auslander

      Дайя думает, что её любовь к Мари — бензин.       Едко растекается по поверхности здравого смысла Дайи, не пропуская ни одной светлой мысли на глубину. Как бы Дайя ни старалась прорваться, вдохнуть хоть немного свежего воздуха — всё без толку, все попытки разбиваются о радужную плёнку.       Дайя готова оправдываться тем, что любовь — зависимость. Пусть Дайя задыхается химическими парами воображаемого горючего, она не готова перестать вдыхать резкий запах снова и снова.       Дайя думает, что отдалиться от друзей ради Мари — хорошая идея. Чика и Йошико снова уходят хмурыми после очередного отказа Дайи, а Ханамару всеми силами пытается успокоить Руби, плачущую навзрыд после уже которого месяца игнорирования со стороны лучшей подруги в лице старшей сестры. Дайя уже не чувствует ничего, смотря на скатывающиеся блестящие слёзы некогда самого близкого человека. Лишь мысленно сравнивает с такими же, почти хрустальными, глазами Мари.       Канан обеспокоена резкой сменой настроения подруги и пытается выяснить у Дайи хоть что-то. Однако слова Дайи сочатся ядом — всё тем же чёрным бензином, медленно обволакивающим сердце и душу Канан.       Мари всё так же прекрасна и невинна, она понимает, что интерес Дайи не совсем здоровый и пытается хоть как-то оградиться от разрушающего действия нефти, разливающейся по поверхности разума Дайи, но не понимает, что делает только хуже, баррелями выливая чёрное золото прямиком в душу Дайи.       Душа Дайи уже давно не красивого оттенка моря в закат, нет — теперь там только темнота и безысходность, всё больше и больше поглощающие её разум.       Своим поведением Дайя доводит всю группу до слёз, но будто этого не замечает. Сложно замечать что-то на периферии, когда центр твоей Вселенной — вот, стоит перед тобой, пригвождая тебя к земле пронзительным взглядом.       Дайя смеётся, получая полный ненависти выкрик от Канан, и чувствует, будто заразила её частичкой своей нефтяной скважины, бьющей прямо из сердца.       Мари часто требует прекратить такое поведение, открыть глаза, вдохнуть полной грудью чистый, не наполненный парами бензина воздух. Дайя улыбается и обещает смотреть не только на Мари.       Она врёт.       Так продолжается слишком долго. Йошико и Чика вычёркивают Дайю из своей жизни, не готовые принять третьегодку, даже если она исправится. Руби устраивает всё больше истерик, уже окончательно потеряв надежду на возвращение сестры. Ханамару просто устала.       Мари принимает рисковое решение и с улыбкой передаёт Дайе адрес уютного кафе. Дайя принимает приглашение.       Уже на месте Мари не сдерживается и начинает плакать. Чёрная душа Дайи ноет, ей отвратительно видеть объект обожания таким слабым.       Ещё больнее Дайе знать, что это из-за неё.       В конце концов Мари не выдерживает. Резко встаёт, опрокидывая стул и цепляясь за стол.       И высказывает Дайе всё, что о ней думает.       Дайя выслушивает, опустив голову. Она всё испортила. Отношения с Аквами, с Руби, с Мари.       Ей некого винить, и от этого на душе ещё паршивее.       Дайя понимает, что заслужила.       Наконец излив душу, Мари снова всхлипывает и выбегает из кафе.       Дайя сидит с грустной улыбкой.       А в её море она кидает на гладь зажжёную спичку.