу, Огатто оказался рядом с ним, держа клинок и щит наготове. Чем больше света наполняло зал с каждым факелом, который Геральт зажигал своим Знаком, тем больше было видно разрушений. Казалось, кровавый беспорядок не ограничивался коридором, кровавыми следами и свободными входами, ведущими в заднюю часть зала. Однако, приблизившись к тому месту, где должен был находиться большой стол, Геральт услышал чье-то глубокое дыхание, прежде чем разглядеть громоздкую фигуру впереди. — Эй… — Заговорил усталый мужской голос, что, казалось, эхом разнесся по всему залу. — Кто посмел явиться в Риверран… тьфу… без предупреждения? Геральт замолчал, быстро сообразив, чей это может быть голос. — Лорд Эдмар? — Семеро! — Голос взревел, раздался треск, как будто молот разбивал камень. — Я король Эдмар, единственный правитель Речных земель! — Геральт держал меч наготове, но продолжал приближаться, вскоре различив блеск пары глаз в тусклом свете. — Ах… да… Геральт. Моя сестра говорила о тебе… Постоянно… Веришь ли с… ненавистью… Рассказала о твоей злобе и жадности… — Леди Кейтилин? Эдмар, где она? — уточнил Геральт. — Ушла! Она предала меня… меня! Её брата, её плоть и кровь! — Масса, окружающая сияющие глаза сдвинулась, пара массивных плеч напряглась. — Она боялась сделок, которые я заключил с Провидицами. Она… позавидовала моей силе, совсем как мой дорогой дядя Чернорыб… — Последовал низкий безумный смешок, прежде чем он перешел в рыдания. — Он бросил меня… она бросила меня… они все бросили меня… Оглянувшись, Геральт увидел, что остальная часть его группы готовится, чувствуя приближение ещё одной схватки. Огатто, казалось, был готов броситься прямо на Эдмара, но его остановил только Геральт, протянувший свободную руку. — Кто такие Провидицы? Как их зовут? Последовало долгое молчание, прежде чем Эдмар снова усмехнулся. — О, милый, ты хорошо знаешь их имена… Они так долго преследовали тебя… как детский стишок в глубине твоего сознания… — Масса начала двигаться, взгляд Эдмара поднялся на добрых несколько футов выше, чем следовало бы нормальному человеку. Последовал топот, ноги… нет… множество ног, слившихся в одну, толщиной со ствол небольшого дерева, нечто шагнуло вперед. Другая последовала за первой, когда мясистая зловонная масса вышла в свет факела, обнажив туловище шириной с двух мужчин. «Грудь» массы была точно такой же, как и ноги, многие человеческие туловища слились вместе в каком-то ужасающем объятии. По лицу, застывшему в середине крика, по сгибающейся руке или подергивающейся ноге, казалось, что каждая открытая черта всё ещё была частично независимой, живой. В центре туловища виднелось молодое тело, нижняя часть тела и руки сливались в массу, только вытянутое лицо и широкая грудь. Дрожащая усмешка пересекла потрескавшиеся губы Эдмара, синий язык облизал их. — Посмотри, во что я превратился! Ритуал Стряпухи и Пряхи объединил мощь сотни, слитых в одно целое! — Так же, как и его ноги, руки были соединены вместе в единую конечность, которая касалась пола. На концах и по бокам конечностей были хватательные руки, которые двигались сами по себе, как будто тянулись к кому-то. — Эта сила будет продолжать расти только тогда, когда все вы станете частью меня. — Окружая его голову, пара за парой глаза открывались по всей массе «головы», вращаясь в мясистых глазницах, чтобы широко оглядеть комнату. Геральт уставился на мерзость, существо, о котором он читал только в старых книгах о магах. Все големы имели разные формы, но не было ничего более мерзкого и запретного, чем голем из плоти. Слияние бесчисленных тел, чем больше используется, тем больше голем. Если то, что сказал извращенный Эдмар, было правдой, то этого никто в тайной теории никогда не делал. Если Старухи, мерзкие бабки с Кривоуховых топей каким-то образом вернулись и, по-видимому, проявились в этом мире, ясно, как они могли совершить такой ужасный обряд. Оглянувшись на своих спутников, он увидел, что все они отступили далеко назад. Все лучники держали свои луки дрожащими руками, единственным, кто остался тверд, был Уилл. Одна из служанок Дейси всхлипывала, бормоча какую-то торопливую молитву при виде ужаса, который она увидела. Даже Огатто, обычно дерзкий и смелый воин, потерял свою уверенную ухмылку, и на его покрытом шрамами лице появилось только суровое выражение. Геральт знал, что они не были готовы или вооружены для такого существа, даже он не был уверен, учитывая его собственную неподготовленность. «Нет», — пробормотал он, отгоняя сомнения в своей голове. Если бы Старухи вернулись, это означало бы, что весь Вестерос столкнется с проклятием, и жизнь Цири будет в опасности. Крепко сжимая свой серебряный клинок, в то время как одна рука потянулась к одному из его мешочков. Он схватил зелье, маленький ярко-желтый пузырек с Молнией. Прошло слишком много времени с тех пор, как он пользовался одним из них, но сейчас был подходящий момент. — Ха! Последний глоток, Геральт? — Эдмар усмехнулся, сделав ещё один неуклюжий шаг, правая рука выгнулась назад для готового удара. Остальные были так же смущены тем, что ведьмак делал, когда он выпил сильнодействующую жидкость. Горький вкус потек по его языку и горлу, он проглотил всё до капли. Вены на его лбу и глазах потемнели, распространяясь дальше на шею и предплечья. Его мутантное сердце бешено колотилось, поскольку токсичная природа зелья была сбалансирована, нормальное сердце разорвалось бы на части. Боль ослабла, низкий вздох вырвался у ведьмака, прежде чем он принял боевую позу. Его левая рука сомкнулась, чтобы раздавить пузырек в руке, разбив стекло на мелкие части. С молниеносной скоростью он выбросил стеклянный порошок, неподвижный воздух позволил осколкам полететь прямо в эту массу глаз. Эдмар взвыл, почувствовав острую боль в каждой глазнице, из которых сочились кровь и слезы. Геральт не колеблясь бросился вперед с бешеной скоростью, свободная рука изогнулась для Квена, защитная энергия пульсировала вокруг его тела. Столб руки ударил по нему. Ведьмак наклонился под ним, в то время как его клинок отсек протянутые руки и блуждающие пальцы. Его инерция не замедлилась, когда острие его меча нацелилось в тело Эдмара, искалеченный дворянин смог пощадить себя, только используя другую руку, чтобы защититься. Они смотрели друг другу в глаза, и безумная уверенность Эдмара на мгновение поколебалась, когда он посмотрел в эти холодные глаза. — Ведьмак… — Он зарычал, ярость наполнила его разум, прежде чем его рука изогнулась назад, отбросив Геральта на несколько ярдов назад. — Убью вас… убью всех вас! — Последовал нечеловеческий рев, слившиеся лица вдоль тела голема соединились, что заставило всех закрыть уши от боли. Стекла в окнах треснули, некоторые даже разбились вдребезги, осыпав зал дождем стекла. Геральт первым пришел в себя, он твердо стоял на ногах и уже шагнул вперед. Его левая рука согнулась в Знак Игни, вокруг него закружились языки пламени, пока он готовился. Прямо сейчас он должен был отдать все свои силы за эту битву, за жизни своих товарищей и всех остальных в Вестеросе.
